Лу

      Ровно в семь, как обычно, Хиро приехал на мотоцикле к тату-салону. Он не стал подниматься прямо туда — решил подождать на улице. Погода хорошая, да и лениво было. Хироки совсем загонял себя в спортзале, чтобы выбить из головы дурь. По этой же причине выглядел он немного устало, но искренне улыбнулся, когда из дверей вышел Лу.       Парнишка буквально просиял и тут же обнял японца, чмокнув его в щёку. Неловкость после свершившегося тем субботним утром они оба успешно преодолели за выходные, и теперь установилось что-то вроде романтических отношений — у каждого в своём понимании. Хироки не озвучивал предложение встречаться, но именно это и подразумевал. Как это понимал Лу, оставалось для него загадкой, но в его верности можно было не сомневаться.       — Садись, поедем домой.       Лу уговаривать было не нужно. Он тут же запрыгнул на сиденье и крепко обхватил Хироки за талию. Ему было приятно, что его подвозят и забирают, как-то сразу стал чувствовать себя важным для кого-то.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Лу, пока они не отъехали. Он заметил его усталость и счёл, что это из-за тяги к алкоголю.       — В норме. — коротко ответил Хиро. Тяга была, да. Но рядом с Лу становилось легче, будто одна зависимость просто сменилась на другую. Только наркотик по имени Лу был не вреден, а полезен для здоровья Хироки.       — Хорошо, — улыбнулся паренёк и затих, чтобы не отвлекать Хиро от дороги. До дома ехал молча, доверчиво устроившись у парня на спине. Японец намеренно сделал крюк через другой район, чтобы продлить этот момент. Ему нравилось чувствовать Лу за своей спиной. Так и хотелось ехать и ехать, просто чтобы эти ощущения длились подольше. Но дорога не может быть бесконечной, и вскоре они подъехали к дому. Лу, скинув рюкзачок в своей комнате и переодевшись, приготовил ужин, а уже после него снова пришёл к Хиро.       — А хочешь массаж? — внезапно предложил он. Вообще большинство его просьб и предложений были внезапными, но японец уже привык.       — А почему бы и нет. — пожал плечами Хиро. В самом деле, после тяжелого тренировочного дня массаж явно не помешает. Он стащил футболку и лег на диван.       Лу быстренько куда-то сбегал, вернулся и смешал в ладошке массажное масло из обычного и ароматического, чтобы всё было как полагается. Парень уселся на Хироки прямо сверху, не особо смущаясь, и стал делать массаж. Сначала его ладошки двигались медленно и мягко, даже как-то нежно, потом стали нажимать куда сильнее и больнее, до красноты кожи.       Хиро жмурился как большой довольный кот и чувствовал, как мышцы покидает боль. Массаж Лу был, конечно, непрофессиональным, но очень уж приятным. Может, потому что это был именно он…       — Лу… Ты чудо… — пробормотал японец. Он разомлел настолько, что теперь сомневался, что сможет доползти до спальни.       Лу только хихикнул и, закончив с массажем, разлёгся на Хироки сверху.       — Ох… Лу, ты что творишь… — прокряхтел японец больше от неожиданности, чем от тяжести тела парнишки.       — Кожу после массажа нужно чем-нибудь закрыть, чтобы не остыла слишком быстро.       — И ты прикрыл собой?       — Да.       Хироки усмехнулся, повернув голову на бок. Его щеки касалось дыхание парня, а на рёбрах лежали тёплые ладони. Приятно… Некоторое время он молчал, наслаждаясь моментом, а затем негромко произнес:       — Через неделю у меня новый бой.       — Но ты же ещё не поправился, — тихо возразил Лу, но всё-таки смирился.       Послышался грустный вздох, и ни слова больше. Паренёк понимал, что бои — это работа Хиро. Опасная и неправильная, но нужно к ней привыкнуть.       — Поправлюсь. Не впервой.       — Ты победишь. Жаль, что я не доктор, — вздохнул паренёк. — Я бы тебя лечил. Я могу только сделать амулет. Самые лучшие амулеты — те, которые подарены от души и сделаны руками. Ты победишь, будь уверен.       — Куда я денусь, — серьезно ответил Хиро. — Это самый важный турнир в этом году. За победу дают большие деньги.       — Да что деньги? — отмахнулся Лу. — Главное, чтобы тебя не слишком побили. Хиро… если он такой важный, можно мне тоже там быть? Я взрослый, меня пустят.       — А тебе страшно не будет? Это бои без правил. Много боли, даже кровь временами.       — Я потерплю. Хочу видеть, как ты выиграешь. Лучше всё видеть, чем переживать дома.       — Правда, — улыбнулся Хироки. — Хорошо. Поедем вместе. Только паспорт прихвати. Тебе могут не поверить, что тебе уже можно.       — Возьму. А далеко нам ехать?       — Финал проходит тут, в Париже.       — Это хорошо. Значит, я смогу забрать тебя домой после боя, лечить и ухаживать.       — Спасибо, Лу, — тихо ответил японец, сглотнув ком в горле. Почему-то слова Лу очень тронули его зачерствевшую душу.       Сегодня после ужина он сам повёл Лу в свою комнату спать, но большего, чем было у них тем субботним утром, не просил и не требовал. Сам парнишка тоже ни на что не намекал. Лишь целовал его каждое утро, делал ему кофе, перед работой обнимал на прощание и ровно в семь вечера ждал его у двери тату-салона.       А за пару дней до боя, чуть только переступив порог дома, протянул японцу на ладошке круглую деревянную подвеску на шёлковой нити. Амулет был ровно вырезан из кусочка дерева, мелкий-мелкий восточный рисунок тоже был выполнен идеально. Даже нить была сплетена вручную, чтобы было крепче. Лу явно старался, корпел над рисунком все эти дни, выкраивал свободное время между визитами клиентов. Времени было мало, но он всё-таки успел к сроку.       Хиро улыбнулся, принимая подвеску.       — Спасибо… — он надел шнурок на шею. — Всё, теперь я защищен от проигрыша.       Сам он не верил в это, но подвеска ему понравилась. Да и Лу будет так спокойнее. Парнишка смотрел на японца взглядом, в котором была честность и вера. И глядя в эти глаза, Хиро решил, что просто не имеет права проиграть на турнире. Он знал, что отвлекаться на парня ему будет нельзя. Короткое мгновение боя, упущенное им, может стать роковым.       — Спасибо, Лу, — повторил он, подняв руку, чтобы погладить парня по щеке.       Ответом ему была солнечная улыбка. Лу шагнул к нему и прильнул к груди, подняв лицо для поцелуя, и Хироки не посмел ему отказать.

