Апрель
30 мая 2021 г., 01:54
После
Ты откроешь глаза и снова окажешься за столом, где четверо сидят в масках. Ты сможешь дать ответ, Сприн? Нет, ты будешь сидеть молча. Твой ответ станет решающим, так что хорошенько все обдумай. Какие эмоции у тебя вызвало это путешествие? Может быть, научило чему-то? Постепенно ты поймешь, что к чему, но наберись сперва терпения. — Ладушки, ну и как можно изменить мир? — спросит Саммер. — А на кой ляд его менять? — скажет Отем и перейдет на шепот. — Ты пробовал снять эту маску? У меня одного она намертво села? А еще эти напитки — что мы вообще выпили? Странно все это. А ты, кстати, хорошо текст выучил. — Обомлеть можно. Ты о чем? Я импровизирую, не ломай игру. — Игру? Подожди. Ты же сейчас не про актерскую? Я на пробы пришел. «Сезоны реальности», театральная постановка. — Быть не может. — Саммер протянет флаер «Сезоны реальности: камерная ролевая игра. Выбери свой сезон и измени направление времени для всех людей на планете». — Посмотри на этих двоих хорошенько. Сюда глянь. — Отем укажет на босые ноги в тапках. — Пациенты это. Это не мы ошиблись, а нас по адресу привели. Да уж, затея века была сюда припереться. Отем швырнет сценарий под ноги Саммера. Ты думаешь об этом мире. Вспоминаешь все плохое и все хорошее. Пытаешься понять, были ли люди, которые хоть что-то изменили, представляешь себе утопию. Идеальное место для всех.Между
Тебе тесно. Да, я знаю, тут темно, и ты пока мало что понимаешь, но так нужно, поверь. Посмотри в зеркало, ты видишь себя? Чье это лицо? Ты скажешь мне, кто ты? Тогда Мистик продолжит читать с твоего позволения. Слышишь, как шелестят страницы? Приятный звук. Уютный. И еще немного слов про мое любимое время года. Весна стирает грань между временем. Она обостряет чувства, заставляет искать любовь и сводит с ума без нее. Хрустальные капли, осыпавшись с небесной люстры, очистят стеклянной рекою землю. И, всмотревшись в поток, мы увидим новых себя в отражении.До
Усатое лицо снова всматривалось в тебя. Оно было совсем близко, и ты замечала каждую морщинку и складку. Большие щеки, острый подбородок и нос, как клюв колибри. Оно отдалилось и оказалось за высокими прутьями ограды. Мужчина ждал зеленого света, чтобы перейти дорогу. Но в глазах все расплывалось, как будто туман окутал разум. Ты почувствовала, что твои руки дрожат и волосы промокли: с них стекала вода. Ты повернулась в другую сторону и увидела кучу детей. Многие даже выше тебя. А перед тобой на земле лежал мальчишка и хныкал. Из его носа текла кровь. Ты увидела на своих ладошках багряные капли. — Дуреха Эйприл ударила Вову! Но как же так? Ты не помнишь, что ударила его. Они обзывались, Вова облил тебя холодной водой, а потом ты повернулась к этому усатому дядьке, и Вова уже на земле. Опять разыгрывают! Издеваются над тобой! Ну, разве ты виновата, что родилась первого апреля? Разве ты виновата, что тебе дали это глупое имя? Что мама постоянно пила, и тебя забрали и притащили сюда? — Хватайте ее! — скомандовал Вова. — Дуреха Эйприл! Дуреха Эйприл! — прокричал детский хор и кинулся за тобой. Ты сорвалась с места и побежала вдоль ограды. Шевели ногами, ты всегда была самой быстрой. Один из мальчишек почти настиг тебя, и ты свернула к дереву. — Ну и где же твои черепашки, Эйприл?! — донеслось из-за спины. Перед самым стволом ты затормозила и упала на спину. Парнишка замешкался. Ты схватила преследователя за ногу и укусила. Он закричал. Ты вскочила, дернула его за волосы и столкнула на землю. Остальная толпа сократила разрыв. Опять к ограде. Слишком высокая, ты боялась задрать голову. Ты заметила погнутые прутья. Давай! Ты худенькая — пролезешь. Ты влетела в прутья и ударилась коленкой, но проскочила. Штанина порвалась, и на коже нарисовалась ссадина. Жжется, как крапива. Жаль, ее еще нет. Ух, и получили бы они у тебя! Тебе нужно отдышаться, а им решить, кто самый худой. Ты плюхнулась на землю и стерла пот с лица. — Эй, Пендра! Лезь за ней! — сказал Вова Мальчишки прозвали его так за то, что он однажды съел сколопендру и уважали за это. Девчонки им интересовались, пока он не начинал им жуков подкладывать. Хотя так он проявлял внимание только к самым красивым. — А чего я-то? — У тебя голова маленькая. — Сам дурак. — Ничего ты не знаешь, Пендрыч. У кошек если голова пролезет, то и вся кошка тоже. — Я же