Посмотрим из какого теста ты сделан, Итан Уинтерс.

Последнее, финальное препятствие перед встречей с дочерью — Карл Гейзенберг. Победив остальных владык, Итан не надеялся на быструю победу, к тому же Герцог предупредил его, что оставшийся — самый сильный, после матери Миранды. Приближаясь к заводу, сердце Уинтерса от чего-то сжалось, то ли от страха за свою дочь, то ли от того, что мужчина-мутант не внушал доверия и мог в любую секунду разорвать его на мелкие кусочки. Из динамиков послышался знакомый голос. Итан не слушал, что говорил ему его враг, и отвечал односложно. Войдя во владения Гейзенберга, парень увидел завод, будто бы переживший бомбардировку и кратковременную реставрацию. Аура опасности так и веяла от здания. Уинтерс шёл по мрачному коридору, пока не набрел на более-менее отведённую комнату с тремя или четырьмя настольными лампами. На стене висело белое покрывало, закрывавшее какие-то записи. Итан, сорвав, увидел фотографии трёх владык, матери Миранды и Мии, с Розой на руках. —Мия?! — не выдержав, сказал вслух мужчина. —Правда глаза колет? — послышалось из-за спины. К Итану приближался Гейзенберг, с сигаретой во рту, как и всегда при их встречах, — Так и знал. Ты хочешь убить меня, как и всех, а потом пойти спасать Розу, да? —Я верну свою дочь, — ответил уверенно Уинтерс. —Да нет, т-ты крепко ошибся, — где-то снизу послышались звуки мотора, на что, куривший мужчина бросил сигарету и приблизился к люку, — Сука, заколебал. Завали ебло. Карл выглядит взбешённым, так как его прервали, да и к тому же на важном моменте. Итан, от такого резкой смены эмоций, слегка дернулся. —Прости, что вспылил. Ты присядь, — четвёртый владыка поставил стул перед Итаном, хотя не в самом безопасном месте — прямо пред открытым люком, в котором кто-то бушевал, — Слушай, Итан, ты - часть игры. —Да о чем ты говоришь? Может хватит игр? — грубо, от усталости ответил ему парень, на что Гейзенберг кинул в стену нож. —Ну-ка сядь, сказал, — мужчина резко усадил Итана на стул, после чего перевёл внимание на записи, — Мисс гигантская сука, стремная куколка и водяной дебил. Ещё не усёк? Это тест: достоин ли ты занять место в семейке Миранды. —Я вообще не хочу быть в семье Миранды, — отчаянно заявил Уинтерс. —Как будто я хочу! Но так вышло. Я следующий, да? То есть я мёртв, а ты на коне. А хер вам! — проведя рукой, Гейзенберг рассёк металлическую стену, задев голову матери Миранды. —Да я срать хотел на твои личные проблемы! Я просто хочу спасти Розу! — эти слова, словно по щелчку пальцев переменили настроение владыки. —Я тоже. Ты хоть понимаешь, сколько силы в этом ребёнке? Даже Миранда боится… — внизу снова послышались звуки мотора, и улыбка спала с лица Карла, — последний раз: заткнись урод! —Ты и я, Итан, — Гейзенберг снял очки и показал наконец свои глаза, полные надежды. Пожалуй, он был самый человечный из всех тварей на пути Итана, — Мы вместе спасём Розу и с ней уже точно сотрём Миранду в порошок. —Слышь, ты, мудак, моя дочь не оружие, — Карл опять стал серьёзным и толкнул Итана, на что последний потерял равновесие. —Ты зря. Лучше не проверять, что там внизу, — Уинтерс ухватился двумя руками за предплечье и промямлил: «Погоди». Гейзенберг поставил его обратно, — Чего ещё? —Я согласен, — мужчина с удивлением посмотрел на него, будто бы заранее думал о том, что тот откажется, — только посвяти меня: как мы спасём Розу, если она у Миранды? —Ха-ха, мой дорогой друг, — Гейзенберг, будто бы вообще не прилагая усилий, поднял мужчину на ноги и повёл за собой, — сейчас ты всё увидишь. Всё ещё не понимая почему он согласился, Итан шёл навстречу и даже корил себя, что согласился помочь человеку (вряд ли), который при первой встрече пытался его убить. —Вот мы и на месте, Итан, — мужчины вошли в главный зал фабрики, где стоял какой-то большой робот, похожий на трактор, — итак, я сажусь в него, а ты, как обычно, на своих двоих идёшь атаковать Миранду. —А твоя роль какая? — Итану уже надоело получать увечья, двигаясь на ногах, которые в прямом смысле уже отваливались. —Как какая? Управление этой неебически трудной машиной, — Гейзенберг говорил об этом с упоением, — но на деле, отвлечение этой сучары, пока ты идёшь