План-капкан

      Первое, что нужно знать о Ли Минхо — он ненавидит геев. Второе, что нужно знать о Ли Минхо — он ненавидит Хан Джисона. Третье, что нужно знать о Ли Минхо — он выбрал весьма своеобразный способ вымещать свою ненависть.

***

— Фу, блять, боже. Когда это уже прекратится, я понять не могу? — скривил лицо в отвращении Ли. — Да когда ты уже успокоишься-то? — закатил глаза Бан. Его примеру последовали все участники группы, не считая, разве что, Джисона. — Да, это, сука, невыносимо! Мне срочно нужна ванна из кислоты, чтобы смыть с себя эту гейщину, пока она не впиталась через кожу. — И не превратила тебя в гейюгу? — сделав глазами очередной кульбит, вмешался Хёнджин. — Заткни рот. Пока я его салфетками не заткнул, Хван, — огрызнулся Минхо. — А ты чего молчишь? Ты от этого кайфуешь что ли? — с подозрением косился на Хана старший. Джисон пожал плечами: — А должен? — как-то грустно спросил он. — Нет, — отрезал Минхо. — Ну, значит нет. Ли все ещё смотрел на Хана, так сощурив глаза, что у мемберов возникли сомнения можно ли через эти щели вообще что-то увидеть и не заснул ли тот стоя. — Боже, Минхо. Это просто фансервис. Часть нашей работы. Тебе так противно класть руку на плечо Хана, что раствориться в ванне из кислоты кажется более приятной перспективой? — влез Чанбин. — Вот именно. Ты бы вообще молчал. Только слепой не заметит, что вы с Сынмином тащитесь от того, что меня заставляют делать. Может, это вообще все из-за вас? — перекинулся на него Ли. — Ну да, ну да, а ещё это мы виноваты в том, что ты на Джисона смотришь, как кот на свежие сливки. — Коты от сливок дохнут. — Потому что это того стоит, малыш, — подмигнул Хан. Старший повернул голову в его сторону и посмотрел так, будто то, что он позволил себе открыть рот, было второй самой большой ошибкой вселенной. Первой самой большой ошибкой было само существование Джисона. Младший так и замер, закусил губу и виновато опустил глаза, сжавшись в плечах. — Понятно всё с вами, — цокнул языком танцор и ушел в свою комнату.

***

            Минхо не выносил геев. Причина была проста — его, абсолютно гетеросексуального мужчину, часто принимали за одного из них. Видите ли повадки манерные, да внешность слишком женственная. Эти больные ублюдки так часто покушались на его шикарную задницу, что Ли всерьез задумывался о возможности зашить жопу. Жаль остальному человечеству и нынешней хирургии ещё далеко до его гения.       А этот проклятый Хан Джисон изводил старшего изо дня в день своей тактильностью. Какого хера ему нужно именно от Минхо? Вон, есть Феликс, повисни на нем как коала на дереве и виси сколько душе угодно, тот и слова не скажет, только рад будет. А эта парочка Сынмин с Чанбином? Они настолько лишены совести, что смеют утверждать, якобы это все — из-за того, каким взглядом Ли смотрит на Хана. Каким взглядом? Взглядом человека со зрением минус пять на оба глаза, может быть? Придумают какую-то чушь, а потом сами ее в реки тиктока выводят. Будто никто не догадывается, кто добрую половину аушек наклепал. Сидят в офисе до 5 утра и только и спорят: кто в очередной истории актив, а кто пассив. Так противно, что блевать охота. И, главное, наглости хватает спрашивать, почему Минхо там не сидит. А как сидеть, когда в половине видео ебёшь ты, а во второй половине - тебя?

