Выгорание

— А теперь, улыбнитесь. — Я нажал на кнопку, и маленькая комнатка озарилась ярким светом. — Ох, кажется, я снова моргнул. — Старик потер глаза худыми пальцами, а затем громко высморкался в платок, который хитро был припрятан в рукаве пиджака, и с надеждой посмотрел на меня. Ну уж нет, делать снимок в пятый раз я не буду, даже если в этот раз его лицо будет похоже на свеклу. — Нет, в этот раз получилось просто замечательно, не переживайте! — я мельком прокрутил снимки на экране фотоаппарата, толком не рассмотрев их. Время давно уже за полночь, старик рассказывает какие-то небылицы, а фотоаппарат отчаянно отказывается снимать при таком тусклом свете. К сожалению, редакции совершенно плевать на то, какой был свет, ел ли ты сегодня, сколько воды можно выжать из твоего плаща — главное, чтобы снимки были на столе: утром в понедельник. — Это хорошо… Очень хорошо… Знаете, иногда мне кажется, что я так долго делал декорации, что сам стал картонным. — Мастер устало улыбнулся и закрыл глаза ладонью, будто свет от лампадки нестерпимо жег ему глаза. Да кто вообще в наше время использует лампадку? В любом случае, я собирался убраться отсюда как можно быстрее. С каждым часом мне становилось все не уютнее здесь находиться: от любого движения можно было уронить что-нибудь, и тогда в воздух поднимется целая тонна столетней пыли, от которой старик будет громко кашлять и сморкаться, снова кашлять и снова сморкаться. А потом обязательно вспомнит какие-нибудь истории из молодости, запутается в них, и я потеряю еще один час из-за своего воспитания. И почему он так торопился дать это интервью? Не мог сначала выздороветь? Десять лет от него ни одного ответа на наши запросы, и вдруг бумажное письмо с ответом: «я согласен дать интервью, но с условием, что меня будет фотографировать ваш самый лучший фотограф.» Знал бы только этот старикашка, сколько денег я потерял, согласившись на эту съемку, не дай Боги, она не принесет мне обещанной славы. В глубине души я цыкнул сам на себя за раздражительность, и стал собираться. — Извините, а где здесь можно заказать такси? — Как назло, в этой глуши совершенно не ловила телефонная сеть и мой навороченный телефон здесь превратился всего лишь в неудобный фонарик с калькулятором. - Такси? — Старик удивленно посмотрел на меня, будто впервые слышал это слово. Неужели он настолько стар и оторван от цивилизации? Я еще раз окинул его взглядом. Может быть, днем я бы и смог его как следует разглядеть, но сейчас он выглядел обычным стариком, каких вижу постоянно в дворах своего города. Те же глубокие морщины, ничем не примечательная седина и эти же потускневшие глаза. Представив, что когда-нибудь я буду выглядеть так же, меня передернуло. Не люблю смотреть в глаза, поэтому тут же отвернулся и стал сосредоточенно делать вид, что все еще складываю фотоаппарат и оборудование в рюкзак. — Наверное, вы сможете позвонить из мотеля… Тут недалече от моего дома… Своим ходом… Всего пара километров… — Было видно, как тяжело дается старику каждое предложение. Мое сердце сжалось на секунду: я представил, какого ему жить тут одному в лесу, годами не видеть людей, а если что случится, то даже некому… — Пара километров это далековато с моим багажом, поближе ничего нет? — Увы, молодой человек… — Неужели нет никакого выхода? — От усталости мне хотелось выть, а только от представления, что придется идти два километра по размытой дороге, да еще и под дождем — начинало неприятно сосать под ложечкой. — Хотя, есть один короткий путь. — Старик чуть нагнулся ко мне и поманил к себе иссушенным пальцем. — Если пойдешь прямехонько через лес, то попадешь в мотель намного быстрее. Выходи через заднюю дверь… Она где-то была здесь. Помоги мне найти её… — Старый художник взялся за ручку