не кошка. Да и голову суну, а она меня за нос тяпнет. Часть ребятни убежала. Скорее всего, пошли в обход, а оставшиеся принялись подсаживать друг друга наверх. Один спрыгнул к тебе и подвернул ногу. Он скорчился и взвыл. Так ему и надо. Разбитая коленка не переставала ныть. Хромая, ты свернула за угол трансформаторной будки. Ты оглянулась и увидела, как в твою сторону за толпой сверстников шел и усатый дядька. Тебе тяжело двигаться дальше. Каждый шаг подкашивал подбитую ногу. Ты увидела большой белый фургон и залезла под него. Водитель в нем сидел с закрытыми глазами и слушал радио. — Знаете, у меня была агорафобия, и даже путь до больницы стал тяжелым испытанием. Он лежал без движений и только моргал. Он ничего не говорил, и казалось, даже не слушал меня, когда я рассказывал о своей проблеме. Но как только я закончил, то уловил его пристальный взгляд, и у меня появилась мысль в голове… Нет. Ты не вслушивалась в радио. Не все ли равно, что там говорили? Тебе не нужно это знать. За тобой гнались. Ты тряслась от страха и думала только о том, чтобы тебя не нашли. Ты тут же забыла об услышанном. Пахло выхлопными газами. Асфальт пестрил дырами, которые наверняка были старше тебя. В них образовались лужи с плавающими, как фрегаты, мусором. Этот маленький мир жил своей жизнью. Ветер гонял корабли от берега к берегу, и если присмотреться, то можно было увидеть, как быстроходный пакет с чипсами брал на абордаж смятую бутылку. Раздался топот, и площадку заполонили дети. Они рыскали, заглядывая за каждый угол. Ты задержала дыхание и представила себя тенью. Ты всего лишь тень фургона, которая им не нужна. Кто-то дернул тебя за ногу. Ты закричала, и все кинулись сюда. Тебе заткнули рот и окружили. Гримасы на их лицах были злее, чем у самых жестоких взрослых. — Тащите ее обратно, только пошли кругом обойдем, а то тот мужик усатый какой-то подозрительный, — сказал Вова. — А может, хватит уже? У нее же день рождения все-таки. — Пендра достал цветастый сверток с красным бантиком. — Вот, держи, во дворе откроешь. Все почему-то заулыбались. Твое сердце ускорилось, не так, как при погоне, а иначе, для тебя этот ритм в новинку. Пендра гнался за тобой вместе со всеми, но если подумать, то он отказался лезть между прутьев и вообще только пару раз пошутил про белую спину. И без злости, не как остальные. После Вовы он был первым по важности мальчиком и вполне мог переубедить остальных, пока ты пряталась под машиной. Ты стояла во дворе в окружении ребят, они ждали, пока ты откроешь подарок. Ты улыбалась. Впервые за много дней. Тонкими пальчиками потянула ленту, ты развернула бумагу и открыла коробку. Из коробки выпрыгнула саранча. Ты взвизгнула и опрокинула коробку на себя, оттуда посыпались черви и жуки. Ты стряхнула саранчу с головы, но под майкой извивались насекомые. Из глаз потекли слезы. Ты скинула куртку и дергалась, колотя по себе кулаками. Все вокруг хохотали, и Пендра смеялся громче всех. — Смотрите! Дуреха Эйприл танцует с червями! Склизкие твари скользили по коже, щекотали мелкими лапами и усами. С живота перебегали на плечи, а оттуда на спину. Прочь! Мерзость! — А ну пошли прочь, недомерки малолетние! — рявкнул кто-то басом. Все разбежались. Ты обернулась и увидела заплывшими от слез глазами худой, как палочка от эскимо, силуэт с усами. Он сжимал мороженое в кулаке и грозился вслед сорванцам. Он схватил тебя за краешки майки и потряс ее с такой силой, что вся живность посыпалась на землю. — Чувствуешь еще кого? Ты покачала головой. — Вот и славно. Скоро мы поедем домой. Ты слышала этот голос впервые, но он показался тебе таким родным, как будто твой собственный, вышедший откуда-то из глубины, из другой жизни. Но о каком доме он говорил? Это место было твоим новым домом, но назвать так его ты не могла, а старый остался далеко в прошлом. Нет у тебя дома. Он обманщик. — Эти паразиты повели тебя другой дорогой? Да? Мне пришлось тебя поискать, Эйприл. Сейчас я решу все с документами, а ты пока сходи в медпункт, пусть коленку тебе залепят, да и мало ли, укусил кто. Сама дойдешь? Ты кивнула. Он протянул тебе мороженое и ушел. Ты выбросила эскимо. Вдруг там тоже жуки! Ты побежала прочь, и чем дальше ты оказывалась от интерната, тем нереальнее становилось все вокруг. Улицы рассыпались, их сдувал ветер. Ты в ужасе зажмурила глаза.
