Сага о призрачной молнии

Первое и самое главное, о чем предупредила Мито заклинательницу, было то, что в этом городе все находится под контролем гильдии «Тайный Свет». И лучше соблюдать установленные ею порядки. Всегда. Впрочем, в данный момент Хартфилию это совершенно не волновало: у нее были и более актуальные проблемы (например, с жильем). А нарушать правила она и так не собиралась. Решив главные вопросы с администрацией, Люси попросила Баку помочь ей с данным вопросом. Из предложенных вариантов жилья девушка предпочла довольно уютную, но совсем крошечную квартиру. Впрочем, само наличие выбора удивляло. К счастью для Хартфилии, по всему городу были установлены телепорты, позволяющие быстро перемещаться, в данном случае по городу. Это было довольно удобно, так как идти сейчас ещё куда-то девушка была не в состоянии. Что касается Баку, то девушка же, немного поворчав о том, что подруга стала слишком экономна и могла бы выбрать что-нибудь пороскошней, ушла в закат заполнять бумаги о прошлом выполненном задании, впрочем, обещая, что вернётся через несколько часов. Забрав ключи от новой квартиры, Люси зашла в помещение. Не считая нужным разложить вещи, девушка положила сумку и, не снимая одежду, села на холодный пол. В душе было до омерзения пусто. Все, что еще несколько дней назад казалось важным, сейчас теряло весь приоритет и за ненадобностью было выброшено в дальнюю коробку. То место, откуда, можно сказать, не возвращаются. Померкли мысли о вещах в доме Эльзы, что девушка забыла, а, может быть, и вовсе не хотела забирать, стараясь исчезнуть с улиц Магнолии до приезда тех, кого она не хотела бы встретить. О ее потенциале в сфере магии. О тех людях, которыми она так дорожила и дорожит сейчас, но… Ледяной воздух обжег горло девушки. На ощупь найдя сумку, Люси достала из нее маленькую коробочку. Немного помедлив, Хартфилия открыла ее. Температура в комнате опустилась на несколько градусов, хотя, казалось бы, ниже просто некуда. Ещё мгновение — и на окнах начнет танцевать иней. Но Люси было все ровно. Подушечки пальцев скользнули по подвеске, очерчивая структуру шара. Неприятные воспоминания током прошибли мысли девушки, и, не выдержав их давления, заклинательница захлопнула коробочку. Убрав ее обратно и поджав губы, Люси откинула голову назад. Что она будет делать? Как будет зарабатывать на жизнь? А поступила ли она правильно? А может быть ей нужно было… Мысли едким дымом заполняли все ее сознание, не давая сосредоточиться на действительно важных проблемах. Как же хотелось, чтобы все это оказалось плохим сном, будто бы ничего этого не было, и уже через несколько часов девушку ждёт новое задание с Нацу. Но нет. Но только вот впадать сейчас в апатию заклинательница желанием не горела. Только не сейчас. Поднявшись с пола, Люси позвала Локи, отдав тому указания: нужно было разложить вещи, да и, впрочем, не мешало бы перекусить для начала. На ощупь найдя ручку окна, девушка позволила ветру пробраться в комнату, но тотчас отвлеклась. — Чай без сахара, милая. Обернувшись, Хартфилия устремилась в сторону голоса. Перехватив хозяйку, Локи усадил ту в кресло, отдавая кружку с горячим напитком. Люси улыбнулась краешком губ: она ведь даже слова не сказала про то, что хочет без сахара. — Благодарю, — кивнула заклинательница и, сделав глоток, дернулась от внезапно нахлынувшей боли. — Люси? — обеспокоенно дернулся в ее сторону Лев, но сразу же замолчал, встретившись с ладонью Хартфилии. Забрав протянутый фарфор и избавившись от него, поставив на недалеко стоявший потрескавшийся столик, дух безмолвно наблюдал за действиями заклинательницы, готовый в любой момент подхватить хозяйку. Девушка же, закусив губу до крови, старалась абстрагироваться от нахлынувшей боли у левой лопатки. Впрочем, боль пришла так же внезапно, как и ушла. Заклинательница сделала глубокий вздох и, неожиданно даже для себя самой, разрыдалась. Как же она устала. От всего. Локи, не проронив ни слова, подался вперед и обнял хозяйку, на что та разрыдалась еще сильнее. Ноябрьский ветерок прокрался в комнату, легким дуновением вплетаясь в волосы девушки, будто убаюкивая. И было во всем этом что-то такое, что нельзя было ни увидеть, ни почувствовать. Что-то, что позволяло воцариться атмосфере спокойствия. Странное чувство, которое Хартфилия ещё не могла распознать, обволакивало каждый уголок этого места, погружая в еще непонятную Люси идиллию. Казалось, время здесь безвластно. Не было ничего раздражающего в голосах на улице и погоде, все пребывало в гармонии друг с другом. Вскоре рыдания начали затихать, и Люси, уткнувшись в изгиб шеи духа, погрузилась в беспокойный сон. Вздохнув, Лев подхватил осунувшееся тело хозяйки и перенес на кровать, укрыв пледом. Присев на край, Локи аккуратно сжал бледную кисть девушки: на сегодня приключений было достаточно.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

