Одна из Учиха

      Даша разорвала упаковку с тонкими свечками. Белые с раскрашенной спиралью на боку, они должны были создать праздничное настроение. Осталось зажечь несколько и воткнуть в торт. Даша смерила взглядом заказанный у кондитера тортик. Небольшой и однотонно шоколадный. На нем поместилось двадцать пять свечек, а двадцать шестую она оставила в руке. Подошла с ней к газовой плите и включила комфорку — у нее она была с автоподжигом. Свечка быстро занялась и тут же принялась быстро таять и капать воском. Даша спешно подожгла от нее остальные и воткнула последнюю в торт. Закрыв глаза, она четко произнесла про себя желание: «Больше не быть одной», глубоко вдохнула и разом задула все колышущиеся огоньки. Пусть это и было глупым суеверием, но, может, в этот раз ее мечта исполнится?       Выковырнув оплавленные белые палочки, Даша начала поглощать торт. Она его не резала — какая разница, если все равно есть будет только она? Никакой. С такими мрачными мыслями десерт не казался таким уж и вкусным. Поковыряв его вилкой еще немного, Даша убрала недоеденное в холодильник и пошла к компьютеру.       Вордовский документ, ее отвлечение и спасение. Громкий бухающий шум сверху заставил ее дернуться и мискликнуть. Даша скривилась — соседи опять включили музыку на максимум. Она была громкой, ритмичной и абсолютно бессмысленной. Даша привычным движением нацепила наушники и задрала на компьютере громкость. Так она не услышит рэп и бит сверху.       Лиричная мелодия утягивала в прекрасную страну без дегенератов-соседей, там, где родителям было дело до детей, а товарищи жертвовали жизнью ради друг друга. Она помотала головой, чтобы выбросить из нее меланхоличное настроение — ей не было и тридцати, а уже своя квартира без ипотеки. Предел мечтаний. Документ прогрузился.       Это был ее шедевр — макси по фандому Наруто. Манга о пареньке, чья мечта вначале казалась невероятной. Пареньке без друзей и родных, почти как она. И он добился признания и любви. Даша тоже когда-нибудь получит подобное. А теперь пора приступать к тексту.       Так, где же она остановилась?.. А, Саске начал воскрешение Наруто, лучшего друга-соперника и любовника, подло убитого Конохой. Жертва уже выбрана, ей осталось прописать Эдо Тенсей, да почувственней. Даша открыла гугл и принялась сверяться с «Наруто Вики» о печатях для техники. Тигр → Змея → Собака → Дракон → Хлопок. Она переписывала это так, чтобы после каждой печати у Саске были флешбэки о драках и дружелюбных разговорах с Наруто. Когда она расписала последнюю печать и ее пальцы начали набивать: «Еще живое тело нукенина объяло облако пепла, сначала ноги…», через музыку в наушниках прорвался вначале яростный крик, а потом ритмичный бит. Казалось, воздух вибрировал от грохота. Больше терпеть не было сил.       Даша сдернула наушники и тут же зажала уши — шум был оглушающим. Вначале попросить соседей сделать потише или постоять за спиной у того, кто просит, а потом позвонить в полицию. Прекрасный план действий. Осталось только его реализовать.       Она поднялась на этаж выше в растянутых домашних штанах с толстовкой и дешевых сланцах. В одной руке у нее были ключи, а в другой телефон. У советской двери с поролоном, торчащим из разодранного дерматина, уже собралась толпа. Даша улыбнулась — сама бы она не осмелилась высказывать претензии. Жаль, что музыка продолжала грохотать, хоть и стала чуть тише. Можно было различить перепалку на высоких тонах:       — Меня не ебет, что и у кого там! — мужик почти рычал, угрожающе нависая над владельцем квартиры. — Скажи своей шалаве отрубить музыку!       Он толкнул тощего соседа, и тот пошатнулся. Выглядел любитель громкой музыки нездорово: грязная одежда, бледная кожа и темные пятна синяков на руках. Даша скривилась — из квартиры просачивался отвратительнейший букет вони. Она даже не могла различить в нем отдельные запахи.       — Ты, залупа конская, реши… — тощий был совсем без тормозов и начал бычить на крупного соседа в окружении толпы поддержки. Его прервала сожительница, выключившая музыку.       — Пойдем, Костик, все хорошо, — видок был у нее под стать. А голос какой-то странный, интонация не соответствовала моменту. Женщина утянула «Костика» в квартиру и захлопнула за собой дверь. Ее не стал никто останавливать.       Даша перекинулась с соседями парочкой слов, в основном все ругались на «сраных наркоманов». У агрессивного мужика они музыкой разбудили малолетнюю дочку. Вслух Даша посочувствовала ему, а про себя еще и дочке — вырасти в таком гадюшнике, да и с быстро выходящим из себя отцом-матершинником… Ее опыт был похожим и вспоминать его она не хотела.       Вернулась в квартиру Даша с полностью испортившимся настроением. Бурча себе под нос, она села за компьютер, снова прочитала открытую статью с вики, запомнила печати «Тигр → Змея → Собака → Дракон → Хлопок» и открыла вордовский файл. Оказывается, она уже успела расписать сцену. Даша совсем об этом забыла.       Настроения продолжать не было, да и опасалась она, что после такой встряски ее Наруто вместо «даттебайо» начнет материться. Даша откинулась на стуле и расслабилась. На колени к ней запрыгнул любимый и единственный кот, Тимка. Он терся об руки и настолько призывно мурчал, что Даша не могла удержаться от почесушек. Настроение быстро поднималось, пусть и от линяющего кота начали отлетать отдельные шерстинки. Даша решила вернуться к тексту, одной рукой поглаживая кота, а другой печатая.       Спокойствие не продлилось долго — соседи вновь включили музыку. Выяснения отношений не помогут. Даша принялась гуглить, как правильно и по какому телефону обращаться в полицию.       Оглушительный рев музыки соседей сверху на мгновение был заглушен диким треском, звуком взрыва. Затылок на мгновение пронзило болью, а потом была темнота. Неизвестно через какое количество времени Даша осознала себя бредущей в безбрежной тьме. На руках мурчал теплый Тимка, его сердце ритмично билось. Даша замерла и огляделась. Вдали был заметен теплый огонек, единственный в необъятной темноте. Безразличие накатывало волнами, она не задавалась вопросами где она находится и почему, просто мерно шла к огоньку. Скоро в нем стал различим большой костер, а невдалеке мелькала тень, похожая на человека. Девушка ускорилась и поудобнее расположила кота на руках, те уже вспотели от его горячего тела. Несколько шагов, и она уже чувствовала жар огня на открытой коже, а вместе с этим пришло и любопытство. Она окликнула фигуру, скрытую пламенем:       — Эй, что вообще происходит? — более конкретный вопрос задать было невозможно — в один момент она писала фанфик, а вот уже бредет непонятно где.       — Ты умерла и вот ты здесь, — встала женская тень перед костром. А потом неловко продолжила, почесывая голову: — Но, это вроде должно было быть моим личным местом для сожалений. Если хочешь, присаживайся, вместе погорюем, перечислим грехи.       С горькой усмешкой, показавшей белые зубы, девушка махнула рукой к бревну подле костра. Ошарашенная, Даша неловко села. Она не могла взять и умереть! Тем более кот был с ней…       — Но как же это? Я же ничего не делала… — Даша нахмурились, пытаясь вспомнить последние минуты перед тем, как очутилась во мраке. — Хотя… Был грохот, но я же не могла умереть вот так?       — Все мы когда-нибудь умираем, — философски протянула девушка рядом. Ее черты лица начали проясняться: глаза привыкали к освещению. Кого-то она напоминала. — Хотя, какие у тебя могли быть связаны сожаления со мной… или наоборот?       Даша пристально вглядывалась в черты незнакомки, все больше хмурясь. Они были похожи, как разлученные в детстве близняшки. Странности продолжали накапливаться, а все что она могла сделать — это чесать кота за ушами.       — Ты похожа на меня, — протянула Даша. А потом быстро добавила: — Внешне, я имею ввиду. Это действительно смерть?       — Я точно помню, как умирала, да и святоши в этом однозначны — у нас всех есть время поразмышлять после смерти, а потом направиться в Чистый Мир. Или Ад. — девушка поднесла к ее лицу руку и принялась ощупывать, будто слепая. Даша на мгновения задумалась — она за короткую беседу так и не встретилась с собеседницей взглядом. — Может, ты пришла к моему костру из-за этой похожести? Но сейчас все равно нет смысла размышлять об этом… Произошедшее не изменить.       — Я думала, после смерти что-то другое будет. Ад там, Рай, Суд какой-нибудь или вообще ничего, — Даша принялась чесать Тимку за ушами — мурлыкание успокаивало. Оно показывало, что она не одна и кому-то нужна. Постепенно она проникалась тем, что это не сон и галлюцинация, и при этом у нее оставалась сотня «но», доказывающих, что она не могла умереть. Это было просто несправедливо.       — Зато теперь ты точно знаешь, — горько усмехнулась собеседница. — Может, расскажешь, что тебя тут держит? Кого-то ждешь?       — Я не очень тебя понимаю…       — Ладно, я тогда расскажу свою историю. Все равно здесь нечего делать кроме как общаться. Я тут решила остаться. Навсегда и не возрождаться в новую жизнь после чистого мира — жизнь вообще дерьмовая штука. Того не стоит. Конец. А ты, сестра, может кого ждешь? Ребенка, возлюбленного, родителей или другую родню?       — Нет, некого мне ждать, — Даша тяжело вздохнула. Вопрос вызвал волну воспоминаний и напомнил об одиноком празднике. — Ты знаешь… сестра, это так грустно умереть в одиночестве, — она вытерла слезы краем рубашки и вновь принялась гладить призрачного кота. Тот стремительно растворялся, истлевал клоками тумана. — Что? Тимка, не умирай еще раз! Пожалуйста.       Даша принялась судорожно хватать последние хлопья тумана. Когда кот полностью растворился во тьме чистилища, она зарыдала, некрасиво скривив лицо. Она рыдала самоотверженно, даже не пытаясь выглядеть красиво. Сопли, слюни разлетались вокруг, когда как она только завывала и звала кота.       Копия приобняла ее за плечи и принялась утешать. Она гладила Дашу по спине, шептала на ухо теплые слова и говорила, что все пройдет, а кот направился в чистый мир, место, где все счастливы. Нескоро, но Даше удалось успокоиться. Она утерла последние слезы толстовкой и поблагодарила собеседницу.       — Ничего, со всеми бывает, когда близкие умирают. Пусть даже это кот. Особенно в первый раз. Это же твой первый раз?       — Д-да, — Даша ответила, заикаясь. — А ты?       — О, у меня мертвых родичей на целое кладбище хватит. Как и друзей. Говорю же, дерьмовая штука эта жизнь. Тут лучше. Место без страданий и смерти…       — Но были же хорошие моменты? Они тебя любили, и ты не была одинока, сестра? — ей нравилось последнее слово. Каждый раз она смаковала его. Представить, что у нее есть кто-то родной, кого она могла бы назвать сестрой — блаженство.       — Не стоило того, — резко ответила женщина. — Хотела бы я родиться такой как ты. Без родственников, без друзей и никогда не выходить замуж. Умереть в одиночестве… И никто бы не скорбел по мне в этом мире, полным страданий. Твоя судьба хороша…       — Ни капли! Лучше бы пусть у меня был кто-то, кого я любила, и кто бы любил меня, даже если бы этот кто-то был вынужден умереть! — Даша привстала в ярости. — На твоем бы месте я бы не ныла о страданиях, а наслаждалась каждым моментом. Хотела бы я иметь все то, что было у тебя. Чтобы у меня был кто-то, кого я могла назвать сестрой, мамой и папой, другом и возлюбленным.       Пламя костра дрогнуло и стало еще ярче, выплюнув горсть искр. Тьма развеивалась. Очертания бревна, на котором они сидели, стало четче, как и черты лица слепой женщины.       — Ну и удачи тебе в новой жизни! Пусть у тебя будет такая же судьба, как и у меня! Бремя Учиха!..       Последние слова отдавались затихающим эхом в голове, когда загробный мир тускнел и растворялся. Безымянная собеседница растворялась еще быстрее. Но Даша успела различить загоревшиеся красным глаза. Неужели Учиха правда существовали или это был предсмертный бред?       Вдруг ее кожу обожгло, глаза ослепило слишком ярким светом, а уши подверглись атаке неразличимого гомона. Она закричала и сделала первый вдох в новой жизни.