just the two of us

джеюн сидит за письменным столом, разбирая документы по торговле и задумчиво потирая виски. он уже довольно долго не вставал с места — шутка ли: с самого утра! — поэтому чувствовал непомерную усталость, будто бы не решал спорные вопросы внешней политики в своём кабинете, а разгружал телегу с кирпичами. разбор этих документов не терпел отлагательств, что и заставило мужа императора пойти на жертву в угоду государственному благополучию и потратить единственный выходной взаперти за столом. за огромными окнами в старинных рамах, повидавших несколько поколений царственных семей, бушевало лето. дело близилось к вечеру, но солнце ещё не успело зайти, чем и пользовались птицы, облюбовавшие высокую яблоню в дворцовом саду — они купались в тёплых лучах, громким щебетом на все лады отвлекая джеюна от работы. он долго пытался привыкнуть и не обращать внимания на звуки из-за окон, но сделать это было совершенно нельзя, поэтому, вконец расстроившись и обвинив себя в слабости, он отложил бумаги и поднялся со стула. приподняв тяжёлые бархатные шторы, джеюн открыл стеклянную дверь и вышел в сад. он остановился у яблони, глядя на закатное солнце и улыбаясь своим мыслям, но не успел и шагу ступить, как оказался в широком кольце рук. — джеюн, ты снова изнуряешь себя делами... — с удручённостью в голосе произнёс император хисын, заключая возлюбленного в объятия. взгляд его потеплел, и он продолжил. — я всё понимаю, но в выходной? любовь моя, ты совсем себя не жалеешь! джеюн в ответ лишь вздохнул и положил голову мужу на плечо, прислоняясь щекой к вельветовым лацканам его сюртука. — ты же прекрасно знаешь, хисын: как я не пытаюсь сбежать от работы, она всегда меня находит, — мужчина легко провёл ладонью по мягким светлым волосам джеюна и заправил за ухо выбившуюся прядь. — я знаю это, как никто другой, радость моя. но что я могу поделать с твоим желанием погубить себя сидением в четырёх стенах, когда на улице стоит такая прекрасная погода? — тон хисына меняется на шутливо-серьёзный, и джеюн не может сдержать негромкого смешка. — ничего, мой император, абсолютно ничего. давай постоим так ещё немного? — просит джеюн, оставляя на губах мужа мягкий поцелуй и чувствуя, как его обнимают ещё крепче. — всё, что пожелаешь, любовь моя. император любит своего мужа, и джеюн  чувствует это каждую секунду своей жизни и будет чувствовать до конца своих дней.