3XL

Тяжёлая сумка ударяется о пол с громким стуком. Чану показалось, что в ней что-то могло сломаться, но эта мысль отошла на второй план. А всё из-за вида перед ним. — Ну и что этот ди... — Джисон, ничего не подозревая, нажимает на небольшую кнопку где-то у основания одной игрушки. Она начинает вибрировать в руках Чанбина, отчего он вздрагивает и роняет на пол. Фиолетовый дилдо откатывается к Чану, стоящему на пороге, и одиноко, тоскливо продолжает жужжать, под потерянные взгляды всех троих. — О, хён, – говорит Чанбин, — привет. Рано ты. Чан не смог бы вымолвить ни слова, даже если бы хотел. В голове пусто, взгляд устремлён на соседей по комнате, которые разглядывали его коллекцию дилдо. Джисон слегка покрасневший, но с еле слышной дерзостью в голосе комментирует: — Довольно впечатляющая коллекция, хён. Чан неуместно шумно выдыхает, нарушая смущающую тишину. — Ага, — Чанбин соглашается с Джисоном и обменивается с ним взглядом. На лицах заметно лёгкое волнение и хитрый прищур. — Нам стало интересно, откуда ты вообще взял эти иг… — Чанбин запнулся. Игрушка у ног Чана жалостно дёрнулась, привлекая к себе внимание. Чанбин решается и задаёт вопрос: — Как это вообще помещается… в тебя? Старший от внезапности и смущения заливается нервным смехом. — Погодите, вы же не просите меня… — его голос становится чуть тише, — показать? Парни перед ним снова переглянулись, а затем посмотрели ожидающим взглядом. Оу. — Вы… — Чан почти теряет дар речи, — вы… хотите… посмотреть? — Ну раз ты предлагаешь, не смеем отказываться, — расслабленно произносит Джисон, но Чан сразу замечает его напускную смелость. Он тоже нервничает, в разы сильнее. Чан думает, что в его случае ни о какой смелости и речи быть не может, потому что его лучшие друзья просят его вставить в себя огромный дилдо у них на глазах. Чан подсознательно знал, что когда-то это должно было произойти. Они не раз целовались, иногда возбуждённо потирались будучи в одежде, но дальше никогда не заходило. Ну колледж, что с него взять, пьяные вечеринки и лёгкий алкоголь всегда вели к этому. Может это, а может и возбуждение от того, что за ним будут наблюдать, заставило Чана согласно кивнуть. Чанбин и Джисон ликующе улыбнулись, отчего в животе старшего запорхали бабочки. Раздеваться перед ними было смущающе и ужасно неловко. Конечно, он оголялся перед ними и раньше, но контекст был далеко не таким. Смущение возросло ещё больше, когда эти двое притащили из гостиной стулья, чтобы усесться рядом и заинтересованно наблюдать. Чан внимательно разглядывал свою богатую коллекцию игрушек. Под удивлённые взгляды друзей он наконец выбрал два любимых дилдо: оба яркие и огромные, длиной почти с предплечье. Он на секунду задумался, положил их обратно и вытащил новое приобретение: золотой с чёрными вставками, чуть длиннее предыдущих. Честно говоря, ещё с утра он готовился поиграть с ним, поэтому сейчас выбрал именно этот дилдо. Голова была забита только похотливыми мыслями, отчего он забылся и перед уходом оставил коллекцию на виду с открытой крышкой. Поэтому сейчас он даёт своим друзьям небольшое шоу. — Чёрт, такой большой, — шепчет Чанбин. Чан смущённо улыбается: – В этом вся соль. Глаза Джисона темнеют, а Чанбин нетерпеливо трёт ладони о бёдра. Чан видит это, а его член дёргается от такого внимания. Возможно, ему нравится присутствие зрителей. Немного подумав, Чан поправляет подушки позади себя и готовит всё необходимое: смазку кладёт рядом, стелет полотенце под себя, ещё раз удобно поправляет подушки и, наконец, ставит рядом дилдо. Осталась самая главная часть. Чан раздвигает ноги и слышит сдавленный стон. Возможно, это Джисон, который прижимает ладонь ко рту, прикусывая её. Старший ведёт пальцами вниз, минует яички и нежно потирает вход. Снова слышится тихий скулёж, на этот раз точно от Джисона. Хан, поджав ноги, смущённо спрашивает: — Тебе разве не нужно… подготовиться? Щёки Чана густо краснеют, а дырочка слегка сжимается: — Я уже. Этим утром перед уходом. На этот раз тихо скулит Чанбин. — Но я не прочь бы подготовиться ещё раз, чтобы лучше растянуть. Он очень большой, — Чан немного заикается, пока говорит, и глотает вязкую слюну. — Вы не хотите помочь? Никаких сомнений, никакого обмена взглядами. Оба подрываются с мест, Чанбин опускается на колени перед старшим, а Хан садится следом. Их взгляды устремлены на влажную дырочку, и от одной мысли об этом Чан сжимается ещё больше, наслаждаясь вниманием. Все