Харизма

      Она не была красивой. Стандартно красивой. Тонкий ровный носик, большие глаза и губы, длинные завитые ресницы, длинные ухоженные волосы, касающиеся попы, стоящей полочкой - это в современном мире признаки красоты. Которым она не соответствовала от слова совсем.       Русые волосы, постоянно в хвосте или шишечке, спешно собранной первой попавшейся резинкой, бритые виски. Нос с горбинкой, веснушки, тонкие, постоянно сухие из-за нервного облизывания и покусывания, губы. Бледность, которую она в шутку называет аристократической, на самом деле такая исключительно идиотская, что невозможно даже подобрать тональный крем. Либо приходиться мазать им все открытые участки кожи. Полное отсутствие желания краситься каждое утро перед работой, вечные спортивные костюмы, джинсы и огромные футболки, отсутствие в ее доме обуви на каблуке как вида. Отвратительный характер, сквернословие на постоянной основе, вредные привычки, постоянно недовольное лицо.       Да, она не была стандартно красивой, ухоженной, мягкой, нежной. Но только не для него.

***

      В полутьме бара она танцует раскованно и горячо. Потому что знает, что не привлечет ничье ненужное ей внимание. Она ведь некрасивая. Движение бедром. Вправо. Влево. Парень тает, смотря на нее, сидя в отдалении. Не видя ее лица. Не видя ее фигуры, спрятанной за объемным спортивным костюмом из футера трехнитки. Но так заводит.       Он уже не жалеет, что приехал на корпоратив своей компании. До последнего отказывался. Даже когда она, та самая, что сейчас заводит его своими движениями, еще в офисе, выдохнув ему в лицо пар после затяжки, похрипела севшим после крика голосом - ну и идиот, сиди дома скучай.       Он видел, что весь офис относится к ней с трепетом, слушает ее крики, выполняет ее поручения. Ни разу не видя ее в чем-то, хоть примерно напоминающем офисный дресс-код, они все равно любили ее. Не накрашенную. Кричащую. С синяками под глазами и запахом перегара. Отвратительно вредную, но такую привлекательную начальницу отдела.       Он давно заметил эту ее особенность. Влюблять в себя всех вокруг. Хотя на первый взгляд казалось, что ее будут избегать или ненавидеть за поведение все вокруг. Но нет, ее потрясающая личностная красота раскрывалась буквально сразу, стоило ей открыть рот и начать вещать что-либо. Эрудированность, открытость в общении и проявлении эмоций, абсолютное отсутствие такого понятия как "стыд" и желание все сделать идеально.       Одуряюще возбуждающий запах кофе и кокоса от ее кожи, свет тонных мелких сияющих блесточек на ее руках, который буквально бьет ему в глаза, хотя он уверен, что другие это тоже видят. Она сказала, что это ее прикольный новый скраб. И какой-то сорбет для тела. Он лишь знает, что сорбет это мороженное и что женщины странные существа. А она до одури красивая "некрасивая" начальница отдела, так маняще двигающаяся в свете случайно бегающих туда-сюда лучей светомузыки. Так хочется встать рядом.       А она словно читает мысли. Обращает свой взгляд на него. Призывно зовет руками присоединиться и он понимает, что отказать невозможно. Так сильно, так замечательно и чудесно она выглядит, ведет себя, манит его.       Подходит. Близко. Сжимает ее руки в первом сладком порыве, прижимаясь к ней телом. Она немного ниже его, но так даже лучше. Танцует прикрыв глаза, прекрасная, чудесная. Музыка такая ритмичная, возбуждающая. Или это она возбуждающая. Движения становятся все более раскованными. Волна всем телом. Случайное касание женской груди. Аромат, сбивающий с ног.       Я полюбил кофе окончательно.       Хочется схватить эту женщину и ощущать аромат ее кожи вечно. Тело поддается порыву. Он прижимается к ней очень близко. Как хорошо, что коллеги отошли на перекур. Оставшиеся человек шесть. Еще лучше то, что ранее в течении дня все "слабые" разъехались по домам. Он упирается носом в ее шею и шумно тянет воздух, со стоном выдыхая в ухо той, что сегодня полностью завладела его сознанием.       - Так приятно пахнет       - Я знаю.       И снова волна телом, снова касание его. Плоть призывно реагирует на ситуацию. Парень не сдерживается. С силой впиваясь в такие удивительно мягкие и пухлые губы. Он помнил их всегда сухими, покусанными и поджатыми в тщетной борьбе со стрессом. Он уже тогда хотел их поцеловать. Наверное от выпитого алкоголя и разговоров, ее тело так реагирует.       Боже, как же вкусно.       Вкус виски, немного колы и фруктовой жидкости ее одноразового испарителя. Сознание услужливо подбрасывает картинку:       - Вы опять курите свою одноразовую соску?       - Одноразовая соска тут только ты, - беззлобно улыбается, - надоели сигареты, смирись.       - Да нет, так даже лучше, - осмелел, - вам идет этот запах.       - А ты романтик.       Уже тогда, он лишь нервно усмехнулся, глядя как она выдыхает пар, а затем облизывает нижнюю губу, призадумавшись.       Она классно целуется. Всегда хотелось узнать как она это делает. Оказывается у нее есть пирсинг. Скользит горячим языком по его языку, по ряду ровных зубов, словно хищная мурена меж кораллов.       Заставляя его мозг плавиться. Он позволяет своим рукам вольность, быстро забираясь под ее толстовку ладонями, уже горячими от нахлынувшего желания. Она же на эту шалость откликается со всей готовностью. Он понимает, что коллеги скоро вернутся. Не хочет этого понимать, но приходится.       Грустно.       Хочется утонуть в ее чудесных серо-голубых глазах и этом опьяняющем сочетании виски и кофе. Даже эти блестки. Он хочет, чтобы они все оказались на нем сегодня ночью.       Поцелуй приходится разорвать и спешно прижать свое сокровище к себе, делая вид, будто бы они танцуют медленный танец, как раз и музыка подходящая. Коллеги даже не обращают на них внимания. Она отстраняется, показывает жестом, что отойдет покурить. Он хочет с ней.       Затягивается. Боже, она даже затягивается сексуально. Пускает пар через нос, что-то смотрит в телефоне. Парень лишь неспешно тянет свой стик, думая о повторении того, что было на танцплощадке. Она вдруг поднимает глаза на него:       - И что это было?       - А ты как думаешь? - посчитал, что может обращаться к ней на "ты".       - Вопросом на вопрос - стратегия чемпиона, да? - смеется.       - Возможно, - алкоголь развязывает язык, - ну так что?       - Я думаю, что ты осмелел, - усмехается.       - А я думаю, что ты классная, - секундная пауза, - ты мне нравишься.       - Я вижу.       - Почему так происходит?       - Потому что это я, - дергает плечиком, такое простое и наивное движение, - это моя харизма, - и снова улыбается, лучезарно и чудесно.       А дальше парень пропадает. С этим легким движением ее губ, таких желанных губ, он теряет последний контроль над собой. Тянет ее за ворот большой толстовки к себе и целует, принимая в свои легкие остатки пара. Страстно и пошло лаская языком ее рот, слишком желанный рот. Впиваясь в эти чудесные раскрасневшиеся, пухлые, покусанные уже им губы. Чудесные губы.       Его губы.       Перед глазами рассыпаются звезды. Хочется обладать этой женщиной сейчас, потом, всегда.       Хочется гладить ее тело, которое оказалось вполне себе ничего под складками объемного спортивного костюма. Тонкая талия, ее божественная тонкая талия. Такая сексуальная талия. Ягодицы, боже, парень теряется, когда они оказываются в его больших ладонях. Он шумно тянет воздух возле ее оголенного плеча, выглянувшего из широкого горла толстовки. Мозг дуреет от запаха кофе, виски и феромонов, которые она так обильно выделяет. Сознание буквально дрожит, ткань мира вокруг рассыпается, перед глазами лишь точка ее тела, плечо, с ошеломительно вкусным ароматом ее кожи.       Он снова возвращается к ее губам. Очередной взрыв гормонов в мозгу перемешивается с алкоголем в крови, убивая сознание напрочь. Парень дрожит крупной дрожью, с силой вжимаясь в это прекрасное, чудесное, сильное, влажное от пота и желания тело.       - Бля-я-я-ть, - он тихо выдыхает ей в губы.       - Да, - эта ухмылка. Боже. Вызывает такое бешенное желание. Его прошибает пот.       Она знает о своей силе. От желания дрожат руки, он не может больше терпеть. Хочется обладать ею, буквально интегрировать ее с собой.       Он подхватывает ее под эти чудесные, замечательные ягодицы, прижимает спиной к стене бара и буквально срывает с нее эти надоевшие спортивки. Придерживая ее тело своим, обильно осыпая поцелуями ее шею и рот, он быстро расправляется с поясом своих брюк и быстро входит в нее.       А дальше темнеет в глазах.       Потому что она стонет.       Стонет ему прямо в ухо.       Громко стонет.       - Н..нет, ах, - молодой мужчина буквально рассыпается изнутри от дикой, горячей и грубой страсти, которая охватила их так внезапно и жестоко.       Движения. Быстрые и сильные, влажные и пошлые. Стоны - громкие. Она прикусила ткань его футболки, чтобы заглушить свои звуки. Наверняка оставила след на его плече. Он будет хранить его как самое большое сокровище. Он будет, он должен, просто обязан хранить воспоминая об этом вечере, лелеять их, оберегать ото всех. Слишком чувственные воспоминания.       Долгожданный финал. Движение времени замедлилось. Практически остановилось. Два тяжелых дыхания. Два учащенных сердцебиения. Два влажных, уставших но счастливых тела, пока еще слитых в одно. Тихий шепот на ухо:       - Ты невероятная.       - Я знаю.