Это больше богатства

— Он не придет? — Голубые глаза девушки потеряли прежнюю радость, стоило ей услышать неприятную новость от друзей, а голос предательски дрогнул. — Да, он даже не объяснил толком, что случилось. Похоже, что-то срочное. — Подтвердил Блу, который, как и всегда, выглядел бодрым, но видимо и его разочаровал такой расклад, ведь они всей компанией решили наконец собраться и сходить на пикник, а один из друзей в последний момент не смог прийти. — Не расстраивайся, Рина! Мы сможем собраться так и позже. — Похлопав брюнетку по плечу, подбодрил низкорослый монстр, получая благодарную улыбку в ответ, когда девушка согласно кивнула. — Да и может он еще успеет присоединиться к нам. — Махнул рукой Инк. И видя, что глаза подруги на этих словах просветлели, направился к уже расстеленному пледу. Слова художника и правда воодушевили, только вот напрасно она надеялась... Небольшую полянку посреди леса уже заливал закатный свет, но на пледе все так же сидели лишь трое друзей. Почти все было съедено и они, попивая напитки играли в карты, иногда шутя и вспоминая старые истории. — Рина, ты снова проиграла. — Тяжко вздохнув, брюнетка бросила карты на плед, признавая поражение. — Это потому что ты витаешь в облаках. — Собирая карты в стопку, подметил Защитник альтернатив. — Ты должна мне желание. — Довольно улыбнулся чернильный и его тут же притянул к себе за рукав голубоглазый друг, что-то зашептав на ухо художнику, оставляя девушку в недоумении и крайне интригуя. Они так не делали обычно, все говорилось вслух, однако, закончив секретничать, два парня хитро улыбнулись друг другу, и перевели взгляды на подругу. — Желанием будет честный ответ на вопрос. — А? А почему просто не спросить? — Голубоглазая вскинула удивленно брови – обычно они спрашивали друг у друга, что хотели, будучи очень честными перед друзьями. — Потому что иначе на этот вопрос ты не захочешь отвечать. — Скрестил руки на груди Блу, деловито прикрывая глаза. Но тут же открывая их он хитро прищурился и сверкнул огоньками глаз. — И если нам покажется, что ты врешь, то мы не поленимся сходить за фруктом правды в Океантейл. — Брюнетка обреченно вздохнула, пожимая плечами от такой насточивости друзей в каком-то вопросе, что немного волновало, заставляя думать что же они хотят такого у нее узнать. — Что за вопрос? — Переведя взгляд на Защитника, спросила она, не желая и дальше тянуть эту интригу, чувствуя, что настроение совершенно не подходящее для таких игривостей. — Рина, ты любишь Дрима? — Улыбаясь, довольный словно кот, наевшийся сметаны, озвучил интересующее Инк, а девушка тут же нервно замотала головой по сторонам, ведь первой мыслью было, что упомянутый скелет где-то прячется и они все это специально устроили. На что парни лишь рассмеялись, умильно улыбаясь такой реакции, выдающей подругу с головой. — Нет его тут, Рина. — Успокоил брюнетку Блу. — Отвечай, — хитро улыбаясь, подтолкнул ее скелет, хотя все уже прекрасно понимали ответ. — Да. Как вы… догадались? — Отводя взгляд в сторону, девушка старалась не смотреть на парней, ужасно смущаясь тому, что ее чувства раскрыли, пусть и не самому предмету воздыхания. — Ты очень уж сильно расстраиваешься, когда его нет с нами. И много летаешь в облаках. О нем думаешь? — Усмехаясь, поддел подругу художник, зная, какой мечтательной была натура подруги. — Мы договорились на один вопрос! — Возмутилась такому бесстыдному предположению Защитника голубоглазая и не важно, что было верным, заставляя сердце возволнованно биться быстрее, окращивая кончики ущей смущением, особенно когда на ее возмущение парни лишь мягко посмеялись. — Почему не признаешься ему? — Наклонив голову на бок, в любопытстве подался вперед Блу, сверкая воодушевлением свести друзей. — Потому что несмотря ни на что, я для него просто друг. — Брюнетка поникла, а парочка скелетов переглянулись озадаченно и успокоились, больше не расспрашивая подругу, видя, как на нее это давит. Однако, немного подумав, они все же подкинули девушке пару мыслей для размышлений на этот счет. Когда солнце давно село, а друзья собирались расходиться, насмотревшись на звезды, Инк обратил внимание на отрешенность подруги, вздыхая от