***

      Ли просыпается от волны внезапного удовольствия, разливающейся по телу. Парень опускает взгляд вниз. От головы у его паха доносятся чавкающие звуки. Сказать, что Минхо охуел - ничего не сказать. Сначала он уж было решил, что это какая-то обезумевшая сасенка настолько преисполнилась в своем желании сосать члены, что взобралась по многоэтажному зданию прямо в окно его спальни. Но макушка казалась уж больно знакомой. Минхо долго вглядывался в нее в полумраке, пока не осознал, что преисполнился не кто иной, как Хан Джисон. — Какого… — Омрммгх — отвечает Хан. — Вытащи член из своего рта и ответь нормально. Младший послушно останавливается, поднимает голову и повторяет: — О, привет, Хён, какая встреча! Минхо парализует от шока. "Какая встреча? Какая встреча?! Он это серьезно? Он ебанулся?!" — в голове старшего вопросы сменяют друг друга со скоростью звука, вслух же он произносит: — Весьма неожиданная. — Да? Ну, точно не для нас с другом, — Джисон тыкает подушечкой указательного пальца в головку его члена. — Мы этого давно ждали и очень рады друг друга видеть. — Мы что? — чувство глубокого охуевания Ли вышло за пределы обозримой вселенной и уже вступило в первый контакт с гуманоидами из соседней галактики. — Очень рады друг друга видеть, — повторяет Хан и нагибается, чтобы чмокнуть влажными губами мошонку Ли. Член возбуждено дергается. — Видишь! — просиял младший, вновь полностью вбирая его в рот. — Ебанный педик! — взвыл Минхо, хватая Джисона за волосы, дёргая со всей силы, чтобы заставить того прекратить. Зубы Хана задевают чувствительный ствол и Ли, неожиданно для себя самого, громко стонет, прикрыв глаза и запрокидывая голову. Поняв, что хватка ослабла, Джисон вновь погружает член в рот и втягивает щеки, не прекращая яростно обводить каждую вену языком, жадно причмокивая. Через несколько минут таких манипуляций Минхо, не выдерживая, кончает глубоко в горло младшего, который глотает сперму, так, словно от этого зависит его жизнь. Обессилевший Ли, все ещё тяжело дышит, растекаясь по кровати. Хан утирает мокрые уголки губ большим и указательным пальцем. Вдруг Минхо приходит в себя, резко подскакивая, хватает Джисона за плечо и шипит: — Какого хера? Какого хера ты тут делаешь? Где Сынмин? — Хе-хе-хе, — как-то отталкивающе мило смеётся младший. Минхо охватывает беспокойство. — Сынмин сегодня устроил киномарафон с Чонином. А я просто не мог оставить Хёна одного, — странно растягивая слова лепечет Хан. — Ты что, под чем-то? — настороженно спрашивает Ли. — Я хотел бы быть под тобой, — хихикает Джисон. Затем задумчиво потирает подбородок и добавляет: хотя могу быть и над тобой. Я бы по-всякому хотел. Ну, знаешь, без ограничений. Минхо закипел: — Пошел на хуй, алкаш херов. — Теперь тебе придется растворить свой член в кислоте. Тогда я буду последним, кто попробовал его на вкус. Или, может быть, первым и последним? — играет бровями Хан. — Ты будешь первым и последним человеком, в жопе которого побывает моя нога, Хан Джисон. — Какая честь, какая честь! Я тронут, — не унимается младший. — Убирайся. Быстро. — Мне некуда пойти. Я — одинокий путник, на этой дороге жизни. А в комнате занято, - надул губы парень. — Да и как ты тут без меня? — Я сказал тебе убираться. — Так точно, капитан – отсалютывает Хан. Встает с кровати и, не опуская руку, пятится к выходу. Минхо заряжает в него подушкой, но попадает по уже закрывшейся двери. «Отлично, блять. Теперь ещё и экзорциста со священником вызывать, чтобы они изгнали дух гейства из этой комнаты и залили для надёжности всё святой водой. Или лучше сразу спалили священным огнём инквизиции» — сокрушается Минхо.

