Обыкновенный день необыкновенной девочки

Полина сидела на уроке математики, подбородок ее оперся на скрещенные ладони. Татьяна Борисовна, их учительница, водила красной ручкой по тетрадям, периодически заглядывая в журнал. Контрольные работы. Тех немногих, что осмелились сдать до конца урока. Полина была в их числе. Аккуратно повернув голову, она заметила, как Ромка глядел в свою тетрадь, брови его сдвинулись, переносица напряглась. Полина не сомневалась, что хулиган тужится наскрести решенных примеров хотя бы на тройку с минусом. Уголки рта Ромы вдруг опустились и вкупе с остальным придавали его лицу настолько тупое выражение, что Полина невольно улыбнулась. Спрятав улыбку за ладонью, она отвернулась и устремила свой взгляд куда-то в сторону. Воля и хладнокровие хулигана были для неё притягательны. Но, в отличие от своих сверстниц, Полина не была склонна бежать на поводу своих сиюминутных чувств. Ромка нравился ровно настолько, сколько и отталкивал, а именно своей жестокостью, бандитскими замашками и дружбой с откровенно неприятными личностями вроде Семёна. Дружбой - громко сказано, скорее негласным покровительством. "Вот бы повстречать кого-то другого, храброго, но не грубияна, доброго, интересного" - подумала Полина и с сожалением осознала, что не было людей более далёких от этих качеств, чем мальчишки её класса. У Полины замерло дыхание. Татьяна Борисовна добралась до её тетради, девочка моментально узнала свой тонкий почерк на обложке. Учительница раскрыла тетрадь и принялась водить ручкой по цифрам и черточкам - то была контрольная Полины. О да, математику она недолюбливала, приходилось подолгу сидеть вечерами, вникая, иногда даже обращаясь к дедушке за помощью. Дедушка был человеком просвещенным, благо, что Полина была "всего лишь" в 6 классе, ему не составляло труда дать внучке подсказку. Но дедушка был хитер. Прямых подсказок не давал, лишь направлял на нужной тропе. - Дедушка, так нечестно! - шутливо восклицала Полина. - Справишься, справишься, - отвечал он, улыбаясь через седину бороды, - талант - штука скользкая, повсюду проявляется, а ты у меня умница, вот и дерзай! - Да, дедушка, - отвечала Полина, расцветая от похвалы и вдохновляясь на упорную учёбу. Татьяна Борисовна сделала несколько пометок в работе Полины, более щадящих, нежели у большинства, и выставила четвёрку. Полина облегчённо вздохнула. Прозвенел звонок. Ученики не шелохнулись и продолжали сидеть за партами - добивали ненавистную контрольную. Но Татьяна Борисовна не собиралась оставаться в классе ни минуты сверх положенного. - Заканчиваем и сдаём, - просто и без церемоний сказала она, - остальные могут идти. Горсть учеников, отчаянных, сдавших свои тетради больше от безысходности, поднялась и принялась собираться. Полина аккуратно сложила вещи в портфель, взяла футляр со скрипкой и вышла в коридор. Следующий урок - русский язык. Контрольная, единственное, что угрожало им сегодня, позади. Можно вздохнуть спокойнее. Полина зашагала по коридору. Из классов высыпали ученики. Поднялся галдеж. У кабинета русского, Полина, как обычно, встала у окна и устремила взгляд вдаль. Из щелей слегка дуло. Белая краска на окне потрескалась. Посёлок расстилался перед нею, застрявший во времени и пространстве. - Опа! - кто-то гаркнул ей в ухо и слегка ухватил за бока. Полина подпрыгнула и возмущённо обернулась. Рома! Ну кто же ещё... - Рома! Ты меня напугал! - воскликнула она и невольно улыбнулась. Рома был один. - Авось, не помрешь со страху, - сказал он и прищурился, - ежели пойдёшь сегодня со мной после школы. Очередная попытка. Полина смущённо отвела глаза. Ухаживания Ромы ей льстили, но рассудок брал верх. Одним мгновением она представила, как они бредут по улице и неловко пытаются нащупать общую тему. Раз за разом, но безуспешно. Представила, как Ромка сдерживает в устах грубости. Представила, как рука его по привычке ныряет в карман за сигаретой, но замирает на полпути. Со всей очевидностью почувствовала, как её восхищение спотыкается о все перечисленное. Восхищение бесформенное и такое слепое... Нет. Она снова обратила глаза на Рому. Тот всматривался