Часть 2
Ну… Я никогда не умел писать красиво, так что не судите строго. В общем. Моя последняя воля: я хочу, чтобы мой клан отнёсся к ней с уважением и ни под каким предлогом не смел ослушаться его! Первое: Сакура должна занять место главы клана. Я, конечно же, извиняюсь перед ней. Она совсем ребёнок и точно не готова к такому, но она единственная, кто достоин этого места. И я буду на коленях просить у неё и у Бога прощения. Второе касается первого указа Сакуры как главы. Я хочу, чтобы ты заключила мир с Сенджу, и пусть Мито станет твоей помощницей и советником. P. S. Не слушай старых дедов, они только плохое могут посоветовать. На этом всё. Похороните меня возле моих братьев. И я надеюсь, что мои люди не будут против этого договора. А, и я завещаю всё своё ничего себе. А клан Сакуре.
Мито протянула ещё один лист.Если честно… Я не думал, что моя месть будет именно такой… Прости меня, Хаширама… Я думаю, что Изуна был похищен не твоими людьми и скорее всего его тело не будет наедине, а это ведь очень плохая новость! А, и передай Тобираме, что Изуна его любил, хотя я всем сердцем не понимаю этой любви! Да и Изуна тоже… Говорит, мол, он такой загадочный, молчаливый и красивый, хотя я думаю это был предсмертный бред. Но пусть теперь твой брат испытывает муки совести, если она у него есть… Надеюсь, ты поладишь с Сакурой. Я люблю вас двоих и желаю вам счастья. Я люблю тебя всем сердцем… Прощай, мой любимый Хаширама…
У Хаширамы задрожали руки. Почему… Почему он так поступил? У него же есть дочь… Невеста (хотя на её счёт он был не уверен). И… И если он любил его… То зачем так жестоко с ним поступил? Щёки опалили горячие слёзы. Мито приобняла его. — Всё будет хорошо… Сейчас у нас есть проблемы и поважнее. Хоть у Хаширамы и шли слёзы, но он точно не плакал. Может ком в горле когда-нибудь и выпустит крик, но точно не сейчас. — Хаширама! — к ним вбежал Тобирама. Он удивился. — Учихи? — таким голосом Хаширама напугал и Мито, и Тобираму. Мёртвый, пугающий, спокойный. — Эм. Да… — Тобирама не знал, что делать, что отвечать и как поступить, — армия уже. — Отставить… Почему ты всегда своевольничаешь?.. — Хаширама поднялся и подошёл к двери. — Хотя бы ребёнка пожалей… И он вышел. Возле его дома стоял клан Учих. Точнее пять женщин и среди них очень ярко выделялась розовая макушка. — Мы рады видеть главу Сенджу, — начала одна женщина и протянула свиток, — мы здесь для того, чтобы заключить мир. Тут все условия и пару идей от прошлого лидера. Сакура вышла вперёд. «У неё глаза совсем красные… Мои, наверное, тоже… А она хорошо так держится». Девочка вышла вперёд и поклонилась. — Я Сакура Учиха. С этого момента являюсь временным… — кто-то кашлянул с желанием поправить её. Девочка сжала кулаки. — С этого момента являюсь новой главой клана Учих, — она упрямо выделила каждое слово. — Приятно познакомиться, — все подняли взгляд на Сенджу и удивились. Всё-таки его глаза были красные от слёз. — Думаю, нам нужно обсудить детали, — он отошёл от двери, — проходите, — кто-то ещё хотел пройти, но Сакура сама остановила его. — Не волнуйтесь, — она посмотрела на Хашираму, — у вас, наверное, будут свободные дома для них? — Конечно, — к ним вышла Мито, что никого не удивило (она сразу сама призналась во всём). — Мито, проводи гостей. Та кивнула. — Прошу за мной. Хаширама провел Сакуру к себе в комнату, где встретился с Тобирамой. И тут случилось что-то, что никто не ожидал. Сакура начала плакать. — Почему они так делают? Папа ведь ещё не умер! — хныкая, спросила у Хаширамы девочка. — Плакса… — буркнул Тобирама. На это Сакура вполне весомо ответила. — Ой, а ты как будто бы не плакал, если бы твой отец чуть не умер, и его уже хоронят! А брата похитили! И даже тело не смогли найти! Тобирама заткнулся. А Сакура успокоилась и продолжила. — Если для договора нужна гарантия, то я… — она слегка покраснела и опустила голову, — я готова… Стать невестой… — промямлила она себе под нос. Тобирама сдерживал смех. А Хаширама тяжело вздохнул. Девчонка тоже может пойти на крайние меры. Что являлось доказательством того, что она Учиха. — Не стоит, я тебя привёл не для этого, — он сел за мини стол, — ложись спать, — он показал на кровать, — она мягче остальных, а ты явно устала за сегодняшний день. — Брат, ты совсем уже! — Тобирама начал возмущаться. А девочка ничего не понимала. — Закрой рот, — грубо ответил Хаширама, — и пока ты ничего не исправишь, не смей мне даже на глаза попадаться! — Хаширама был уверен в том, кто похитил Изуну, так что будет стараться всеми силами призвать к его совести. Тобирама фыркнул и ушёл. — Так, ложись спать, — Хаширама оперся руками об стол и потёр виски. — А вы? — Я на футон лягу… — А вы не отличаетесь от того человека, которого описывал папа, — с детской наивностью констатировала она. — В каком смысле? — он удивлённо посмотрел на неё. — Папа часто говорит мне, что вы очень хороший и добрый человек. Говорил, если будет заключён мир, то вы будете счастливы и он всеми силами хотел этого добиться. Он говорил, что ваше счастье — его счастье тоже. А ещё он говорил, что вы были странным ребёнком! — с наивной улыбкой она все это сказала. И ей явно стало легче. — У тебя, наверное, красивая мама была, — Хаширама сам не понимал своих слов. — Я не знаю, но папа говорит, что если я красивая, то и она тоже, — она пожала плечами и уже говорила не так официально. — То есть? — Хашираме стало любопытно. — Ой, вы не знали? — Хаширама помотал головой. — Хотя это логично… Папа говорил, что если обо мне узнают, то много «женихов» из разных кланов придут. Он никогда не хотел меня отдавать, — последнюю фразу она произнесла с наигранной обидой. — Так что ты там хотела сказать? — Я не кровная дочь Мадары, но он это никому не говорил и не сказал, — она приблизилась к его уху и прошептала, — это секрет, хорошо? Хаширама улыбнулся. Всё как говорила Мито. — Да, конечно, — пообещал Хаши. Это просто ребёнок, на которого словно булыжником свалились проблемы.
