Вдох-выдох

- Серёжа, - Маша присела на диван и неуверенно тронула плечо мужчины, сидевшего за планшетом. - М? - он отреагировал, не отрывая глаз от экрана. - Я хочу о кое-чем поговорить. Голос девушки выдал некоторое волнение, и Разумовский отложил планшет и повернулся к ней, готовый внимательно слушать. Маша непривычно мялась. Мужчина взял холодную ладонь в свою, мягко погладив пальцы и ободряюще улыбнулся. В действительности, он сделал то же, что Маша, когда ему самому было тяжело о чем-то говорить, но раз этот жест всегда успокаивал его, то почему бы не воспользоваться им? - Я не уверена, что хочу свадьбу. Сережино сердце пропустило удар. Или даже два. Неужели она все-таки передумала?.. Но Маша, увидев такую реакцию, тут же затараторила: - Нет-нет! Я хочу за тебя замуж. Я говорю о самом празднике с гостями. Сердце Разумовского вернулось в нормальный режим работы, вернув ему возможность дышать. - А я думал, все девочки с детства мечтают о красивой свадьбе, пышном платье и всем таком. - Не оправдала ожиданий? - Маша улыбнулась. - Что ты! Больше всего я люблю в тебе твою уникальность. И ты не изменяешь себе даже здесь. - Ты ведь тоже не любишь толпы людей и особую публичность. Я и подумала, может, позовешь Олега, я приглашу пару подруг. Сходим на роспись, потом посидим где-нибудь все вместе. А то, знаешь, все эти дурацкие конкурсы, пьяные драки, целоваться каждый раз, когда тебе орут "горько!"... Я готова тебя целовать куда чаще, просто не для развлечения толпы, - в подтверждение своих слов, Маша легонько коснулась Сережиных губ своими. - а деньги, которые мы могли бы потратить на все это действо, лучше отправим в приют для собачек, например. Разумовский абсолютно влюбленно смотрел на свою невесту. - Я не знал, что могу любить тебя ещё сильнее. Ты описала именно то, чего бы я хотел больше всего на свете. - Правда? – девушка неуверенно смотрела на Сережу. – Меньше всего я хочу тебя чем-то обидеть, и если ты хочешь настоящую свадьбу, то мы можем найти компромисс и… - Правда. Все больше, чем «в порядке», - он открыто и с улыбкой взглянул на Машу. – Я до сих пор с публичностью отношений тяну, хотя ты давно меня заверила, что я могу рассказать и прессе, и интернету. Прости, я снова спрошу: точно можно? - Точно можно, солнышко. Я осознаю, что может повалиться шквал непрошенного мнения или еще чего. Но, во-первых, это в любом случае всплывет. И лучше это расскажешь ты, чем какая-нибудь желтая газета, ухватившаяся за слух. Во-вторых, ты тот единственный человек, которому я готова вверить свою жизнь, потому что знаю, что ты не сделаешь ничего, что могло бы на мне плохо сказаться. - Если кто-то изволит высказать свое нелестное мнение о тебе, то, клянусь, я отключу ему доступ в рунет. Маша взглянула на Разумовского с удивлением: - А ты можешь?.. Сережа приобнял девушку, откидываясь на спинку дивана. - Вообще, я пошутил, но чисто теоретически…