А может быть у них там первая любовь?

      Валя, как котенок, потерся щечкой в ​​чужое плечо и смотрит в глаза, пока сидит на скамейке рядом с объектом своей влюбленности.       — Ты мне нравишься, — сказал он с такой уверенностью, будто констатировал неоспоримый факт.       — Я знаю.       Даня едва покраснел и отвернулся, не в состоянии придумать что-то еще, что он бы способен был сказать. Не привык.       Котик подождал еще несколько секунд, глядя на румяное ушко, после чего полез ближе к лицу. Вот-вот он окажется сидящим на коленях своего мальчика.       — А еще что надо сказать, м?       Даня смущается от неожиданно близкого физического контакта, хотя должен был уже привыкнуть к поведению своего друга.       То есть, бывшего друга.       Возможно, если бы они не начали встречаться, подобные прикосновения имели бы иное значение и воспринимались бы как шутка. Но после начала отношений что-то непрерывно меняется и заставляет Даню краснеть все больше, пока он поддерживает Валю руками, чтобы тот сел таки спокойно на колени. А Валя и не против лишнего внимания от этого человека.       — Так что?       — .. И ты тоже мне нравишься.       Едва Даня успел договорить, как Котик крепко обнял и, как солнышко, улыбнулся. Щурится, словно от собственных лучей.       — Нравишься-нравишься-нравишься!       В первые месяцы чувство любви такое яркое, что переходит в физическую энергию, которую надо куда-то деть. Для этого люди придумали объятия, не так ли?       Сильное чувство одного как делится на обоих. Даня обнимает в ответ и не сдерживает свою улыбку, потому что просто не может. И что-то такое теплое ощущается внутри, переходя от груди в живот и обратно.       "Нравишься" — подумал, когда провел рукой по голове и волосам Вали, чувствуя, как тот прижимается ближе.       Приятное слово. Будто только начинается что-то большое и очень важное. А может быть у них там первая любовь?