Мы наяву живем, а не во сне...

- Не, ну реально идиот, - Ревва бросил взгляд на Тимура. – Они уже знают, о чем говорят, а я как новый ученик в классе. - Да ладно, - Тимур усмехнулся. – Это шоу. Чем чуднее, тем лучше. - Думаешь? - Знаю. Бросай любые версии. Людям нравится чувствовать себя умнее вас. - Ты-то откуда знаешь? – Саша перемотал немного назад и остановил кадр с носорогом. – Кто это? - Ну, явно какой-то мужик, - весело ответил Тимур. Это самое идиотское времяпровождение, которое когда-либо было у него в компании Саши. Но ему оно очень нравилось. Он видел, Сашка немного злился, но он явно завелся, и такой Саша очень нравился Тимуру. Этот азарт всегда привлекал его. И всегда хотелось узнать, до чего может довести Сашку это его качество. - Спасибо, - Ревва закатил глаза к потолку. – Сам-то я ни за что бы не догадался. И вообще, тебе нужно молчать, вот и молчи! – он взял пакет, достал оттуда пузырек, выудил из него одну таблетку и засунул ее Тимуру в рот. – Вот, сиди и рассасывай. Молча, - посмотрел по сторонам, увидел лежащий на столе свернутый листок и вопросительно посмотрел на молчащего Тимура. – На этом можно писать? - Угу. - Вот, значит, будешь тут писать свои предположения! Только можно хоть какие-то фамилии, а не вторичные половые признаки? Тимур, улыбаясь, кивнул. Что-то написал на листочке и отдал его Саше. - Почему ты уверен, что это певец? – Ревва внимательно посмотрел на экран телевизора. – Мне кажется, просто поющий актер. Их всех учат петь. Тимур снова написал на листочке несколько строчек и отдал его Саше. - Охренеть аргумент! Он ведет себя на сцене как певец! Это как, можно полюбопытствовать? А ничего, что им всем там ставят номера? Он делает то, что ему поставили! Тимур написал свои аргументы и отдал Саше листок. Тот прочитал написаное и усмехнулся. - Батр, вот видел бы ты себя со стороны на сцене, когда пытаешься петь. Прям Муслим Магомаев с Тимати в одном флаконе! Может, он вообще танцор, раз уж ты говоришь о движениях. Ладно, допустим, певец. Кто? Тимур представления не имел, кто находится под маской носорога. Но если бы и имел, все равно не сказал. Ему было безразлично, на самом деле. Небезразлично было лишь то, что Сашка сейчас находился в его доме и был с ним рядом. И пусть они на самом деле занимались дурацким занятием, главное, что наконец-то они это делали вдвоем. Написав очередное предложение, Тимур снова отдал Саше бумажку. - Тим, ну ты издеваешься? – тот досадно поморщился. – Да там этих певцов вагон и маленькая тележка! Вспомнишь всех этих участников кучи всяких проектов первого и второго каналов? Хоть одну фамилию назови. Тимур пожал плечами. - Вот и я не помню. Ну хоть какую-нибудь фамилию назови. Тимур написал на бумажке фамилию, но потом добавил и имя. - Младший Малинин? – Саша удивленно посмотрел на экран телевизора. – Мне кажется, он выше. Убей не помню, что и как он поет. Но с этим похоже? Тимур снова пожал плечами. - Ты не знаешь, но называешь его? Прочитав написанный на бумажке ответ, Ревва рассмеялся, притянул Тимура за шею к себе и отвесил ему несильный щелбан. - Батр, я понимаю, что я просил любую фамилию, но все-таки я думал, что будет хоть какой-то обоснуй. - Ты не говорил про обоснуй, - шепотом ответил Тимур. Он вывернулся из-под Сашкиной руки и снова уселся на диване. - Ладно, давай продолжим, - Саша вновь обнял его за плечи и включил ускоренный просмотр, переходя к следующей маске. – А ты молчи. И Тимур молчал, слушая Сашины возмущения, когда он писал какие-то дикие версии. Ему было все равно, кого называть. Он вообще мало задумывался над тем, кто там под масками. Единственное, написал, что где-то должна быть Бузова. Саша с удивлением посмотрел на него и все-таки спросил, почему он так в этом уверен. Тимур ответил честно, ведь перед Сашкой ему не нужно было притворяться. Точнее, нужно, но не по этому поводу. И он откровенно сказал, что она не упустит момента похайпиться. - Да