в неё и догадывался, какой ответ его ждёт. - Прости, Ром, но сегодня не могу, - деликатно соврала она. Рома не стал допытываться. Не стал просить. Убеждать. - Как знаешь, - невозмутимо сказал он и растворился среди учеников. Волна симпатии к мальчишке поднялась в Полине ещё выше. Полина отвернулась и поправила чёлку. Удивительно, но вспыхнувшие чувства оказались мимолетными - скоро эмоции Полины пришли в равновесие. С глаз долой - из сердца вон. После уроков - скрипка. Прилив нетерпения захлестнул Полину. Ох, сколько слов благодарности пришлось выслушать дедушке! Чудесным образом он угадал, чем занять скучающую внучку и договорился с учителем музыки об индивидуальных занятиях для Полины. Она была новичком невероятно способным и быстро схватывала. Урок за уроком Полина училась, впитывала в себя музыку, пока музыка не ответила ей признательностью. Это был её островок вдохновения посреди унылого и страшного захолустья, тайник ярких впечатлений. Остальные уроки прошли быстро. Музыка в её мыслях ускоряла ход времени. Полина тайком пыталась поймать взгляд Ромки, но он предпочитал её не замечать. К облегчению девочки - не хватало ещё безответной любви в лице Ромы! Коридоры пустели - ученики расходились по домам. Полина вышагивала по коридору, ожидая Виктора Константиновича - местного учителя музыки. Туфли постукивали в такт чувствам. Репетитор задерживался. Его единственная ученица забеспокоилась, её пальцы забарабанили на подоконнике. Мимо проходила Лилия Павловна. - Лилия Павловна, простите, а Виктор Константинович сегодня в школе? Учительница остановилась и лицо её резко дернулось. - Господи, Полина, забыла совсем предупредить тебя - его не было сегодня, он просил сказать тебе, что уехал. - Уехал? - переспросила девочка с чувством, что пол провалился под её ногами - не знаете, куда? - Откуда мне знать? Себе на уме он, поди разгадай. - Хорошо, спасибо, до свидания, - произнесла Полина упавшим голосом. - До свидания, - бросила учительница и зашагала дальше. Полина, разочарованная, спустилась в раздевалку и с усилием оделась. Входная дверь школы громко захлопнулась за ней. Снег захрустел под её ногами. Предстоял унылый путь домой. Она оставила позади часть посёлка, прилегавшую к школе. Следующий отрезок путь пролегал по тропе на краю леса, тёмные ветви деревьев резко выделялись на фоне белизны. Разочарование не оставляло Полину и, как это всегда бывает, открыло дорогу прочим дурным чувствам. Она стала бросать взгляды в лес и чем больше это делала, тем страшнее ей становилась. В памяти всплыли истории о маньяке. Исчезновения прекратились несколько лет назад. Полина, несмотря на ходившие о тайге слухи, всё же склонялась к тому, что людей похищал именно человек. Но с каких пор разумные мысли мешали бояться чего-то неизвестного, мрачного, звериного и беспощадного? Полина схватила горсть снега и скатала ее в снежок. Ей стало легче. Но снежок не спасал от гнетущей мысли, будто она лишь жалкое существо, представшее перед величественной тайгой. Тропа делила посёлок на две половины. Вид жилых домов на другом её конце успокоил Полину и она ускорила шаг. Навстречу ей шёл мужчина, крепкий и бородатый, одетый весьма старомодно - шапка и пальто так и веяли ушедшей эпохой. Он походил на стереотипного советского мужчину из западных фильмов. На лице мужчины застыло настороженное выражение, уверенные глаза осматривали окружающий мир. Полина вдруг поняла, что никогда его прежде не видела и содрогнулась. Но мужчина прошёл мимо и лишь мельком глянул на Полину. Девочка перевела дух и скоро достигла своей улицы. Мужчина, образ которого застыл в её воспоминаниях, теперь казался надёжным и бесстрашным. Соседка вдруг окликнула ее: - Полиночка, здравствуй, зайдёшь ко мне? - Простите, Светлана Игоревна, домой нужно, дедушка просил, - отозвалась девочка. - Конечно, Полин, прости меня, дуру старую, я сама скоро к вам зайду, - запричитала пожилая женщина. Дом Полины мало чем отличался от других - такой же старый, такой же устойчивый, такой же тёплый. Она всё ещё держала в руках снежок. Полина бережно положила его в снег близ крыльца и перешагнула порог.