***

      В тот вечер Хиро повёз Лу в один из печально известных в городе клубов, где имелся подземный этаж. Наверху грохотала музыка и вспыхивали огни диско-шара и софитов, танцевали люди, бармены разливали алкоголь. Проталкиваясь через толпу, Хироки за руку протащил парня к двери в дальнем конце зала, где стояли два рослых охранника. Он назвал своё имя и провёл Лу за собой. Никто даже не думал останавливать их, не проверили документы, не продали никаких билетов. То, что происходило за дверью, там, куда уводила лестница, было незаконно.       Хироки видел, как Лу сжался. Он понимал, что его привели не в самое благополучное место и чувствовал опасность.       — Не бойся. Ты зритель, тебе ничего не сделают. Распорядитель потребует с тебя ставку. Можешь давать, а можешь нет. Тебя никто не прогонит. Главное, будь поближе к выходу. Если не сможешь смотреть — уйдёшь домой.       Японец боялся и того, что Лу досидит до конца, и того, что он уйдёт. Если так, то ему придётся добираться одному домой поздним вечером.       — Только прошу, Лу, возьми такси.       — Я выдержу. Без тебя никуда не уйду, — храбро сказал парнишка, спускаясь за Хиро в подвал.       Японец покачал головой. Милый Лу… Он доверял ему настолько, что готов был идти следом куда угодно.       Они спустились вниз, где оказался ещё один зал, но потолки были куда ниже, и пространства меньше. В центре был установлен ринг, огороженный металлической сеткой, а вокруг него — вполне приличные сиденья. Странно, но среди зрителей в основном были весьма представительные и богато выглядящие мужчины.       Лу выглядел поражённым.       — Вы будете как звери в клетке? Так?       Хиро лишь вздохнул. Да, Лу… Как звери.       — Выбери себе место. Мне пора.       Лу кивнул, скромненько усевшись с края трибуны. В своих джинсах и свободной футболке, в кедах, с рюкзаком и хвостиком на затылке, он очень выделялся среди представительных зрителей совсем не представительным видом. Хироки оглянулся на него со странной тоской на сердце. Он хотел бы сказать, что будет драться за Лу, но это было не так. За деньги, и только за них. Японец был уверен, что скажи он что-то подобное, этот светлый добрый парень оскорбился бы и пожелал никогда больше не отпускать Хиро на бой.       — Иди. Не беспокойся обо мне. Я не буду отвлекать тебя страхом. Будь сильным, Хиро.       И Хироки молча ушёл, а Лу остался на своём месте, сжавшись, будто воробушек.       Сегодня был финал турнира: четыре раунда по десять минут и перерывы по пять. Первым на арену вышел Хиро. Волосы собраны в тугой короткий хвост, из одежды — простые полотняные штаны, которые обычно носят представители восточных единоборств. Босиком, торс обнажен, ладони перевязаны кожаными ремнями, закрывающими кисть от запястья до костяшек пальцев. На шее — амулет Лу.       Затем на ринг вышел тот, кого представили как чемпиона прошлого года. Здоровенный бритоголовый европеец, в плечах раза в два шире Хироки, да и вообще мощнее. Со стороны японец выглядел заведомо проигравшим. Он казался слишком тощим и костлявым по сравнению с соперником, но зато мог быть ловким и изворотливым.       Парень специально не смотрел на Лу. Он дал сам себе обещание не отвлекаться на него для его же блага, и знал, что тот его в этом понимает.       Зазвучал гонг… Никаких приветствий не было. Противников просто представили, и завязался бой, жестокий совершенно по-звериному. Хиро ловко уворачивался от ударов неповоротливого соперника, но и сам его пока достать не мог.       Резкий удар — не успевший отскочить Хиро улетел в сетку, но от следующего удара успел откатиться, попутно подсекая ноги соперника. Туша бойца рухнула на арену и тут же, взревев, ринулась на японца, на сей раз припечатав его к полу, да так, что у того аж голова о пол стукнулась. Кто-то из зала заорал: «Добивай!»       Толпа на это одобрительно взревела.       