ладно, Тимоха. В тебе говорит уязвленное самолюбие, - Ревва взглядом выразил весь свой скепсис на это заявление Тимура. Тот взял листок и написал: «Тебе ли не знать про пиар. Это был пиар, Саша. Всего лишь пиар. Всегда. И есть. Я думал, ты это всегда понимал». - Ну, иногда пиар заканчивается постелью, - Ревва пожал плечами. – Почему нет? Оба вроде взрослые. «Не в этом случае». - Это ваше дело, - Ревва не стал развивать тему. Он прекрасно знал историю этих отношений. Для него она была какой-то несуразной. И он абсолютно не представлял Тимура в отношениях как с самой Бузовой, так и с любой условной Бузовой. Но что-то их связывало. При этом Тимур иногда не мог скрыть своего раздражения от одного лишь упоминания ее фамилии. Пиар пиаром, но, возможно, чем-то она задела его и достаточно сильно. То, что она умеет это делать, Ревва знал. Оля была из тех женщин, чей язык начинал работать раньше, чем мозг. Вот только чем можно было так уж зацепить Тимура? Что она могла сказать или сделать, чего он до сих пор не может забыть или простить? Даже не так. Что могло случиться такого, на что Тим обратил серьезное внимание? Ревве хотелось знать ответ на этот вопрос, но задавать его он не собирался. Тему эту Тимур всегда сворачивал, если вдруг она случайно поднималась в какой-либо компании. Когда очередь дошла до зайца, Ревва в очередной раз пшикнул спреем Тимуру в рот и сосредоточил внимание на экране. Тимур же в это время лихорадочно думал, чью фамилию назвать. За спорами и приколами он как-то забыл, что ему придется выдавать версию на самого себя. Сейчас, глядя на экран, ему казалось, что его просто невозможно не узнать. Но Сашка искренне не понимал, кто находится под этой маской. Он лишь отметил, что тот, кто выбрал этот костюм, явно имеет блат. Крутой получился персонаж. Тимур с ним согласился абсолютно искренне. Ну ведь реально заяц на сцене выглядел круто. В отличие от американского прототипа с довольно глупой и страшной рожицей, маска зайца Тимура была красивой и в самом деле какой-то дерзкой. - Ну и? Какие предположения? – Ревва остановил картинку на крупном плане. – Высокий и крепкий такой. Возраст вообще не определишь. Есть мысли? Тимур написал фамилию на бумажке и показал ее Саше. В последний момент его вдруг осенило. - Сташевский? Ну ничего себе версия!. Кстати, вполне может быть рабочей. Если мне не изменяет память, он под метр девяносто. Но у Владика семья имеется… Черт, а вот нельзя было установить лимит на вранье? Хрен знает, что там этот кролик натрепал! Может, вообще все. «Не будь таким серьезным. Рано или поздно, но ты же все равно узнаешь, кто под маской». - Ну это да, - согласно кивнул Саша. – Просто это неведение очень заводит. Хочется понять, узнать. «Тебя заводят незнакомцы в масках? А я и не знал». Тимур, отдав листок с этими словами, посмотрел на Сашу деланно-изумленным взглядом. - Да ты многого обо мне не знаешь, - тот наклонился к его уху. – Никому не говори. Мои эротические фантазии стали, все как одна, с этими масками. - Эк тебя штырит, - сказал Тимур, слегка поежившись. Теплое Сашкино дыхание на шее вызвало у него самого мимолетную эротическую фантазию. - Возраст такой. Уже не возбуждает все, что движется, - усмехнулся Ревва. – Надо чем-то догоняться. Виагрой рано, а вот эротическими фантазиями самое то. - С носорогами, зайцами, ламами и неваляшками? - И со змеями тоже. Солнышко у нас красивое, единорожка аппетитная. Все надо в жизни попробовать, - философски изрек Ревва и рассмеялся. – Ладно, хватит дурь мелить. Давай продолжим. А ты молчи! - Угу, - буркнул Тимур. Сашкины слова его задели. Все это его шутки, конечно, но вот реально, мог бы или захотел он попробовать все? И кого бы выбрал для своих экспериментов и проб? Подумав об этом, Тимур понял, что не хотел бы стать подопытным кроликом. При всем своем отношении к Сашке, при всех своих чувствах и желаниях и возможности получить его в свое распоряжение, ему бы