Конфетно-букетный

Иногда хочется, чтобы некоторые времена никогда не кончались. Сокджин валяется в постели и листает галерею месячной давности, где сохранял каждый подаренный Намджуном букет или сделанный сюрприз. Ванну со свечками по периметру, надпись мелками на асфальте о вечной любви, дорожку засосов от шеи к ребрам, романтический ужин, подобранный специально для старшего плейлист. У Сокджина щемит где-то в груди от этих фотографий, потому что прошел уже месяц, как ничего подобного он не получает. И ладно бы Намджун куда-то делся, нет, вот он — спокойно лежит рядом, читая книгу, но что-то в их отношениях изменилось. И Ким скучает по тому парню, с которым начал отношения. Когда Сокджин пытается поговорить об этом с Намджуном, тот немного виновато улыбается и объясняет, что конфетно-букетный период прошел. А старший смотрит на него такими глазами, будто его только что предали. Конфетно-букетный период? С этого дня парень ненавидит это обозначение, да и период тоже ненавидит в той же мере, что и скучает по нему. Значит, это все был обман, короткая сценка, чтобы заманить Сокджина, чтобы привязать его, чтобы показать, как может быть хорошо, а потом…а что потом? Намджун целует в губы коротко, откладывает книгу и встает с постели. Он одевается, особо на старшего не смотря, и открывает балконную дверь, чтобы впустить в комнату побольше свежего воздуха. Старший обиженно прикусывает губу, но молчит и даже не поднимает взгляд, потому что, раз Намджун решил стать куском камня, то Сокджин последует его примеру. Он вроде понимает, что его парень просто стал собой. Вот такой он в повседневной жизни, вот так он проживает каждый день, в котором на удовлетворение романтических потребностей нет ни желания, ни времени. А Джин все еще чувствует себя обманутым. Получает очередной поцелуй, но теперь в щеку, что еще хуже, а после слышит заученное «я люблю тебя, милый». Ага, как же, любит. — И я тебя люблю, — отвечает Сокджин, потому что разбираться просто не хочет. Потому что будет выглядеть глупым. Потому что у всех так. Конфетно-букетный период заканчивается, начинается обычная жизнь, в которой нет места ношению на руках, долгим разговорам, купанию в фонтане или банальному свиданию в кафе. Сокджин не согласен. Сокджин не хочет, как все, он не понимает, почему это должно заканчиваться, если обоих парней то время делало такими счастливыми? Не понимает, почему все так устроено, и почему Намджун соглашается играть по этим правилам, больше не заваливая комплиментами и слабо реагируя на приятные слова в свой адрес. Сокджин не понимает своего парня, а тому сложно сообразить, почему старший как-то погрустнел в последнее время. Выглядеть дураком перед Намджуном не хочется, поэтому парень отрицает свое настроение, спихивает на что-то другое и молча стыдиться желания снова быть поднятым на руки и зацелованным. Потому что, если Намджун это делает, искренним он не выглядит. Да, он выглядит собой, самим собой, тем самым, настоящим. А Сокджина жестоко обманули, потому что он-то раскрылся с самого начала. Он с самого начала был нежным и готовым совершать поступки, он знал, что будет делать это на протяжении всех отношений, а не только в первые два месяца. Он-то никого обманывать не собирался. А его обманули. — Хорошего дня, милый, — Намджун уходит на работу и чмокает Сокджина в лоб, а тому хочется совсем другого. — Может опоздаешь ненадолго? — ласково спрашивает он и обвивает шею младшего, просяще заглядывая в глаза. — Ты знаешь, что так нельзя, — Ким не ждет, пока старший его отпустит, а самостоятельно снимает руки со своей шеи, а у того, честное слово, разбивается сердце. — Окей, — сухим голосом отвечает Сокджин. — Что-то не так? — Намджун будто не замечает своего поведения или считает его абсолютно нормальным, но как же он, черт возьми, не прав. — Ничего, — старший отворачивается и уходит на кухню, чтобы разбавленным молоком кофе успокоил ноющее сердце. — Иди работай. Ким топчется в коридоре, пока не решаясь выйти. Он смотрит на Сокджина в ожидании более правдоподобного ответа, чем это «ничего», а после кивает и уходит. Когда закрывается дверь, старший оседает на пол и зарывается пальцами в волосы. Да, Джин бы с радостью обвинил во всем Намджуна, который совсем его забросил, стал практически безэмоциональным сухарем, утратившим и сексуальный, и романтический интерес к своему партнеру. А Сокджин привязался так сильно, что хоть плачь. Сокджин больше не чувствует себя любимым.