кресла, собираясь встать. — Сидите, я сам найду. Спасибо вам. — Подождите, юноша… — Его слова вновь утонули в кашле. — Возьмите с собой мои ножницы… На память. — Спасибо… — Повертев в руках врученный мне внезапно подарок, я осмотрелся по сторонам: неужели в эту лачугу целых два входа? Кто строил это место? Кто бы он не был — у него явно были проблемы с окнами. В мелкие щели почти под самой крышей еле-еле было видно черное беззвездное небо. За спиной послышалось какое-то шуршание и выход, будто кто-то задувает свечу. Стало абсолютно темно. — Зачем вы это сделали? — мои глаза еще не привыкли к темноте, поэтому я не рискнул разворачиваться. Постояв так пару минут, я не услышал ответа. Аккуратно, шаг за шагом я стал пробираться к дальней стене, стараясь ничего не уронить. Почему-то именно в тот момент, когда у меня в руке оказались ножницы, у меня не возникло никаких вопросов по поводу того, почему нужно идти именно через эти старые громоздкие декорации, искать какую-то дверь, а не выйти, и просто обойти дом. Я протянул руку с ножницами вперед и коснулся гладкой холодной поверхности пальцами. Это не было похоже на шероховатую пыльную стену и запах плесени внезапно перестал бить в нос. Вспышка ослепила меня. Передо мной оказалась яркая неоновая вывеска в виде двери. Как завороженный я потянул на себя светящуюся ручку и оказался в лесу. Я оглянулся, но за спиной ничего не оказалось. Ни одного упоминания о том, что секунду назад я вышел из дома. Под ногами сухая земля, небо чистое и голубое, будто уже полдень, а не глубокая ночь, а вокруг неестественно яркий лес приветливо шелестит листьями. — Что за чертовщина здесь происходит?! — я убрал ножницы во внутренний карман еще влажного плаща, покрепче ухватился за портфель и шагнул на тропинку. Наверное, мне туда. Надеюсь, это не какая-нибудь галлюцинация и я сейчас не лежу в психушке где-нибудь в районном центре этой глуши. К счастью, минут через десять, среди деревьев начал просматриваться фасад двухэтажного здания. Все еще не до конца понимая, что здесь происходит, ноги сами понесли меня бегом к двери. Я бежал, будто от этого зависит моя жизнь, будто еще пару мгновений и это здание рухнет, как карточный домик, и я опять окажусь в этом странном лесу, с исчезнувшим домом и ощущением липких лап на горле от нереальности происходящего. — Откройте! — я с отчаяньем замолотил по двери кулаками, надеясь, что там действительно кто-то есть. Дверь медленно открылась и в проеме показалась красивая женщина со строгим лицом и круглых очках на нем: — У нас есть звонок, — она указала на дверной колокольчик справа от меня, затем внимательно осмотрела меня с ног до головы так, что мои уши моментально вспыхнули, будто меня отчитывали в школе перед всем классом. — Простите… Я не заметил… — В следующий раз будьте внимательней, прежде чем выламывать чью-то дверь. — Она приподняла очки, потерла переносицу, затем сделала приглашающий жест внутрь, отступая, чтобы я мог пройти. — И ради всего святого, вытрите обувь, прежде чем войти — где вы вообще нашли грязь? Я послушно вытер подошву о коврик на входе с ироничной надписью: «Чувствуйте себя как дома!» и вошел внутрь. — Мэри! — Женщина громко крикнула куда-то в сторону стойки регистрации с телефоном. Мой взгляд тут же приковался к заветному аппарату. Не знаю, что это за место, но я не хочу и не могу оставаться здесь надолго. Мне срочно нужно заказать такси и ехать отсюда как можно быстрее. — Извините, я мог бы воспользоваться вашим телефоном? — Конечно, снимайте ваше пальто и проходите к ресепшену: он там. — Ко мне подошла хрупкая девушка в черном платье с белым передником, судя по всему, это ее звали Мэри. Она посмотрела на меня и протянула руки, чтобы взять верхнюю одежду. Я с радостью снял с себя тяжелую верхнюю