не хотелось стать всего лишь источником удовлетворения любопытства и расширения эротического кругозора. - Ну и кто у нас змея? – вывел его из этих явно глупых мыслей Ревва. «Ты ж сам сказал, Гузеева». - А если без шуток? «Нетребко». - Без шуток никак? Не, я согласен, голос вполне себе оперный, но ты на ее фигуру смотрел? Тимур мысленно невесело усмехнулся. «Мне не интересна ее фигура. Я на тебя смотрю. На твои реакции, твое обсуждение, я ж знаю тебя, Саша! И все твои вкусы я знаю. Она идеальный претендент на эротические фантазии и не только фантазии. Уверен, ты и здесь найдешь приключений. Только мне о них знать совсем не хочется». Тимур ревновал. Но на самом деле прекрасно понимал, что не имеет абсолютно никаких прав ни на ревность, ни на претензии. Это он погряз в своих чувствах и проблемах, а Сашка живет так, как хочет. Периодически ссорясь с женой, съезжаясь с ней и разъезжаясь, заключая какие-то договоры, которые они оба нарушают с завидным постоянством, но при всем этом не доходя до развода. И, скорее всего, продолжит так жить. И все у него будет прекрасно. - Ладно, проехали, - продолжил Саша. - Вот тут, я уверен, нас ждет много интересного. Она свои возможности еще покажет, и, скорее всего, выдаст себя. «Нравится?» - Очень. Пластичная, поет классно… «Твоя эротическая фантазия на сегодня?» - А почему бы и нет? – Ревва рассмеялся. – Сегодня я один, фантазируй – не хочу. «И давно ты, когда один, только фантазируешь, а не воплощаешь фантазии в жизнь?» - Честно? Тимох, все как с цепи сорвались. Насиделись дома, и сейчас полный завал. Мне ни до чего. Ты, я думаю, тоже дома редко бываешь? Тимур согласно кивнул. - Но это же хорошо. Нам с тобой никто из бюджета не заплатит. Так что надо работать, а то неизвестно, вдруг опять закроют. «Согласен». - Так что ты свое горло лечи. Если совсем хреново будет, отведу тебя к знакомому доктору. Связки адреналином зальет, отработаешь вечер. «Спасибо. Надеюсь, не понадобится». - Я тоже. Потом очень хреново себя чувствуешь, - Ревва достал очередную таблетку из пузырька и сунул ее Тимуру в рот. – Ладно, пора закругляться. Давай последних глянем, и я поеду домой. Они досмотрели оставшиеся маски, Саша еще раз напомнил, как принимать лекарства, обнял Тимура на прощание и в явно хорошем настроении отправился к себе. Тимур выпил чаю и улегся в кровать, решив лечь спать пораньше. Сегодня у него был прекрасный вечер, и совсем не хотелось продолжить его чем-то, что испортит настроение. Утром он репетировал номер, потом писал программу для корпоратива, периодически с кем-то переписывался, в общем, был занят текущими делами. Саша поинтересовался, как он, но не позвонил, явно решив не напрягать его связки. А потом был полный прогон номера и щадящие занятия вокалом. Действительно, лечение очень быстро дало свои плоды, и Тимур уже даже нормально разговаривал. Запись второго выпуска длилась долго. Замена декораций для номеров в этот раз занимала много времени. Тимуру было жарко, но он не мог раздеться. Чтобы стать зайцем, ему приходилось прибегать к помощи специального персонала. И к своему выходу он уже был изрядно уставшим. Но, естественно, он этого не показывал и вышел на сцену уверенной и дерзкой походкой. Саша рассматривал его очень внимательно, и Тимур в очередной раз подумал, что он все прекрасно знает. Потом вспомнил их недавние поседелки и отогнал эту навязчивую мысль. Версия с Галыгиным самому Тимуру очень понравилась, и он уже подумал, чтобы использовать ее дальше. В принципе, он достаточно хорошо знал Вадика, чтобы копировать некоторые его манеры. Путать следы, так сказать. В этот раз его долго не мучили вопросами, а достаточно быстро перешли к подсказкам, а потом и к номеру. И это был ад. Тимуру не хватало воздуха, и к концу он уже реально чувствовал себя очень хреново. В висках долбило, а в ушах стоял шум. Тимур чувствовал, что еще немного, и он реально грохнется в обморок. Совсем плохо было