***

      Ли искренне не понимал, чем обидел бога всех гетеросексуалов. Он же альфач-ловелас — ни одной юбки не пропускает. Пока только в своих мечтах. Но тем не менее не пропускает же! Когда Минхо говорил, что любит кисок, он имел ввиду именно это. Стей сами там что-то про Суни, Дуни и Дори докрутили. Они вообще любят докручивать: посмотрел на Джисона — спишь с ним; прошел мимо — сто процентов ебетесь; дышишь с ним одним воздухом — сам Бог намекает, что твоя жопа не пуста двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.       После произошедшего вообще сложно представить о какой коммуникации на публике должна идти речь. Старший даже в дверь туалета проходил исключительно задницей вперёд, чтобы не быть застигнутым вымирающим видом гомосексуальных белок врасплох.       На протяжении нескольких дней Ли глаз не мог сомкнуть. Перед сном предварительно рассыпал по периметру кровати круг из соли. На вопрос Сынмина: "Что это собственно такое?" — отвечал: "Это от нечистой силы". После чего Ким многозначительно покосился на пол, вытянув ногу к соли, замер и со вздохом произнес: "Ну и что я тебе такого сделал?". Минхо пропустил вопрос мимо ушей и, надев ожерелье из чеснока, разбросав по кровати вербену, укрылся одеялом. Он когда-то прочитал статью, что это помогает от каких-то там сосущих. Вроде членососущих, но это всё неточно.       В какой-то момент времени нервы сдали настолько, что Ли сделал величайший вывод за всю историю существования человечества — чтобы победить гея, нужно думать, как гей. Что бы сделал любой из них, пока какой-то рандомный парень спокойно спит? Правильно! Нужно действовать на опережение. Врага можно побить только его же оружием.       Глаза старшего горят энтузиазмом, он впервые за долгое время засыпает, планируя проснуться ближе к вечеру и осуществить свой бесспорно гениальный план.

***

      Поздний вечер. Минхо заходит в комнату Джисона, зная, что сегодня Чонин вновь до утра просидит в студии в попытках найти дверь. Это может показаться смешным, но макне всё продолжает доказывать мемберам, что на самом деле они живут в Симс и игрок постоянно удаляет выход из комнаты.       Однако, на данный момент, Ли мало волнуют загоны Йена. Главное, что он достаточно часто отсутствует по ночам, чтобы старший смог без помех осуществить задуманное, заодно выместив всю свою ненависть на Хане.       Минхо уверенным шагом доходит до кровати. Гневно откидывает в сторону одеяло, заставляя Джисона поёжиться от внезапной прохлады. После чего Ли садится младшему на бедра, зажимая коленями с обеих сторон. — Что? Нет, Минхо... — Помолчи, — обрывает тот. — Как же я ненавижу, когда вы, мерзкие педики, открываете свой рот. Ещё одно слово и я клянусь, заткну тебя своим членом. — Пожалуйста... — скулил Хан. — «Пожалуйста сделай это» или что ты пытаешься мне сказать? — изогнул бровь Минхо. — Отвратительно. Мерзко, — повторял он, в то время как одна рука легла на шею младшего, а вторая же коснулась губ Джисона, вырисовывая на них замысловатые узоры. — Ты такое животное, Ханни, только и думаешь о том, как проглотить очередной член. Джисону было тяжело дышать — Минхо слишком сильно сжимал шею. В уголках глаз выступили слезы, он беспомощно открывал и закрывал рот, жадно глотая воздух. — Заткнись, блять, — рявкнул Ли и яростно толкнул указательный и средний палец в рот Хана. Надавил на язык, заставляя открыть его как можно шире. — Сам напросился. Как же бесит, — вскипел старший. Джисон опустил заплаканные глаза вниз и застыл. — Только попробуй что-то сказать и тебе конец, — плюнул Минхо. Младший вышел из оцепенения и яростно замотал головой. — Вот и отлично. Лежи так. Не двигайся. Ли убрал руки от рта и шеи Хана, чтобы снять с себя уже мешающие шорты. Откинув их в сторону, Минхо обратно взгромоздился на Джисона. Младший нервно заёрзал: — Хён... — Я велел тебе заткнуться, блядь. Ты что совсем тупой? — Ли наклонился вперёд и яростно дёрнул Джисона за волосы. — Ты не можешь закрыть свой ебанный рот. Что ж. Я