— Невысказанные обиды, заглушенные эмоции, гниющие внутри души слова — все ведет к неминуемому финалу. Ах, старая шутка смерть, почему Вы так жестоки? — эхом вещал чарующий мужской баритон. В нем не было насмешливости или высокомерия, скорее чувствовалась безмятежная грусть и абсолютная апатия ко всему. Казалось, он вещал сам себе, находясь где-то за пределами той грани, что доступна человеческому взору. Тяжелый вздох осел во тьме, тут же исчезая. Будучи очарованной голосом, Люси, казалось, забыла, как говорить. Слова невидимым песком рассыпались через ее пальцы, мгновенно исчезая в пустоте. Или же она просто потеряла возможность общаться. Не имея возможности проронить ни звука, девушка протянула руку, но была встречена лишь холодной пустотой. Неизвестность. Вдох, и девушка нерешительно сделала шаг. Осознание ошибки пришло уже после того, как потеряла опору под ногами. С пронзительной скоростью, заклинательница устремилась вниз. Тело стало ловушкой, безвольно подчиняясь ситуации; страх моментально завладел сознанием, стальными когтями впиваясь в и так помутненный от катастрофической нехватки воздуха разум, а острый, как лезвие ножа, ветер резал в лицо, будто бы насмехаясь над беспомощностью Хартфилии. Казалось, еще чуть-чуть и… чьи-то руки подхватили тело девушки. Сиюминутно исчезло все: леденящая пустота, режущий ветер, поглощающий сознание страх. Сейчас, когда заклинательница почувствовала себя в безопасности, глаза застелила пелена, губы непроизвольно задрожали от переизбытка эмоций, а по щекам потекли слезы. — Хэй… — тихо произнес тот же голос. — Хах, ну зачем же изводить себя так? — с нотками теплоты засмеялся тот. — Особенно в своем же сознании. «Что?» — Что-то не так? — уточнил незнакомец. — С-сознание? — сбиваясь, дрожащим голосом переспросила Хартфилия. В ответ прозвучало лишь неопределенное «Хм». После же вовсе все исчезло, ломаясь, как корка тонкого льда под натиском чужого вторжения.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

— Ну, Тама! — не сдержавшись цокнула Бакухацу, пытаясь разбудить подругу. — Крепко же ты заснула, ничего не сказать. Не получив никакой ответной реакции, Мити от бессилия бросила взор на улицу. Первые снежинки, кружась на ветру, игрались с золотыми лучами солнца, непроизвольно заставляя восхищаться своей красотой. Неподалеку, по тропинке, вымощенной тротуарной плиткой, бегали дети, играясь в свое удовольствие, пока не пришел час учебы. Впрочем, все как всегда: мирно, спокойно и не сказать чтобы тихо. Поморщившись от крика девочки, Баку откинула голову в бок. Ох, что-то чересчур энергичными стали дети, ей бы такой запас энергии; нужно будет попросить Риту пересмотреть расписание занятий, а то ишь ты, прыткие какие. Фыркнув своим же мыслям, Мити потянулась до хруста позвонков, и лишь скрип кровати привлек внимание девушки. Тихо простонав, Люси попыталась привстать на локтях. Сознание утягулово в зыбучие пески тьмы, не позволяя до конца прийти в себя. Какое-то странное чувство овладело девушкой, будто бы что-то нарочно не давало ей очнуться. — Тама! — радостно воскликнула Мити, заставляя девушку поморщился от слишком громкого голоса. Слова отдались в голосе вспышками боли. Издав задушенный стон, заклинательница опустила ноги на холодный пол и накрыла лицо руками. Голова раскалывалась, как будто бы она прорыдала несколько часов. «Как будто бы» — горькое послевкусие отравляло мысли. — А я шоколадные пирожные принесла, твои любимые, — осознав свою ошибку, уже шепотом поведала Баку, — с клубникой. На лице Хартфилии отразилась слабая тень улыбки. В памяти тотчас вспыхнули старые, покрытие внушительным слоем пыли воспоминания: шоколадные пирожные с клубникой были ее любимым лакомством еще с самого детства, когда женщина лет пятидесяти делала своей юной госпоже шоколадное пирожное, преподнося ей его между уроками. Или даже чуть раньше, когда госпожа Лейла, вечером, когда спадала дневная жара, отдыхала в небольшом садике за домом, сделанным лично для нее; рядом резвилась маленькая Люси, а служанка всегда преподносила для своей госпожи клубничные бриоши, аккуратно уложенные на изящный фарфор. Почувствовав, что мерзкий холодок прошелся по ее спине, Хартфилия укуталась в плед. Холодный ноябрьский ветер пробирался сквозь открытое окно, заставляя развиваться шторы. Или же дело было совершенно не в ветре, а в чем-то скользком и неясном, что засело в ее сознании, заставляя сомневаться в каждом сделанном шаге. — Хэй, Тама, ты как себя чувствуешь? Выглядишь, мягко говоря, не очень. — А? Нет, ничего, все нормально, — отстраненно улыбнувшись, парировала заклинательница, посильнее укутываясь в плед. Вспомнилось вдруг, что она совсем забыла о Локи. Интересно, долго ли тот сидел с ней. — Кстати, чуть не забыла! — опять чересчур громко воскликнула Мити, и позже уже шепотом прибавила. — Тебе тут письмо пришло. — Письмо? — голос Люси дрогнул, а под конец сошел на нет. Сиюминутно исчезли все мысли, пересохло горло, а в ушах застучала кровь. Сиплым голосом Люси спросила. — От кого? — А, так Полюшка передала. Эй, ты чего? — настороженно произнесла Баку, смотря в лицо мгновенно побелевшей заклинательницы. Ее ой как иногда пугали перемены в ее настроении. Но та будто бы не слышала. — Полюшка, — заторможено повторила Хартфилия, будто не понимая до конца значения слова. — Полюшка… Откуда здесь Полюшка… — Ну да. Полюшка, — растерянно кивнула Мити, не до конца вникая, что именно так удивило подругу, а потом ее осенило. — Тама, а я тебе уже рассказывала, что Полюшка — подруга нашего Мастера?

