Запах хвои и дешëвого табака.

Простояв в крепких объятиях около двух минут, Рома решил, что пора действовать. Робко подняв подбородок Антона тонкими, холодными пальцами, будто боясь спугнуть, наклонился к лицу Петрова: -Антошка, можно поцеловать? -Слетело с губ темноволосого с немного неуверенной интонацией. Тоша немного опешил от такой просьбы. Он вновь залился краской, опустив свой взгляд. Вопреки ожиданиям Ромы, светловолосый решил–ответ будет положительный, но по-издевательски Антон медлил, не давая разрешение. Терпение Пятифана скоро положит конец раздумиям Тоши, и оба это прекрасно понимали. Петров, облачëнный томным вопросительным взглядом, мягко кивнул, давая согласие. Казалось, будто они находятся в состоянии аффекта. Не замечая ни холода, ни лëгкого покалывания на губах. Антон понимал, в любой момент его могут увидеть родители или Оля. Это придавало ему больше адреналина и страсти. Его уже не пугали кривые ветви деревьев, напоминавшие когти. Не пугала атмосфера угрюмого, темного леса. Лишь пробивала мелкая дрожь – сердце будто выскочит из груди. Рома бесцеремонно прикоснулся к губам Тоши, зарылся рукой в его шелковистые светлые волосы. Антон зажмурился, положив онемевшие руки на плечи возлюбленного, робко отвечая на поцелуй. В голове Ромы произошëл небольшой взрыв. Он тысячу раз представлял этот момент; условия, вариации поведения Антона, но все оказалось куда лучше. Перед глазами плясали звезды. Светловолосый же был в лëгком шоке от нежности Пятифана, кто же знал, что темноволосый на самом деле очень заботливый и робкий в плане романтики?.. Антон точно понял, что на вкус ромины поцелуи чувствуются как послевкусие сигарет и леденцов. Но как упоминалось ранее, запах табака не отталкивал, а наоборот начал вызывать только приятные воспоминания. Рома углубил поцелуй, терзая мягкие, искусанные от волнения губы, заставляя Антона покинуть поток мыслей. Разорвав тесный контакт от нехватки воздуха, Пятифан установил зрительный контакт. Немного отдышавшись подал голос: -Понравилось? -Не знаю. -Хотя он знал. Конечно ему понравилось, просто вся уверенность Антона испарилась в одно мгновение. Это даже выглядело забавно: раскрасневшийся Петров смотрел на Рому щенячьими глазами, прося продолжения. Пятифан понимал, что с них потрясений на сегодня достаточно: -Хорошо, я тебя понял, но в следующий раз этот взгляд не прокатит. -Легко коснулся губ Антона на прощание, это даже и поцелуем было трудно назвать. А того будто током пробило. Посмотрев на часы понял: 21:46 – никуда Рома не пойдëт. -Ром, останься на ночь у меня, уже поздно, родители не будут против. -Хорошо.. Но у меня условие. -Какое же? -Спрашивал Антон, ожидая просьб о домашке, как обычно. Но сегодня был далеко не обычный день. -Поспи со мной в одной кровати. -Немного приказным тоном произнëс Пятифан. Антон сотый раз за вечер залился румянцем. -Ладно... Мальчики зашли в дом, Рома поздоровался со всей семьëй, более чем доброжелательно, вызвав такими действиями улыбку на лице Тоши. Оба поднялись в комнату, забыв про домашнее задание, что было совсем не свойственно Петрову, и завалились спать. Как Антон и обещал – вместе на одной кровати. Рома положил одну руку под голову парня, другой обнял его за талию. Светловолосый то и дело, краснел весь день, Пятифана это забавляло и он пытался убедить Антона, что это очень даже мило. Оба чувствовали тепло и нежность, обоим это было необходимо, оба были наконец счастливы. 23:14. Они уснули в тëплых объятиях, не волнуясь о предстоящем дне, несделанной домашке и осуждениям со стороны.