поримания, что это они, кажется, загрузили ее своими словами по поводу Дрима. Кстати о нем. Глаза художника сменились на восклицательный знак и звезду, ведь Страж уже был дома – Защитник мог чувствовать местонахождение его сильной магии, это так много раз спасало им жизни. — Рина. — Обратил на себя внимание художник, беря девушку за руку. И не дожидаясь, пока она сообраит, тут же он дернул в портал, оказываясь в лесу на пороге дома Стража. — Постучав в дверь, не обращая внимание на растерянную брюнетку, Инк улыбнулся и махнул приветсвенно Дриму. Открыв дверь, он был удивлен так поздно ночью видеть гостей на пороге. — Ты провинился, дружище, должен теперь прогулку Рине. Выполняй. — Хохотнул художник и, хлопнув Мечту по плечу, развернулся к подруге, подмигнув прежде, чем прыгнуть в чернильный портал, оставляя парочку в растерянности. Повисла минутная тишина, а после девушка заговорила. — Прости, не знаю, что на него нашло. — Переводя взгляд с того места, где пропал художник, на принца, неловко улыбнулась голубоглазая. — Не извиняйся, он прав. Устала или все же погуляем сейчас? — Склонив голову на бок, тепло улыбнулся Страж, а душа девушки привычно замерла, тут же пускаясь вскачь. Дыхание в такие моменты перебивало и Рине стоило больших усилий, не выдать этого. — Ты же и сам был занят. Если кто и устал, это ты, Дрим. — Складывая руки за спиной, хохотнула брюнетка. — У тебя есть дурная привычка переводить стрелки в заботе других о тебе, Рина. — Чуть нахмурился скелет, подходя к подруге, которая уже опиралась на деревянные перила веранды. — Я хоть и был занят, по сути, сидел на одном месте, охраняя артефакт. Так что совсем не устал. Так, что скажешь ты? — Заглядывая в глаза девушке, скелет встретил ответный взгляд. — Куда пойдем, Страж? — Игриво улыбаясь, спросила брюнетка, разглядывая переливающийся янтарный свет в глазах монстра. Ей до безумия нравились его глаза. Потому, она не упускала возможности полюбоваться ими. Особенно в темноте. Они выглядели так, словно старались заменить собой солнце. Такие теплые, такие яркие. — «И любимые.» — От этой мысли, сердце пропустило удар, да и душа замерла на секунду, а Рина даже испугалась, что сказала это вслух, потому что лицо скелета изменилось, но эмоция была нечитаема. — Я хотел сегодня показать одно место там, куда мы собирались на пикник. Не против вернуться? — Принц протянул подруге ладонь, которую она с радостью приняла, и они были перенесены в другую альтернативу. Круглая луна освещала озеро, которое было скрыто длинными ветвями плакучих ив, что окружали его. Между такими парочка и устроилась, смотря на воду, поверхность которой напоминала зеркало, из-за отсутствия ветра, отражая звездное небо, которое было необыкновенно ярким, хотя само полотно оставалось почти чернильно-черным. Эта странная вселенная появилась совсем недавно и была пустой, но компания друзей облюбовала ее для прогулок на природе. — Как прошел день? Чем занимались? — Начал Дрим разговор, получая охотный ответ от подруги. И это была прекрасная ночь за разговорами ни о чем. Обсуждение дня, звезд. И прогулка вдоль озера. Вода оказалась такой теплой, что у Рины появилось желание искупаться. И, черт, если бы она была в компании не того, кто ей нравился, она бы просто прыгнула в воду, но так не хотелось после обрывать эту ночь вдвоем. Уже светало, звезды пропали, а солнце приятно пригревало тело и заставляло росу на траве красиво блестеть кристалликами. А парочка уже некоторые время молча сидела рядом: девушка вспоминала все слова друзей о Дриме, но это не помогло ей побороть причину, по которой она молчала о чувствах. Даже отбрасывая все различия между человеком и монстром, оставалась одна причина. Такая простая, всегда преследующая влюбленных – бесконечный страх быть отверженными, а Рина к тому же, была не из тех, кто беспричинно боялся этого. Она бы сказала Стражу все как есть, если бы видела хоть намек на симпатию к ней, но, увы, этого не было. Он относился к ней, как и ко всем, так же учтиво, мило улыбаясь и желая лишь добра... Видимо, за этими мыслями, брюнетка не заметила, как погрустнела, но это чутко подметил ее спутник. — Ты устала? Или что-то случилось? — Наклоняя