Яровен. День Сурка?

Глава 6 Несмотря на то, что неделя упорных попыток пробиться на восток прошла практически в пустую, возвращение на исходную позицию не стало для меня поводом для депрессии. Возможно, причина заключалась в том, что на этот раз моя смерть была осознанным выбором, а не нелепой случайностью. Ну а что более вероятно, так это то она была более безболезненной, чем остальные. В любом случае, опускать руки я даже не собирался, тут же начав подготовку к очередному походу. Осталось последнее направление, которое, как я чувствовал, должно было наконец вывести меня из этого проклятого места. Прыжок вниз ласточкой, секунды свободного полета - и я погружаюсь в немного холодноватую воду практически без единого всплеска. Техника прыжков с высоты отработана на совесть сотнями повторений. Вылез на берег. Просушил одежду, подготовил оружие из давно облюбованной ветки и пряжки ремня. Немного времени на сбор ягод и грибов, благо находились они на все тех же местах, где и раньше. Затем ловля рыбы и ее готовка. Этот ритуал стал настолько привычен, что тело действовало практически на автомате. Спустя несколько часов я был полностью готов начать поход на запад. Милый лес, добрый лес! Полон сказок и чудес… Насвистывая прилипчивый мотив, я довольно быстро продвигался сквозь деревья и кустарники. Шел практически без передышек, стремясь охватить за световой день как можно большее расстояние. По пути собирал «поганки» ну и другие полезные дары леса. На этот раз ночевка была оборудована по всем правилам безопасности. Два костра, отгоняющие возможных хищников. По периметру установил маленький заборчик из сухих веток, которые должны были предупредить, если все же кто захочет зайти на огонек. На дереве спать я пока что не собирался, да и тех на которых можно было удобно расположиться пока что не наблюдалось. Растения в основном были довольно молодые. Эта картина ожидаемо изменилась, стоило отдалиться от горы на порядочное расстояние. Однако знакомых мне «кипарисов» заменили сначала небольшие, затем все более огромные фикусы, увитые корнями. Вроде бы фикусы, как уже было упомянуто, в ботанике я не был особо силен. Причем под конец второго дня, по ощущениям, температура воздуха ощутимо так поднялась. Что было достаточно странно, так как я не успел настолько далеко уйти, чтобы климат настолько поменялся. Впрочем, после драконов, стай огромных пауков и троллей удивляться не было смысла. Осталось только принять к сведению и как-то приспосабливаться. Догнавшую меня грозу встречал с некоторым облегчением, так как за два дня успел израсходовать практически всю воду. Такое ощущение, что я оказался прямиком в тропиках. На что явно так намекали появляющиеся пока в небольшом количестве папоротники и лианы. Несмотря на ливень, мне все же удалось запалить небольшой костерок под широкой кроной одного из деревьев. Сил на что-то большее уже не оставалось, так что плюнув на безопасность улегся прямо так. Утро принесло духоту от активно испарявшейся влаги, но в целом было терпимо, так что быстро позавтракав остатками рыбы я вновь двинулся вперед. Вновь начали появляться животные. Помимо уже знакомых пищух изредка пролетали с дерева на дерево разнообразные птицы с яркой окраской. Из знакомых мне я сумел разглядеть только похожих на трясогузки. Остальные так и остались неузнанными. С моим появлением, птицы чаще всего разлетались в стороны, так что опознать еще кого-нибудь я так и не смог. Также мое внимание привлекли дневные бабочки. Ярко окрашенные с металлическим отблеском и сложным, разнообразным рисунком— голубые и зеленые, синие и великолепные красные, шелковисто желтые и бархатисто-черные, всех форм и размеров, они гроздьями облепляли редкие цветы. Впрочем, цветов стало также гораздо больше. В основном на лианах и в папоротнике. Их дивный запах в начале приносил позитивные эмоции, затем конечно несколько приелся. К моему удивлению, с каждым пройденным километром я все больше погружался в мир диких джунглей. И это несколько тревожило, так, как и обычный лес таил в себе тысячу и один способ умереть не самой приятной смертью, а уж здесь количество возможных опасностей возрастало по экспоненте. Змеи, ядовитые насекомые, дикие хищники – все это заставляло не только восхищаться красотой дикой природы, но и глядеть в оба. Впрочем, помимо опасностей, я нашел для себя и приятные моменты. Во время очередного привала, на импровизированном вертеле запекалось жаркое из пары больших ящериц, которых мне удалось добыть с помощью копья. Причем если птицы в основе своей пугались прямоходящей обезьяны, то эти наглые