молчат, слышны только шумные вздохи и щелчок открывающегося бутылька смазки. Парни наскоро греют смазку, а Чан притягивает колени к груди, терпеливо ожидая. Джисон начинает первым, он смело водит круги по дырочке влажным пальцем, заставляя её сжиматься. Чанбин вскоре присоединяется, и они начинают работать вместе, обильно смазывая вход, пока лубриканта не становится слишком много. Чан нетерпеливо скулит и сразу же чувствует, как Чанбин с Джисоном без особого усилия погружают внутрь пальцы. Послышались стоны парней в унисон, на этот раз никто не сдерживался. — Ты… — голос Джисона выходит сиплым, — ты растягивал себя утром? Пока мы были дома? Чан кивает. Ему кажется, что он не сможет связно ответить. — Боже, — Чанбин высоко стонет, — Ты только посмотри на это. Как хорошо принимает. Старший уже путается, где чьи пальцы, но ему кажется, что Чанбин двигает тремя пальцами, а Джисон — двумя. – Пожалуйста, — Чан стонет и начинает умолять. Чанбин отстраняется, из-за чего парень под ним остаётся почти полностью пустым. Джисон, пользуясь случаем, пытается загнать пальцы как можно глубже, но для Чана этого мало. Пара мягких поцелуев на бёдрах, тихие слова поддержки и похвалы, и Джисон также вынимает пальцы. Пустота внутри ощущается слишком остро и долго. Старший уже готов захныкать, как чувствует прижимающуюся ко входу игрушку. — Да, прошу, — вновь умоляет Чан. Чан просит — Чан получает. Так медленно, что Чан готов расплакаться. Дилдо проскальзывает внутрь, чувствуя небольшое сопротивление. Кожа растягивается и горит, и сейчас, когда процесс не под контролем Чана, всё ощущается в разы сильнее. Этот дилдо самый длинный и самый толстый из тех, что парень когда-то пробовал. Он готов кончить только от головокружительного осознания того, насколько глубоко он может войти, и насколько отчаянно выглядит в глазах друзей. Основание доходит до ягодиц, пальцы парней гладят растянутый покрасневший анус. — Да, — громко стонет Чан, словно в бреду, — продолжайте, пожалуйста. Парни недолго сомневаются и начинают очень медленно двигать игрушку внутри. Чан на грани слёз. Слишком медленно. — Быстрее, — Чан пытается уменьшить свои страдания, — быстрее, блять, пожалуйста… Чанбин с Джисоном осмеливаются и ускоряют движения, выбивая дыхания из лёгких Чана. Игрушка двигается внутри, взад-вперёд. Чан может сконцетрироваться только на ней, на приятных ощущениях и почти не думает о том, что его так хорошо трахают лучшие друзья. — Блять, — словно под толщей воды Чан слышит голос Чанбина, – бугорок. Чан его чувствует. Чувствует, как дилдо настолько глубоко, что в низу живота проявляется небольшой бугорок. Чан задыхается от этой мысли и решается самому посмотреть, и становится только хуже. Дилдо давит изнутри, неприлично выталкивая кожу наружу… Парни между его раздвинутых ног выглядят завороженными, глаза прикрыты, щёки и губы покрасневшие. Джисон подымает голову, встречаясь со взглядом старшего: — Хён, — он почти скулит, — хён, это очень красиво. Чанбин стонет следом, поочерёдно смотря то на сжимающуюся дырочку, то на выпуклость на животе Чана. — Так хорошо, — старший тяжело дышит, от удовольствия скручивая пальцы на ногах. — Блять, так глубоко. Он чувствует себя на грани только от этого. От растяжки, от глубокого проникновения, от жадных взглядов на себе. Неожиданно Джисон наклоняется, припадает губами к коже Чана и целует бугорок. Блять. Чан громко стонет. Он чувствует давление на кожу с обеих сторон. Он так близко. Ко рту Джисона присоединяется ещё одна пара влажных губ. Чан приподнимает голову и видит, как оба парня припали к его животу, их лица так близко друг к другу, и с определённого ракурса кажется, что они целуются. Будто они целуются над головкой игрушечного члена, который глубоко в Чане, блять… Он кончает без предупреждения и почти не дышит. Его член подпрыгивает, а дырочка сжимается вокруг толстого основания игрушки. Но парней это не останавливает, они продолжают двигать игрушкой, выбивая из Чана последние силы. Парни прекращают, только когда Чан тихо хнычет и скулит. Джисон отстраняется первым, падает на кровать и тяжело дышит. Чанбин всё ещё нависает над Чаном, тоже тяжело дышит и медленно начинает вынимать дилдо. — Не надо, — просит Чан, – оставь. Ещё на пять минут. Чанбин подымает заинтересованный взгляд, встречаясь с чановым. В глазах напротив горят огоньки. — Это было горячо, — наконец отдышавшись, комментирует Джисон. Чан устало смеётся.