Одинокая Лилия

Больше чем я заслужил Судьбой наказан был Ни о чем не тосковал И не плакал никогда

Лилии. Такие красивые, но ненавистные мною цветы. Все частенько посмеиваются над легендой об одиночестве, но мне никогда не было смешно, особенно после того, как я сама столкнулась с этим. Сначала я пыталась срезать, а после и поджечь первые проросшие цветы на теле, но в итоге только ожогами и шрамами обзавелась. Вскоре я поняла, что здесь ничего не поделаешь – от них не избавиться. Хах, и как мне искать этого вашего "спасителя"? В мире более семи миллиардов людей, а этот ваш "спаситель" один. Захочет ли он вообще меня "спасать"? Успею ли я найти этого человека до своей смерти?.. Хоть объявление делай: "Разыскивается любитель лилий, никаких примет нет, есть только эта информация," – шутила она.

Как укрыться же мне Во время долгого дождя? Это истина, истина, истина Истина, замерзаю я

Оделась, вышла из приюта, накидывая на голову капюшон. Людей на улице утром много – одни на работу, другие на учебу. Блондинка без каких-либо проблем дошла до школы, оглядывая её ещё несколько минут. Развернулась в противоположную сторону, тяжело выдохнув. Дождь – еще одна ненавистная Рихтер вещь в этой жизни. Шумный, противный. Капли дождя похожи на слезы. А вообще, мало ли на свете людей, которые любят лилии? Определенно нет, напротив. Мне хотябы пол человека знать, возраст там. Что уж говорить об остальном? Может этот человек вообще на другом конце земли живет? И как мне его искать прикажете? Ну, терять мне нечего, помру где-нибудь, в какой-нибудь мусорке, в тишине и спокойствии. Голубоглазая уже около двух недель прогуливает школу – все равно никто не смотрит за этим, да и кому это надо? Воспитателям некогда отчитывать её за гуляния с утра до ночи. Очередное день рождение, которое Кэйт проводит в компании себя и кошки у приюта, которую девушка частенько подкармливает. – Мне уже семнадцать. Я удивлена, что дожила до этого момента, – усмехается Кэйт. После дня рождения рост цветов ускорился. Если в два дня мог прорасти бутон – то сейчас за день растет полноценный цветок. Блондинка вернулась в школу, договорилась с директором о посещении без формы – ради этого пришлось показать цветы, проросшие уже и на голове, а директор Джинн все поняла и жалобно улыбнулась. Как и все, просто жалобно улыбается. Секрет долго не продержался – головной убор скинули уже на третий день возращения.

Я ничем не дорожил Бесприятен был всегда Вот закат почти настал И меня ведет рука

После той ситуации Кэйт продолжила прогуливать, ибо постоянные насмешки или, хуже того, жалость от окружающих бесили. Сейчас она шла забирать маленького "брата" из школы, которая находилась прилично далеко от приюта. "И о чем думали люди, записывая его сюда?" – думала она, осматривая первый этаж в поисках "брата". – Вот, возьмите, это вам.. – говорил какой-то ученик, весь красный, на вид класса девятого, отдавая букет лилий какой-то красноволосой девушке. Лилии. Голубоглазая съехала по стенке в низ, сдерживая рвоту, что подступала. – сестренка, сестренка! – неуклюже бежит к ней мальчик, спотыкаясь об воздух. – ты впорядке? – – а, да, со мной все хорошо, – улыбается она, вытерая рукавом рот. – как школа, нравится тут? лучше старой? – быстро уводит тему старшеклассница. – да! – не замечая подвоха выкрикивает Тевкр. – здесь так много хороших людей! – – это хорошо, – ерошит Кэйт волосы брата, аккуратно вставая с пола. – ну, пойдем? –

Я умру, я умру От чего же я умру? Снов не вижу давно И ничего не хочу

Смеется. Какая же смешная ситуация. Она почти лишилась зрения на правый глаз, но это так смешно. Кэйт не знает причины смеха, но это не прекращается на протяжении минут трех. Достает бинты, с силой придавливает цветы, бинтуя все это. Харкает кровью, но продолжает. В какой-то момент бинты упали на пол, а Рихтер просто пыталась поднять их прясущимися руками, но в итоге упала вместе с ними. Все закончилось больницей, где все старания Кэйт просто взяли и сняли, посчитав её ненормальной. Как же все это... ужасно. Плачет одним левым глазом, придерживая правый двумя руками, думая, что боль хоть немного спадет от этих действий. А если задуматься: кто будет плакать после её смерти? Закончит свою жизнь девушка так же как и предыдущая Кэйт Рихтер, но раньше в раз пять. Она постепенно встает с кровати, доходя до раковины, которая стояла прямо в палате. Не умывает, скорее отмывает лицо от большого количества крови. – Домой хочу, – заявляет Кэйт, закрывая кран. – хочу увидеть как можно больше всего за оставшееся мне время. Тихонько одевается, снова перематывает все. На удивление, сейчас это не так больно. Видимо, старшеклассница уже привыкла к этой боли.

Мой печальный сюжет И не вспомнят никогда Это истина, истина, истина Истина, исчезаю я

На улице ночь, стражники спят – поэтому побег не доставил проблем. В приют вернется утром, а сейчас погуляет пару часиков. Небо такое черное, только яркие звезды нарушают эту тьму. – скоро я не смогу ничего видеть, даже этого красивого, но такого противного мне неба, – усмехается старшеклассница, перебераясь через невысокий школьный забор. – Наверное, следующая Кэйт Рихтер тоже постигнится этой судьбе - ей тоже будет одиноко. Это замкнутый круг, – садится она на полуразрушенные качели. – Элис, как ты там поживаешь? кажется, мы скоро встретимся вновь,–