Тим Риверс. Охота на Ворона

      Разумеется, такое громкое событие, как смерть ученика, нарушило и искривило будни Хогвартса. Теплые осенние дни как-то особенно резко сменились промозглой и дождливой погодой. Студенты, которым запретили покидать замок, поначалу сетовали на невозможность прогуляться в Хогсмид или потренироваться лишний раз на поле для Квиддича, но вскоре перестали, поскольку из теплых гостиных выходить никому не хотелось. Через несколько часов после гибели Джимми Докери в замок прибыли мракоборцы; часть из них патрулировала окрестности, часть – коридоры, по одному волшебнику было приставлено к каждому значимому помещению замка. Всех особенно напугало, что преступление произошло в гостиной одного из факультетов – в месте, которое всегда казалось образцом безопасности и защищенности. И конечно, все вспоминали события тридцатилетней давности, когда на стенах появлялись зловещие надписи, про Тайную комнату, наследника Слизерина и нападения на студентов.       - Интересно, почему с мракоборцами не приехал Гарри Поттер? С ним замок почувствовал бы себя спокойнее. – спросил как-то во время завтрака Билли Филдс, однокурсник Тима, особенно увлекающийся историей противостояния Гарри Поттера и Волан-де-Морта и мечтающий описать эти события в серии романов. – Заодно мог бы расспросить его о никому не известных подробностях его жизни в Хогвартсе.       - Заодно? Боже, Билли, мне иногда кажется, что ты забываешь о том, что произошло. – Пит Макнитти раздраженно бросил ложку в тарелку с овсянкой. – Погиб наш друг и…       - Я прекрасно помню, что произошло, Пит. – отрезал Билли. – Мы и так почти не разговариваем, невозможно же все время сидеть с опущенными глазами, словно это мы в чем-то виноваты. Мама говорит, что сейчас решается вопрос, не закрыть ли школу – и, судя по всему, так близко к закрытию она не была уже много лет.       Тим слушал, вяло намазывая джем на тост. Аппетит к нему всё еще не вернулся, но первые несколько дней после случившегося он вообще не мог есть. Впрочем, его удивило, как быстро тело победило разум и заставило выполнять обычные ритуалы, необходимые для нормального функционирования. Сама идея закрытия школы не казалось ему такой уж безумной – ведь после случившегося не осталось ни улик, ни подозреваемых, ни мотивов. Казалось, что всё произошло случайно, словно замок нуждался в жертве, словно в Хогвартсе иногда, раз в несколько десятков лет, должен умирать студент. Тим невольно вспомнил свой разговор с мракоборцем, который опрашивал его и остальных когтевранцев о произошедшем: - Сэр, прошло уже несколько дней, у вас есть какие-то зацепки, хотя бы какое-то представление, кто мог это сделать? - Простите, мистер Риверс, но я не могу предоставить вам этой информации. Да и не забывайте, что задавать вопросы – моя обязанность, а ваша – отвечать. Фамилия мракобореца была Пигинс и она ему очень шла: крупный, неуклюжий, с красным лицом, он обладал таким распространенным среди людей его профессии талантом – мгновенно вызывать неприязнь. ­- Я понимаю, сэр, но мы с Джимми жили в одной комнате; если вы не понимаете, что значит потерять друга, то хотя бы учтите то обстоятельство, что мы тоже можем быть в опасности. - Мистер Риверс, повторю еще раз, если бы у меня и была какая-то информация, я бы не смог с вами ею поделиться. Но, хотя вы и заставляете меня нарушить все мыслимые инструкции, могу сказать одно – дело движется медленно, работать нам не с чем. – Пигинс вздохнул и убрал самопишущее перо и свиток с показаниями в свой портфель. – Мистер Фаулз готов отправить группу расследователей обратно в Лондон, оставив только тех, кто охраняет замок. При воспоминании об этом разговоре у Тима застучало в висках: отправить группу расследователей обратно! Словно их работа здесь была выполнена! Он яростно откусил от тоста с джемом, сделал большой глоток несладкого чая и, нарушая вновь воцарившееся молчание, медленно произнес: - Значит, придется самим. Все сидящие рядом обернулись на него. - Что «придется самим»? – прищурился Пит. - Значит, придется самим найти того, кто это сделал. - Начитался своих магловских книжек, Тим? – без всякого сарказма и издевки произнесла Вики