Мальчик в маске волка

Когда сидишь в тёплой комнате, смотря в старое деревянное окно, не чувствуешь опасности таинственного леса. Всё кажется сказкой. Белые снежинки мягко ложатся на сугробы, холодный ветерок нежно лижет щёки, заставляя их краснеть. Словно дворовый пёс. Большой, белый, лохматый и невероятно добрый. Но если зайти чуть дальше, в самую глубь, на его территорию, добрый пёс оскалится. Шерсть вздыбиться, пасть разинется в диком оскале. И вдруг окажется, что добрый пёс, отнюдь не дворовая шавка, а самый настоящий волк. В ночи, шерсть больше не будет казаться чистой и белой, словно первый снег, она окажется серой. Дикой. Лохматой. В тёмных глазах, где раньше плескалась радость и веселье, теперь лишь кровожадный голод. В ближайшей округе лишь я. Добыча. …Лишь он. Хищник. Страшно смотреть в глаза своему будущему убийце. Он голодный, мне страшно. Словно заяц, бросаюсь наутёк. Пробегая сугробы, реки, мосты и сосны. Лишь бы спастись, не попасться голодному зверю. Но Тайга беспощадна. Тайга на стороне хищника. Мороз пробирал до самых костей, заставляя мышцы неметь, остужая горячую кровь в жилах. Ресницы леденеют, покрываясь тонким слоем льда и снега. Голос давно охрип. Вокруг ни души. Ветер носился по округе, оглушая своим свистом вой волка и мои крики о помощи. Запинаюсь об собственные ноги, что от холода превратились в палки и почти не двигались. Падаю в сугроб и дрожу от чудовищного мороза. Дрожу понадеявшись на чудо, на спасение. Но слышится лишь тихий хруст снега, под лапами хищника. Обернувшись, вижу лишь размытые пятна. Очки слетели в дикой гонке, а окончательно размыли взгляд, слёзы. Хищник смотрит. Наблюдает. Подходит ближе. Думаю: «Конец» Знаю: «Съест» Волк, будто пробуя на вкус, облизывает щёку. Горячий язык, словно кипяток, ошпаривает. Горячее тяжёлое дыхание согревает. Хочется прикоснуться к тёплой шерсти, зарыться в неё, согреться. Хищник ещё какое-то время смотрит. Будто пытаясь рассмотреть что-то. Сожрать. Не плоть. Душу. Всё что я могу, это смотреть в ответ. Со страхом в перемешку с вызовом. На это, будто одобрительно, волк рычит, немного отходя назад. Получив милость от зверя, под его чутким надзором, безуспешно пытаюсь вырваться из-под снега. Но конечности не слушаются. Выходит лишь слабое барахтанье, из-за которого я лишь больше утопаю в холодной тюрьме. Беспомощно, в панике, перевожу взгляд на хищника. «Приятного аппетита, волчонок» — по доброму, смиряясь со своей участью, говорю я. Но из-за холода губы не двигаются. Сознание замораживается. Наступает долгожданная темнота. *** После пробуждение, первое что я почувствовал, это тепло. Долгожданное. Такое пушистое, согревающие, что плакать хочется. Нежась в шерсти, зарываешься чуть глубже, ещё сквозь сон улыбаюсь. Что-то тёплое, немного мокрое и шершавое, проходит по моим щекам. Морщу лицо, сильнее прижимаясь к чужому телу. Сознание приходит быстро. Волк рядом. Резко распахиваю глаза. Первое что вижу - ничего. Из-за резкого пробуждения в глазах потемнело. Дав себе пару секунд когда зрение придёт в норму, наконец фокусирую зрение. Второе что я вижу - волчья морда. В такой ситуации принято кричать, но подсознательно понимаю, он меня не обидит. Если бы хотел, ещё там бы съел. Смотрим друг на друга. Рассматриваем. Словно общаемся телепатически. Но взгляд волка тяжелее, и я невольно опускаю взор. И неожиданно, вместо волчьих лап, вижу самые настоящие ноги. Человеческие! Руки, ноги, тело! Человек! Самый настоящий, живой! А судя по размерам, можно сказать что ребёнок, мальчишка, мой ровесник. Может чуть выше меня самого, с разбитыми костяшками и в кожаной куртке. На мальчике была странная маска волка. Выглядела как самая настоящая голова хищника, но если присмотреться, вместо волчьих глаз, щели, через которые виден осознанный, тяжёлый, человеческий