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

Чтобы забрать письмо, заклинательнице пришлось идти в резиденцию Мастера, что находилась на последнем этаже главного корпуса, возвышаясь над городом. Как ей объяснили в администрации, корпусов всего было восемь. Два из которых — жилые. Про остальные узнать ей пока не удалось, да и желанием она особым не горела. Все это может подождать. В крайнем случае, Баку обещала экскурсию сразу же, как решит один вопросик. Так что этот вопрос, можно сказать, был решен. Аккуратно касаясь шершавой холодной стены, Люси, по памяти, направилась прямиком к точке телепортации. Забавно, но в каждом корпусе они были, и, признаться, это было весьма удобно. Насколько удалось разобраться девушке, точка телепортации, внешне проходившая на алтарь, имела четыре направления, в которые можно было попасть. Выбираешь куда тебе надо и вуаля, ты перемещаешься к точно такому же алтарю, только в другом месте. Дотронувшись до холодного камня, Хартфилия аккуратно начала проводить по выгравированным на камне иероглифам, выводя слова. Кажется, проблему зрения учитывали при создании этого сооружения, что же похвально. Найдя нужное «Главный корпус», Люси положила руку на выгравированный в середине поверхности круг и направила ману в сторону нужных ей иероглифов. Ощущение невесомости было мгновенным, Люси даже не успела сообразить, что произошло, как вновь оказалась на твердой поверхности. Дав себе немного времени прийти себя, Люси призвала Вирго, чтобы отправиться дальше в путь, как ее внимание привлек незнакомый голос: — Люсьена Хартфилия, я правильно понимаю? — вздрогнув, девушка обернулась туда, где предположительно должен был находиться оппонент. Позже, опомнившись и нерешительно кивнула на вопрос, покрепче сжав руку Вирго. — Да, это я, а Вы, простите? Образовавшаяся тишина была прервана незнакомкой. — Главный секретарь Тайного Света, зовите меня просто Рита, — устало вздохнула женщина. — Идемте за мной, пожалуйста. «Что же, с письмом, видимо, придется повременить» — пожала плечами заклинательница и, кивнув Деве, не спеша направилась за Ритой-сан. — Вверх по лестнице, сорок два шага по коридору, снова вверх, резко направо и семьдесят три шага вперед, и… видимо до упора, — шепотом проговаривала Хартфилия, чтобы позже иметь возможность самой вернуться назад. Впрочем, сбившись считать шаги, оставила эту затею и перевела мысли в другое русло. Все же, одна деталь не давала ей покоя. — Рита, — неуверенно произнесла Люси и почти сразу же добавила «сан», — я прошу прощения за беспокойство, но куда мы идем? Не то, чтобы заклинательница сомневалась, но идти не пойми куда было… — Вы же совсем недавно прибыли? Нужно оформить кое-какие документы, сейчас только пройдем в мой кабинет, — не сбавляя шага, ответила женщина. Люси хотела было возразить, сославшись на письмо, но, здраво рассудив, что лучше оставить мнение при себе, промолчала. Наконец, Рита остановилась. Люси по инерции пролетела еще несколько шагов вперед и врезалась ей в спину. — И-извините, — быстро сделала несколько шагов назад заклинательница. — Кхм… Ничего страшного, переживу, — голос звучал несколько недовольно. Затем скрипнула открывающаяся дверь. — Заходите. Пройдя в кабинет, заклинательница поежилась. Температура в комнате, казалось, была минусовая. — Присаживайтесь. Сейчас я вам дам документы, их необходимо внимательно прочитать… — осеклась женщина. Хартфилия лишь блекло улыбнулась. Несколько следующих минут Люси отчётливо слышала шуршание бумаг, стук выдвигаемых и задвигаемых ящиков и то, как стучит в висках её кровь, но ничего больше не происходило. Наконец, Рита-сан подала голос: — Прошу прощения, кажется у меня закончились нужные бланки, подождите немного здесь, я схожу, — послышался звук замка, и в комнате остались только двое. Люси прислушалась к постепенно удаляющимся шагам и выдохнула. Впрочем, ненадолго. Вскоре за дверью раздались шаги, словно два человека бежали наперегонки друг с другом. Дверь резко распахнулась и звонкий, девичий голосок, сказал: — Это что ли новенькая? Которая из двух? Надеюсь та, которая в костюмчике горничной-маньячки! — Госпожа, новенькая — это та девушка со светлыми волосами, — тихим голосом поправила Рита. — Ха? Какое разочарование, — фыркнула девочка. Впрочем, кажется тут же позабыла об этом, на что-то отвлекшись. — Я принесла необходимые вам бумаги, — с этими словами что-то шлепнулось на стол перед Люси. Возмущаться, тратя свое время, Хартфилия откровенно не хотела. Не было ни сил, ни желания. Поэтому, никак не отреагировав на дерзкое высказывание «Юной Госпожи», Люси занялась заполнением принесенных документов, аккуратно выводя подпись на прочитанных Девой страницах. По прошествии времени в кабинет начали заходить другие работники этого места, и непосредственно видя новенькую, задавали вопрос. Жизнь завертелась с новой силой и казалось, что все это время никто так и не обратил внимание на девочку, что тихо наблюдала за происходящим. А тот, кто все же удосужился обратить внимание, не смел проронить и слова. Та же внимательно следила за каждым движением и действием Люсьены, будто оценивая, не удостаивая вниманием остальных и позже бесшумно удалившись вглубь особняка.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