помогу. Сделаю это привычным для тебя способом. Минхо привстал на коленях и придвинулся вперёд настолько близко, чтобы можно было разместить свой член прямо у лица Хана. Обхватив ствол одной рукой, Ли пошлепал им по щеке младшего, затем переместился на горячие губы, обводя контур головкой и легко толкнулся бедрами, отодвигая верхнюю губу. — Вот теперь ты можешь открыть свой рот. И как можно шире, — Джисон послушно разжал челюсть. — Какие вы геи послушные, — скривился Минхо. — Высунь язык, — Хан сделал и это. Ли аккуратно ввел член в рот, щекоча небо, от чего младший слегка сморщил нос, а затем грубо толкнулся внутрь, войдя до самого основания. Прикрыл глаза, ненадолго замерев в таком положении. Первое время он двигался мучительно медленно, заставляя Джисона то и дело сдерживать рвотный рефлекс, и затем постепенно ускорил темп. Старший явно мысленно отключился и забыл, где и с кем он всё это делает.       Слёзы, что катились из глаз Джисона, уже залили все щёки и шею. Руки младшего потянулись к сочным ягодицам Минхо в попытках сбавить обороты и придать действиям свой собственный темп. — Блять, Джисон, да, — выругался Ли. Хан впился в задницу старшего, как в спасательный круг. Он твердо решил, что сегодня отправит ко дну этот полуразвалившийся корабль, который Минхо назвал своей гетеросексуальностью. Хан надавил кончиком языка на самое основание члена Минхо и тот громко заскулил. Ноги старшего ослабли, из-за чего колени ещё больше разъехались в разные стороны. Он почти полностью сел на подбородок Джисона. Младший сильнее сжал ягодицы, приподнимая их, подталкивая Ли вперёд, призывая, таким образом, не останавливаться. — А тебе, как я посмотрю, это нравится, извращенец, — стонал Минхо. Хан слегка кивнул. Затем одной рукой раздвинул упругие половинки, а второй очертил пальцами дырочку Минхо, слегка надавливая и поглаживая. Глаза старшего распахнулись от шока и в тот же момент он обильно кончил Джисону в рот. Младший подавился. Он слегка оттолкнул Минхо, заставляя того выйти и закашлялся. Остатки спермы полились из носа. — Про... — хотел было извиниться Ли, но вовремя вспомнил, что это вообще-то он здесь пострадавший. — Что это сейчас было? Хан вытер нос, все ещё продолжая морщиться от жжения в нём. — Я думал, что момент подходящий. — Подходящий для чего? — недоумевал старший. — Ну, ты же сам пришел и... — И ты думал, что можешь меня трахнуть? Это я тебя трахну, Хан Джисон, — сверкнул глазами Ли, и, схватив Хана за голень, рванул на себя. — Готовь очко, — процедил он. — Я знал, что ты решишь брать быка за рога и бороться с врагом его же методами, — не обращая внимания на действия старшего продолжал Хан. — На обратную позицию пока рассчитывать не приходится? Тебе, скорее всего, время понадобится, чтобы к этому прийти, но ничего, мелкими шагами к большой цели, как говорится. — Я сейчас не понял. Ты на что намекаешь? — Да забей, — оборвал Хан. — Давай вернёмся к главному, на чем мы там остановились: "Джисон, ты ужасный, страшный гей и я покараю тебя твоими же методами ууууу" — устрашающе завыл младший. Где-то внутри Ли кольнуло ощущение, что его разводят. — Ну чего ты? — не унимался Хан. — Ууууу, — ещё раз взвыл он. Глаза Ли сощурились в подозрении. — Если не знаешь, с чего начать, поцелуй меня, — вздохнул младший. — Поце... Что? — обомлел Минхо. — Ладно, давай покажу. Вот так, — Джисон приподнялся, одно колено подогнул под себя, вторая нога осталась вытянутой и всё ещё зажатой рукой Минхо. Младший подвинулся максимально близко, посмотрел в глаза Ли. Старший не шевелился. Зрачки блестели в темноте, как у кота во время охоты. — Ого. Прям так, — присвистнул Джисон, а затем облизнувшись, накрыл губы Минхо своими. Хан целовал аккуратно, мягко посасывая пухлую нижнюю губу старшего. "Чёрт, как же приятно целоваться" — подумал про себя Ли. Прикрыл в наслаждении глаза и открыл рот, позволяя чужому языку проникнуть внутрь. Минхо было настолько приятно, что тот просто не мог остановиться. Где-то на подкорках сознания, Ли