голову, чтобы заглянуть в глаза подруги, спросил Дрим, мягко улыбаясь, подбадривая поделиться с ним. — Устала... если только немного. Но на самом деле, просто задумалась. — Улыбнулась голубоглазая возлюбленному другу, потирая руками глаза, которых словно стал скапливаться песок. — О чем? Выглядела подавленно, ты же знаешь, что можешь мне все рассказать. — Да, знаю. — Словно невзначай отводя взгляд в сторону, согласилась брюнетка, кивая, но пряча грустный взгляд и ироничную усмешку. Да, она многое могла рассказать Дриму, она бы даже сказала, что все что угодно, кроме того, что ее тревожило сейчас. И в голове неожиданно родился интересный и волнующий вопрос. — Дрим, ты любил когда-нибудь? — Укладывая голову на руки, которые покоились на коленях, спросила брюнетка, переведя взгляд с озера в глаза монстра и обратно, поймав удивление иозадаченность скелета. — Если ты говоришь о романтике, то нет. Не любил. — Глядя на подругу, ответил скелет, тут же получая ее заинтересованный взгляд, на что по-доброму улыбнулся и продолжил, отвернувшись к реке. — Я, как Хранитель положительных эмоций, существо, состоящее из них, люблю каждую частичку мира. Всех миров. Люблю друзей, которые у меня есть. Но девушку… никогда не встречал ту, которую полюбил бы именно так. — Улыбка была на лице скелета, когда он говорил об альтернативах и друзьях. Друзьях. Это приносило тяжелый груз на душу брюнетки, заставляя кусать губы и часто моргать, силясь не заплакать при нем и в то же время удивленно посмотрев на Дрима. — Что? — Со смешком, спросил Страж, глядя на такую по-детски чистую эмоцию. — Тебе же столько лет… Неужели ни одну не встретил? — Озвучивает мысль брюнетка, тут же получая снисходительный смех принца и взгляд с небольшим укором. — Это было грубо с твоей стороны. Будто я старый. — Все еще улыбаясь и посмеиваясь, пристыдил подругу скелет, заставив смутиться и, опустив голову, пробормотать что-то, что скелет не сразу разобрал. Но когда понял, еще больше рассмеялся. — В моем мире до сотни-то мало кто доживает… — Я понимаю, о чем ты, Рина. Знаешь, я ведь монстр и то, что чувствуем мы, влюбляясь, сильно отличается от людей. Если это происходит у нас, то это до смерти. И даже если возлюбленный погибает, то мы еще долго несем чувства и скорбь в душе. Некоторые... навсегда остаются одни после. — А вот это было уже грубо от тебя. Будто люди не умеют любить. — Крестив руки на груди, наигранно надулась девушка, которую действительно немного задели такие слова парня. — Ох, нет. Я не то имел в виду, прости. — Поднимая руки в примирительном жесте, спохватился Страж. — Ты ведь с поверхности. Там не существует такого понятия души, как у нас тут. Но попав сюда, ты тоже обрекаешь свою душу на влюбленность до конца жизни. — К концу фразы, скелет грустно улыбается, опуская голову, ведь он понимал, что подруга не спроста завела эту тему. — Почему ты спросила это? Влюбилась в кого-то? — Спрашивает почти шепотом скелет, скосив взгляд на подругу. А она растерялась такому вопросу, уже этим давая ответ. Рина не знала, стоит ли говорить правду Дриму, ведь это он сам. Говорить, что влюблена тому, кого любишь, но не признаваясь… это может навсегда закрыть все двери для нее в его душу. Но.... Она просто не может соврать этому монстру. — Да, но… Он относится ко мне так же, как ко всем, так что… — Тяжелый вздох срывается с губ, позволяя перевести дыхание. — Даже маленькие знаки внимания, которые я оказываю, остаются без особого....внимания, хах. — Девушка хозотнула из-за тавтологии, но не сума подобрать более подходящих слов для этого. Или просто слишком волновалась сейчас? — А стоит ли тогда продолжать оказывать их, раз тебя игнорируют? — Слова сорвались так быстро, что Дрим сам не ожидал, что скажет что-то настолько жесткое, но горячее пламя, разгоревшееся в его душе, обжигало ребра. Он чувствовал, как болит магическое яблочко в груди, стоило девушке сказать "да" на его вопрос. Стоило ему услышать, с какой тоской она говорит о том, кого безответно любит. — Ох, нет, это не игнорирование. Просто… он будто считает это дружескими жестами и совсем не понимает. Или не хочет понимать. — Небольшая пауза и девушка смеется, вспомнив