Принять свою судьбу

Её величество королева Гемма встревоженно ожидала короля в его апартаментах. - Как себя чувствует Эльстед? – спросила она тут же, как только его величество появился на пороге. - У моего сына железный организм. Он, безусловно, скоро выздоровеет, – ответил Тайрон немного отчуждённо. - Могу я его навестить? - Пока не стоит. Король упорно избегал смотреть на свою жену. - Ваше величество, я… - Не оправдывайтесь, – устало сказал Тайрон. – Мой ребёнок едва не погиб… Зачем вам всё это было нужно, королева, зачем? - Тайрон!.. - Только не говорите мне, что любите его! – перебил Гемму король. – Это всего лишь слова! Вы… слишком бездушны для того, чтобы любить! - А вы?! – возмущённо воскликнула королева. – Едва не убили собственного сына! - Да… правда… – упавшим голосом мрачно ответил Тайрон на этот выпад. – Я упрекаю вас напрасно – мы стоим друг друга: оба – мертвее мёртвого… С этими словами король отошёл к окну, где, прижавшись лбом к стеклу, долго смотрел куда-то вдаль… Повисла тяжёлая пауза. Наконец Тайрон обернулся: - Впрочем, у меня есть одно оправдание, Гемма, – я любил вас… Но, натыкался лишь на пустоту и холод… Вы равнодушны ко мне. - Как же могло быть иначе, ваше величество, – грустно возразила королева. – Если вы спрятаны от меня словно за семью замками… Вы – закрытый, безжалостный, жестокий человек, для которого имеет значение только власть! Вы пугаете меня, Тайрон! Король посмотрел на её величество так, словно видел в первый раз, потом стремительно подошёл к ней и обнял, заглядывая в глаза: - Милая, – его голос, казалось, шёл прямо из сердца. – Неужели вы не видите, как я вас люблю?! Может быть, государственные дела иногда и встают между нами… - Иногда! – горько воскликнула королева. - Но это неизбежно! Я не принадлежу сам себе… - Вы – король, – спокойно подтвердила Гемма. – Я знаю. - Когда дело касается вас, я – только человек… который вас любит, к сожалению, безответно… - Король, вы никогда меня не понимали и не пытались понять… В глубине души мы с вами просто чужие друг другу, вот в чём дело… - А с Эльстедом было иначе? – холодно спросил Тайрон. – Я не упрекаю, Гемма, лишь хочу знать, что вдруг с вами произошло, всегда такой бесстрастной и рассудительной? Объясните мне… Король, не размыкая своих рук, ждал ответа. Королева решилась: - Я никогда не страдала излишней романтичностью, ваше величество, – медленно проговорила она. – Но, если вам так угодно, вот: это, как если бы вдруг солнце взошло… - Солнце взошло? – Тайрон был уязвлён и не смог удержаться от колкости. – Ничего не скажешь, подходящее сравнение! Ваше солнце – слёзы сейчас льёт, и выглядит далеко не лучшим образом! - Бедный мальчик!.. – вырвалось у Геммы. - Об этом нужно было думать раньше! - Я хочу его видеть!.. - Я уже сказал: не сейчас! – в голосе короля появились непреклонные металлические нотки – королева поняла, что все её дальнейшие просьбы останутся безрезультатными. - Но почему? - Ах, будьте милосердны, дорогая, Эльстед едва жив. Ранение всё же очень серьёзно. Ему нужен только покой, – Тайрон направился к бару, достал бутылку своего любимого бренди, налил, выпил… Взгляд его слегка затуманился. - Почему вы скрывали, что у вас есть сын? – задумчиво спросила Гемма, усаживаясь в кресло напротив. - Во имя спокойствия в нашем государстве, – король вздохнул. – Более того, я хочу сохранить эту тайну и впредь, и вас попрошу сделать то же самое… Видите ли… мальчика могут использовать в своих интересах люди, недовольные моей политикой, жаждущие перемены власти, а таких, я знаю, найдётся немало, особенно в последнее