Мы на съемках.

- Калинка, калинка, калинка моя! В саду ягода, малинка, малинка, малинка моя! - распевал Блек Стар, размахивая в воздухе катаной. Рядом с ним пританцовывал режиссер, использую я в качестве партнерши свою излюбленную шляпу. - А что происходит? - немного испуганно спросила Цубаки, вставая рядом с Соулом и Макой, которые наблюдали за действиями танцующих и сдерживались, чтобы не заржать. - Мака? - Что с звезданутым - не знаю, - ответил за девушку Соул, поправляя съехавшею с головы бандану. - А вот что с нашим директором, даже предположить боюсь. - Понятно, - пробурчала Цубаки, хотя было ничего не понятно. Но, чтож делать, оставалось лишь смотреть на подпрыгивающую у потолку парочку и гадать, в чем причина такого неожиданного веселья. - И в чем дело было? Че как сумасшедший плясал? - Ты не представляешь! Она сюда едет! Едет! - орал на всю комнату синеволосый, чуть ли запрыгивая на стол. На его лице сияла невыносимая улыбка до ушей, казалось он сейчас просто рот порвет. Волосы, в красивом беспорядке уложенные лаком, теперь мокрыми сосульками висели до плеч, после ведра ледяной воды, несправедливо обрушевшейся на голову слишком расшумевшегося парня. - Едет! Прям сюда! - Да кто едет!? Объясни ты наконец! - злобно воскликнула Лиз, ударяя ладонью по столу. Бедный столик опасливо зашатался. - Может зубная фея, - предположила Патти серьезным тоном. Все удивленно на нее посмотрели. Девушка лишь ответила им аналогичным взглядом, мол, вы чего так смотрите. - Так, кто едет!? - Ара Минацу! - воодушевленно воскликнул Блэк Стар, наконец запрыгивая на стол и вновь начиная отплясывать калинку-малинку. - Что? - Ар.. -..а.. -..Ми.. -..на.. -..цу... - Что.... - Что 50-и летняя старуха делает в нашем шоу!? Какого хера?! И она еще с нами играть будет, да ни в жизнь! - во все горло кричала Лиз на Киоши. Ее глаза уже давно расчленяли его и сыпали на раны соль. - Лиз, успокойся. Она прошла кастинг, и еще она прекрасная актриса, да и внешностью не хуже любой 50-и летней женщины. Что тебе не нравится? Старшая Топсон завыла. Ей хотелось вырвать глаза этому тупице, который придумал звать сюда эту старуху. - А свои эмоции и прошлое держи при себе, - тихо прошептал мужчина, вставая из-за стола. Девушка удивленно на него глянула и оскалилась. - Рот закрой, - холодным шепотом ответила она ему и скрылась за дверью. Мака, Соул и Патти сидели за столом в комнате отдыха и пили чай. Около трех чашек с чаем расположились большая коробка с печеньем и несколько пачек с различными конфетами. - И почему Лиз так разозлилась? - протянул Соул, немного опуская в чай печенье. Печенье не успело вовремя вылезти из воды, и половина упала в чай. – Аж глаза из орбит вылезли. Патти грустно водила ложкой по уже давно размазанному по тарелке тортику. Мака с беспокойством смотрела на подругу. Давно уже она не видела Патти вот такой вот. Прям сердце кровью обливалось. - Патти? – осторожно начала Албарн, но ее нагло перебили. - Давно , когда нам было годика по четыре, наш папа привел в дом женщину. Красивую: длинные волосы, цвета ночного неба, темно-фиолетовые глаза захватывали своей глубокостью и красотой. Сестренка ее сразу невзлюбила. Она то подножку ей поставит, то во время приема гостей со всей силы в комнате шумит, то еще чего-нибудь. Я смотрела на это и не понимала, как сестренка не может любить Ару. Она ей даже прозвище придумала…. «Арахна», что в переводе означает «паук» или «паучиха». Ара-сан тоже не полюбила Лиз. Только при папе играла роль заботливой мамочки….а потом….потом папа умер. Просто ночью мы услышали крик. Мы испугались и прибежали к папе, но папы уже не было. Его убил какой-то дядьке, который скрылся в окне, как только мы открыли дверь комнаты. Минацу, как наша мама, по документам, увезла нас к себе на родину. Там она вышла замуж и совсем забыла о нас. Мы будто не существовали. Приходили из школы, делали уроки и до вечера сидели в комнате. «Мама» всегда звала нас к ужину, но однажды мы не услышали зова. Лиз долго стояла у двери, ожидая крика, но его не было. Тогда мы спустились вниз и тихонько заглянули на кухню. Но наших тарелок не было, а они спокойно сидели и общались, иногда накалывая на вилку еду и, поднося ко рту, друг друга. Тогда Лиз чуть не разнесла всю кухню. Я видела как ей было плохо, ведь она уже почти поверила в «маму», а тут…. - Пат…. - И мы решили убежать. – На этом месте рассказа девушка грустно улыбнулась. – Нас нашел какой-то дядька и взял с собой….в приют. Но…в разных историях пишут, что приют это ужасное место, где надо выживать…это не так, хотя, может и так, но судьба видно сжалилась над нами. Мы нашли друзей, нас любили, можно сказать, завели семью. Однажды в наш день рождения, Акира-сан, тот кто привел нас в приют, сказал собрать вещи. Мы, ничего не спрашивая, собрались. Он посадил нас в машину и куда-то повез…..и привез нас в нашу новую семью. Мы плакали и не хотели его отпускать, благодарили, просили передать всем нашим друзьям, что мы их очень любим, цеплялись за рукава пиджака, хватали руками ноги. А он лишь улыбался и обнимал нас. Потом он уехал, а у нас началась новая жизнь. Всхлип. В чашку упали пару слезинок. Патти еще раз всхлипнула и утерла нос рукавом, другой рукой находя в кармане платок. Слезы текли и текли, не желая останавливаться. - А теперь эта сучка опять влезает в нашу жизнь, - хрипло прошептала Патти и заревела в голос. Простите, той главной главы опять не получилось, но вот есть кое-что другое. Прошу простить меня. У меня правда пока не получается.