Часть 94
12 октября 2021 г., 10:00
— По легенде, ген Старшей крови пошел именно от Королевы Зимы, — тем временем продолжил эльфийский Знающий. — Именно ее потомками являются все обладатели гена Старшей крови, в том числе и ты. Ее же генетический материал я использовал в своих экспериментах по созданию навигаторов. К сожалению, нет никакого способа узнать, что же конкретно произошло тогда, но в результате ее взаимодействия с Белым Хладом он стал ее частью, пробудив в ней силы, способные подчинять пространство и время. Она стала первой предводительницей Дикой охоты, путешествуя по мирам и сея холод и стужу.
— Реально Снежная королева… — пробормотала я, впечатленная легендой.
— Что с ней стало в итоге, к сожалению, тоже неизвестно, — предваряя мои вопросы, продолжил рассказывать Аваллак’х. — Ледяная составляющая магии в первозданном виде сгинула вместе с ней и в полной мере проявилась только у тебя под действием внешних факторов. Причем проявилась она не так, как у нее. По крайней мере, по легенде Королева Зимы замораживала все вокруг себя постоянно, а ты — по желанию. У навигаторов же это наблюдалось лишь как побочный эффект.
— У меня как побочный эффект она тоже есть. Со временем я смогла его подавлять в большинстве случаев, — вставила я, считая это важным моментом.
— Очевидно, на это влияет культивированный ген Старшей крови и остальные факторы, что я перечислил, — нашел этому объяснение Аваллак’х. — Так же, я думаю, в свою очередь влияет и способ взаимодействия с Белым Хладом. Королева Зимы с ним боролась, а ты с ним родилась. Это тоже не в последнюю очередь обуславливает твои успехи в его укрощении и переработке его в чистую энергию для дальнейшего использования в заклинаниях.
— Получается, я усовершенствованная Снежная королева. Версия номер два, так сказать, — откидываясь на спинку стула, подвела я итог услышанному, когда Аваллак’х замолчал.
— Почему ты упорно называешь ее Снежной королевой? — поинтересовался эльф.
— Потому что в моем мире существует сказка о Снежной королеве, подозрительно похожей на вашу Королеву Зимы, — ответила я. — Полагаю, что она просто успела наследить и в мире людей со своими способностями.
— Вполне вероятно, — согласился с моей теорией Аваллак’х. — Что ж! Теперь, когда ты знаешь об этой легенде, тебе должно стать более понятно, каким образом сила Старшей крови относится к Белому Хладу.
— Да-а, пожалуй, тут есть над чем поразмыслить, — кивнула я и наткнулась взглядом на остывающую еду. — Обе мои способности суть две стороны одной монеты. Вроде бы разные, но неотделимые. С одной стороны, они сдерживают друг друга, а с другой — усиливают, — я принялась за еду, осмысливая сказанное.
— Дар Старшей крови был фактически усилен Белым Хладом, — продолжил мои рассуждения Аваллак’х, подтверждая тем самым верность их направления. — Именно поэтому твои способности поражают воображение. Никто никогда за всю известную мне историю не обладал таким набором генов, таким магическим потенциалом. Я был уверен, что ребенок Цири будет превосходить ее в мощи, а также планировал заниматься его развитием намного более тщательно, нежели в свое время учили ее, но определенно совершенно не ожидал настолько колоссальных результатов своей деятельности, — Знающий явно был не на шутку озабочен этими самыми результатами.
— Стоит начать опасаться попыток меня… развить, — саркастически фыркнула я.
Аваллак’х поднял на меня тяжелый взгляд, в котором сквозила безнадежность.
— Breainne, — снова переиначив мое имя на свой лад, обратился ко мне Аваллак’х после короткой паузы. — Я не желаю тебе зла.
— Верю, — кивнула я, в самом деле не сомневаясь в его благих намерениях. Иначе бы не разговаривала с ним и тем более не позволила над собой чаровать. — Но твой вариант добра меня тоже не устраивает. Я не желаю становиться инструментом ни в твоих руках, ни в чьих-либо других.
— И если я даже скажу, что использовать тебя в своих целях не собираюсь, ты мне не поверишь, — сделал логичный вывод Аваллак’х, промокнув губы салфеткой.
— А ты сам бы на моем месте поверил? — громко усмехнувшись, спросила я у него.
— Мне сложно представить себя на твоем месте, — честно ответил эльф. — Мне всегда неплохо удавалось просчитывать мысли и поступки других людей и эльфов, чтобы не опасаться их намерений. Ты же смогла получить куда более достоверную информацию, заглянув непосредственно в мои мысли. Если это не убедило тебя, то я не знаю, чем еще могу доказать тебе свои чистые помыслы, — Аваллак’х развел руками.
Для эльфа, чью голову я целенаправленно перетряхнула и осталась неубежденной в честности, он выглядел слишком спокойным, а за этим спокойствием могло прятаться все, что угодно. От смущения и печали до злорадного ожидания, когда же я, наконец, клюну на эту всеобъемлющую дружелюбность, и его терпеливое снисхождение к человеческой чародейке вознаградится.
— Помыслы-то у тебя, может, и чистые, вот только все они о AenElle и немного о других мирах, пригодных для жизни эльфов, — решила я «потыкать палочкой» в эту уже набившую оскомину дружелюбную маску.
— Я не отрицаю своей заботы о судьбе миров и AenElle в частности, — Аваллак’х и на это отреагировал спокойно. Наверняка он ожидал такого поворота разговора. С его-то магическим интеллектом! — Я не отказался и не откажусь от своей цели найти способ, если не остановить, то максимально отсрочить наступление Белого Хлада. Но это не означает, что я готов принести в жертву все, чем дорожу. Страх надвигающейся неизбежной угрозы не должен затмевать разум.
— А что если я такую цель не преследую? — в лоб спросила я.
— Это моя цель. Я не говорил, что ты должна ее разделять, — напомнил Аваллак’х.
— И тебя это устроит? — абсолютно точно не веря в положительный ответ спросила я.
— Нет, — не стал пытаться обмануть меня эльф. — Но людям вообще не свойственно беспокоиться о слишком отдаленных событиях. И это не их вина, что они так устроены, — очевидно предваряя мои возражения, пояснил свою позицию он.
Я испытующе смотрела на биологического отца. Я беспокоилась о мирах, Белом Хладе и своей возможности влиять на столь глобальные события, как конец света. И их отдаленность никоим образом не мешала мне думать о них, хоть я и была человеком, который, по мнению Аваллак’ха, на это был не способен. Впрочем, знать об этом эльфу было не нужно, дабы не использовать против меня же. Поэтому его намерения нужно было выяснить именно исходя из моего отказа в этом участвовать.
— И ты не предпримешь попыток меня вразумить?
— Я не стану врать тебе, что смирюсь и никогда не скажу тебе ни слова о Белом Хладе и его последствиях, — на лице Знающего наконец проступили какие-то эмоции. Он нахмурился, и было видно, насколько ему важно то, что он сейчас говорил мне. — Но я клянусь не обманывать, не вынуждать, не подталкивать тебя и не манипулировать твоими чувствами на эту тему.
Я была удивлена. Разумеется, его клятвы не убедили меня ни на грош, но я была уверена, что он не лгал и не собирался это делать в будущем. Умалчивать, преподносить информацию с нужной стороны, акцентировать внимание не на тех нюансах — это пожалуйста, но примитивно лгать — нет. До такого Аваллак’х ни за что не опустится. Но зачем ему тогда отрезать себе пути маневрирования такими клятвами? Он сам себя заставляет играть по честным правилам. Чтобы обыграть меня на моем же поле?
