Птица, выпущенная в небо

      Ван Ибо думает, что то, что он сейчас собирается делать, это очень плохо. Он почти корит себя и проклинает, мысленно прося прощение у своего Чжань-гэ. Но в любви, как и на войне, все средства хороши. Должен же он как-то бороться за свое счастье, пусть даже если эта борьба начинается с разрушения. Или со спущенных колес.       Ибо натягивает капюшон своей мешковатой толстовки без каких-либо опознавательных знаков, подправляет не менее черную маску на лице и словно тень скользит вдоль машин к той самой, на которой сегодня приехал его человек. Вчера Ибо, когда возвращался после обеденного перерыва, удачно подслушал разговор двух охранников, в котором они сообщили, что из-за профилактических работ сегодня намечалось отключение электричества на некоторое время с утра. Ибо слушал и на ус мотал, раздумывая: стоит или не стоит? Но ответ он уже знал – конечно, стоит!       Ибо подходит к знакомой машине и резко приседает на корточки, когда слышит звук каблучков. Идущий на каблуках человек притормозил, после чего раздался шуршащий звук. Выглянув из-за машины, Ван Ибо узнал в девушке свою коллегу – МинЧжу. Она шумно вытаскивала из своего автомобиля вещи, не обращая внимания на происходящее. Хлопнув дверью, МинЧжу покинула парковку. А Ибо вытащил нож и с огромным сожалением воткнул его в резину.       -Прости, Чжань-гэ. – шепчет Ибо, втыкая нож во все колеса по очереди. Это очень плохо. Ван Ибо почти сожалеет. Почти, потому что мысли о том, что сегодня он повезет Чжаня домой на своем двухместном байке, перечеркивали все муки совести. ***       Ибо бросает взгляд в сторону Чжаня и видит лишь одно – тонкую талию, которую подчеркивала рубашка, заправленная в брюки, которые в свою очередь были подпоясаны коричневым ремнем. Чжань изящно присаживается на колено напротив картонной коробки, чтобы собрать с ее дна необходимые эскизы, отчего талия становится еще тоньше. Чжань не видит, как Ибо жадно сглатывает, не видит как возбужденно горят его глаза, не видит, как язычок друга резво скользит по сухим губам. У Ибо перед глазами мультики жанра хентай, потому что кто разрешил тебе, Чжань-гэ, надевать такие облегающие вещи?       Ибо чувствует себя 15-летним школьником, у которого спермотоксикоз. Он подрывается с места и выскакивает из кабинета под удивленный взгляд Сяо Чжаня. Ибо залетает в туалетную комнату, закрывая дверь на ключ. Включив холодную воду, Ибо ополаскивает лицо, но это не помогает. В глазах лихорадочный блеск, в штанах приятно-неприятно тянет. Ибо убьет себя за то, что собирается сделать. Но в конце концов он тоже не железный. Его последняя разрядка была около года назад. Хотя ничто, из того что было, не сравнится с тем, что он чувствует сейчас, и на что он готов пойти, чтобы убрать это напряжение.       Ибо опирается на раковину и тянет руку вниз, чтобы расстегнуть ремень. Пальцы ловко выворачивают пуговицу брюк и спускают молнию вниз. Наружу вываливается напряжение, которое Ибо обхватывает пальцами, и начинает резво и жестко скользить вверх-вниз.       "Ну и видок" - думает Ибо, видя свое отражение в зеркале. Ибо прикрывает глаза, чтобы лучше разглядеть детали сегодняшнего непозволительного лука Чжаня и срывается на тихий рык. Твою мать, он дрочит в туалете на работе на парня, который сидит с ним в кабинете. Он же сам Ван Ибо. Уверенный, красивый, молодой, перспективный. Весь мир принадлежит ему. Так какого черта он сейчас вытворяет? Словно животное, у которого сыграли инстинкты, перечеркнув что-то, что называется «разум» и "самообладание".       «Сяо Чжань» – срывается с губ, когда руки пачкаются белесой жидкостью. Это грязно, но Ибо плевать. Он не хочет знать, чтобы подумал о нем Чжань, если бы узнал, чем занимается Ибо. Но мысли крутятся вокруг того, что Чжань был бы не против лично присутствовать на подобном представлении. От этого напряжение накатывает с новой силой, и Ибо снова тянется вниз рукой.       В качестве мести на следующий день Ибо надевает свои лучшие штаны, которые отлично подчеркивали его длинные жилистые ноги. Ибо знал, что выглядел в них не просто превосходно, а умопомрачительно. Тетушки особенно не пожалели для Ибо комплиментов, едва ли не заставив его покрутиться и пройтись как по подиуму. Ван Ибо, конечно, мысленно был раздражен навязчивостью их действий, но когда мимо проходил Чжань, неожиданно решил подыграть. Он замечает нервный блеск в глазах Чжаня и удовлетворенно ухмыляется. Его план сработал как по маслу. Его месть прошла успешно. В самом деле, Чжань, не одному же Ибо страдать? ***       Чжань выуживает из гардероба Ибо синий короткий кардиган, расшитый пайетками и удивленно на него смотрит. Вот уж кто бы мог подумать, что такой брутал как Ван Ибо захочет приобрести в свой гардероб подобную вещь. Чжань широко ухмыляется, проводит рукой по своим короткостриженым волосам и плетется к своему парню. Да, Чжань недавно сменил прическу, сделав волосы намного короче, чем у него были. Из-за этого он смотрелся довольно мужественно. Возможно, даже мужественнее, чем Ван Ибо.       