— Ну, что скажешь? — обратилась Полюшка к старой знакомой, находясь в погруженном в темноту кабинете, где вся мебель была вырезана из черного дуба, кресло и диван были обтянуты темно-синей как глубины океана тканью, впрочем такой же как и шторы, что скрывали комнату от дневного света. Госпожа распахивала их лишь при свете луны. — Я ожидала большего. Высокая, стройная женщина с сапфировыми, как ночь, волосами откинулась на спинку кресла. Кабинет был явно под стать ей. — Тогда, возможно, тебе понравится другая информация, которой я располагаю. Подперев подбородок рукой, женщина устремила острый, подобный лезвию ножа, взгляд на Полюшку. В темных глазах блеснула искорка любопытства. — И что же это за информация? — женщина, совсем недавно разговаривающая голосом юной девочки, лукаво улыбнулась в ожидании ответа. У любого, кто увидел бы эту улыбку, скорее всего пропал голос от страха, но стоит отдать Полюшке должное; взгляд женщины ее никак не пронял. Она лишь безразлично взглянула на тонкую полоску света, что пробивался через плотно закрытые темно-синие шторы и ответила: — Интересующая тебя особа беременна. И смею заверить, отец ребенка тоже не самый последний маг. Если тебя не удовлетворила Хартфилия, то, может быть, тебе будет интересен ребенок, которого она носит? — Ох, вот значит как, — оскалилась женщина и проследив за взглядом Полюшки резким движением задернула шторы. — Заинтриговала, продолжай. — Отец — Лексус Дреяр, — кивнула Полюшка, прикрыв глаза. По помещению разнесся смешок, тотчас превращаясь в холодный, словно лёд, смех. Женщина медленно встала, расправляя черное с вырезом до бедра платье и взяв бутыль с дорогим коньяком, налила в стакан. Поймав холодный взгляд Полюшки, женщина едко ухмыльнулась и разом опустошила его. — А знаешь, мне нравится. Но мы же все понимаем, что меня интересует не только это, — поставив стакан, женщина расслабленным шагом прошла до шкафа мимо Полюшки, оставляя за собой душащий шлейф тяжелых духов. Достав нужную папку, женщина бросила взгляд на часы, оскалившись. — Если он не будет вмешиваться, то хорошо, а если и попытается… Завершить фразу Мастеру не дал голос, в котором без сомнения улавливалась угроза: — Мизэко, ты не посмеешь тронуть его, — угрожающе отрезала Полюшка, и чуть тише добавила. — Да и вмешиваться он не будет, поверь мне. С пренебрежением посмотрев на женщину, Госпожа снисходительно усмехнулась. — Допустим допустимое с погрешностью летального исхода, — госпожа изогнула губы в оскале, обнажая клыки. «В мою пользу» несказанным осело в комнате. Впрочем, даже не дожидаясь безразличного кивка целительницы, Мастер усмехнулась: — Тогда договорились, сделка завершена, контракт закрыт и убран в красную папку, — нараспев промурлыкала Госпожа Мизэко. — И, впрочем, думаю, на этом, моя дорогая, и закончим. У меня совещание. Еще увидимся. И, круто развернувшись на каблуках, женщина удалилась, оставив Полюшку одну в кабинете созерцать то место, где раньше через плотные шторы пробивался луч света.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

Тотчас как заклинательнице удалось освободиться из плена бюрократии, Хартфилия поспешно ушла, положившись на Деву. По ее субъективному мнению, бумаг она заполнила чуть больше, чем за всю свою жизнь. А ведь ей еще надо забрать письмо. Устало зевнув, девушка посмотрела на духа. Кое-что она все же хотела узнать. — Вирго, — привлекла внимание заклинательница, — а как выглядели Рита-сан и… та девочка. На мгновение Люси задумалась, замедляя шаг: а собственно куда та делась, но вспомнив как Рита-сан назвала ее госпожой, но вскоре махнула на это рукой. Скорее всего дочь какой-нибудь местной шишки. Может самого Мастера Тайного Света. Ее это никак не должно касаться. — Хм… — на мгновение задумалась Дева. — Она высокая, стройная, у нее довольно большая грудь и… — Вирго, прошу, просто внешний вид, — обернув духа, смутилась Люси, пряча за прядями волос покрасневшие уши. — Прошу прощения, — извинилась Дева. — Тогда… могу сказать, что у Риты-сан белые, средней длины, волосы заколотые заколкой в виде серебряного лотоса. Глаза отливают сиреневым и… — Во что она была одета, — подсказала Люси и так же как и Дева свернув за угол. — Деловой стиль, принцесса. Смокинг, черного цвета. — Хм, ясно, — кивнула Люси, переходя порог здания, один пазл начал складываться, — а та девочка? — Она… Договорить дух не смогла, ибо сразу же была перебита звонким голосом. — Тама! Казалось, мгновенье — и тело сковали в объятьях. — Ну как ты, забрала письмо? — защебетала Мити. — Нет, — замучено вздохнула Люси, уткнувшись в шею подруги, — меня отвлекли. — Какая досада, — надула губки девушка и, засмеявшись, потянула Хартфилию в противоположную сторону от выхода. — Тогда прямо сейчас и заберём! — Хорошо-хорошо… — нервно засмеялась Люси, пытаясь не