всё ещё волновало, что он целует парня и даже хуже — надоедливого, раздражающего, выводящего из себя Хан Джисона. Но в целом, если представлять, что на месте младшего какая-то горячая цыпочка, то это даже за гейство посчитать нельзя. Мысленно убедил себя Минхо. Ли хотелось большего, и он инстинктивно поддался корпусом вперёд, заставляя Джисона опуститься спиной обратно на кровать. И вот уже сам Минхо яростно впивается в губы Хана, сплетает их языки, заполняя комнату будоражащими звуками. — Как же я хочу тебя, Хён, — стонет Джисон, отстраняясь. Тонкая ниточка слюны обрывается, оседая у него на подбородке. Член старшего вздрагивает, реагируя на эти слова: — Блять, Джисон, какого хера ты несёшь, можно ли быть ещё более отвратительным? — Примечательно, что у тебя стоит на этого отвратительного, — улыбнулся Хан, вытягивая руку, чтобы обхватить ей член Минхо. — Посмотри, как ты хочешь побывать во мне. Гарантирую, тебе понравится. Никто не жаловался. Минхо окаменел. — Никто? — дрогнувшим голосом переспросил старший. Глаза его сверкнули: то ли это была злость, то ли готовность разреветься в любую минуту. Хан замялся: — Не то, чтобы было кому. А раз некому, то и жаловаться никто не станет — промямлил он, повернув голову в сторону. — Да ладно, — оживился Ли. — Я то думал, что вы геи только из койки в койку и прыгаете. — Ты что, обрадовался сейчас? — недоумевал от реакции старшего Хан. — Нет, боже, просто заткнись, — Минхо вновь прильнул к губам Джисона, чтобы заставить того замолчать. Хан довольно улыбнулся. Он аккуратно водил рукой по возбуждению Ли, размазывая большим пальцем предэякулят. Старший нетерпеливо толкался тому в ладонь. — Ладно, всё, — отстранился Минхо. Он схватил резинку шорт младшего, стягивая их вместе с трусами. Джисон расслабленно выдохнул и подался тазом вперёд. Ли замер, уставившись на чужой стояк. Ему нужно было срочно придумать гетеросексуальное оправдание происходящему, но мысли путались, из-за чего получалось откровенно плохо. Член Хана пульсировал. Старший инстинктивно облизал губы. — Выглядит аппетитно? — прокомментировал жест Джисон. Минхо не слушал. Он отчаянно пытался сдержать непреодолимое желание попробовать Хана: водить языком, погружая кончик в уретру, мило причмокивать, смакуя его сладко-соленый вкус. Фантазии уносили Ли далеко за пределы того, что может хотеть натурал. Нервно сглотнув, старший произнёс: — Перевернись. Джисон покорно развернулся. Встал на четвереньки, приподнимая бедра, а головой и плечами вжался в подушку. Минхо не собирался нежничать. В конце концов, он тут не для того, чтобы доставлять кому-то кроме себя удовольствие. Но подумав, всё же решил, что так или иначе не сможет войти без подготовки. Ли подался вперёд, практически ложась на спину Хана и нажал кончиками пальцев на его губы. — Оближи. Джисон жадно втянул пальцы Минхо в рот, обильно смачивая слюной. Когда та начала течь по запястью, капая на простыни, Ли убрал руку, переместившись на пульсирующее колечко мышц. Младший не лгал. Он действительно был хорошо растянут и без проблем пропустил в себя сразу два пальца, а затем и третий. — Оооо, — многозначительно протянул Минхо. — Я старался для тебя, — ответил Джисон. — Я типа спасибо должен сказать? — Я был бы не против, но ты можешь отблагодарить меня иначе. — Запомни раз и навсегда, Ханни, это не благодарность, не любовь или что-то подобное. Это наказание. — И в чем же я провинился? — подначивал Джисон. — В том, что ставишь под сомнение мою гетеросексуальность перед Стей. — Да, тут я прям не прав, — ёрничал младший. — Готов отбывать наказание по всей строгости закона за каждый подобный случай. Поток сарказма резко прекратился. Минхо вытащил пальцы. Сплюнул на ладонь и, распределив слюну по всей длине члена, приставил головку к дырочке Джисона. — Посмотрим, хватит ли у тебя сил на шутки после того, что я с тобой сделаю, — ухмыльнулся Ли. Сделав резкий толчок вперёд, он одновременно отвел руку в сторону и звонко опустил ее на бедро Хана. Повторяя шлепки в