одежду и тут же почувствовал себя намного увереннее. — Я хотел бы вызвать такси, не подскажете, какой здесь адрес? — Может, вы хотите для начала высушить одежду и отужинать? Вы выглядите уставшим. — Хозяйка мотеля стала выглядеть более гостеприимной и даже слегка улыбнулась, но от ее взгляда все равно исходил неприятный холод. — Возможно, в другой раз. Я спешу. — Мне все равно на то, как сильно я голоден. Это странный день, и я хочу его закончить в своей постели. — Тогда, не смею вас задерживать. Адрес вы найдете рядом с телефоном. — Женщина поправила и без того идеальную прическу, подошла к служанке и что-то тихо ей сказала на ухо. Та молча кивнула и куда-то понесла мои вещи. Не важно. Спрошу потом, как буду ждать машину. Я тут же подошел к телефону и заметил небольшой справочник рядом с ним. Полистал его, нашел нужный мне номер и адрес мотеля. Затем, поднял трубку, набрал цифры на круглом барабане и слушал долгие гудки, молясь про себя всем богам, чтобы на том конце подняли трубку: — Добрый вечер! Мы «подвезем!» Меня зовут София. Куда бы вы хотели заказать машину? — Наконец-то я услышал голос оператора. — Здравствуйте, София. Я бы хотел заказать машину по адресу Зеркальная 1. — Хорошо, минутку. — Раздался стук клавиатуры на том конце провода. Затем, все затихло, и я снова услышал ее голос: — Извините, уточните адрес пожалуйста. Не могу найти его в базе. — Да, сейчас… — я растерянно заглянул в справочник и с удивлением отметил, что номер дома изменился. Но там же точно была цифра один. Для уверенности я поскреб бумагу ногтем. Ничего не изменилось. Возможно, стоит все-таки немного поспать? — Девушка, вы еще тут? — Да, слушаю вас. — Извините, я ошибся. Номер дома 2. Зеркальная 2. На том конце снова застучали кнопки клавиатуры. — Да, все правильно, нашла. К сожалению, в том районе все машины сейчас заняты. Подождете немного, пока водитель освободится? Я слышал эту фразу столько раз, когда жил в городе, но сейчас она порезала мне слух, словно я уже знал, что она ее скажет. Вмиг пересохшими губами я произнес: — Сколько ждать? — Сейчас мы свяжемся с таксистами поблизости, и я перезвоню вам. — Хорошо, я буду здесь. — Связь прервалась. Через несколько минут я смог положить трубку на место. Тут же подошла управляющая: — Могу я вам еще чем-то помочь? — На ее лице была самая широкая улыбка, на которую был способен ее рот. Она знала, что так будет? — Да. Я хочу снять номер. — Конечно. Как будете оплачивать? — Картой. Зашуршали страницы, зазвенел кассовый аппарат, и в моей руке моментально оказались ключи с брелком на тонкой цепочке с номером шесть. — Меня зовут Анна, я хозяйка этого отеля. Приятно познакомиться, Владислав. — Она протянула мне руку в знак знакомства. Все время, пока мы были заняты оформлением, она не снимала с лица эту жуткую улыбку с пустыми глазами за стеклами. В моей голове неожиданно промелькнула мысль, что я бы хотел ее сфотографировать. Я слегка пожал ее прохладную руку и внимательно постарался разглядеть ее лицо, стараясь понять, что же привлекло мое внимание. Вот если бы она сняла очки… Возможно, это именно они делают ее лицо таким строгим и немного пугающим. — И мне тоже очень… — Только я захотел задать вопрос о фотосессии, как что-то дернуло меня за рукав. Я посмотрел вниз и заметил девушку-горничную, которая ранее забрала мое пальто. — Это Мэри, она не говорит. — Поспешно объяснила мне Анна. — Она проводит вас в вашу комнату, можете отдать ей свой багаж. — Не стоит, он довольно тяжелый. — Она сильнее, чем кажется, не жалейте ее. — На этих словах я снова посмотрел на хрупкую девушку в униформе, послушно снял рюкзак и аккуратно протянул его Мэри, которая не моргнув, легко взяла его одной рукой, развернулась и уверенно зашагала на второй этаж, уверенная, что