споткнуться по пути. — Только не тяни так. В ответ Мити лишь весело фыркнула. Сколько они шли, Люси не помнила, правда, дорога прошла быстро, благодаря тому, что весь путь Баку, не замолкая, рассказывала обо всем и ни о чем одновременно. Самые разнообразные темы, казалось бы, не имевшие значения, могли за секунду смениться чем-то более серьезным. Иногда заклинательнице казалось, что подруга совершенно не умела фильтровать речь. Впрочем, в данном случае, ей это даже добавляло особого шарма. — Ну вот и все, — весело закончила Баку, замедляя шаг, — мы пришли. — И открыв дверь, добавила: — Аккуратно, тут порог. Кивнув, скорее для себя, чем для Баку, Люси, коснувшись косяка двери, перешагнула через препятствие, оказываясь в довольно шумном помещении. Повсюду царил гам, голоса людей, смех, крики, шелест бумаг. Казалось, Люси попала в место очень похожее на базар. Впрочем, это было недалеко от правды. — Где мы? — спросила Люси, прикрывая ладонями уши. От переизбытка звуков, голова становилась подобной чугуну. Переборов желание поскорее скрыться из этого места, заклинательница прислушалась к словам Мити. — Стойка регистрации в отделе почты, так сказать. Тут забирают прибывшие посылки, письма, заказы и подобную хрень. Ща быстро разберемся и заберём твое письмо. К слову, если не секрет, от кого оно? Тайные поклонники? — лукаво улыбнулась девушка, проходя глубже. — Да где уж там, — грузно вздохнула Люси, поспешив за Мити. Та в ответ лишь звонко рассмеялась. Оставив все дела на Баку, Хартфилия удобно устроилась на стоявшем возле стены диванчике. Несмотря на то, что в прошлых общественных местах, в которых она бывала, мебель всегда была неудобной и грубой, если вообще присутствовала, то сейчас, на удивление девушки, она сидела на довольно мягкой поверхности. Проведя рукой по подлокотнику, заклинательница обнаружила, что на дереве были вырезаны завихристые узоры. Повторяя контуры, Люси подушечками пальцев выводила узоры, коротая время. Это успокаивало. Громкие голоса, что довольно сильно резали обостренный слух девушки, постепенно начали растворяться в пространстве, превращаясь в неразборчивую однотонную массу на заднем фоне. Баку же, пройдя вглубь, привлекла внимание парня, стоявшего неподалеку: — Эм, дорогой Джей, — прочитав имя с бейджика, ярко улыбнулась Мити, — не поможешь ли найти одно письмо, заждавшееся свою хозяйку? В ответ тот лишь кивнул, прося показать свой онкэй. Быстро передав Люси в надежные руки, Баку, прислонившись к стене, осталась ждать. Люси же, немного помявшись, неуверенно протянула правую руку парню. Тот лишь кивнул и начертил в воздухе пару иероглифов. В ту же секунду запястье девушки озарил свет, складываясь в цепочку из рун. Осмотрев их быстрым взглядом, парень хмыкнул и, попросив подождать пару минут, удалился в служебное помещение. Мити, отлипнув от стены, подошла к Люси и приободрительно сжала предплечье подруги. Та в ответ лишь кивнула, обращая внимание обратно, и аккуратно провела кончиками пальцев по запястью. Не соврать, ей было чертовски любопытно как выглядел ее онкэй — цепочка из рун, которая ставилась всем живущим в этом городе. Хранилище информации о человеке, являющееся своеобразным пропуском на территории и за территорией города. Понуро вздохнув, Люси опустила руку и повернула голову в сторону, где предположительно стояла Баку. — Ты обещала мне экскурсию, — хмыкнула заклинательница. Дела делами, но все же, пока они обе свободны, почему бы и нет. «Посмотреть» на город, пускай и чужими глазами, тоже была неплохая идея. По крайней мере, это было лучше, чем ничего. — Конечно-конечно, — засмеялась та, почесав затылок, — все в лучшем виде. Люси ничего не ответила, лишь приподняв краешки губ. Желудок жалостливо заурчал, напоминая о том, что пришло время покушать. — Ща заберём письмо и пойдем в одно заведение, думаю тебе понравится, — Баку пробежалась взглядом по залу, выискивая Джея, но не найдя, заметно расстроилась, — впрочем… и все же от кого письмо? — Старая подруга, — скомкано улыбнулась заклинательница. Честно говоря, за сегодняшний день, несмотря на то, что только обед, она успела изрядно устать. Все же, людные места ее выматывали не хуже хорошей тренировки с Эльзой, за исключением того, что усталость была разной. В данном случае: моральной. — Ну ладно, — пожав плечами, кивнула Баку, смирившись с ответом, и, заприметив вдалеке несчастного Джея, пошла того донимать. Люси оставалось лишь улыбнуться, удачно замаскировав смех под кашель. Баку такая Баку. Только вот… Случайная радость потухла, оставив за собой чувство тревоги и печаль. Мелькнула мысль о том, что пускай она сейчас здесь, отделилась и спряталась от мира всего, но время никого не щадит. Даже по эту сторону горных вершин. Жизнь меняется, и она не исключение. Все произошедшие с ней события заставили провести черту «до» и «после» в ее жизни. Все порты уже были сожжены дотла, а мосты рухнули, не выдержав тяжести бытия. И все важное, связанное с людьми, осталось в прошлом, «до» той черты, навсегда. Так почему же, будучи полностью