такт движениям бедер раз за разом. Уши младшего полыхали от стыда, смешанного с наслаждением. Хан не хотел этого признавать, но ему хотелось быть наказанным. Если наказание будет именно таким, то Джисон готов раз за разом совершить все преступления мира. Младший скользил головой по подушке, закусив наволочку на ней и приглушённо стонал. — Ну что, осознал свои ошибки? Будешь ещё лезть ко мне со своим пидорским фансервисом? — шипел Минхо, продолжая яростно трахать Джисона и царапать ногтями покрасневшие от ударов ягодицы. Хан захныкал: — Нет, Хён, я ничего не понял. Я такой глупый, до меня никогда не доходит с первого раза, боюсь придется вдалбливать мне это вновь и вновь. Минхо опустился грудью на спину Джисона, немного замедлившись и прошептал ему в затылок: — И не мечтай. Джисон всхлипнул, его собственный член слегка задевал простыни, трения было недостаточно для того, чтобы наконец получить желанную разрядку. Он медленно протянул руку, накрывая ладонью пульсирующий орган, но Минхо злобно шикнул на него: — Без рук, Ханни, без рук. Иначе какое же это наказание? Хан жалобно заскулил. Ли одной рукой подхватил его под живот, а второй силой нажал на лопатки, заставляя того выгнуться, максимально поднимая ягодицы. В таком положении, каждым движением Минхо задевал простату Джисона. Младшего затрясло от наслаждения, он много раз удовлетворял себя пальцами, но это ни в какое сравнение не шло с ощущением горячего члена обожаемого хёна внутри. Подушка уже промокла от слюны и слез, голос Хана осип от стонов. Джисон так сильно сжимал Минхо, что мозг старшего буквально плавился от удовольствия. Звуки шлепков становились всё громче. Младший взвыл, умоляя Ли замедлиться, но тот только ожесточеннее задвигал бедрами. — Кончи в меня, Хён, умоляю, — севшим голосом взвыл Хан. После очередного толчка, тело младшего ослабло и он, обрывисто вздохнув, наконец-то кончил. Ноги ослабли, Джисон не упал только потому, что его удерживала крепкая хватка Минхо. Мышцы ануса Хана несколько раз сократились от настигшего оргазма и Ли следом излился внутрь.       Старший наконец-то расслабил руки, и Хан рухнул на кровать, поёжившись от липкой спермы, размазавшейся по его животу и груди. Минхо лег на спину рядом и увлечённо разглядывал потолок, будто на нем написаны ответы на какие-то очень важные вопросы. — Все. Теперь мне нечего бояться. Я отстоял свою гетеросексуальность. Я победил гея его же методом. Хан посмотрел на Минхо и залился громким смехом. — Ты выиграл сражение, но не войну, Хён. Минхо почувствовал себя оскорблённым. — Что это ты имеешь ввиду, белка? — Хотя, я бы усомнился, было ли хоть что-то из этого твоей победой. — Я тебя трахнул. — Я этого хотел, — пожал плечами Хан. — Ты плакал. — Это была часть представления. Мы же ходили на актерские курсы. Лицо Минхо залило краской от ярости. — Какие, нахуй, актерские курсы, Джисон. Мы там учились только основам, чтобы в клипах красивые кадры получались. Что-то я не помню, чтобы нас учили плакать и умолять. — Это дополнительный пакет услуг. Туда входят уроки по тому, как рыдать, просить ещё и затаскивать в постель гомофобных хёнов. Сегодня был экзамен, и я его сдал. Минхо воровато огляделся: — Тут что, камеры? — Вот видишь, ты веришь всему, что я говорю. Разве это не показатель моего актерского таланта? Минхо сел, поджав под себя колени: — Иди на хуй со своими тупыми шутками. Я от тебя устал. Джисон оглядел Минхо снизу вверх и перекатился на бок. — Ты такой красивый, Хён, — самозабвенно прошептал он. — Я могу на тебя вечно смотреть. — Вечно ты можешь только в аду гореть, —отрезал старший. — Нет, правда, я запомнил все, что сегодня видел, теперь, смотря на тебя, я буду вспоминать именно такого Хёна — голого и возбужденного. Ох черт, кажется, я опять завелся, — протараторил младший, подскакивая и продвигаясь ближе к Ли. — Так, ну всё, теперь моя очередь, — сказал Хан. Затем надавил старшему на плечи, заставляя опуститься на кровать. — Очередь? Мы что в МФЦ? — Я хотел потерпеть до момента, как ты осознаешь свои чувства, но передумал. Хочу запомнить и впитать тебя каждой частичкой своего тела.       