я пойду за ней. — Подожди меня! — я действительно пошел следом. Мы молча шли по узкому коридору, минуя одну комнату за другой. Вдруг, я остановился. Меня прошиб лед осознания, и я больше просто не мог сдвинуться с места. Глаза этих девушек. Они обе смотрели на меня одинаково пустыми стеклянными глазами кукол. Сейчас я могу поклясться, что за все время они не разу не моргнули. Я медленно разворачиваюсь и смотрю назад, туда, где должна стоять горничная. Она все еще там. Стоит неподвижно: не покачивается, не переминается с ноги на ногу, не пытается удобно перехватить ремешки тяжелого портфеля. Я смотрю прямо ей в глаза, пересиливая свои привычки. В ее глазах ничего нет. Ни интереса, ни жизни. По моей спине побежали липкие мурашки, а ладони моментально покрыли холодные капельки пота. Резко стало жарко и нечем дышать. Дрожащими руками я расстегнул ворот рубашки и с шумом вдохнул спертый воздух помещения. Услужливая Мэри сделала шаг навстречу. — Все в порядке! — громче, чем следовало произнес я и тут же отвернулся, не желая больше смотреть на нее. — Кажется, мы уже пришли. Вот шестой номер. Я достал ключ и тут же зашел в комнату. К счастью, девушка не стала идти следом, а просто оставила рюкзак у входа, кивнула мне и выжидающе посмотрела. — Принеси мой плащ. Я забыл там кое-что важное. Еще один короткий кивок и Мэри скрылась из виду. Наконец, я закрыл дверь, прислонился к ней спиной и медленно сполз по ней на пол. Безумный день, сумасшедшие мысли, странное такси и не менее странный мотель. Что еще меня ждет? Зачем тот старик дал мне те ножницы? Куда он вообще делся со своим проклятым домом? Почему меня не покидает ощущение нереальности происходящего? Что происходит? Мысли в моей голове заглушали все звуки, перекрикивая друг друга. Чем больше становилось вопросов, тем четче я понимал, что ответов у меня практически нет, но я понял для себя несколько вещей: мне нельзя здесь больше находиться, мне нужны те ножницы и я должен бежать отсюда как можно скорее — нет никакого такси. Никто меня не спасет. Раздался стук в дверь, который вибрацией отозвался где-то внутри меня в районе солнечного сплетения. — Кто там? В ответ молчание и звук удаляющихся шагов. Наверное, это Мэри принесла моё пальто. Я поднялся на негнущихся ногах и слегка приоткрыл дверь. Никого не было. Тогда я посмотрел вниз и увидел аккуратно сложенный бумажный сверток и записку: «Хозяйка попросила высушить. Так же просила передать, что такси вас будет ожидать у входа примерно через час. Ждем вас к ужину на первом этаже в столовой через десять минут» Первым на записку отозвался мой живот, издав голодный стон. Может, мне все померещилось от голода и недосыпа? Я действительно не помню, когда ел и спал в последний раз. Возможно, стоит сначала перекусить, чтобы не накручивать себя на голодный желудок. В свертке действительно было мое пальто. Я проверил карманы. Ножницы все еще были там. — Решено. Сначала подкрепиться, а там посмотрим. Не будут же они меня травить, верно? — зачем-то вслух произнес я и посмотрел в окно, словно мне должны были ответить оттуда. На улице уже стемнело. Интересно, который сейчас час? В любом случае, надо было уже спускаться. Невежливо опаздывать к ужину. На секунду я замер, достал из портфеля камеру, повесил ее на шею, и с пальто, накинутым на локоть, вышел из номера и направился в столовую. — Вы как раз вовремя! — Хозяйка с безупречной укладкой выжидающе смотрела на меня, все так же не моргая. — Проходите, присаживайтесь. К сожалению, другие постояльцы сегодня не спустятся. Так что вы будете почетным гостем. — Спасибо, я тронут. — Вы куда-то уходите? — она указала на пальто в моих руках. — Ваше такси скоро подъедет. — Да, хотелось бы немного прогуляться вокруг после еды, поснимать здешние