взгляд. Волк притащил меня в небольшой овраг, скрытый от ветров и снега. Рядом горел костёр. Вместо кровати, мы сидели на сене, а чуть дальше находились дрова для растопки. В целом очень уютно, если бы не одно «но». Мальчик в маске волка. Он продолжал, почти не мигая, рассматривать меня. Неуютно. Я снова начинаю игру в глядели, как тогда, в сугробе. Но уже без былого страха. На это мальчик лишь фыркает, словно с усмешкой, но глаз не отрывает. Так немного поиграв, я всё же сдаюсь первым и решаю, для приличия, представиться: — Антон. Голос выходит хрипом из моего горла. Простудил. Хотелось задать кучу вопросов, «зачем» и «почему», так и вертелись на языке. Но задавать их было страшно. В голове возникает вопрос, а умеет ли он разговаривать, или словно животное лишь рычать и выть. Мальчик, долго смотрит, будто оценивая, достоин ли я того, что бы Его Величество Волк, заговорил. Молчание. Раздумье. И послышался немного рычащий, мальчишеский голос: — Рома. Рома. Мальчик в маске волка. Я невольно улыбаюсь ему, протягивая руку для рукопожатия, пальцы чуть дрожат. От страха или от холода, было непонятно. Рома мечет взглядом, то на вытянутую руку, то на добрую, немного нервную, улыбку. Явно удивлённый моей реакцией, мальчик зависает, обрабатывая информацию и размышляя как себя вести. Чуть заторможено, он всё же решает пожать руку в ответ. Ладонь была грубой, мозолистой и в маленьких ранках, но такой тёплой, что отпускать её совсем не хотелось. Волчья пасть словно улыбается. По-доброму, но всё так же хищно. Удивляюсь, и слегка вздрагиваю от страха. Разве маска так может, или это просто игра света? Рома, явно почувствовав как дёрнулась моя рука, лишь шире оскалился. Обнажая зубы, смеясь над моим страхом и глупостью. Так, просидев ещё неизвестно сколько времени в тишине, волк явно заскучал. Поэтому начал разговор первым. Рассказывал о многом: о погоде, и как часто тут бывают морозы, о Тайге, и как тут красиво в ясную лунную ночь, о своём убежище, в котором мы сейчас сидели, об охоте, интересные факты о волках и о своём быту. Мальчик говорил грубо, постоянно матерился и чуть что ему не нравится, рычал. Но это не мешало широко открыв рот, слушать. Впитывать информацию словно губка, периодически задавать уточняющие вопросы и спрашивать о чём-то новом. " — Зачем маску носишь?» " — А ты воешь на луну?» " — А есть в лесу другие звери?» " — Зачем спас?» " — Почему зовёшь зайчиком?» На вопросы о себе, волк либо рычал, продолжая разговор о чём-то нейтральном, либо отвечал очень туманно. Так же, рассказывал удивительные вещи, о танцах с другими зверями, о том как весело играть всем вместе, о противной лисице, и размыто намекал, что скоро, Антон сам к ним присоединиться. Слушая рычащий голос мальчишки, я сам того не замечая убаюкивался. Глаза сами по себе слипались и неосознанно, я прижался к волчонку. Рома что-то рычит в ответ на мои действия, но всё же разрешает обнять себя. Снова чувствую жёсткую волчью шерсть, как во время своего пробуждения. Треск костра и тепло зверя окончательно размаривает меня. Сердце успокаивает свой ритм. Засыпаю. *** Просыпаюсь я уже в своей комнате. Старый деревянный потолок словно насмехается над моей богатой фантазией. «Сон?» — Первое что приходит в голову. С кухни уже слышится крик мамы, что бы я вставал. На тумбочке, рядом с кроватью, как и всегда, лежат очки. — Точно сон… — Тихо, с лёгкой досадой в голосе, протягиваю я. Встаю с кровати, надеваю очки. Всё как обычно. Словно и не было никакого мальчика в маске волка. Словно Рома никогда не рассказывал ему о лесе и зверях. Не было тепла. Выхожу из комнаты, прихватил с собой расчёску, по пути крикнув маме что сейчас спущусь. Подхожу к большому зеркалу в коридоре. И в изумлении, замираю. Всё было бы сном, если бы не волчья шерсть, оставшаяся