Помеченная Светом(Asteria)

Не прошло много времени, а я уже в другом году и с другим именем. — Астерия Эйвери, — сказала я, пробуя имя на вкус. Могу ли я называть себя Астерия Нотт? Ведь есть вероятность, что мистер Нотт мой отец. Однако, в голове крутились слова директора «Она держала это в секрете». Если бы я была дочерью Нотта, то зачем же такую новость нужно было скрывать? А это говорит о том, что я не его дочь. Возможно, мой отец был уже женат тогда, а мать была любовницей. Но, если верить словам Альбуса, моя мать была доброй и хорошей женщиной. Стала бы она спать с женатым? Только если по любви, но опять же, она была умна. Как всё сложно. В любом случае, моим отцом мог быть кто угодно. Остается только надеяться на какого-нибудь человека, который знает ответ на этот вопрос. — Заклинание незримого расширения — расширяет пространство внутри объекта, не изменяя его размеров снаружи, — прочитала я вслух. Ну, стоит попробовать. Я достала кожаный чёрный рюкзак и положила его на кровать. Что же, я без палочки и мне ещё не исполнилось одиннадцать лет, но попробовать стоит. Прочитав вслух пару раз заклинание, я вытянула руки перед рюкзаком и закрыла глаза. — Капациус экстремис. Я открыла глаза и посмотрела на рюкзак. Лежит также на постели, как и минуту назад. — Глупая, конечно же у тебя не получится. А сейчас я отправляюсь в Косую Аллею вместе с Хагридом. В тот же день, вечером я к нему зашла, хотела проверить Клыка, однако застала ещё и Хагрида. Тогда я и предложила ему составить мне компанию. Тем более, для меня это лучший вариант, ведь с профессором МакГонагалл далеко не уйдёшь. А мне очень многое хочется узнать, а для этого нужно сбежать от Хагрида, затем притвориться, что засмотрелась на метлу, а потом и вовсе потерялась. Но нужно было надеяться и вправду не потеряться. И вот я и Хагрид стоим перед гоблином, я отдала свой ключ, как только он попросил. Гоблин посмотрел на ключ, затем на меня и Хагрида. — За мной, — он куда-то пошёл, мы с великаном за ним. Мы сели в тележку и с ветерком поехали. Через какое-то время нас облили водой, отчего мне захотелось злиться, но мы ехали так быстро, что и сказать что-то было страшно. Ещё через пару минут, которые казались часами, мы остановились и вышли из тележки, направляясь за гоблином. Гоблин достал непонятные штуки и протянул каждому по одной. Сильно глагольствовать он не стал, да может и сказал что-то, но я прослушала его, заметив дракона. — О, Мерлин, — сказала я, с шоком смотря на живого дракона. Гоблин начал трясти штуку и медленно идти в сторону хранилища. Мы с Хагридом последовали его примеру. Когда миновали дракона, мы остановились перед моим хранилищем, как я поняла. Уже через минуту я стояла внутри и с открытым ртом смотрела на богатство. Тут было полно золотых монет, также золотые кубки, чаши, украшения, однако моё внимание привлекло письмо которое находилось прямо у меня под носом. Я взяла его первым делом, но открывать не спешила. Почему бы не сделать это в другом месте? Я открыла рюкзак и положила туда письмо, побольше монет — вдруг не хватит? Ещё немного серебряных и бронзовых. Затем огляделась и вроде бы всё, деньги взяла, значит можно идти. — Хагрид, думаешь, мне хватит? — спросила я у великана, когда мы уже доходили до лавочки мистера Олливандера. Рубеус хохотнул. — Конечно хватит! Запомни один галлеон — семнадцать сиклей, а один сикль — двадцать девять кнатов, — он ещё раз хохотнул, но затем