Джисон стёр большим пальцем сперму Минхо, стекающую по внутренней стороне собственного бедра и размазал её по среднему и указательному пальцам. Ли понял, что дело пахнет настолько сильным трением в области его жопы, что та непременно загорится в процессе. — У тебя последняя извилина разгладилась, пидор? — яростно махал руками старший, пытаясь отбиться. — Слушай, я сейчас не буду притворяться слабым мальчиком и делать вид, что ты можешь меня удержать. Потому, просто расслабься и получай удовольствие, — буркнул Джисон, сцепив запястья Минхо ладонью и удерживая их над его головой. — Я клянусь, я убью тебя, — угрожал Ли. — Я уже мертв внутри. Хуже не будет. Давай пока оставим препинания и перейдем к чему-то не менее приятному, чем бесконечная грызня, — с этими словами, Джисон раздвинул плотно сжатые колени Минхо и втиснулся между ними. Ввел аккуратно кончик указательного пальца в колечко мышц, но старший был слишком зажат. — Расслабься хоть на секунду. Это, честно, приятно, гетеросексуалы тоже так делают — это нормальная практика, — пошел с козырей Хан. — Ты меня за придурка не держи, — сверкнул глазами старший, а Джисон, воспользовавшись моментом протолкнул палец глубже. — Вот, умничка, — похвалил младший, аккуратно двигая рукой. — Теперь ещё один. — Будешь каждое действие комментировать? — напрягся Ли. — Если ты захочешь... — Боже, нет. Только не это. — Так уж и быть. К одному пальцу присоединился второй. Хан аккуратно сгибал и разгибал их, поглаживая стенки. Минхо чуть заметно расслабился. Джисон замурчал от радости. Ли становился все податливее и эластичнее, позволяя младшему добавить ещё один палец. Его удивляло, что старший все это время молчал. Хан по себе знал, что все это приносит больше дискомфорта, чем удовольствия. Неужели Минхо на самом деле его хотел? — Хён... — потянул младший. — Заткнись и вставь мне уже, — гаркнул Ли. Джисон аж приподнялся от удивления, чтобы проверить точно ли он не ошибся хёном и перед ним тот самый Ли Минхо, а не какой-то другой. Старший же достаточно долго обрабатывал информацию, чтобы прийти к окончательному и бесповторному выводу — Йени прав. Мы живём в матрице. На самом деле его тело сейчас находится в криогенном сне. Геев не существует и вообще это все фикция. Пусть этот человек напротив делает с его телом, что хочет — оно же не настоящее. — Ты там сдох или как? — А, да, конечно, я просто надеялся, знаешь, что ты будешь просить об этом чуть более... Возбуждённо что ли ... — ноткой обиды в голосе произнес Джисон. — Очень тебя хочу, сил моих больше нет. Видишь стояк? Это от тебя, малыш. Давай быстрей, — монотонно протараторил Минхо. Джисона напрягала такая перемена, но какой грызун откажется от лакомства, даже если после этого его будет ждать ужасная смерть в лапах дикого кота? Хан был готов отдать свою жизнь за возможность попробовать сладкое тело Минхо. Джисон подхватил под колени старшего и закинул его ноги себе на плечи. — Ты сам напросился, — констатировал тот, очень медленно проталкивая член внутрь. Минхо перекосило от боли. — Чуть-чуть потерпи, малыш, обещаю, ты будешь просить ещё. — Ещё раз откроешь свой рот, и я тебе так сожму, что член отсохнетАААА ,— завопил на последнем слове Минхо. Хан резко двинулся. — Тсссс, — процедил сквозь зубы Джисон, поглаживая лодыжку старшего. — Тихо. Тихо. Я аккуратно, — успокаивал он, плавно двигаясь и покрывая поцелуями ноги Ли. Одной рукой Хан дотянулся до нежно розовой пики на груди Минхо и мягко надавил. Старшего шокировало то, настолько чувствительными оказались его соски. Он выгнул спину, отдаваясь прикосновению. Хан улыбнулся отзывчивости Ли. Поняв, что тот уже немного привык, чуть ускорил темп. Звуки становились всё более влажными. Минхо искусал губы в попытках сдерживать стоны. В какой-то момент Джисон скинул с плеч ноги старшего. Ли вскрикнул от неожиданности: — Что ты... — Меняю позицию. Младший, оставаясь внутри повернул Минхо на левый бок. Провел рукой по его ягодице, приподнимая ее. —Какой чудесный вид. Так приятно смотреть, как твоя дырочка обхватывает мой член, — закусил губу Хан. Ли почувствовал, как его лицо заполыхало. Сердце пропустило удар от стыда. Младший резко толкнулся и Минхо взвизгнул от внезапно накрывшего чувства наслаждения. — О. Нашел, — обрадовался Джисон.       