Гетерохромия трех цветов

— Что? — Я убила человека.

Несколько месяцев назад

      Ноги несут ее все быстрее и быстрее. Рукоять меча уже привычно легла в ладонь. Нажим кнопки, и она уже несется вперед с мечом в руке. Забавная картинка. Белые кеды, потертые джинсы, футболка и древний меч. А еще маска на лице.       Маг уже занес над девочкой нож. — Nieeee! — Сержа сбивает его с ног на скорости и, ударив мечом плашмя по руке, обезоруживает его. Только она пока не заметила куда отлетел нож.       Маг один, значит, это только первая жертва. Нажав на сонную артерию, девушка скручивает его руки веревкой. И только потом замечает это.       Девушка. Очень похожа на жертву. Но старше. «Сестра.»       На животе расплывается пятно крови, белая рубашка пропитывается красной густой жидкостью. Девушка касается живота рукой, а потом лица. И падает на землю. Сержа бежит к ней, стаскивает с девушки панамку, осторожно вытаскивает нож и сразу же зажимает рану панамкой. — Bądź cierpliwy, już dałem sygnał, teraz przyjedzie karetka. Przeżyjesz! Tylko nie zamykaj oczu!       Девушка улыбнулась. — Ești ca un zidar, doar o fată. Protejându-ne de Solomonas. Dzięki za uratowanie mojej siostry.       Голубые глаза застыли, руки опустились и охладели. — Nie! Nie nie nie! — Слезы полились по лицу. Сержа подняла дрожащие руки. На них засыхала багровая кровь. Только сейчас она поняла, что у нее на коленях лежит хладный, недвижимый труп. Истерика захлестнула Сержию, как цунами, накрывший город и поглотивший его. Но сейчас было не время для плача, истерики и тому подобного. Сейчас самое важное — успокоить девочку и скрыться, как можно быстрее.

***

      Похороны были в тихом селе. Оказалось, обе девочки были из села в Западной Румынии. Приехали в Бухарест на учебу. Точнее, старшая на учебу, а младшая напросилась вместе с ней. И нашли здесь проблемы на голову…

***

— Оказалось, меч ударил слишком сильно. Она умерла по моей вине… — Серж, это была случайность. — Нет… Когда я увидела… Увидела, как он заносит нож… Я не знаю, что тогда на меня нашло, ярость настолько вскипела в мозгу, что… Вообщем, я использовала заклинание силы, из- за которого все и случилось… Если бы я тогда сдержала эмоции, все бы было иначе!..       Сергей вздохнул. Как он ни ограждал дочь от этого, это все равно случилось. Впрочем с его болезнью, вероятность перехода которой от него к дочери была равна двадцати процентам и крови Грифичей в жилах Сержи этого следовало ожидать. «Правда, не в таком виде».       Разумовский все никак не мог забыть ту сцену. Воплощение его худшего страха. Когда Сержа копировала все повадки Птицы, когда чуть не убила человека с тем же наслаждением, что и он. Разумовский так и не понял, была ли эта сцена игрой на страхе его воображения или… Или все же правдой… — Я не могу тебе сейчас говорить, что это нормально при таком раскладе. Что надо посмотреть с другой стороны, ведь ты спасла столько жизней. Нет, твоей вины в этом ничто не отменит, и с этим придется жить. Но ты хотела, как лучше. Пусть это послужит тебе хоть малейшим успокоением. Поверь, это намного лучше, чем знать, что ты убивал людей намеренно… — Пап… — Да? — Прости… Я еще и на тебя это все взвалила… — Все нормально. О таком нужно рассказывать — становится легче. Спи!       Отец вышел, выключив свет. Сержа провалилась в царство Морфея, на этот раз без сновидений.