еще и то, что он совершенно не ориентировался в пространстве. Это даже как-то пугало. Он слышал, но не понимал, что говорят Киркоров с Тодоренко. У него только четко отложилось в мозгу, что Саша наблюдал за ним весь номер очень внимательно. На помощь ему пришел Слава. Он незаметно взял его за руку и, твердо удерживая за локоть, скомандовал: «Стоять!» Тимур остановился и постарался отдышаться. Он немного сдвинул маску снизу и несколько раз вдохнул воздух. Стало легче. Слава посмотрел на него вопросительным взглядом, и Тимур кивнул. И благодаря, и показывая, что все в порядке и можно продолжать. Потом эти кадры вырежут из эфира, так что все будет нормально. И спасибо Славе, что не пришлось уходить со сцены. Когда Тимур все-таки обратил свое внимание в сторону жюри, они обсуждали версию Регины про друзей Клавы Коки. Тимур не был ее другом, но это отличная версия. Она очень далека от правды. А чем дальше, тем лучше. И пока четверка перебирала фамилии и псевдонимы, Ревва в упор смотрел на зайца и молчал. Тимуру казалось, что он реально смотрит ему в глаза. Настолько это был внимательный и пронзительный взгляд. А потом Александр обратился к Родригезу: «Тимур, посмотри, это не может быть Батрутдинов?» И у Тимура что-то ухнуло внутри и провалилось в низ живота. Так бывает, когда просыпаешься от страшного сна. Вот сейчас уже нет никаких сомнений, что Саша все понял. Только благодаря всем остальным, отрицавшим эту версию, Ревве не дали продолжить говорить и приводить свои аргументы. И Тимур свободно выдохнул. Впрочем, не так уж и свободно. Ведь Саша просто продолжал сверлить его взглядом, не участвуя в дискуссии. - Батрутдинов, ты или нет? Говори! – Ревва решил задать вопрос в лоб. Он сам не очень верил своему предположению, но не мог отделаться от ощущения, что перед ним стоит Тимур. Он лично слышал, как тот сипел несколько дней назад. Это не подстроишь. Понятно, что сейчас звучала фонограмма, но ее ведь нужно было записать. И если Тим ввязался в этот проект, то это для него большая авантюра. Но почему не сказал? Ну уж Саше-то он мог сказать! И врал ведь как умело. Делал вид, что не в курсе. В Ревве заговорил азарт. Ему очень хотелось знать, прав он или нет. И пока все остальные обсуждали Плющенко и Рудковскую, он с улыбкой наблюдал за зайцем. Если это Тимур, то он все равно заставит его проколоться! Маску снять не даст, ему уже было интересно, на что же способен его друг, но и расслабляться не позволит. Тимур, уйдя в гримерку и стянув наконец-то маску, уселся в кресло и просто дышал полной грудью. Сейчас будет голосование, все зависит от людей в зале. И если он пройдет дальше, то… На этом его мысли обрывались. Он не знал, что будет. Если бы Саша не догадывался, было бы легче выражать дальше себя и свои чувства. Но ведь и сейчас можно пуститься в авантюру. Что Тимур потеряет? Да ничего. У него и так давно все потеряно. А так, пусть и Сашка теряется в догадках, что все это значит. И даже если догадается, он все равно не сможет знать наверняка. А там, будь что будет. Все равно проект закончится. И Тимур не станет ничего объяснять. Проект он и есть проект, какие задачи ставили, такие он и выполнял. На голосовании Ревва с интересом разглядывал змею и черную пантерку и бросал внимательные взгляды на зайца, который его, казалось, не замечал. На самом деле Тимур очень даже замечал. Как замечал и заинтересованность Сашки в змее и миниатюрной черной пантере. Видимо, решал, с кем из них будет сегодня его эротическая фантазия. А может, сразу с двумя. Зайцу в его мыслях явно места не было. Благодаря залу, Тимур продолжил свое участие. И он окончательно решил, что будет вести свою игру. Которая игрой вовсе не являлась. Он просто не мог уже держать в себе накопленные проблемы, желания, противоречия и непонимания. А потом он будет все отрицать, как это делал всегда. Но сейчас под этой маской он будет самим собой. Таким, каким его никогда никто не знал.