создания не обращали на меня внимания до самого последнего момента, греясь на поваленном стволе одного из деревьев. Долгожданное разнообразие моего скудного рациона подняло настроение до заоблачных высот… и чуть не стало причиной не самой приятной смерти. На минуту ослабив внимание, я чуть не упустил из виду, когда под ноги мне заползла небольшая змея, видимо привлеченная теплом исходящим от костра. Оранжевая, с черными пятнами, сразу навела подозрение о своей явно не безобидной природе. К счастью, сумел вовремя сориентироваться и отбросить опасную тварь древком копья. Привал пришлось быстро сворачивать, однако вкус жаренного мяса все равно приятно оттягивал желудок. По пути заметил, что живности стало еще больше. К уже упомянутым добавились разного рода насекомые. Начиная от обычных, несколько больших своих обычных собратьев, муравьев, заканчивая мерзкого вида сколопендр размером с ладонь. Для ночлега такое себе соседство, так что после небольшой мозговой активности было принято решение соорудить нечто вроде гамака. Благо лианы, сплетенные вместе, спокойно выдерживали мою тушку. Особенно если учитывать, что после трех дней диеты, а также обильного потовыделения, вещи стали сидеть гораздо свободнее. Костер развести пробовал, но после того как на огонек слетелись крупные мотыльки, так и норовящие облепить мне лицо, от него пришлось отказаться. Сигналки как мог я расставил, и под аккомпанемент сверчков, хруста и шума ночных джунглей забылся тревожным сном. Новый день – новые проблемы. Во сне умудрился грохнуться с гамака и немного поранил руку. Небольшая царапина, но спустя несколько часов она уже успела загноиться. Влажность в джунглях царила запредельная. Кроме того, после нескольких дней похода одежда стала нестерпимо вонять, так что встреченный мной ручей был принят как благословление свыше. Там я вдоволь напился, постирал вещи, скрипя зубами помылся в ледяной воде и в целом почувствовал себя человеком. Затем вскрыл рану заточенным ключом, и попробовал промыть. По ощущениям, вместе с нездорово выглядевшим гноем вода унесла и немало крови. Симулятор из половинки плода «сакуры» позволил продолжить движение до вечера, но как только я закончил плести гамак, тут же провалился в сон без сновидений. На следующий день меня не слабо так лихорадило, ночью меня то ли искусали, то ли это была одна из форм аллергии, но по всему телу высыпала сыпь. Слабость была неимоверная, однако оставаться на одном месте все же было не лучшим решением. Так что снова в дорогу. Прошел где-то половину своей нормы и снова вырубился. Сил хватило лишь на то, чтобы заползти в развилку одного из гигантов. На утро стало получше, особенно после завтрака из нескольких ящериц и оставшихся ягод. К слову ягод, фруктов и прочих плодов тут было вполне достаточно. Только вот проверять их на съедобность не хотелось от слова совсем. На этот раз я был твердо намерен дойти хоть до какого нибудь итога. Желательно выбраться наконец из зеленого ада. От мысли, что придется вновь километр за километром преодолевать проклятые заросли становилось тошно. Тело все еще ощущало слабость, но двигался я уже вполне себе бодро. Тем более, что местность начала идти немного под уклон. Забравшись на наиболее старый фикус и обозрел открывающийся вид, сердце вдруг забилось чаще. Лес действительно шел под уклон, и где-то впереди, на границе видимости джунгли явно начинали редеть. Еще немного, и я выберусь. Осталось только дожить до этого момента. Ноги сами несли меня вперед. Ожидание скорой развязки грело душу, однако я и не думал снижать бдительность. Было бы очень глупо умереть уже практически у цели. Так что двигался я быстро, но аккуратно. Пуще прежнего вглядываясь сквозь заросли. Это меня и спасло. Шум, явно выделяющийся из постоянного фонового звука диких джунглей заставил меня мгновенно насторожиться. Пуще прежнего моя паранойя взвыла благим матом, когда впереди стаями начали разлетаться птицы. Я очутился на ближайшем дереве в рекордные для себя сроки, как кошка, взлетев по морщинистой коре, затаившись в густой кроне. И не зря. Уже через пару мгновений папоротник разлетелся на куски, сметенный многотонной тушей огромного кабана, размерами превышающего добрый внедорожник. Не справившись с инерцией тот влетел в стоящее рядом дерево, повалив то на землю. И, за одно, перемолов в кровавое месиво уцепившегося в его морду кошака. - Знакомые лица, - подумалось мне, в то время как глаза жадно вглядывались в разгорающееся представление. Следом за кабаном на поляну выскочило еще несколько представителей семейства кошачьих. Знакомые, по