Кажется, в этом зале один только Лу болел за Хироки. Остальные просто пришли получить крови и зрелищ, как в средневековье люди ходили смотреть на сжигание ведьм.       Бритоголовый буквально душил японца, прижимая его горло к полу. Каким-то неимоверным усилием Хироки извернулся, впиваясь зубами в руку мужчины — отчаянно, зло, словно дикий загнанный в клетку волк. Это не было запрещено. Здесь ничего не было запрещено. Соперник взревел, отшатнувшись, а Хиро встал и коротко сплюнул кровь. На этом был закончен первый раунд.       Второй и третий раунды явно складывались не лучшим образом для Хироки. К концу он уже едва держался на ногах, из рассеченной брови сочилась кровь, которая застила глаза и мешала держать противника в поле зрения. Хиро капитально проигрывал по очкам. У него был только один вариант — нокаут. Но нокаутировать такого буйвола, да еще пребывая в состоянии отбивной…       Весь перерыв перед последним раундом японец сидел неподвижно и пытался перевести дух. Он уже сам не верил в свою победу. Перед самым выходом Хиро бросил взгляд на Лу, ободряюще улыбнувшись уголком разбитых губ. Паренёк сидел будто пришибленный, крепко обнимая свой рюкзачок. Он тоже заставил себя улыбнуться, но по его взгляду было ясно, насколько ему тяжело то, что он видит. Потерянный, раздавленный, непонимающий, зачем люди занимаются всем этим.       «Да, Лу… Люди порой хуже зверей.»       Хироки сжал пальцами деревянный амулет на своей шее и отвернулся. Пора начинать следующий раунд.       Японец встал на позицию и дождался, когда распорядитель покинет клетку. Он знал, как выглядит со стороны — в крови, поколоченный, хромой. Какое-то из рёбер снова сломалось, на арене валялся чей-то зуб. Хироки ощупал языком зубы и не нашёл пустоты, чему злорадно усмехнулся. Ему тоже удалось потрепать этого буйвола.       Бой возобновился. Громила с рёвом кинулся вперёд. Японец долго петлял и изворачивался, прыгал, нападал, бил отчаянно и со всей силой, которая осталась ещё в его теле. Ему удалось несколько раз достать противника, но упустив момент, он снова попал в захват. Казалось, еще немного — и ему свернут шею. Хироки весь посинел и покраснел от удушья. Но тут очень чётко понял, что сознание ускользнёт, и тогда конец. Возможно, этим закончится его глупая бесполезная жизнь. Вот только он не мог позволить Лу увидеть это. И тогда — внезапный отчаянный рывок, грохот сбитого с ног тела… Японец хрипло дышал и смотрел на лежащего соперника, пока рефери отсчитывал секунды. Зал буквально с ума сходил. Все эти люди поставили деньги на лежащего на ринге громилу, а рефери поднял руку Хиро, объявляя победителя. Сам японец сейчас плохо понимал, что происходит, сосредоточившись лишь на том, чтоб не упасть самому.       Когда люди, получив своё зрелище, начали разочарованно расходиться, Хироки, шатаясь как пьяный, побрёл из открывшегося ринга вниз, к Лу… И, покачнувшись, просто рухнул в его объятия.       Лу поймал его и крепко обнял, не боясь запачкать кровью одежду. Подошедшим с носилками медикам он даже не хотел его отдавать, но знал, что так лучше. Зато напросился вместе с ними и ни на шаг не отходил от Хироки.       Его унесли в местный лазарет. Осмотрели, перевязали. Сообщили, что переломов нет, но возможно сотрясение мозга и несколько трещин. Само собой, многочисленные ушибы, в том числе внутренних органов. Пациента можно было сразу забирать домой, но доставкой Лу предстояло заниматься самому.       К концу осмотра Хироки пришёл в себя. Он уже видел, как его маленький заботливый Лу с надеждой смотрит на врачей, кивает им на что-то, то и дело грустно поглядывая на непутёвого японца.       — Сможешь дойти до улицы? Я такси вызову, — тихонько сказал он, обхватив ладошкой его пальцы в непонятно чьей крови.       — Смогу…       — Пойдём, — почти прошептал паренёк и осторожно поднял Хиро в сидячее положение, а потом поднырнул под его руку и повёл домой.