и бесповоротно уверенной в своей линии повествования, она сама так бережно сжимает письмо в руках, которое, казалось бы, не должно вовсе ее волновать. Неужели в расчетах закралась ошибка? «Верно» От чужеродного голоса в голове, Люси вздрогнула, вырываясь из пучины самокопания. Несколько секунд ушло на то, чтобы понять что сейчас произошло. Люси выдохнула через нос. Точно, она совсем забыла об этом. Досада. В ответ послышался лишь кроткий смешок, и вновь все стихло, оставляя Люси один на один с ее мыслями. — Исчез, — на выдохе прошептала Люси, привлекая внимание Баку. — Ты что-то сказала? — переспросила та, давя зевок. Люси лишь криво улыбнулась и качнула головой, вновь обращаясь к своим мыслям. Если здраво рассудить, то голоса в голове — это признак душевного расстройства. Очень жизнерадостно и воодушевляюще. С другой стороны… А другой стороны и не было. Почему-то жизнь резко стало столь прямой. Никаких вариантов. Абсолютно никакого выбора. «Или он стал труднее» осталось недосказанным где-то на уровне подкорки. На обратном пути Люси позволила Баку полностью контролировать ее перемещение. И вспомнила об этом лишь тогда, когда ее лицо обжег поток ледяного ветра. — О… — возвращаясь в реальный мир вздрогнула Люси, поежившись от холодного ветра. — Мы вышли на улицу? — Да, есть такое, — как-то отстраненно кивнула Баку. Если так подумать, то за всю их дорогу от пункта раздачи, Баку не проронила не слова. Весьма необычное явление. Впрочем, длилось это всего секунду, фыркнув, Мити на распев протянула. — Тама, ты там экскурсию хотела? Так вот, ради вас моя прекрасная Госпожа, я — ваш покорный слуга — ее проведет! — преувеличено официально начала Баку. В глубине ее глаз сам сатана танцевал чечетку. Гнетущая атмосфера растаяла, как мартовский снег. Люси, на столь абсурдное начало, не удержалась и громко рассмеялась. — Но для начала… Тут недалеко есть просто офигенная пекарня, — хитро протянула девушка, будто бы словами пытаясь все ее великие. — Что же, пройдемте-с, мы начинаем с… Только вот планам девушки не суждено было сбыться. Юношеский голос прервал начинающийся цирк. (Но только для того, чтобы встать во главе.) — Какая восхитительная встреча, — послышался смутно знакомый голос, — как я рад, что наконец-то нашел двух самых прекрасных девушек в этом городе! — парень нагло подхватил Люси под руку, уводя от Баку. — Как насчет прогуляться? Погода просто восхитительная! Прищурившись, парень взглянул в сторону солнца и, поймав пару снежинок, обратил внимание вновь на девушек. — Боже, Энджел, прибереги эти льстивые речи для своих пассий, — Люси нутром почувствовала, как Баку закатила глаза. — И да, гуляем. Хочу сводить мою Люси в пекарню Хьюго. — Какие прекрасные новости! А я в этой пекарне как раз частый гость, — на его лице расцвела широкая улыбка. — Прекрасные леди, сегодня угощаю я! Надеюсь, вы не против моей компании? — Ну, если только ты угощаешь, — хохотнула Мити, оскалив зубы. Люси лишь молча прислушивалась к разговору. Что же, сцена выходила довольно забавной. — Вижу, вы хорошо ладите, — улыбнулась девушка. — О да! А знаете, с чего все началось? — Энджел бросил самовлюбленный взгляд на идущую с другой стороны Баку. — С того, что она пролила мой кофе на мои важные документы. Мити в свою очередь надула губы и отвернулась. — Ты сам его туда поставил, тупица, — буркнула она в отместку. Хартфилия в ответ хихикнула в кулак, тут же получив обиженный возглас от Баку: — Люси, ты должна противостоять злу, а не присоединяться к нему! На фоне прозвучал злорадный смех Энджела, сиюминутно превращаясь в сдавленное хрипение, от удара в живот. — Ты как всегда легка подобно ветру, — тяжело дыша, хихикнул парень, тут же уворачиваясь от ещё одного удара. Дорога хоть и казалась довольно длинной, была скрашена абсолютно разными темами разговора. Постоянные перебранные между старыми друзьями стали уже чем-то похожим на обыденность. По крайней мере Хартфилия была точно уверена, что станут. Возможно, в ближайшее время. Затянувшийся спор о какой-то незначительной вещи, прервал Энджел, обратившись к заклинательнице: — Люси, — настороженно позвал Кэмури, галантно подхватив девушку за руку. — Будь осторожнее, тут ступеньки. Охнув, Люси, сильнее сжав руку, неуверенно начала спускаться. — Спасибо, — смущённо улыбнулась Люси, оказавшись на ровной поверхности. Стоявшая рядом Мити лишь фыркнула, наблюдая за этой сценой. — Что же, — громко хлопнув в ладоши, спугнула всю атмосферу девушка, попутно заслужив недовольный взгляд друга, — время не ждёт. И, нагло подхватив заклинательницу под руку, увела от парня, направляясь в сторону пекарни. — Баку! — сзади послышался возмущенный голос. — Где твои хваленые манеры? Недовольно закатив глаза, Энджел быстро зашагал к девочкам, догоняя их. — Ты прости ее, Люси, она в последнее время стала такой некультурной, — изображая все недовольство мира, удручённо проговорил Кэмури, а затем, кинув обвинительный взгляд на подругу, ехидно добавил, — и злой. В ответ послышался лишь звонкий смех.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

