Страшные догадки

– Дамы и Господа. Я, Роман Стропикаро, ваш верный слуга, приглашаю всех за стол для обсуждения проблемы, – слащаво громко сказал мужчина во фраке. Надо признать, он сидел на нем отменно. Но до меня дошло , что я в огромной опасности. Для всех здесь есть таблички на тарелке, перед местом, на котором они должны сидеть. Осознание окатило меня холодной водой, заставляя узел страха внизу живота скрутиться сильней. Никто не ждал незванную гостью. Попытка не пытка. Хотя в моем случае я бы поспорила. Прохожусь напряженным взглядом по всему столу и какого же мое удивление, когда я увидела свое имя. Так, может у меня есть тезки? Нет, Офелия Торнхилл. И фамилия и имя сходится. Аккуратно сажусь за свое место, убираю табличку и вижу тарелки, которые были в каплях красной жидкости. От нее веет железным запахом. Сомнений, что это кровь, не остается. Пальцы рук холодеют. Ко мне тут же подбегает девушка. – Прошу, пощадите меня. Это вышло случайно. Я сейчас же это уберу. Сейчас, сейчас, сейчас уберу. Простите, простите, простите, – со слезами на глазах она просила прощение. – Все хорошо. Только уберите это скорей, – спокойно сказала я, пытаясь успокоить ее. Только ли ее стоило успокаивать? Мне вот тоже нужно. – Да, да, да, конечно! Простите меня, – девушка все еще волнуясь, убирала тарелки. Почему здесь кровь? Я пытаюсь найти этому разумное объяснение, но ничего кроме вампиров мне в голову не приходит. Это просто не могут быть люди. Батори пила кровь и явно получала от этого удовольствие. Брукса ходила по улице без плаща, только в легком платье, по видимому холода она не чувствовала. Ведь я даже в плаще подрагивала, как осиновый лист. Внешность графини меня также настораживала. Двухцветные глаза. Длинные клыки. Бледная кожа. И тут так у всех. Однако такие глаза я увидела только у Батори. Пока девушка переставляла посуду, мое внимание привлек голос все того же Романа. – Дамы и Господа! Прошу всех надеть маски, – все также слащаво, трепетно проговаривая каждый слог, молвил он. Все будто только этого и ждали. По команде, все присутствующие надели маскарадные маски. Разнообразные пестрые, яркие венецианские маски были вынуты откуда-то из-за пазухи и надеты на красивые лица. Однако у меня этой маски не оказалось. Что делать я не знаю. Страх снова заползает в душу. Но тут приходит мое спасение в виде провинившейся официантки, которая подошла и без лишних слов протянула мне красивую маску, при этом улыбнувшись, а я ей в ответ. Маска была потрясающая. Литая золотом, она была украшена огромным алым камнем - рубином. Я поскорей надела ее, чтобы не показаться странной. Краем уха я услышала шаги. Ровные, уверенные, громкие, явно мужские шаги заставили умолкнуть всех сидящих в зале разом и повернуться на источник звука. А дальше все как в замедленной съемке. Сначала я увидела темные лакированные ботинки, которые были начищены до блеска. Затем и лицо обладателя таких прекрасных туфель. Это было то лицо, что я увидела в окне. Сейчас, при свете свечей я могла разглядеть его лицо. Оно было еще красивее, чем тогда. Сначала я просмотрела его профиль. Точёный нос был прекрасен. А когда он повернулся, наши глаза вновь пересеклись, но тогда в его взгляде я заметила нечто непонятное мне. Однако я знала точно, что в нем что-то переменилось, и явно не в положительную сторону для меня. Он подошел к какому-то старому мужчине, пальцы которого были в перчатках и кольцах. В руках красовалась дорогая трость. Мистер в возрасте шепнул ему что-то, и мужчина в черном пиджаке также надел маску. Но это была непростая маска – она была венецианской, и это была явно дорогая маска. И не только дорогая, так еще и красивая. Аккуратно отодвинув стул, он сел по правую руку от того, с кем он разговаривал. Обозначив свое место в самом начале стола, занял первое по близости место к мужчине с тростью.