Старшего била мелкая дрожь, ощущения, которые он испытал не поддавались описанию. Они сладкой негой распространялись по всему телу, каждый раз, когда Хан задевал комочек нервов внутри. Минхо не мог поверить, что спать с парнем может быть настолько приятно. Он, конечно, не собирался отказываться от всей своей ненависти к геям вот так сразу, но готов был сделать поправку в своем личном кодексе гомофоба, что секс с парнем не может считаться за гейство. Вот весь этот ваш фансервис — да, а секс — точно нет. В конце концов, кто Ли такой, чтобы запрещать такие божественно приятные вещи?       Хан трахал Минхо все более ожесточенно, руками ощупывая каждый сантиметр его шикарного тела: рельефный торс, упругие бедра, подкачанные руки - все это сводило с ума. Хан осыпал поцелуями плечи, втягивая нежную кожу на шее, оставляя отметины на видных местах. Возможно, такое больше никогда не повторится, но его метки будут ещё какое-то время напоминать о том, что это не было просто сном. Джисон хотел было отстраниться и полюбоваться на результат своих стараний, но Минхо схватил того за волосы и потянул к лицу, жадно впиваясь губами. Старший больно укусил Хана, из разодранной губы полилась кровь. Поцелуй приобрёл привкус железа. Это тоже была своеобразная метка, обозначающая сопротивление Ли. Если кто спросит, он не хотел этого. Минхо как загнанный в угол зверь - сражался до конца. Ну и что, что это именно он удерживал Хана за волосы, не давая отстраниться? Ну и что, что это именно он самозабвенно двигал бедрами в такт толчкам Джисона? Это было сопротивление. Честно. — Малыш, я близко, — еле сумев расцепить поцелуи прошептал Джисон и чмокнул Минхо в лоб. Затем обхватил рукой его член, усиливая ощущения. Старший прикрыл глаза, слизывая кровь с губ, громко стонал, кончая. Собственная сперма попала ему в глаз, больно защипав. Хан кончил следом. — Хён, ты не поверишь! — ворвался в комнату воодушевленный Чонин. И замер, разглядывая представившуюся перед ним картину. Джисон, вытаскивающий член из задницы старшего. Старший, яростно трущий красные от слез глаза. — Да бл... — вскинул голову макне, упарившись взглядом в потолок. — Все ясно. Сегодня ты оставил мне дверь, потому поставил новый мод и решил удалить одеяла. Ну, охренеть спасибо, челом бью, — тараторил Йени. Минхо с Джисоном переглянулись. Их обоих охватило лёгкое беспокойство. — Короче, если одеяла вернут, вы позовите, я пока пойду к Чану, он просил его научить записывать голосовые в баббл.

***

      Ребята сидели в столовой и усиленно обсуждали предстоящий камбек. — Только давайте без пидорских вставок, богом молю, — как всегда возмущался Минхо. — Пидорские вставки бывают только в твоей заднице, — заметил Хенджин. Ли захлопал ртом, как рыба, выброшенная на берег. Чанбин с Феликсом удивлённо переглянулись. — Это что. У Минхо не нашлось чего ответить? — не верил своим ушам Со. Феликс поднес тыльную сторону ладони ко лбу старшего. Джисон справедливо заметил: — Он горяч, как и всегда, Ликс. Минхо захлопал ртом с двойной силой. В разговор вмешался Сынмин: — Слушайте, я думаю, он сильно устал. В последнее время Хён плохо спит. Только и делает, что разговаривает во сне. Причем, все его сны только на английском и в них, похоже, самый разгар пасеки, потому что он постоянно просит: «Ещё мёда». — Оооо, в настоящем мире Хён разводит пчел. Уважаемо, — одобряюще закивал головой Чонин. — Кажется, Йени нужна серьезная помощь, — оживился Чан. — Ещё чуть-чуть и он либо попытается выйти из матрицы, либо полностью перейдет на симлиш. — Шеб, Шеб! Афладах! — ответил макне. — Бля… — среагировали все в унисон.