Рука помощи

      Доку любил прогуливаться по ночам, поскольку днём было больше вероятности, что его кто-либо найдёт, побьёт и бросит. А ночью хоть и бродят неприятные типы с грязными мыслями, но им дела нет до каких-то там детишек. У них в это время суток свои дела имеются. Ночь укрывала надёжно и нежно, как пушистый плед, принимая его полностью и всерьёз. Ночи нет дела до внешности, так как темнота скрывала все изъяны. День же выхватывала всё ощущение безопасности из души и выкрикивала о его никчёмности всему миру.       Беловолосый мальчик стоял у порта, наблюдая за тем, как прибывают и отбывают многочисленные корабли. Несмотря на наличие причуд, морской транспорт не изжил себя и пользовался большим обиходом в таком городе, как Йокогама. Он повернул голову вправо, любуясь огнями ночного города. Казалось, отблески улиц находят своё отражение даже на ночном небе. Доку запрокинул голову кверху и устало прикрыл глаза. Ночь была тем временем, когда ему совсем не страшно. И как же несправедливо получилось, что светлый мальчик явился ему днём. Да, он был благодарен за ту приятную встречу, но нет, день он не любил. Лишь сделал поблажку за счёт Соноске.       Он присел на землю, ощутив под собой приятный холодок каменной черепицы. Интересно, как же назвать тот день встречи с ним? День злой судьбы? Или день надежды? Мысли уходили куда-то совсем далеко-далеко, в другие края. Доку слегка пошевелил пальцами, ощутив невероятное шуршание пакета с булочками. Кажется, они были с корицей, очень сладкие и чуточку терпкие на вкус. От них хотелось сильно пить. Но это же был хороший источник энергии, который надо было растянуть хотя бы на пару дней. На неделю тут точно не хватит. Было довольно неожиданно, что для него решили оставить что-то съестное.       Доку провёл ладонью по лицу, словно проверяя, не появилось ли каких-либо неожиданных синяков. Через секунду он начал надрывно кашлять (хоть у него не было простуды, гриппа и что-то вроде того). Это странно прозвучало бы для многих, имеющих хорошую причуду. И всё же с рождения у него было слабое здоровье и тело. Болячки прилипали очень быстро, малейшее надавливание на кожу со стороны обидчиков имело эффект в форме синяков и ссадин. Имея причуду манипуляции крови, он мог залечивать только чужие раны.       Какой же ты у меня слабый. Хрупкий. И опасный. Странно, как ты всё ещё остался в живых. Так часто болеешь при такой причуде. Но не бойся, ты не будешь больше нам мешать. Всё-таки я тебя люблю.       Доку вытер непрошеные слёзы грязным рукавом. Эти слова... частенько возникали в неожиданные (для него) моменты. В них была такая жестокая правда, что становилось от того тошно. Он напряг память, вспоминая, кто же их когда-то сказал. Вспомнился только мутный силуэт, у которого не было четкого лица, однако было таким высоким. Словно насмехался над его глупым минутным счастьем.       Он судорожно выдохнул, ощутив при этом тяжесть в лёгких и приступ нового кашля. И так каждый раз, когда приходит волнение. Мальчик сквозь кашель улыбнулся.       Как бы то ни было, несмотря ни на что, были у него иногда приятные моменты в жизни. Сейчас, когда морские корабли грациозно проплывали мимо него и вызывали приятное ощущение восхищения.       Да, таков город, который никогда не спит.       Доку с тоской поднялся с земли, бросив последний взгляд на красоту ночи. При всём желании, он не мог гулять всю ночь. Это противоречило тому, что хорошие и нормальные люди называли естественным для всех.       А он пытался стать нормальным и хорошим.       Даже когда мучали голоса воспоминаний днём и ночью...       ... Из-за отсутствия того места, где его могли приютить, он ночевал в том же самом месте, где и встретил солнечного мальчика, а именно в подворотне, что находилась между небольшими магазинами. Да, было не очень-то уютно, довольно холодно, к тому же выглядит не слишком приятно на вид. Но именно там его не доставали жестокие хулиганы, а злодеев он почему-то не боялся встретить. Что есть, что нет, в чём именно будет для него разница?       Когда-то ведь будущих злодеев тоже отвергло общество (он не знал об этом, но догадывался по себе, так как его называли будущим злодеем).       Доку лежал на земле на боку, уткнувшись носом в тощие коленки. Эта поза была неудобной для сна, однако только так он мог сохранить тепло в и без того слабом теле. Полудрёма накатывала медленно, словно волны морские, «что-то» опять не давало ему нормально уснуть (шум машин и людей, не спящих всю ночь), сон приходил очень медленно, как будто не хотел приходить к мальчику. Он смотрел в пустоту с полуприкрытыми глазами, долго, с нетерпением, с напряжением во всём теле, после чего почувствовал желанное оцепенение. Доку промучился в последний раз за ночь с кашлем (отдельные очаги он не считал чем-то опасным) и с спокойной совестью закрыл глаза. Ему хотелось от этого счастливо улыбнуться, вот только он заснул быстрее, чем ожидал прихода сна.       Сна, такого желанного и противоречивого.       Почему у него такая причуда? Это ненормально! И ещё эта внешность... почему он похож на него?!       Доку никогда этого не понимал.       Наверное, это всего лишь совпадение. В конце концов, он кажется вполне безобидным. Мы дадим ему ещё немного времени... для проверки.       Но чувствовал очень чётко.       Этого и стоило ожидать. Ты его защищала, а он показал себя всё тем же чудовищем. Ты знаешь, что нам стоит сделать. Там ему будет куда лучше. И так будет безопаснее для нас.       Что чем-то достоин ненависти этого мира.