— Ну, все готовы? Добро пожаловать в самое лучшее место, — широко улыбнулся Энджел, открывая перед девушками дверь пекарни. Люси только восхищенно ахнула, когда в нос ударил приятный аромат свежей выпечки. — Чувствуешь, Люси? Так пахнет наслаждение, — промурлыкал Кэмури, прикрывая дверь. Пока Баку ушла заказывать любимые лакомства, Энджел, подхватив заклинательницу под руку, потащил за собой к свободному столику, попутно рассказывая об истории данного заведения. Люси лишь рассеянно кивала. Заметив столь резкую перемену настроения, Кэмури замолчал, а потом спросил: — Тебя что-то беспокоит? Не получив никакой реакции в ответ, Энджел аккуратно потряс девушку за плечо и повторил вопрос. — А? Нет, — заторможено покачала головой Хартфилия, а позже вовсе сникла. — Я вижу, — грустно усмехаясь, Энджел помог усесться девушке на мягкий диванчик, а сам приземлился напротив на стул, некогда стоявший с другой стороны стола. — Если ещё раз? Люси, что тебя беспокоит? — в этот раз голос смягчился, оставаясь таким же тихим. Люси лишь тяжело вздохнула и отвернулась. И что она должна была сказать. «Извини, пожалуйста, но я не знаю как ты выглядишь и хотела бы это узнать» или что? Спрятав лицо в ладонях, девушка предпочла просто промолчать. — Хэй, а вот и я… — под конец голос Баку сошел на нет. Девушка несколько секунд переводила взгляд с Люси на расстерянного Энджела и обратно после чего сжала пальцы в кулаки и буквально прорычала имя парня по буквам. — Энджел! — А я-то тут при чем? — нервно посмеялся Энджел, поднимая невинный взгляд на начавшую постепенно распыляться Баку, которая уже была готова рвать и метать за свою смущенную происходящим подругу. — Что ты сделал, идиот?! — в край вспылила Мити, едва не швыряя выпечку на стол от негодования и возмущения. — Я? — Хватит! — ударила по столу руками Люси, о чем сразу же пожалела. Потерев, покрасневшие ладони, девушка продолжила. — Прошу, не ссорьтесь, меня никто не обижал. Я просто… Такой резкостью Люси привлекла себе все внимание, от чего все затихли в ожидании. Правда, тишина длилась относительно долго, по крайней мере, для Энджела, поэтому он решил в очередной раз подтолкнуть Люси: — Ты просто… — осторожно сказал он, боясь получить по лицу от Баку. — А ну цыц! — гаркнула Мити, отвешивая тому смачный подзатыльник. — Больно, — буркнул себе под нос Энджел, потирая ушибленное место, но благополучно дальше молчал, поглядывая то на Люси, то на Баку. — Я… — вся решительность действий девушки растаяла как мартовский снег. — Я… Энджел, а как ты выглядишь? На несколько секунд помещение погрузилось в абсолютную тишину, казалось, даже музыка перестала играть, а после раздался оглушительный смех Баку, понявшей, в чем причина такого вопроса. — Извини? — почти сразу возвращая себе самообладание, переспросил Энджел, — Как я выгляжу? — недоумевал он. — Ну… — сразу же замялась Люси и что она должна ответить? Благо до Энджела быстро дошло. — Черт! — воскликнул парень, рухнув головой на сложенные руки. — Я — идиот! — Только сейчас понял? — съязвила Мити, сразу же перемещая внимание на Люси. — Тама, ты серьезно переживала из-за этого? Люси резко почувствовала себя нелепо. Баку же, сев рядом, приободрительно сжала плечо подруги. — Нашла из-за чего волноваться, — хмыкнула Мити, пододвигая бриоши ближе к Люси, — сейчас все исправим, да, Энджи? В ответ послышалось приободрительно мычание. После чего, девушка продолжила: — Энджел, будь добр, отлипни от рук и удостой нас своим вниманием, — промурлыкала Баку, попутно беря руку Люси, — отлично, а теперь, Тама, слушай внимательно. Отдав инициативу и люсину руку Кэмури, Баку возобновила разговор: — У Энджела волосы цвета неба, длинной по плечи. Глаза также отливают голубизной. Хм, еще… — пока Баку продолжала словесно описывать внешность парня, помогая заклинательнице сложить пазл воедино, Люси, с позволения хозяина, аккуратно водила кончиками пальцев, очерчивая чуть заостренные черты лица, позже переходя на плечи. Картина предстала перед заклинательницей довольно красивая: Как оказалось у Энджела тонкие и изящные кисти рук, острые плечи и мягкие, почти пушистые волосы, в действительности, как и описала Мити, доходящие до плеч. — А ты прям романтик, сестрица, я польщён. — и не скрывая смех в голосе, нараспев протянул Энджел: — Волосы цвета неба, а глаза отливают голубизно-ой. В ответ послышалась лишь фырчание: — В следующий раз, — едко перебила того Баку, — опишу тебя как чучело с огорода. — А следующего раза и не будет, — издевательски промурлыкал Энджел. Не сдержавшись, Люси звонко расхохоталась. Эти двое были невыносимо прекрасны. — Спасибо, — прочистила горло, улыбнулась девушка. На душе стало заметно лучше. — Да, пожалуйста, — в унисон отозвались друзья, не совсем осознавая кому именно это предназначалось. Но продолжить решил Энджел: — Пара пустяков, особенно для такой прекрасной леди. И раз с ними мы закончили, предлагаю, наконец, приступить к трапезе. И весело расхохотавшись, утащил кусочек пирожного из тарелки Баку.

