Никто кроме…

Зима, поздний вечер, Антон сидит у открытого окна и ждёт. Ему холодно он ждёт своё солнце, которое дало ему вторую жизнь. Антон выдыхая сигаретный дым и укутаясь в тёплый плед, наблюдает за машинами во дворе. Знакомая машины подъезжает к подъезду. Антон срывыется с подоконника и бежит в коридор, едва только закрывается дверь в квартиры, как только заходит Арсений тёплые руки обвивают его, не давая вздохнуть. Отпуская Попова и ждёт когда тот снимет куртку, Арсений завороженно смотрит на Антона и думает о том, какой же всё-таки Антон красивый. Сонный взгляд, чёрная домашняя футболка, взятая из гардероба Попова, серые спортивные штаны, именно такого уютного Антона, хочется любить и не отпускать никуда. Именно такого Антона любит Арсений. Но всё же сняв куртку и разувшийся идёт к своему любимому сонному Тоше, который не сомкнул глаза не на секунду, Арсений обнимает крепко-крепко и нежно целует. — Как на счёт чтоб посмотреть фильм? — интересуется Арс. Антон явно был не против, улыбается беря Попова за руку и ведёт в спальню. Пока Шастун занимается поисками фильма, Попов устраивается поудобнее как раз к этому времени Тоша поставил какую-то мелодраму, Арсений обожает такие вечера, Антон поднимает голову и еле-еле дотягиваясь целует Арса в щёчку. Антон лёгким движением руки толкает Арсения в грудь отползая ближе к Арсу, Антон пошло кусая нижнюю кубу, Попов поправляя чёлку наблюдает за ним. Арсений принимается стягивать с себя футболку. Антон нежно поцеловал парня в шею, пробегая кончиками пальцев по рёбрам. Шаст подносит руку Арсения к своим губам и бережно целует, у Антона уходит меньше двух минут, чтобы оставить Арса обнажённым. Шастун закатывает глаза и нависает сверху над Поповым, целуя его за ухо. Арсений чувствовал себя так близко к нему, как никогда, находясь внутри. Антон оглаживает рукой бедро Арсения и чуть сжимает его. Парень усаживает Арса на стол и целует в губы. Он слегка сжимает руку на горле Арсения укладывает его на стол, и именно в эти моменты Арсений для Антона самый красивый. Весь красный, взмокший с выражением лица. Антону нравится когда они решают разнообразить свою сексуальную жизнь. Шаст даже не представить себе не может, как жить, если вы не видели лицо Арсения, вовремя пика. Шастун так любит смотреть на него, видеть каждую эмоцию, каждую морщинку от того, что Арсений пользуется мимикой. А когда Арс поднимает на него умоляющий взгляд.— Шастун готов весь мир уложить к его ногам, просто хочется насладиться процессом. Руки Попова тут же оказываются на волосах Антона, сжимая их. В голове у Шаста не укладывается как этому человеку может быть под сорок. Некоторая монотонность движения сводит с ума. Ощущений в один момент становиться слишком много, но уйти от них невозможно, Антон аккуратно берёт его рукой за подбородок, проводя вверх по щеке, к скуле, касается.  — Устали, Арсень Сергеич? Можем на сегодня закончить, лечь поспать, отдохнуть, — Арсений разлепляет один глаз и смотрит со всем скепсисом, какой может сейчас выдать. Антон в ответ смотрит хитро и лыбится довольно, точно кот. У Арсения в ушах шумит, сердце колотится, пот по коже буквально течет, а член стоит так, что, кажется, достаточно будет на него подуть, чтобы заставить кончить пальцами его щеки и втягивает в поцелуй — мягкий и медленный. Антон укладывает одну его ногу себе на бедро, вторую поднимая на плечо, и начинает плавно входить. Громко шипит и впивается ногтями в Арсову ногу, когда проскальзывает внутрь. Арсений протяжно стонет, ощущая наконец привычную заполненность. Арсению пот уже глаза заливать начинает, и он нетерпеливо смахивает соленые капли с лица. Антон одной рукой поддерживает его за поясницу, заставляя прогнуться сильнее, и проникает под новым углом. Тот смотрит на него, закусив губу. Сам весь вспотевший, уже пошел красными пятнами чуть не до пупа. Одной рукой начинает двигаться вверх, оглаживая пресс, задевая сосок, ключицы. Останавливается на шее, едва соприкасаясь с кожей. Антон вновь начинает двигаться — в этот раз более медленно и контролируемо, но не менее сильно. Явно чуть больше сосредотачивается на собственной руке, хотя пока только придерживает, не оказывая давления совсем. Заданный вновь ритм снова заставляет оргазм маячить где-то на горизонте. Арсений сжимает в руках простыни и прогибается сильнее, стараясь лучше подставиться под толчки. Ощущение длинных окольцованных пальцев на шее заставляет кровь закипать в венах и шуметь в ушах. С каждым выдохом изо рта вырываются стоны, а губы безбожно сохнут, заставляя постоянно проходиться по ним языком. Дышать становится чуть сложнее, а губы мгновенно начинает покалывать. Голова приятно плывет, а точные толчки, попадающие ровнехонько по простате, так сладко разливаются удовольствием по всему телу, что любые различимые слова и мысли попросту выветриваются. Оргазм накрывает его, и Антон тут же ослабляет хватку, в несколько раз усиливая общую эйфорию. Чувствует, как движения внутри ускоряются, сбиваясь в погоне за собственным удовлетворением. Ощущения от фрикций граничат с болью, но это лишь обостряет и растягивает удовольствие. Антон с почти жалобным стоном кончает, замирает на пару секунд, а потом почти сразу выходит, чтобы рухнуть рядом. У Арсения в голове приятная легкость и пустота. Антон расслабился и облокотился на Арса, слегка встрепенулся, обвил поясницу Попова и прижал к себе, ты восхитителен простояв так минут десять они нашли силы, чтоб отлипнуть друг от друга.