Гетерохромия трех цветов

      Сержия ехала в такси по уже вечернему, промокшему насквозь от дождя Питеру. В наушниках играла Наша Таня «Намордник». «Лаять сквозь намордник, лаять сквозь намордник…»       Эта встреча должна была решить дальнейшую судьбу «Вместе». Новый взлёт или же всеобщее забвение. Сержия почувствовала, как пульс участился с «быстро» на «очень быстро». «Успокойся, ты всё сможешь» «Смогу, конечно! Мне лишь восемнадцать, и это будет первая сделка в моей жизни! Я не удивлюсь, если они откажут на первых минутах!» «Наоралась? А теперь слушай сюда, тряпка. Твой отец со своей нерешимостью к двадцати шести годам был уже миллиардером!» «Я не мой отец!» «Ты его дочь, этого хватит».  — Сержия? — Марго как всегда вырвала её из раздумий внезапно. «И нагло». — Хотела Вам предложить прослушать несколько аудиофайлов. — Давай.       Когда в наушниках раздался голос отца, Сержию пробила дрожь. Прошло семь лет с тех пор, как она слышала его в последний раз. «Сегодня моя первая сделка с инвесторами. Господи, как же страшно! Олег уехал несколько месяцев назад, так что приходится выговариваться диктофону, — тихий горький смешок. — Думаю, если бы на моём месте была Сержа, она не боялась бы так. Она многого добьётся в жизни, я это знаю. Она моя девочка». Судя по голосу, отец улыбался. «Он в меня верил…» «И верит до сих пор. Ты должна ему поднять «Вместе». И вытащить тоже. Так что…» «Сопли на кулак и в бой, я знаю». — Спасибо, Марго. — Всегда пожалуйста! — Мы приехали.

***

       Сержия посмотрела на здание, где должна была проходить встреча. «Когда-то оно полыхало!» — Заткнись.       Из казино «Золотой Дракон» её провели в кабинет, где сейчас сидели все самые богатые люди города.       «Неудивительно, что у него была навязчивая идея их всех сжечь. И с такими отвратительными рожами мне придётся работать». — Я так понимаю, Олеся Волкова? — задал вопрос человек, сидящий во главе стола. — Она самая. — Присаживайтесь.       Когда девушка заняла свободное кресло у дубового стола, мужчина продолжил: — Я слышал, Вы хотите предложить нам инвестировать в компанию «Вместе». Тогда встаёт вопрос: на каких основаниях мы должны это сделать? И есть ли гарантия, что проект не провалиться?.. «Гад. Знает ведь, что я не уверена».       Сержия нервно надела серебряные солнцезащитные очки. Несколько человек переглянулись между собой. «Ещё бы, на улице дождь идет, а ты в очках ходишь». — Вам ведь раздали конверты? Хорошо. — Что-то мне это напоминает, — услышала Сержия.       А дальше началась изнуряющая защита проекта. Но к концу трехчасового рассказа об обновлении «Вместе» 3.0 почти всё собрание было «за». Почти. Из всех членов собрания только миллиардер Гречкин наотрез отказался спонсировать. А законы этих идиотов гласили о том, что если не согласен один, то у остальных нет прав спонсировать проект. Вдруг до Сержии донеслось: — С каких это пор твои принципы стали мешать нам зарабатывать бабки, Гречкин? И потом, соцсеть не причастна к тому, что творил её создатель.       Но Гречкин продолжал настаивать. В голове пронеслось: «Это дело всей его жизни! Ты должна сделать это.»       И тогда она почувствовала ту силу, что передавалась от поколения к поколению. «ДАВАЙ!»       Сержия сняла очки. Мало кто это заметил, но гетерохромии у нее теперь не было. Глаза приняли зелено-голубой окрас. И тогда она посмотрела в глаза главному. «Надави на Гречкина».       Спустя секунду она услышала: — Хватит артачиться. Без нас ты всё равно никто, — затем, обращаясь уже к ней, главный сказал: — Мы принимаем Ваше предложение и начинаем спонсировать «Вместе». «Поздравляю».

***

— Сержия, всё прошло отлично. Напоминаний на сегодня больше нет.  — Спасибо, Марго, — в очередной раз пробормотала Сержия, сидя в такси. «Теперь дело за малым — экспертиза». — Я уже близко, папа.

***

       Кошмар. Он снова повторяется, но теперь Сержия слышит голос матери из-за спины:  — Поздравляю, девочка моя, теперь ты настоящая Грифич…