последней попытке сплавиться вниз, гривастые кошки зажимали огромного зверя в тиски. Причем многие из них выглядели достаточно потрепано. Один из хищников подволакивал лапу. Другой щеголял порванным боком, из которого на траву медленно сочилась кровь. Еще один был волочил за собой явно поврежденный хвост. Но их было явное большинство. Семь… нет, уже восемь кошек с длинными клыками медленно окружали свою добычу. Правда, несмотря на свои размеры, животные сильно уступали хряку. Выглядело это так, словно бы стая дворовых барсиков решили загнать крупного мастифа. Но и кабан не остался без повреждений. Даже на вид крепкая шкура его была взмылена от пота. Короткие жесткие волосы были покрыты кровью из многочисленных порезов. Морда зверя так же была исполосована царапинами, особенно их много было в районе глаз. Впрочем, черные подслеповатые глазки были полны ненависти, а острые, загнутые вверх клыки были обагрены кровью врага. Первыми затянувшуюся паузу нарушили гривастые. Самый первый из них с грозным шипением запрыгнул на бок зверя, стремясь добраться до нежного мяса… лишь чтобы бесславно погибнуть, погребенный огромной тушей. Кабан опустился на него всем своим весом, катком переехав смельчака, перекатившись через него без шансов на выживание. Однако и кошки не стояли на месте. Стоило кабану подняться на лапы, как того тут же облепила шипяще-рычащая свора. Издав пронзительный визг, секач стремительно набрал разбег, обтесав одного из гривастых об уже поваленный ствол, затем снова нырнул в джунгли, проламывая своей тушей широкую просеку. Я же лежал на теплом стволе, боясь пошевелиться и выдохнул только тогда, когда звуки борьбы не стихли где-то вдали, похороненные под зеленым массивом. Следовало убираться отсюда, причем немедленно. С этими мыслями я проскользил по стволу вниз, и уже собрался уходить, как: - Мр-яя-мм-ф-ф… - только я слез позади раздался знакомый до боли звук. Схватив копье, я развернулся… но увидел лишь не до конца раздавленного кошака. Тот полз в мою сторону на передних лапах. Его нехило так приложило о дерево, но зверь бы все еще жив, с ненавистью смотря на меня желтыми глазами. Стоило мне приблизиться, то сделал неожиданно быстрый рывок – для того чтобы насадиться пастью на копье. Пара секунд конвульсий и зверь мертв на этот раз окончательно. Казалось бы, я должен был чувствовать удовлетворение от убийства ненавистного животного, но его так и не было. Наверно, потому как тот и так был считай мертвецом. С моей стороны это было больше актом милосердия. Впрочем, раздумывать над этим я не стал, а шустро двинулся в сторону противоположную дерущимся не на жизнь животным. К счастью она совпадала с изначальным моим направлением. Да и идти сквозь буквально прорубленную кабаном просеку было гораздо легче. Спустя некоторое время я обнаружил еще два трупа неудавшихся охотников, а после просека свернула несколько не туда, куда нужно, так что я с сожалением свернул с нее, вновь углубившись в заросли. Главное, что до вечера я ни на кого так и не наткнулся, что меня несказанно радовало. Ночевал я вновь в гамаке, правда расположил его повыше на деревьях. Встреча с давними знакомыми сильно действовала на нервы. Однако помимо сигнальных палочек обезопасить себя я никак не мог. Еще лиану натянул по периметру. Вряд ли конечно поможет. Кошки все-таки не волки – по деревьям лазают хорошо. Даже такие крупные. Но ночью меня так никто и не потревожил. Возможно, что гривастые забрели не совсем на свою территорию в поисках пропитания. Что как я думал было не далеко от истины. Меня и тогда мучал вопрос, чем такая орава питается, помимо мелких зверьков. Видимо джунгли начинаются немного западней реки, просто основное место обитания хищных кошек это береговая линия. А так как я ушел намного западнее, тут их не так много. Или нет. Тут уж не узнаешь, да и не слишком хочется если честно. Самое главное, так это то, что наконец, после еще двух дней упорных скитаний по джунглям я наконец почувствовал, как начинает редеть лес. Видимо от высокой влажности поднялся небольшой туман, сократив и так невелики обзор вдаль. Но судя по тому, что деревьев становилось все меньше и меньше, скоро я должен был достигнуть края. Последние километры пути прошел чуть ли не в припрыжку, немного проваливаясь в ставший чуть мягче грунт. Но в какой-то момент джунгли просто кончились, и сквозь развеявшийся от порыва ветра туман я увидел… - Болото?!!! Да вы б$(*@ть издеваетесь!!!!! – беззвучно сполз я на поваленное дерево. Передо мной зеленым ковром на все обозримое пространство раскинулось огромное вонючее болото.