красоты. — Понимаю вас, здесь действительно очень красиво. Жаль, что вы уезжаете. — Она хлопнула в ладоши и весело произнесла: — Но может, вы передумаете после ужина! Я вздрогнул от ее фразы, но тут же мой мозг заполнили ароматы свежеприготовленной еды и домашней выпечки, которую на подносе уже несла услужливая Мэри. Больше я не мог думать ни о чем. Тут же оказавшись за столом, я едва дождался как тарелки коснулись поверхности. Даже подумать не мог, насколько я был голоден: невероятно наваристый бульон из утки, рагу с овощами, теплый хлеб и свежевыжатый сок. Я ел как настоящий дикарь, не различая вкуса и почти не прожевывая пищу, пытаясь скорее насытиться. Только в конце я понял, как выгляжу со стороны, когда услышал вежливый кашель. — Было вкусно? — Строгий голос хозяйки явно давал понять, что ей не понравилось мое поведение, а Мэри смотрела на меня и закрывала рот ладонью от приступа беззвучного смеха. — Да, спасибо. Это прекрасно. Повара настоящие волшебники. — Даже ее тон не мог меня сейчас задеть: я пребывал в блаженном спокойствии. Зачем куда-то идти? Машина вот-вот приедет, рядом со мной прекрасные девушки, а если я еще успею принять душ… Мне совершенно не хотелось вставать со стула. Поэтому я лишь удобнее разместился на нем, включил фотоаппарат и открыл галерею, чтобы рассмотреть фотографии старика, которые я делал накануне, чтобы отобрать лучший снимок без спешки. Сзади подошла Анна и заглянула мне за плечо: — Я раньше тоже любила фотографировать… — Она запнулась на моменте, когда я приблизил лицо на фотографии и вдруг резко отпрыгнула, будто увидела что-то ужасное, а затем громко закричала: — Не подходите! Я вызываю полицию! — затем схватила Мэри за руку и побежала к выходу. — Что произошло?! Почему?! — Я еще раз посмотрел на портрет на экране и тут же отбросил его. На фото был мертвый старик, весь в крови, а из глаза у него торчали ножницы, которые он мне дал перед уходом. Засунув руку в карман плаща, я действительно нащупал холодный металл. Пересилив себя, достал их и понял, что они в запекшейся красной жидкости. Меня тут же стошнило на пол. Я не мог поверить, что сделал это. Невозможно. Меня подставили! Или это такой глупый розыгрыш? Надо узнать у Анны, что происходит. Она все знает. Они тут все ненормальные. Они не моргают. Они заставляют дома исчезнуть и меняют день на ночь. Будто в бреду я все еще сжимаю ножницы в руке и бегу туда, куда убежали девушки. — Анна! Мэри! Вы где?! Я должен все узнать! — Я заметил шевеление за окном на улице и побежал наружу. — Анна! Постойте! Это не я! Мэри! Подожди! Меня кто-то подставил! Подождите! Ваши глаза! С ними что-то не так! — Я бежал, не разбирая дороги, следуя за призрачными тенями в тени деревьев, пока окончательно не заблудился. Вокруг одна тишина. Не слышно не голосов, ни птиц, не шелеста листьев. Только тишина и угрожающе нависающие деревья, которые сдавливают своими стволами, ветками тянутся к шее, стараясь посильнее расцарапать тело и лицо, не прикрытые одеждой. Я сел на землю и зарыдал как ребенок, не выдерживая всего этого. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я увидел свет фар где-то вдалеке за черными деревьями. Не теряя не секунды, я тут же рванул на этот свет. Я спотыкался, сотни раз падал, но вставал и продолжал бежать: это спасение, меня спасут и помогут, я точно это знаю. Полиция во всем разберется. Я помню адрес… Вспышка и гул ламп. Передо мной неоновая вывеска в форме двери. Я тянусь к ручке и открываю ее. Передо мной труп человека, который когда-то делал декорации. Я сжимаю в руке ножницы. Лампадка освещает небольшой столик, на котором стоит маленькая шкатулка в виде мотеля, а рядом лежат две небольшие куклы со стеклянными глазами: одна в очках, а другая в черном платье и белым фартуком.