⊱━━━━.⋅ ۝ ⋅.━━━━⊰

Дальше время летело с изумительной скоростью: буквально ещё пару минут они сидели в пекарне старины Хьюго, как уже сейчас ребята прощались с Люси, сопроводив до самой двери ее квартиры. Обнявшись на прощание, Люси зашла в квартиру и заперла за собой дверь. Тотчас ее окутала гнетущая тишина, прерываемая размеренным тиканьем настенных часов. Немного постояв в прихожей, девушка все же двинулась внутрь, легонько касаясь стены. Переодевшись в более удобную одежду, заклинательница попыталась заварить чай, но через три неудачных попытки, сдалась, и пройдя в гостиную, присела в кресло. Аккуратно достав связку ключей, Хартфилия легкими прикосновениями очертила ключ Овна и засим наконец, приняв для себя решение, отложила их на рядом стоящий столик. Все же, она попробует сама. Дав себе пару минут, девушка откинула голову назад и, прикрыв глаза, потянулась к письму, лежавшему в кармане. Дотронувшись до письма, вызвав тем самым волну мурашек, Люси выдохнула через сжатые зубы и сломала печать. Тотчас комнату заполнил до боли груди знакомый голос: «Привет, — тихой мелодией лились слова, — я так рада, что ты открыла письмо. Честно, говоря я очень соскучилась, — в середине предложение голос дрогнул, а под конец вовсе растворяясь. Но через несколько секунд, собравшись с силами Леви продолжила: К слову… в гильдии почти все улеглось, твой уход вызвал просто ошеломительный ажиотаж, — по голосу было слышно, что Леви пыталась сдержать смех, к слову не очень удачно. — Такого не было даже перед дракой, но, знаешь, думаю, ты должна кое-что знать… Леви запнулась и немного надломлено прошептала: Эльза очень сильно расстроилась, даже… — будто бы не зная как продолжить, женщина вздохнула. — Люси, я понимаю, что не имею права оспаривать твое решение, но… Эльза еле сдержала слезы, когда огласили положение о твоем временном переходе и… Не выдержав, Люси одним движением закрыла письмо и откинув голову назад, девушка поджала губы. Какое-то непонятное чувство расползлось под ребрами, напоминая о тех вещах, которых на протяжении долгого времени девушка мечтала забыть. Подобрав под себя ноги, девушка уткнулась в колени, скрыв лицо под поблекшей челкой. — Жалеешь себя? — насмешливо пропел детский голосок. — Выглядишь жалкой. Люси вздрогнула, но силой воли заставила свое тело остаться в том же положении, мысленно начиная игру на изнеможение «кто кого». Заметив, что заклинательница никак не реагирует, девочка чуточку разозлилась. — Ха? То есть я тебя больше не пугаю? Какая жалость! — голос сквозил обидой и негодованием. Харфилия же продолжила абсолютно игнорировать внешний (или не совсем) раздражитель. Письмо высосало из нее все силы. Вот только, видимо, ребенку не очень понравилось такое отношение. — Эй, я с тобою разговариваю! Ребенок хотел было продолжить, но тихий столь знакомый баритон прервал ее: — Юки, милая, не могла бы ты перестать вести себя столь по-хамски с Люси. Она ведь тоже человек. Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — в голосе звучали непонятные пугающие нотки, заставляя съежиться ещё сильнее. — Поэтому, будь добра, извинись и оставь нас наедине. На несколько жалких секунд воцарилась тишина, а после девочка лишь жалобно пискнула и, прошептав «простите», исчезла. Люси, лишь ещё сильнее сжавшись в комок, старалась никак не реагировать на голоса. Вообще ни на что. После мягко прозвучали слова: — Люси, ты прости ее. Она просто обиженный жизнью ребенок, не обращай внимания, — немного задержав паузу, парень по доброму усмехнулся, — да и потом, не самом деле, она не такая уж и плохая. Люси вновь не произнесла ни слова. Парню не оставалось ничего кроме как принять правила игры, впрочем, козыри были и у него в рукаве. — Люси… Люси… Ты можешь закрыться от них, но не от меня. Ни одна твоя тайна никогда не будет тайной для меня. Я знаю даже то, о чём не знает твой Дреяр. На слове Дреяр Люси вздрогнула. Слишком откровенное нападение. — И что же ты знаешь? — голос предательски дрогнул, но в данный момент исправить ситуацию было совсем ей не по силам. В ответ голос лишь засмеялся, правда не зло, как привыкла слышать девушка, а как-то по… доброму? Люси же от такого выпала в осадок, отшатнулась будто бы от удара и вжалась в спинку кресла. — Хэй, ну не надо делать такое лицо, — мягко улыбнулся парень, — да и потом, разве ты закончила с письмом? На это заявление Люси лишь вздрогнула, но возвращаться к прежнему занятию не спешила, оставшись в том же положении. Затянувшаяся тишина, прервалась вздохом. — Послушай, Люси, — начал парень, — возможно отношение Юки к тебе было чересчур жестоким, но я тебе не враг. Я хочу лишь помочь тебе. Пойми это, пожалуйста, — под конец предложения голос понизился до уровня шепота. — Помочь с чем? — наконец подала голос Люси, не особо ожидая услышать ответ. Но ошиблась. В ответ парень лишь грустно хмыкнул: — С тем, что тебе предстоит.