Клиент всегда прав

Луна бархатным шлейфом освещала ночные улицы спящего городка, стараясь пробраться в окна потрепанных зданий. Грузные облака толпились на идеально чистом полотне неба; печально завывающий ветер предвещал очередной дождь, что несметным шквалом вот-вот обрушится на крыши низких строений, отстукивая ритм собственной никому неизвестной песни. В воздухе ощущался призрачный запах сырости, слышался топот последних гуляк, добирающихся домой. Из единственного до сих пор работающего бара доносились весёлые возгласы подвыпившей компании. Молодёжь громко обсуждала свежие сплетни, которыми поделилась Салли. Звук голосов лезвием полоснул по ушам, когда унисон смеха вновь растёкся липкой жижой по всему залу. Филу претила эта ситуация — работать настолько допоздна — но главное правило всех заведений неутомимо вертелось в голове, создавая иллюзию спокойствия на лице бармена. Наручные часы показывали второй час ночи – клиенты даже не думали уходить. — Хэй, не пора ли вам по домам разойтись? — прикрикнул Фил, чтобы гости непременно услышали нотки раздражения. — А-ага, — икая, ответил местный заводила. Весь Дасквуд знал владельца бара, но не так, как хотелось бы герою слухов. У него было отвратительное настроение из-за недавнего ареста, вслед за которым потянулось гробовое недоверие к мужчине. Да, его оправдали; да, он был не причастен; да, все понимали это. Но повисшее напряжение всё никак не удавалось развеять. Он вздохнул. Это был сложнейший период в жизни, даже ситуация в семье переносилась им не столь трудно. Кстати о семье… Джесси поддерживала брата всеми силам, от чего он невольно почувствовал себя последним подонком. Бармен плохо относился к ней и в дни чёрной полосы остро жалел об этом. «Стоит поблагодарить её», — думал мужчина, нервно потирая бокалы, пока пустующий столик не дал о себе знать, — «Ушли». Поверхность лакированной мебели отражала крошки недавних закусок и пивные кружки с недопитым спиртным, призывая к чистоплотности смотрящего. Тряпка, висевшая аккурат мужских рук, осторожно колыхалась под напором сквозняка и ждала своей очереди, хотя, в конце концов, Фил благополучно махнул на грязь, решив оставить уборку на завтра. Он вышел. Ему нужно было выйти на свежий воздух: успокоить нервы, охладить голову, вдохнуть дурманящий запах преддверия грозы. В такие моменты даже привычный маленький городок пах как-то по особенному. Свет уличного фонаря, обрамляющий скучную дверь заведения, покрылся высокой тенью человека, чья голова осторожно опрокинулась на ближайший косяк. Долговязая рука опустилась в задний карман излюбленных джинс и одними подушечками длинных пальцев подцепила упаковку не самых лучших сигарет. Табак начал тлеть, испуская едкий смог в лёгкие; тело расслабилось, обмякло, а на душе полегчало после первого облачка дыма. Это спокойствие временно, Фил знал, но всё ещё по собственной воле падал в пучину зависимости. Где-то вдалеке мигнул первый блеск белёсой молнии, а вслед ливнем обрушились капли обжигающе холодной воды. Вся одежда промокла за считанные минуты, но мужчина даже не смотрел в сторону уютных черепиц. Крутка потухла, обернувшись куском мокрой бумаги. Фил уныло усмехнулся и выкинул теперь бесполезный наркотик. Ковëр тьмы был усеян маленькими кусочками электрического мерцания, играючи исчезая в вспышках приближающегося разряда. Сквозь стену дождя, тиши спящих улиц и нервного барабана капель, словно громогласный выстрел, раздались размеренные шаги. «Криповенько», — устало усмехнулся Фил, заходя обратно в помещение. Не то чтобы он боялся тяжёлой поступи неизвестного, однако, вспоминая историю с ожившей легендой Дасквуда, решил не рисковать вновь оказаться закованным в наручники. Керамический пол цвета асфальта моментально покрылся островками водной глади, в которых тусклым полумесяцем вырисовывался отпечаток подвесных светильников. Замызганный стол, неряшливая барная стойка, мутные разводы мокрой пыли — бар был в ужасном состоянии, будто внимая настроению хозяина. Фил стоял на пороге, созерцая плачевный вид места, мысленно плюнул и решительно двинулся в сторону подсобки, где хранился инвентарь для уборки. Ладонь мягко легла на ручку новенькой швабры, пока глаза выискивали ведро в полном беспорядке ненужных вещей. Найдя всё необходимое, он отправился дальше. Его путь прокладывался через весь зал и заканчивался в служебной комнате, которая являлась и спальным местом, и ванной, и кухней. Потянуло сквозняком, когда входная дверь вновь открылась, впуская незваного гостя. Фил застыл, согнувшись в три погибели, чтобы наполнить ведро. Он точно помнил, как переворачивал табличку с надписью «Open». — Какие же они настырные, — начиная злиться, бормотал мужчина. Около входа стояла девушка в юбке чуть выше колена и в лёгкой блузке. Она явно не была готова к летней грозе. Её волосы, что некогда представляли собой изящную укладку, сосульками свисали на тоненькие плечи; под глазами образовались тёмные круги от потёкшей туши; вверх наряда просвечивал, открывая вид на грудь девушки. Несмотря на потрёпанное состояние, гостья выглядела прекрасно, словно только распустившийся цветок. — Я думаю, тебе стоит сначала переодеться в сухое, — посмеивалась та. Фил поднял бровь в вопросительном жесте, но потом заметил швабру, что всё ещё покоилась в его руке и почувствовал одежду, которая противно облепила тело. — А… и правда, — растерянно произнёс Хокинс, теряясь в невесомом смущении. — Присаживайся, я сейчас. Ноги понесли хозяина бара к узкому шкафу, стоящему в нише служебной комнаты. Швабра благополучно полетела на одноместную кровать, а вскоре к ней присоединились и джинсы с футболкой. Мужчина быстро переоделся и вернулся к барной стойке, за которой сидела незнакомка. — Держи, — кинул Фил, повернувшись к грязным бокалам и передав той полотенце. — Спасибо, — она быстро просушила лицо и волосы, а затем прикрыла тканью неглиже. — Мы на сегодня закрыты, — мужской голос сквозил недовольством. Наступил третий час ночи, бар тонул в грязи, сам владелец заведения насквозь промок и, скорее всего, сляжет с температурой, да ещё словно снег на голову свалилась какая-то мадам. Просто прекрасный день. — Хм? Разве ты не говорил, что “с удовольствие забронируешь мне место у стойки в своём баре” ? Он застыл с тряпкой, что наконец пришла в действие, и обернулся с неверием на лице. — Дакана*? Незнакомка лишь улыбнулась, мило наклонив голову вбок. Гнусное настроение вмиг обратилось в прах, сменяясь любопытством и восторгом. «Что ж, клиент всегда прав, так ведь?», — подумалось Филу, когда Дана попросила налить ей молока и села в ожидании разговора.

*****

Из до сих пор работающего бара доносился весёлый диалог. Собеседники болтали ни о чём, ближе узнавая друг друга. А где-то в маленькой комнатке открытый кран всё так же наполнял ведро, давно выйдя за края железки.