время… Ах, как всё очень нестабильно! Был бы повод… – король нацелился на вторую порцию спиртного… - Как-никак, – продолжал он, – наследник династии Амарантин имеет всяко больше прав на королевский трон, чем его отец, даже, несмотря на то, что я завоевал престол собственноручно. Я не хочу оказаться в двусмысленном положении. И потом, вы знаете все эти древние легенды о династии, к которой принадлежит мой сын – родоначальником её, как известно, явилось ослепительное и непостижимое Хтоническое божество: вокруг Эльстеда, как прямого потомка сего божества, и наследника всей его чудотворной силы – мгновенно поднимется совершенно нежелательный ажиотаж, последствия которого я боюсь даже представить… - Потомок божества? Наследник чудотворной силы? – переспросила Гемма. – Тайрон, я прекрасно знакома с историей религии древнего континента, но… вы это серьёзно?!. - Более чем, – хладнокровно отвечал король. - В чём же выражается эта чудотворная сила в наше время? – грустно продолжала королева. – Почему она не спасла Эльстеда от удара шпаги? - От удара шпаги – не спасла, – подтвердил Тайрон, – он всё же – полукровка… Спасла – от неизбежной смерти. - Что вы хотите этим сказать? - То, что слышали: клинок угодил прямо в сердце! Насквозь. Я же предупреждал вас, что хорошо целился!.. - Неудачная шутка, Тайрон! – недоверчиво воскликнула Гемма, тем не менее, сильно побледнев. - Какие могут быть шутки, – возразил король с затаённой грустью. - Но, тогда… Эльстед должен быть, скорее… мёртв?!. - Тем не менее, он, безусловно, скорее – жив! – передразнил королеву его величество. – Такова непостижимая сила божества! - Невероятно!.. - Я тоже не верил, а зря! Как видите, в старинных легендах содержится немалая доля истины. А тут ещё манускрипт-откровение подливает масла в огонь: «…И юноша с сияющими глазами назовётся Царём Царей… И поклонятся ему все волшебные народы Вселенной… И правление его принесёт на усталую землю золотой век… И мир станет хорошим и добрым, исполненным счастья, благоденствия и покоя…» – процитировал король на память «Священные Строки». Гемма слушала очень внимательно. - У них у всех, представителей этой династии, глаза сияли каким-то нечеловеческим блеском, – добавил Тайрон. – Вы заметили, наверное, какой у Эльстеда бывает иногда нестерпимый взгляд: и слепит, и влечёт, и – пугает… - Нестерпимый? – задумчиво молвила королева. – Слепящий? Не знаю… Обворожительный, наверное… чарующий – может быть… - Ну, это он на вас так смотрел, ему вас обаять нужно было, – сварливо проворчал Тайрон. – А вообще… Ах, ладно, мы отвлеклись от политики… Так вот, насчёт золотого века, счастья и свободы – не знаю, но могу сказать наверняка, что живой наследник династии Амарантин, в первую очередь станет великолепным поводом для начала государственного переворота и кровавейшей гражданской войны, которая охватит весь континент! А у нас и без того на Востоке – весьма напряжённая обстановка. И… я не хочу ещё более глобальных проблем. Вы понимаете? Король замолчал, обдумывая сказанное. - Понимаю, – ответила Гемма. - Последствия могут быть самыми непредсказуемыми. Эльстеду я только что всё рассказал, и, наверное, зря, – добавил его величество, опрокидывая третью рюмку вина. - У вас очень хороший сын, Тайрон, – немного поколебавшись, сказала королева. – Он не злоупотребит вашим доверием. Последняя фраза прозвучала несколько двусмысленно, однако, его величество, казалось, не заметил этого, или – не пожелал заметить. - Надеюсь на это, – проговорил Тайрон, и по смягчившемуся выражению его лица королева поняла, что она и Эльстед – прощены.