Колыбель для Антона Шастуна

Мужчина закопался в отчётах для выхода следующего выпуска Импровизации в следующий вторник, поэтому часы показывают уже больше трех часов ночи, а глаза Попова так и не смыкались, лёжа на подушке. Отчёты будто вовсе не собирались подходить к концу, и по счёту уже десятая кружка кофе почти залпом влетает в Арсения. Телефон неподалеку вибрирует, оповещая о новой SMS. Контакт «Малыш♥️»: Арс, я могу к тебе прийти? Эх, а он так надеялся не получить эту SMS сегодня. Хотя бы сегодня. Часы тем временем оповещают уже более точно: 03:34. И Арсений буквально видит сквозь это время, как парень, он же Антон Шастун, он же «Малыш♥️» из контакта, подрывается в холодном поту, заходясь в беззвучных рыданиях. Сердце обливается кровью. Он ничего не может поделать, потому что это детские травмы парня, которые он пока отказывается прорабатывать с более серьёзным специалистом, поэтому засыпает под колыбельные Арсения под боком. На разных языках, под настроение. Так повелось с самого знакомства, когда Антон по пьяни был согласен ложиться спать только под колыбельную. На удивление он запомнил этот случай, поэтому был не против повторить. А на разных языках тем более. Они с Антоном живут в соседних подъездах, поэтому парень вот-вот наведается в гости, и Попов расстилает постель, откладывая бумаги и кофе. Всё равно он спать сегодня больше не будет, поэтому доработать успеет. — Арс… — жалобное, будто мяуканье из прохода. — Тош, малыш, я в комнате, как всегда, проходи, — мужчина зачем-то указывает жестом на кровать после реплики, хотя парень ещё даже не успел разуться. Худенькое тельце юркает в почти полную темноту, угождая в успокаивающие объятия Арсения. Антон подрагивает, есть ощущение, что даже слёзы ещё не полностью высохли на лице. — Эх, — брюнет тяжело вздыхает. — Я так надеялся, что ты сегодня не придёшь, — Попов треплет мальчишку по чуть влажным от волнения волосам. Из раза в раз это действительно единственное желание со стороны мужчины. — П…прости, — мальчишка заходится в очередном всхлипе. И неважно, что он вполне себе мужчина, Арсений никогда не перестанет ассоциировать его с малышом. — Я не хочу доставлять тебе неудобств. Я так хочу пережить это, — всхлип, хотя даже на ментальном уровне можно почувствовать, какие усилия прикладывает парень, чтобы не разрыдаться совсем. — Эй, эй, эй, малыш, — мужчина едва касается подбородка паренька, заставляя посмотреть ему в лицо, хотя в темноте оно едва было различимо. — Не смей так говорить, слышишь? — нотки волнения проскальзывают в голосе уже совершенно не замаскировано. — Я всегда рядом. Помимо тут, — мужчина берёт ладошку парня, которая значительно проигрывает ему в размерах, и указывает на его сердечко. — Я всегда ещё и здесь, — заставляет вытянуть пальчик, утыкая в собственную грудную клетку. — Ползи, малыш, будем спать, — несколько шорохов, но парень бы нащупал эту кровать даже вслепую. Настолько часто случалось подобное. Антону понадобится ещё очень много времени, чтобы проработать тему изнасилования, но он знает, что Арсений поможет в этом в любом случае. И он благодарен ему больше всего на свете. — Какой сегодня язык выбираешь? — звучит совсем близко, и Попов укладывается рядом, прижимаясь к Шастуну, загребая его в тёплые объятия. — Давай всё по чуть-чуть, — совсем тихо звучит в ответ и парень устраивается поудобнее, чтобы засыпать. Попов мягко и ласково перебирает его волосы. Как всегда пахнет персиковым шампунем, он однозначно шёл парню. Twinkle, twinkle, little star, How I wonder what you are. Up above the world so high, Like a diamond in the sky. When the blazing sun is gone, When he nothing shines upon, Then you show your little light, Twinkle, twinkle, all the night. Then the traveller in the dark, Thanks you for your tiny spark, He could