Истории, написанные временем

Капли крови, бордовые, практически чёрные, медленно расползаются по рукам Моракса, а после – ниже, ещё ниже, на пыльную землю. Властелин Камня с ужасом смотрит на бледное лицо той, кем он дорожил больше всего. Гуй Чжун тяжело дышит, хватается своими вмиг отяжелевшими пальцами за Моракса. Шепчет что-то, чего Гео Архонт не слышит. Он смотрит прямо, на размытую линию горизонта, а после переводит туманный взгляд на богиню. Глаза той едва держатся открытыми, с каждой секундой стремясь закрыться навсегда. Резко дернувшись, Моракс в панике смотрит на девушку, истекающую кровью. Его руки и одежды в её крови, ровно как и земля под ними. Властелин Камня не знает, что делать. Однако он точно знает, что это конец. Понимает, что ничего сделать уже нельзя, что всё решено, и сейчас Моракс смотрит в затуманенные болью глаза в последний раз. Пальцы Гео Архонта медленно переплетаются с ледяными пальцами Архонта Пыли. Моракс подносит руку девушки к лицу, шепча несвязанные фразы в попытке успокоить – себя ли или Гуй Чжун, мужчина не знает. Дыхание девушки замедляется с каждой секундой, однако она всё ещё пытается прошептать нечто важное Властелину Камня. Тот наклоняется, стараясь уловить последние слова девушки. Тихий шёпот касается слуха, навсегда оставаясь в голове Гео Архонта. Всего три слова, но Чжун Ли клянется сделать всё ради выполнения своего обещания. «Береги наш народ» Последние слова, произнесённые в бреду, и Гуй Чжун навсегда замолкает. Глаза её упираются в небо, более не делая ни единого движения. Пальцы, ранее хватавшиеся за ладонь Властелина Камня, безвольно падают на покрытую тёмной жидкостью землю. Моракс не смотрит на девушку, понимая, что всё кончено. Тяжелым грузом опускается осознание произошедшего, пока тело богини медленно становится пылью. Властелин Камня размазывает по щеке золотистые слёзы, медленно поднимаясь, стоит последней пылинке исчезнуть вместе с ветром. Произошедшее – не вина Рекс Ляписа. Однако он будет вспоминать этот кошмар постоянно. Моракс винит себя, ведь он не сделал ничего. Не сделал ничего, чтобы прикрыть Гуй Чжун, а после – помочь, уже когда девушка лежала на его руках. И он сожалеет об этом даже сотни лет спустя.