закашлялся. — Ты, это. сходи пока к Олливандеру, а я это. скоро приду. Да! Я пожала плечами и зашла в лавку мистера Олливандера, который продавал палочки. Внутри было пусто и темно. — Здравствуйте? — сказала я в темноту. Через пару секунд из этой темноты вышел старичок. — Вы мистер Олливандер? Мне нужна палочка. Несколько секунд он смотрел на меня немым взглядом. — Мисс Эйвери, полагаю? — он улыбнулся и снова отправился в темноту, оттуда хорошо слышался его голос. — А я все думал, когда же вы ко мне загляните. — Думали? Вы полагали, что я приду к вам за палочкой? — Разумеется, — он вышел из темноты с коробками. — Многие перепугались, когда узнали что вы пропали. Ох, особенно помощница. Исчезнуть прямо у неё на глазах! Даже не представляю. Помощница! Ну конечно! Она может знать, кто мой отец. — Простите, я совершенно не знаю свою семью. Вы не могли бы сказать, где может быть помощница? — умоляющим детским тоном спросила я. —Ох, дитя. Конечно, конечно. Хм, дай-ка вспомнить. Полагаю, она уехала в свой родной город, Париж. Миссис Жанвье очень любила твою маму и бабушку. Поэтому твоя семья предложила ей работать у них, в качестве помощницы. Чёрт. До Парижа ещё добраться нужно. — Оу, спасибо большое, — поблагодарила я его и начала обдумывать новый план. — Приступим к палочкам! *** Вышла я из лавки мистера Олливандера уже с палочкой. Грецкий орех и перо феникса, 13 дюймов, Прочная и жёсткая. Теперь уж я могу и поколдовать. Я огляделась, но великана не нашла. И где он может быть? Нужно купить ещё кучу всего. Например, котёл. Так, раз котёл, значит, нужна лавка с котлами. Сделав несколько кругов, на глаза попалась лавка. Через минуту я уже была внутри и открыла рюкзак, чтобы не доставать деньги потом. Галлеоны, которые я положила в карман, закончились, когда я купила палочку. Моя рука нырнула внутрь рюкзака и на удивление не достала дна. — Мерлин, — прошептала я и с шоком посмотрела внутрь. — Значит заклинание получилось. Я улыбнулась от маленького счастья и с трудом достала монеты. — Здравствуйте, можно мне, пожалуйста, один оловянный котёл, стандартный размер номер 2, один комплект стеклянных или хрустальных флаконов, один телескоп и одни медные весы. Когда я вышла из этой лавки, то великана снова не увидела. Что же, придётся самой всё покупать. Я увидела вывеску «Лютый переулок» и указатель куда идти. Стоит посмотреть, что же там продают. Через минуту я была там и поняла, что уже темнеет. По дороге встречались страшные типы. И вот сейчас за мной идёт какая-то бабка. Не на шутку испугавшись, я зашла в самый близкий ко мне прилавок. Тут было темно и на пыльных стеллажах лежали странные вещи. Какая-то рука, шары, недалеко стоял шкаф. Однако бабка отстала, я уже собиралась уходить отсюда к чёртовой матери, как меня окликнули. — Что ты здесь делаешь, девочка? — сзади меня послышался страшный голос, отчего я вскрикнула и повернулась. Передо мной стоял мужчина. Проглотив ком страха, я сделала серьёзное лицо насколько это было возможно. — Я уже собиралась уходить, — серьёзным тоном ответила я. — И ничего не купишь? — мужик вскинул брови. Казалось, он надо мной смеётся. — Хм, а знаете что? Я куплю у вас что-нибудь. Например. — на глаза попалось кольцо на одной из стеллажей. — Вот это кольцо. Сколько? — Дороговато для Вас, — и снова его усмешка. — сорок один галлеон и пятнадцать сиклей. Я проглотила ком и улыбнулась. — Беру, — я достала из кармана нужную сумму и протянула владельцу. — Полагаю, Вы