слова друга. — Хах, хотя Инк сказал, что он может быть просто не хочет обнадеживать себя, что такие мелочи, как приготовленный торт, просто потому, что он хотел сладкого, являются знаком симпатии-... — К концу фразы, Рина осекается, поняв, что забылась, вспоминая диалог с художником. И рассказала сейчас ситуацию, которая совсем недавно произошла с ней и Дримом и, просто надеялась теперь, что друг подумает, что это пример такой или девушка не только ему готовила, так что продолжает. — Хотя это звучит как-то слишком сказочно, чтобы быть правдой. — Слова звучали как-то слишком громко и наигранно позитивно, отчего наступает тишина и брюнетка напряженно поджимает плечи, ловя беспорядочные стуки души и сердца в висках. Она боится даже взглянуть на монстра теперь. Он же не понял? А Дрим все это время удивленно смотрит на подругу, перывисто выдыхая, стоило услышать ее слова про торт, ведь душа рухнула под ребра. И он, как и надеялась брюнетка, действительно сначала предположил, что не только ему она готовила, но в памяти, словно вспышка, мелькнуло воспоминание... Ее неловкая улыбка, когда, вручая десерт, она сказала, что впервые пекла что-то и надеется, что Дрим не осудит строго. Разум не верил в происходящее, в эту ниточку, что дала надежду, но душа сильно трепыхалась, иногда толкаясь о ребра, словно этот момент – последний шанс на ответ. А сам Страж искал в лице подруги подсказку. Подсказку, что он правильно догадался. Ее смущение, то как она чертыхнулась, резко почти обрывая последнее слово и то, как сейчас неловко перебирает рукава кофты, бегая взглядом по сторонам, но не глядя на него самого. Хотя она всегда смотрела ему в глаза при разговорах. И говорила, что они красивые. Во рту пересохло, а огоньки сузились в волнении, наполняясь красками заката от эмоций, что было редкостью для его медового взгляда. — «Так посмотри. Посмотри же на меня.» — Словно брюнетка могла его услышать, почти кричал мысленно Мечта и снова золотое яблочко его жизни стукнулось о ребра, распространяя мелкую вибрацию по костям, которые уже были почти горячими от тепла взволнованной души. Этот толчок стал последней каплей. — Рина. — Резко приблизившись, Дрим хватает девушку за предплечья, обращая взгляд подруги на себя, и ее пораженный взгляд заставляет опомниться, понимая, что это было слишком резко. Он аккуратно проводит по девичьей руке вниз и накрывает ее ладонь своей. — Ты… ты сейчас говорила про меня? Все это время… — Мурашки холодным табуном проходятся по телу девушки, а после его накрывает жар, идущий от самой души, сбивая с ног мысли, забегавшие в панике. Сказать сейчас, что это не так… отшутиться, это ведь… сломает все, что она пыталась построить с Дримом. Его золотые глаза приобрели оттенок кадмия и такие тревожные сейчас, словно он упорно пытался заглянуть ей в душу. Солнечный принц… он ведь не посмеется, не сбежит же, даже если ее чувства безответны он… он не поступит с ней жестоко. Эти теплые огоньки, стали похожи на дикий мед, но по прежнему такие ласковые, что девушка на выдохе отвечает, еле слышным шепотом, произнося одно слово: — Да. И тут же Дрим чувствует, как его душа вбивается в грудную клетку, вплотную прижимаясь к ней, в своем стремлении к той, которая завладела всеми мыслями Стража. Чувствами, эмоциями, к той, которой он готов доверить свою душу, а значит и все миры. Проведя свободной рукой по груди, словно желая унять реакцию яблочка под ребрами, Дрим немного шало улыбается. — Инк на удивление проницателен, за отсутствием собственной души. — Почти посмеиваясь говорит скелет, вызывая недоумение и рваный выдох подруги. — Ты… Дрим… — Она хотела что-то сказать, но имя Стража, окончательно отобрало у голоса возможность нормально функционировать, ломая слова дрожью и обрываясь. Рина могла лишь рвано дышать, кусая губы из-за взволнованной души, которая вмиг потеплела, согревая грудную клетку, стоило услышать слова скелета. — Это взаимно, моя принцесса. Я никогда не любил. Но сейчас… сейчас я люблю. — Его слова такие же тёплые и ласковые, как и прикосновение пальца к ее губам, не позволяя ее волнению более терзать их и освобождая для легкого поцелуя, ставшего печатью подтверждения его чувств.