за Розой. —Это, конечно, хорошо, но ты рассматривал вариант, что Миранда нас разъебет? — Итан сложил руки на груди. —Конечно, всё продумано досконально, — Карл улыбнулся, — ну что ж, пожмём руки в честь того, что мы избавимся от матери Миранды, — Гейзенберг протянул свою руку, мощную, наработанную годами тренировок. —Ладно, — Уинтерс нехотя протянул руку, которую ещё недавно отрубила Димитреску, — так, я понимаю, что убивать меня, изначально в твои планы не входило? —А? Да-да, эти сцены были для поддержания образа верного сподвижника. На деле, если бы ты подох где-то в замке Димитреску, то помогать бы тебе никто не стал. —Ты имеешь в виду Герцога? — этот вопрос Гейзенберг пропустил мимо ушей и пошёл куда-то вглубь завода, куда пошёл и Итан. Судя по всему это был кабинет-спальня владыки. Об этом свидетельствовали кровать, и стена, ещё больше увешанная различными документами, и даже фотографиями самого Карла. На одной, он стоял в форме немецких войск Второй Мировой войны. —Эм, так ты недавно стал владыкой? — спросил Итан, откровенно пялясь на фотографии мужчины, который с любопытством наблюдал за ним. —Лет сто точно… А вообще, хуй с ним, не помню, — ответил Гейзенберг, развалившийся на диване, тоже по виду старом. —Явно моложе Альсины, верно? — Уинтерс посмелел. Он понял, что лишь одно упоминание вампирши сносит голову Гейзенбергу, но ему было интересно, какая реакция будет у только что появившегося союзника. —Да в рот я ебал эту суку. Возомнила себя самой главной среди нас и выёбывалась, — Карл был взбешён, — Вот спасибо тебе, Итан, что прикончил её, — мужчина положил ладонь на плечо Итана, и последний почувствовал, насколько тот силён. —Д-да, она была не очень-то и сильной, ожидал более длинной битвы, — смутился парень. Он заметил, что от нагнувшегося Гейзенберга не пахло ничем, что могло бы иметь статус «нормального». Если быть точнее, то последний владыка пах железом и костром, так же, отдалённо можно было заметить лёгкий аромат луговой мяты. —А-ха, Итан, скажи, как долго ты уже бродишь по этим местам? — начал издалека Гейзенберг. —Как долго… — призадумался Уинтерс, — больше месяца, если я правильно понял. А что? —О как, а я вот из разумных существ, только шайку Миранды и видел постоянно. Упыри и деревенщины не в счёт, те сразу бегут, — Карл снял шляпу и положил её на письменный стол. Он посмотрел Итану прямо в глаза. Искренние, чистые глаза ребёнка, у которого отняли детство и лучшие годы, будто бы были наполнены и печалью и яростью одновременно. Внутри парня что-то щелкнуло. Хоть он и «союзник», но стоит ли ему верить? Стоит ли проверить его? Но каким образом? — что-то ты затих, хочешь выпить? —Да, не откажусь, — Уинтерс стал более зажатым, так как с такой ситуацией сталкивался впервые: перед ним потенциальная смерть, а он ещё и согласился принять алкоголь. Но шарм старшего товарища взял вверх. Парень подумал: «Если бы хотел убить, то давно бы убил.». К тому времени Гейзенберг налил два стакана ярко-коричневой жидкости и протянул один из них Итану. —На, коньяк, хуй пойми какого года, — Карл одном махом выпил весь стакан, в свою очередь, Уинтерс, привыкший только к легкому пиву, которое уже делало его слегка пьяным, сделал глоток. Приятное тепло прокатилось по горлу, оставляя за собой сладкий ореховый привкус, — Да что же ты так пьёшь, пей сразу. Гейзенберг усмехнулся, взял стакан в свою ладонь и собственноручно дал испить Итану. Словно медсестра, он «помог» раненому солдату испить «целебной» воды. Последний не шибко сопротивлялся, но пару-тройку капель он пропустил мимо рта. От одного стакана горячительного напитка парень слегка потерялся. —Во-от, молодец, неужели в Америке пить правильно не учили? — покрасневшее лицо Уинтерса, говорило об этом, — Аха-ха, да ты уже пьян. Ладно, проспись, нам надо завтра разъебать Миранду, — Гейзенберг уж было поднялся и успел надеть старую шляпу, но его остановил Итан, сам того не ожидая. Внутри, парень понимал, что делать этого не стоит, но чего только не захочешь перед смертью. —Нет, останься, — парень придвинулся ближе и неуклюже зацепился за рукав плаща, на что Гейзенберг посмеялся, — я... я хочу. —Ха-ха, я понял из какого ты теста