на одежде. На моём лице, за долгое время, впервые, играет широкая счастливая улыбка. На эмоциях, выбегаю из дома, в надежде увидеть хотя бы следы своего нового друга. Ничего. Немного расстроившись и опустив уголки губ, возвращаюсь в дом и плетусь на кухню. На столе, меня давно ждёт мерзкая остывшая каша. С комочками. Фу. Вяло, без энтузиазма, мешаю кашу, пытаясь испепелить взглядом. Параллельно прислушиваюсь к разговорам. -… Видела, видела! Честное слово! Тоша, ты же веришь мне? Оля умоляюще смотрит большими глазами. Сложно отказать какому очарованию, но не зная о чём речь, всё же спрашиваю: — Прости, Оль, я прослушал. Ты опять про сову? Ах, вот бы Рома был бы таким частым гостем как сова. Только не к Оле, ко мне. Мы бы могли, как тогда, тихо лежать в обнимку, играть в гляделки, тихо разговаривая о луне. Остаться бы в таком положении навсегда… — Да нет же! Волк! Самый настоящий! Такой большой, серый. Около твоего окна ходил, Тош. Ложка падает под стол. Я в шоке смотрю на Олю. Она же не врёт, нет? Настроение снова подскакивает, я широко улыбаюсь и под непонимающие взгляды мамы и сестры, быстро поднимаюсь вверх по лестнице. Это был не сон! Точно-точно! Рома настоящий! И он точно должен прийти! С такими мыслями я прожил несколько дней. Но с каждой ночью под окном, в ожидании друга, надежда постепенно умирала. Нет. Я так просто не сдамся. Я точно знаю что это был не сон! Так, однажды ночью, снова сидя у окна, я решаюсь. Хватит ждать, пора действовать! Тихо прокравшись по лестнице вниз, я, одеваю куртку, и выбегаю из дома. Удача была на моей стороне, так как ни одна половица не заскрипела и сбежал я полностью незамеченным. Бежать через лес холодно. Всё было как во сне. Но теперь я знал свою цель. И по памяти, брёл в поисках того оврага. Не знаю сколько времени прошло. Ночь была ясной, луна освещала путь. Но это совсем не помогало ориентироваться среди одинаковых деревьев. Когда я почти сдался, и с глаз должны были потечь слёзы отчаяния, я услышал вой. Вот он! Это точно Ромка! Словно открыв второе дыхание, я побежал на волчьи звуки. Большой серый волк стоял посреди маленькой опушки, и смотрел на луну, будто пел ей серенаду. Я громким и счастливым голосом кричу: — Рома! Волк резко оборачивается в мою сторону, навострив уши. Скалиться, шерсть встаёт дыбом, в глазах голод и бешенство. Это не Рома. Это волк. Самый настоящий. Взгляд размывается. Глаза затапливают слёзы обиды в перемешку с диким страхом. Кричу что есть мочи. Волк несётся вперёд. Добыча сама пришла к охотнику. *** «Объявление о пропаже! Пропал ребёнок. Антон, 12 лет. Светлые волосы, голубые глаза. Был одет в зимний синий пуховик. Ушёл ночью в лес и так и не вернулся. Просьба обратиться в соответствующие органы, либо по телефону *** *** ***…» *** Открыв глаза, я снова вижу темноту, но оказалось это всего лишь мои уши. Поднимая их, второе что я вижу, это волка. Злого, лохматого. Видимо опять ничего не поймал сегодня. Ну ничего, они как-нибудь выживут. Я сильнее прижимаюсь к тёплому волчьему телу. Ромка видя моя действия, что-то рычит, но подминает под себя, и начинает вылизывать мою белую заячью шерстку. Щекотно. Я недовольно двигаю носиком. Но Рома видимо посчитав это довольно забавным, начинает тыкать меня своим холодным носом. Чем окончательно меня разозлил. Становясь человеком, я отталкиваю его наглую волчью морду от себя. И без его мокрого носа холодно. Рома на это, тоже перевоплощается и снимает маску, за ним оказывается уже знакомое мне лицо. Он выдыхает пар, и в шутку спрашивает: — И почему ты такой зануда? Я лишь пожимаю плечами, тоже снимая с себя заячью личину, прижимаясь к тёплому человеческому телу. Уже родные мальчишеский руки, обнимают меня в ответ. А дальше мы будем разговаривать, о том, как красива луна, согревая друг друга в объятиях.