Уилкинс. – Я понимаю твоё желание поиграть в сыщика, но тебе не кажется, что мы имеем дело не просто с «загадкой исчезнувшего котла»? - Начнем с того, что среди маглов действительно были выдающиеся детективы. От них всяко было бы больше пользы чем от него. – Тим кивнул в сторону преподавательского стола, за которым завтракали и некоторые мракоборцы. Пигинс выделялся среди них особенным энтузиазмом в вопросах потребления наготовленной эльфами еды. - Некрасиво так говорить. Пигинс добрый малый, пускай и глуповат. Тим уже пожалел, что так открыто сказал о своих намерениях. Надо было помалкивать, как он обычно поступал, когда дело касалось чего-то личного. - Как бы то ни было, мы сидим, рассуждаем и совершенно ничего не делаем. Очень похоже на Когтевран. Можете представить себе, что устроили бы гриффиндорцы, случись подобное на их факультете? Они бы уже перевернули школу верх дном и развязали новую волшебную войну, пытаясь найти преступника. - И с чего ты прикажешь начать? – спросила Эмили Визенбрю (Тим чуть покраснел). – У того, кто так бойко осуждает других, наверняка должен быть готов хотя бы какой-то план. Тим почувствовал, как язык прилипает к небу и понял, что сможет выдавить из себя только бессмысленный набор звуков, поэтому решил драматично промолчать. - Да, я так и думала. – Эмили встала и подхватила свою сумку. – Лучшее, что мы можем сейчас сделать – подумать о своей безопасности и безопасности других учеников. И выполнять указания профессора Макгонагалл. В ней-то ты не сомневаешься, надеюсь? Эмили пошла своей слегка прыгающей походкой в сторону выхода и Тим грустно проводил её взглядом. В книжках, которые он читал в детстве, обычно писалось, что такая демонстративная неприязнь как правило говорит об обратном, но с каждым годом ему было всё труднее в это поверить. Тем не менее, план, про который спрашивала Визенбрю, у него был – вернее, не план, а общее представление, с чего бы правильно начать. - Предлагаю, для начала выяснить, что же всё-таки накопали наши Шерлоки. – увидев непонимание в глазах однокурсников, Тим в очередной раз мысленно отругал себя за использование магловских сравнений. – Мракоборцы, нужно их расспросить. Вдруг у них что-то есть, что-то, чему они не придали значения, но чему придадим значения мы. Какая-то деталь, мелочь… вы же знаете, что всегда всё дело в мелочах. - И как ты себе это представляешь? – спросил Билли. – Извините, сэр, не могли бы вы дать мне покопаться в ваших записях, ведь мы не уверены в вашей квалификации и способностях к анализу. - Ты мог бы написать своей маме, спросить, вдруг она что-то знает. Ну, не в лоб, конечно, как-нибудь уж разболтай её. – Вики подмигнула Тиму. – Раз она в совете, да еще и работает в Министерстве, вполне вероятно, могла что-то слышать. Теперь уже Билли оказался объектом всеобщего внимания. Он улыбнулся, как обычно делал, готовясь элегантно выкрутиться из неудачно складывающегося разговора, и кивнул: - Хорошо, мисс Уилкинс, мэм, что-нибудь придумаем. Все заулыбались, но, вспомнив причины их намечающегося приключения, смущенно сделали вид, что надо срочно заканчивать завтрак. Пит Макнитти встал вместе с остальными: - Мы не предаем память Джимми и не ищем способ развеяться. Я согласен с Тимом, сидеть и ничего не делать – попросту глупо. Поэтому, пока Билли ждёт вестей от матери – будем держать ухо востро. Если что-нибудь появится – слух, жалоба от приведения, что-то необычное или странное, что угодно – рассказывайте мне. Или Тиму. Компания начала расходится – занятий в аудиториях сейчас не было, но учителя, дав студентам несколько дней выходных, через некоторое время загрузили их домашними заданиями по полной, в том числе и для того, чтобы хоть немного отвлечь от произошедшего. «Как же естественно ему удается быть лидером» – без зависти подумал Тим, бредя к выходу из Большого зала. То, что Пит взял на себя центральную роль, было ему только на руку – он мог спокойно сфокусироваться на своих мыслях, которые никак не касались мамы Билли или мистера Пигинса. Со дня трагедии у Тима не было ни одного видения, но он не мог перестать думать про длинный коридор и приоткрытую дверь. Возможно, её вообще не стоило тогда открывать.