***

— Кстати, насчет твоей принцессы… — Хватит ее так называть! И она вообще не моя! — Ты дослушаешь или нет? Так вот — По лицу демона расползлась ухмылка, не предвещавшая ничего хорошего, — Ты, надеюсь, знаешь, что ее скоро убьют? — Что?! — Ну, я забыл тебе кое-что рассказать… Вообщем, ты ведь знаешь, да? Что существуют не только демоны, но и другие темные. Я про вурдалаков, оборотней и им подобных. Короче, менее сильных, чем демоны. И у каждой территории есть владыка, который следит за тем, чтобы не было раздола, который выдаст темных с головой. Петербург в течение двадцати лет удерживали Грифичи. — Погоди, как двадцать лет? — Ну, считай сюда приехала Хелена лет двадцать назад. За ней, естественно, увязался Велислав, который здесь всем показал, кто в доме хозяин. А дальше, несмотря на то, что Хелену отправили в Варшаву, Велислав все равно оставался здесь. И если бы четыре идиота, в число которых входишь ты, не разгромили бы Грифичей, сейчас бы все было тихо и спокойно. — А сейчас все не тихо и спокойно? — Ты новости хоть иногда читаешь? — Бальтазар взял телефон и начал что-то искать, — Вот.       В заголовке было написано: «На Сивковом переулке убито четыре человека». — И это еще неаккуратно сделано. Более опытные прячут трупы надежно. Сейчас, они поняли, что без владыки добычи будет больше и, зная, что из Грифичей осталась одна девчонка, которая не знает вообще о своем, можно сказать, «титуле», попытаются ее убить. Если, конечно она не решит занять место Велислава. — И что же ты хочешь? Чтобы я пошел и сказал ей об этом? — О нееет. С ее добреньким и невинным сердечком она не выдержит этого правления. А вот один демон смог бы… — Нет. Лучше я просто расскажу ей об этом. — Тогда, боюсь, Сержия Разумовская будет признана умалишенной через год — полтора. — Почему? — В ней нет той жестокости, которая была в Велиславе и которая есть во мне. И в тебе, если я не ошибаюсь. — Ошибаешься! — Сань. Я знаю все, что с тобой было. И я знаю, что случилось после смерти Али. — Это была случайность. — Не ври себе, ты хотел этого! — Все, закрыли тему. Как ты собираешься стать этим владыкой или кем ты там собирался стать? — Легко и просто. В новолуние будут «выборы». Если твоя принцесса явится туда, она автоматически становится княгиней Тьмы. Если нет, то темные начинают сражаться между собой, выбирая сильнейшего. И если сейчас победит вурдалак или оборотень, то в городе начнется резня, потом сюда приедут князья других городов, областей или селений вместе с войсками, что развяжет войну, она раскроет весь темный мир и в итоге, человечество погибнет. — Ладно! Убедил. Когда Новолуние? — Через неделю. Кстати, тебе понадобятся крылья. — У меня есть еще шанс их вернуть? — Ну да. Еще очень много шансов. Помнишь, как они появились в первый раз? — Забудешь такое. — Ты прикоснулся к той, ради которой меня и призвали. Дальше точно также. — То есть мне надо прикоснуться к Сере? — Именно. — И как ты это представляешь? — Ночь еще не кончилась. — И как я проникну в здание, которое больше похоже на крепость? — Для этого у тебя есть я!

***

      Саша тихо вошел в спальню. Бальтазар что-то сделал черным огнем, и, по его словам, Марго и камеры не будут работать где-то пятнадцать минут. — Только не свали что-нибудь по дороге, иначе всех разбудишь! — Заткнись.       Сержа тихо спала у себя в спальне. Во сне маска сильной и независимой Сержии Разумовской спадала, и девушка казалась хрупкой, как цветок из хрусталя. Какой она и была на самом деле. По крайней мере с ним она была такой. Даже в темноте Саша заметил огромные темные тени под глазами. Словно бы Сера не спала несколько ночей подряд. — Что же ты с собой сделала… «Сань, не забывай для чего мы здесь!» «Я помню».       Брюнет наклонился к девушке. Легкое касание губ лба, и он снова почувствовал, как что-то скапливается внутри. — Я скучаю…