сделан, — ухмыльнулся Карл. Он снял свой плащ, который постоянно носил, вопросительно посмотрел на Итана, смотревший на него мутно-возбужденным взглядом. Им сейчас хотелось одного и того же. В воздухе царило легкое напряжение, но именно это так будоражило. Следующая шла рубашка, закрывающая подтянутое тело мужчины. Несмотря на преклонный возраст, выглядел Карл отлично. Уинтерс тоже стал раздеваться, неловко, но старший товарищ ему помог: на стол полетела куртка и футболка. Оставшиеся в одних штанах мужчины, стали стремительно избавляться от этого, уже давно ненужного элемента. Итану впервые захотелось поцеловать мужчину, дав прелюдии начало, но последний владыка взял дело в свои руки. Стремительный поцелуй, обжег не только сознание молодого человека, но и его ротовую полость. Словно хозяин, Карл заставил возбудиться Уинтерса так легко, что даже сам удивился. Вскоре, и нижнее белье оказалось лишним. —Итан, теперь не ты главный герой в этой игре, — сказал шепотом на ухо Гейзенберг, прижавший парня лицом к кровати. Его анал, даже без стимуляции, без проникновения, был подготовленным. Карл, легким жестом призвал к себе металлический ящик, который называл «на всякий случай», но случая такого не было у него давно. В нем лежала жидкость, судя по всему, чья-то слизь, имевшая некий лечебный эффект. Гейзенберг вылил немного «смазки» на анальное отверстие Итана, и помассировал его пальцем, на что последний покорно застонал. Впервые, парень ощущал себя на своём месте. Последующие пальцы, искали простату Уинтерса, и когда наконец нашли стали стимулировать её, от чего у Итана усиливалось дыхание, а лицо стало красноватым. —А-ах, — подал голос Уинтерс, когда его персональная точка оргазма нашлась. Карл, словно учёный, наблюдающий за ходом своего эксперимента был в восторге. Владыку интересовало не столько удовольствие партнера, сколько доминирование над ним. Чувство, когда ситуация полностью в твоих руках сильно возбуждала старого немца, а уж тем более, когда под тобой сам Итан Уинтерс, который поставил раком всех детей Миранды. «Сколько раз в динамиках слышал его стоны, когда он просто бегал, или его били, но сейчас они такие ахуенные.» Наконец, в ход пошел член, от которого Уинтерс почувствовал смешанные эмоции: от приятной боли, до последующего наслаждения. Сначала, Гейзенберг мягко, и без лишних движений ввёл головку в анал, немного погодя, и дав привыкнуть партнеру, а уж потом стал набирать обороты. Он овладел его аналом, а Итан не мог ничего поделать с этим, лишь наслаждаться и стонать. Старый немец чувствовал, что нужно руководить не только процессом, но и телом Уинтерса. Именно поэтому во время соития, он опустился чуточку ниже и стал мастурбировать Итану, который был на пике оргазма. Вся холодная, лишенная какой-либо красоты комната, в данный момент жила, она существовала как место страсти. Поясностью наполненная стонами, вздохами и хлюпаньем. Уинтерс кончил первый, слегка обмяк и лёг на кровать. Гейзенберг также был на пике, но решил перевернуть Итана, и кончить ему в рот. Только рука владыки опустилась на спину молодого человека, как он словно марионетка, повиновался приказу Карла: быстро поднялся и встал на колени, смотря Гейзенбергу прямо в лицо. Итан облизнул головку члена и провёл языком вдоль него. Изучив пенис, Уинтерс взял его в рот наполовину, смакуя каждую секунду. Создавалось впечатление о его многолетнем опыте в этом деле. Весь напряжённый Карл, тяжело дыша кончил Итану в рот. —Ты... — Гейзенберг не мог ничего сказать, так как до сих пор не мог перевести дыхание. Уинтерс, будто бы у него сработал рычаг, упал на постель и с трудом открыл глаза. —Спокойной, — единственное, что он сказал перед тем как заснул. Теперь, они лежали вдвоём нагишом, на слегка несвежей постели. Гейзенберг очередной раз курил, смотря в потолок, а Итан спал, впервые за многие дни так крепко, ибо не ощущал прежней опасности. Простой человек и мутант лежали в обнимку, не предвещая, что завтра их жизни оборвутся одна за другой, стремительно и быстро, но главные свои цели они осуществят: спасут Розу и уничтожат матерь Миранду. Но это будет завтра, а пока они могут наслаждаться друг другом, не предвещая беды.