должны знать, что это за кольцо, мисс. — Эйвери, — холодным тоном отозвалась я, страх потихоньку отступал. После услышанной фамилии, он вскинул брови и мило улыбнулся. — Неужели внучка самой Каллисты Лестрейндж? — мне показалось или он испугался? Не знаю, точно ли она моя бабушка, но я положительно кивнула. Он куда-то быстрым шагом ушёл и сразу же вернулся, что-то бубня под нос «Милая» и «Дорогая моя, Каллиста». Ещё один странный мужик. — Вот, держи, — он протянул мне медальон и я взяла его в руки. — Я был знаком с твоей бабушкой. Замечательная, умная женщина. Она отдала его мне и сказала отдать его своей внучке. Держи деньги, кольцо забирай себе. И это кольцо помогает тебе скрывать свои мысли от всех. Передашь ей словечко от меня, — он вручил мне в руки письмо, кольцо, медальон и деньги. Затем ушёл, снова что-то бубня себе поднос. Говорю же, странный тип. Надеюсь, что я его не обманула, было бы неловко. Хотя, он сам виноват, поверил маленькой девочке без доказательств. Однако, это замечательно. Я надела кольцо на мизинец и засунула в рюкзак все оставшиеся вещи, затем вышла. Как на карауле, рядом с лавкой стояла та самая бабка. — Девочка, а девочка, тебе помочь? — она вплотную ко мне подошла. Я задержала дыхание, потому что от неё ужасно пахло и рванула обратно на Косую Аллею, к счастью, она за мной не побежала. Рядом с лавкой с котлами, я заметила Хагрида, который смотрел во все стороны. — Хагрид! — крикнула я и побежала к нему. От переизбытка чувств, я обняла его. Теперь эта старушка будет в кошмарах мне сниться. — Где ты был? — теперь, вместо страха, я чувствовала злость. — Я того. в Дырявом котле. плохо мне было после этой тележки. А ты. где была? — он быстро сменил тему. Решила не злиться на него, ведь, если ему и вправду плохо было, то зачем жаловаться? Пока мы ходили в оставшиеся лавки, я рассказывала свою историю и, конечно же, умолчала про того странного мужика, который знал мою бабушку. — Кстати, Хагрид, ты знаешь Каллисту Лестрейндж? — спросила я, когда мы уже возвращались в Хогвартс. — Ох. Все её знают, роковая женщина, да! — он посмеялся. — Жена этого Брутуса Лестрейнджа. Два сына у них, да. — Круто, у меня есть дяди. Я смогу у них пожить следующим летом?. Он сочувственно на меня посмотрел и быстро отвернулся. — Хагрид? Что случилось? — обеспокоенно спросила я. — Не могу я сказать.тяжело! — у него на глазах навернулись слёзы. — Ну что ты, не плачь, пожалуйста! — я обняла его. — Можешь мне рассказать. — Ну ладно, — после минуты всхлипований ответил он. — Твоя родня, всё-таки. Я внимательно начала его слушать. — Дети-то их стали. этими. сторонниками Сама-знаешь-Кого, — тихо сказал он. Как я поняла, он имеет ввиду Волан-де-Морта. — Их поймали и посадили в Азкабан. — Куда? — я нахмурила брови. Что ещё за Азкабан? — Это волшебная тюрьма! Никому не удавалось сбежать оттуда! Значит, они в тюрьме. — А бабушка и дед где? — Брутус погиб, а Каллиста, она это. пропала. После гибели мужа, да, — он печально склонил голову. Есть вероятность, что жива. — А когда пропала? — Ээ. в 1979. Бывали слухи, что её видали в других городах. Но слухам верить опасно, да! Я промолчала. Не осталось родственников. Вся надежда на то что найдётся бабушка. И тут меня осенило, а вдруг миссис Жанвье, помощница, знает, где она? А ещё она может знать, кто мой отец. Но как мне попасть в Париж? А уж там, где я её найду? Париж ведь большой город! В любом случае я должна её навестить.