not see which way to go, If you did not twinkle so. When the blazing sun is gone… When he nothing shines upon… Though I know not what you are, Twinkle, twinkle, little star. — слишком детская песенка, но это работает на Антона очень хорошо и он буквально обмякает в руках, что не может не радовать старшего. Краткий поцелуй в макушку младшего в знак благодарности за доверие и кивок в ответ, что означает, что Арсению ещё есть для кого продолжать и Антон ещё не отключился. Schlaf' ein Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein, Du gähnst schon, komm' kuschel' dich ein. Ich sing' dir noch ein Lied, Ich freu' mich so, dass es dich gibt. Ich wünsch' dir eine gute Nacht Wir seh'n uns wenn wieder die Sonne lacht. Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein, Wir lieben dich, schlaf jetzt ein. Wir lieben dich, schlaf jetzt ein. Schlaf' ein. — звучит следующим над ушком Шастуна и он фактически пускает слюни на превосходный немецкий акцент старшего. Поцелуй в макушку для проверки и снова кивок позволяющий продолжить. Младший так надеется хотя бы сегодня дослушать каждую из них до конца, потому что на каждом языке Арсений Сергеевич звучит так восхитительно, что только ради этого хочется испытывать проблемы с психикой. Чтобы слушать такое каждую ночь, чем, и занимается Антон, к слову, в абсолютно любом состоянии Арсения. Просто нет настолько серьезного предлога в жизни мужчины, чтобы взять и отказать себе сделать эту, во многом ещё очень детскую душонку, счастливее. Антон продолжает терпеть слишком много, поэтому эти колыбельные — это букашка, которую может подарить Арсений. В этой улыбке благодарности в конце будет столько теплоты, что даже с надорванными связками будет огромное желание продолжить этот ночной концерт, потому что малышу должно стать лучше, он заслуживает чувствовать себя лучше чем есть сейчас. Une poule grise L´etait une petite poule grise Qu´allait pondre dans l´église (Elle) pondait un petit coco Que l´enfant mangeait tout chaud L'etait une poule noire Qu'allait pondre dans l'armoire (Elle) pondait un petit coco Que l'enfant mangeait tout chaud L'etait un petite poule blanche Qu'allait pondre dans la grange (Elle) pondait un petit coco Que l´enfant mangeait tout chaud L´était un petite poule rousse Qu´allait pondre dans la mousse. Pondait un petit coco Que l´enfant mangeait tout chaud L´était une petite poule brune Qu´allait pondre dans la lune. Pondait un petit coco Que l´enfant mangeait tout chaud (L´etait une poule jaune Qu´allait pondre dans le chaume (Elle) pondait un petit coco Que l´enfant mangeait tout chaud) — прозвучавшее трио действительно работает на мальчика на отлично и в этот раз, но всегда завершающая должна быть одна и та же, поэтому даже без проверок насколько трезво сознание парня — Попов начинает финальную: Ложкой снег мешая, Ночь идет большая, Что же ты, глупышка, не спишь? Спят твои соседи — Белые медведи, Спи скорей и ты, малыш. Мы плывем на льдине, Как на бригантине По седым суровым морям. И всю ночь соседи — Звездные медведи Светят дальним кораблям… Облака в разрывах, И луна, как рыба, Медленно куда-то плывёт. А над ней сверкая, Словно льдинок стая, Кружат звёзды хоровод. Прижимайся к маме, Тихо над снегами Кто-то нам сиянье зажжёт. Слабыми лучами Солнце сонно глянет И, зевнув, за льдины уйдёт. Море, засыпая, Нас волной качает И к земле холодной несёт. Там тебе приснится, Как Розовая Птица Лёд с земли весной склюёт… — Спи, мой любимый маленький глупыш, — сопение под боком слышно уже очень отчетливо, поэтому Арсений произнес это больше для себя, закрепляя сладким поцелуем в щеку. Манящая кровать с близким человеком рядом на пару не отпустит его к отчётам уже точно, но это будет последнее, о чём Попов когда-либо начнёт жалеть в своей жизни. Ни-ко-гда.