Подойдя к парню, Чжань вытягивает руку с кардиганом и многозначительно смотрит на Ибо. Тот читал книгу с привычным угрюмым выражением лица, но когда заметил знакомую вещь, удивленно вскинул брови. Перед ним стоял ЧЖань, который всем своим видом показывал ехидство и желание подъе… Подколоть Ван Ибо. Ну да, это не «в стиле Ван Ибо». Но он же не виноват, что ему идут такие вещи? Да и самому иногда хочется надеть что-то милое и прекрасно, не все время же быть ака мачо 97.       -Что это? – кашлянув, спрашивает Ибо, возвращаясь к книге, которую больше было невозможно читать.       -У меня спрашиваешь? Это было в твоем гардеробе. – ухмыляется Чжань.       -Первый раз вижу.       Чжань «согласно» кивает и медленной походкой обходит кресло, на котором восседал Ибо, чтобы встать со спины, опустить руки на плечи и наклониться к самому уху.       -Может, ты примеришь его для меня? – шепчет Чжань, а у Ибо мурашки по коже не то, чтобы бегут, они расползаются тяжелой негой, концентрируясь напряжением в паху. Ван Ибо даже теряется, потому что такой Чжань появлялся редко, но метко, заставляя Ибо чувствовать себя ланью, а не тигром. Словно они меняются ролями, установленными для них по умолчанию. Глаза Ибо напряженно бегают от предмета к предмету, а в голове бьется только одна мысль: «Вообще-то я здесь актив!».       Или не вообще-то.       Ибо понимал, что Чжань, как и он сам, мужчина, у которого тоже есть потребности в отношении любимого человека. И, наверное, Чжань страдал из-за того, что не может сделать что-то с Ибо, потому что боится сделать ему больно и потерять его доверие. Ибо все это понимал, поэтому вот уже несколько недель настраивал себя на то, что он должен подарить Чжаню то же удовольствие, что он дарит ему. Ибо выдыхает, прикрывает глаза, захлопывает книгу и поворачивает к Чжаню голову.       -Для тебя, что угодно сделаю. – тихо отвечает Ибо и, глядя в глаза своего парня, встает с кресла, медленно стягивает футболку, чтобы кардиган надеть на голый торс. Ибо смущается, это выдают его покрасневшие уши и легкий румянец на щеках. Чжань же смотрит с восхищением и любопытством, а потом тянет руку к неярко выраженным кубикам, которые то открывались, то скрывались за полами кардигана. Его прикосновения легкие и невесомые, но у Ибо где-то внизу живота узел завязывается, и дух захватывает.       Чжань притягивает Ибо к себе, заставив встать между своих коленок. Он с нежностью смотрит в лицо Ибо снизу вверх и оставляет теперь уже невесомые поцелуи прямо на этих кубиках. Ибо забывает дышать в прямом смысле. Он теряет мысль о том, что хочет позволить Чжаню брать инициативу, потому что не смея терпеть подобную пытку, откидывает Чжаня на спинку кресла, позволяя ему обхватить свой торс ногами. Это так привычно, что Ибо заостряет свое внимание на этом. Его замедление не остается незамеченным для Чжаня. Он хмурится и смотрит на Ибо с легким недоумением.       -Все нормально?       -Скажи, Чжань-гэ, хочется ли тебе побыть в роли меня?       Чжань удивленно хлопает глазами, а потом понимающе кивает и начинает хихикать.       -В роли тебя? Ты имеешь в виду, в роли актива? – Чжань делает задумчивое лицо и как будто бы действительно погружается в глубокие думы. Если в них можно погрузиться, учитывая компрометирующую позу, в которой парни застыли. – Знаешь, Ван Ибо. Наверное, я бы хотел это попробовать. Но думаю, что ты к этому еще не готов, поэтому не мучь себя и выброси эти мысли из своей головы.       -Но ты же тоже мужчина. – возмущается Ибо, понимая в глубине души, что счастлив отказу Чжаня в этом вопросе. Кажется, он правда к этому не готов.       -Да, я мужчина. И как мужчина я не хочу тебя принуждать к тому, что ты не хочешь. Ведь ты предлагаешь сделать это, потому что думаешь, что это твоя обязанность. Я же хочу, чтобы ты захотел этого, потому что захотел получить удовольствие. А сейчас, - Чжань закусывает нижнюю губу, опускает глаза, а потом распахивает их, словно в замедленной съемке. – Я хочу сделать тебе хорошо.       -Чжаань.. – срывается с губ Ибо, когда шаловливые пальчики, царапая себе путь, стягивают резинку спортивных штанов.       Невозможно так сильно любить кого-то. Но Ван Ибо любит. И Сяо Чжань любит. ***