***

      — Лу… — слабо выдохнул Хиро, мягко коснувшись его щеки кончиками пальцев. Проснувшись с жуткой головной болью и тошнотой, он увидел парнишку спящим в неудобной позе — сидя на полу рядом с диваном.       Лу вздрогнул, потёр глаза и сонно взглянул на Хироки. Под глазами у него залегли круги — он явно спал не больше четырёх часов. Когда японец взглянул на себя, он понял, на что ушла у паренька ночь. Хиро был вымыт, насколько это было возможно, перевязан, раздет и прикрыт пледом. А сам Лу даже не переоделся, оставшись дежурить ночь у постели больного. И при этом первое, что сделал парнишка — улыбнулся. Как же стыдно…       — Тебе нельзя вставать, — сходу заявил он.       — Я и не пытаюсь… — усмехнулся Хиро. Он нежно погладил щёку Лу. — И спасибо тебе…       — Не за что. Я же не мог тебя бросить. Хочешь чего-нибудь? Попить или таблетку от головной боли… Могу и покушать сделать, ты только скажи.       — Пить… И таблетку.       Есть он не хотел. К горлу подступала тошнота, да и вообще самочувствие было отвратным. Если честно, он бы сейчас чего покрепче выпил, но нельзя.       Лу неловко поднялся на ноги, разминая затёкшую шею и быстро принёс таблетку и стакан воды. Даже помог запить, чтобы Хиро не пролил на себя.       — Я за тебя болел, — зачем-то сказал он японцу, доверчиво глядя в глаза. — Я знал, что ты победишь. Но всё равно было страшно.       — Похоже, только ты за меня и болел… Спасибо тебе, Лу.       — Не за что. Знаешь… Я поставил на тебя всё, что у меня было с собой, — он чуть улыбнулся. Теперь куча денег в рюкзаке значила не то, что он как на собачьих боях сделал ставку, а то, что его вера в Хироки оказалась вознаграждена.       — Ты мог всё потерять. — усмехнулся мужчина и открыл было рот, чтобы сказать, что тот парень, с которым он дрался, убил на ринге своего соперника. Но не стал. Лу хватило потрясений за эту ночь.       — Но не потерял, — улыбнулся Лу. — Разве это важнее, чем твоя жизнь?       — Ну… я живучий, помнишь? И у меня твой амулет. Лу кивнул и присел на диван. Он осторожно обнял японца, уложив голову ему на грудь и так затих.       — Помню. Но он тебя так бил сильно. Мне хотелось тебя оттуда вытащить.       — Теперь боев не будет полгода. Честно.       — Я верю. А потом снова, да? Может, не будешь? Тебя же убить могут… Они все такие злые. И в клетке, и за клеткой…       — За клеткой злее… — невесело усмехнулся. — Лу, я умею только драться. Больше ничего.       — Ты же сам говорил, у тебя есть счета. А я работаю много, я привык. И выиграл много. Нам на двоих хватит, — тут же затараторил Лу, хотя знал, что Хиро скорее всего откажется. Гордый. И драка уже стала частью его жизни.       — Давай через полгода об этом поговорим. Лучше, когда я поправлюсь, мы куда-нибудь вместе сходим. Куда скажешь. В любое место.       — Хорошо. Я подумаю. Ты только поправляйся.       — Куда я денусь, — улыбнулся Хироки. Настроение начало налаживаться. Определённо, поправляться и набираться сил дома было куда приятнее, чем в лазарете. Он перебирал волосы Лу и с теплотой наблюдал, как от этого простого действия парнишка совсем растаял, будто кот, которого гладят за ухом. Хироки даже нравилось, как легко доставить ему удовольствие. Лу хотелось баловать… Увы, пока чаще именно       Лу помогал Хиро и оберегал его. А должно бы быть наоборот.       — И что бы я без тебя делал…       — Лежал бы тут один и смотрел в потолок, — хихикнул паренёк.       — Ну, тогда бы я смотрел в потолок в лазарете. И там обо мне точно не заботились бы так, как ты.       — Там даже врачи выглядят злыми, — вздохнул Лу.       — К ним часто приносят бойцов. Их латают по-быстрому, и либо сдают родственникам, либо оставляют лежать. До этого раза я всегда лежал в лазарете — меня некому было забрать.       -Такого больше не будет. Теперь я твой родственник.       — И что ты только во мне нашел…       Лу только пожал плечами с улыбкой. Если бы все вещи в мире объяснялись логически, было бы намного проще жить.