Мирный договор.

Мирный договор обе стороны решили подписать на нейтральной территории. По сути Сукуне не было дела где его подписывать, но раз людям было так спокойней, то он должен был пойти на подобный компромисс. Существуя уже не первое столетие, он понял, что люди очень сильно беспокоятся за сохранность своих не слишком долгих жизней, а этот договор облегчит обеим расам жизнь, поэтому уступить в столь мелочном предложении являлось чем-то логичным. Неудобства были лишь в некоторых моментах, один из них обличье, на котором настояли представители людей (на самом же деле сделал это один единственный и беспечный Годжо, при этом пожимая плечами и вздыхая от осознания того, что делать это пришлось ему). Оно должно было походить на человеческое, а значит иметь рост ниже двух метров, одно лицо, две руки и отсутствие посторонних глаз, ртов, пальцев и чего-либо то ни было в большем количестве, нежели нужно. У Сукуны такое, конечно, имелось. За столько столетий жизни, некоторые из который он провел именно на территории людей, он был осведомлен о форме человеческого тела возможно даже больше, чем большинство людей. Но теперь-то он глава демонов, о как. Он себе может позволить больше, нежели раньше. Из этого больше – символы на теле, цвет волос и глаз. О когтях можно и не говорить, такие и у нынешних людей есть. Образ он выбрал давний, использовал он его по крайней мере пару сотен лет назад, чуть ли не слепленный заново по памяти. Из человеческого – рост в сто девяносто три сантиметра, чуть вытянутое лицо с выраженными скулами, телосложение тридцатилетнего мужчины с отменной фигурой, на которое казалось потратили не один год, две руки, две ноги, одно лицо… Из «больше» – символы, описание которых займет больше времени, нежели он будет идти на место встречи, красные глаза, светло-розовые волосы, граничащие со светло-коричневыми, зачесанные назад, выбритые черные виски, возможно пара вырастающих в случае чего глаз, ушей или ртов на различных частях тела. В одежде Сукуна остался непреклонен и пошел в кимоно, походящим на женское (что уж делать, в подобных легче вырастить ещё пару рук, если что). Ладно, это сделано и нарушено (конечно обоснованно, а не просто из прихоти владельца тела). Дальше идёт место встречи, которое также является неудобством. Да, Сукуна согласился провести заключение договора на нейтральной территории, но он не думал, что люди додумаются назначить место в ста километрах от ближайшего города, а от места жительства правителей нации так вообще тысячи. Нейтральной территории нет и быть не может – и демоны и люди живут в разных уголках Земли. Демоны живут в мире людей приличное время, чтобы также считаться коренными жителями и, если учитывать то, что демоны живут дольше людей, то можно назвать человека гостем. Что уж тут, не демоны виноваты, что проход в Землю легче, чем в Кранес и самым ничтожным демонам легче ходить по почве Земли, что не кишит собратьями, которые хотят их поглотить (хотя если подобная мелочь и дальше будет оставаться на Земле, то такое вполне возможно). Кранес являлся домом демонов, как для людей Земля. Вот только, если сравнивать, то жизнь на Кранесе намного сложнее, нежели на Земле. Сукуна морщиться только от осознания того, что есть демоны, которые не могут перенестись в Кранес и досаждают на Земле. Их было такое количество, что разбирательство с ними займёт некоторое время. Такие демоны либо были закинуты на Землю кем-то сильнее и вернуться уже не могли, а значит постепенно теряли свои демонические силы, либо же сами обосновались там из-за своей никчемности. Люди также бывает живут на Кранесе, но такие случаи бывают не столь длительны и зачастую случайны. Сукуна знает случай, когда человек по незнанию вошёл в портал и смог прожить пару лет, не отходя от того места. После его сожрали подземные зласы*, которые не особо придирчивы в пище. Другой осознанно шагнул на землю Кранеса, это был монах, который хотел потренироваться на демонах в изгонении и битве. Его участь была не лучше: после того, как он победил слабых демонов он возомнил себя сильнейшим, он пал от случайно кинутого в него мяча. Дети играли неподалеку, они даже извинились и только обнаружив, что монах не восстанавливает свою голову, поняли, что произошло. Двуликий потряс головой, понимая, что сам затерялся в мыслях. Назначенная встреча. Именно из-за того, что Земля и Кранес это совершенно разные миры, которые пересекаются с помощью особо сложных порталов где-то глубоко под землёй и искусственно созданных демонами, назначить встречу на «нейтральной территории» было невозможно. Нельзя ж бросать фразы между порталом, это неудобно, да и людям от этого хуже будет. Тем не менее они всё ещё хотели выдвинуть территорию Земли как нейтральную территорию. Даже выбрали подальше от населенных пунктов. Но если бы Сукуна доверял людям на сто процентов, то навряд ли бы сейчас твёрдо шёл по Земле и наверняка не занял бы лидирующую роль в Кранесе. Люди хоть и стремятся выжить всеми способами, но скрыть это пытаются максимально. Место, что они выбрали, лишь показывало это. Пустошь, растянувшаяся на сотни квадратных метров и окруженная лесом. Передвигаясь вперёд по трещащим под ногами веткам, и наверняка не только, Сукуна поправил кимоно, что уже долгое время подвергалось дерганью со стороны Юджи, что всё не мог успокоиться из-за чего бы то ни было. Сукуна не был примерным отцом, чтобы понимать из-за чего беснуется его сын, который, между прочим, уже был на Земле, но бесило его это точно. Юджи был похож на Сукуну: такие же непонятно какие волосы, разве что не зачёсанные, а торчащие в разные стороны, рост сто тридцать девять сантиметров, отдающие красным карие глаза и некоторые символы, которые были выражены не так сильно. Основными были символы под глазами, похожие на приоткрытые глаза, остальные же скрывала одежда. В будущем они ещё проявляется. Сейчас же его можно сравнить с обычным десятилетним ребенком, просто с особо выраженным прессом, будто качался он с самого первого вдоха. – Успокойся. Он походил на человека сейчас намного больше, чем Сукуна, и на этом завязано третье неудобство. Этот договор было решено сделать серьёзным. Конечно и к бумажке в сейфе (или за место мишени в дартс) можно относиться серьезно, но когда это подкреплено чем-то более серьезным, бумажка приобретает какое-то значение. И следить за ней будешь. Поэтому был придуман обмен: сын за сына. Люди думают, что от подобного обмена договор станет более значимым. Если кто-то захочет напасть, то другие перережут глотку наследнику. Сукуна не думает, что это как-то сыграет роль, потому что на войне погибают тысячи и потеря родственников также является естественно тратой за победу. Ох нет, он не собирается нападать на людей на следующий же день, с таким же успехом он мог сделать это раньше, ему было бы лучше заключить этот мирный договор. – Как же так, это же ребенок. Может, не будете столь строги? – раздался голос впереди. Повернув голову, Сукуна окинул взглядом Годжо Сатору, который любезно поддался вперёд, парадируя поклон. Уважения от него столько же, сколько демонов сейчас рядом. На двоечку, в общем. – Ох, последние минуты с ним хочу провести с максимальной заботой, – сощурил на него глаза Сукуна. Сегодня как и в их первую встречу, мужчина был одет в черный пиджак с высоким воротом, такого же цвета длинные брюки и чёрные лаковые туфли. Не стоит забывать про повязку, что прикрывала его глаза и заставляла его белые волосы торчать вверх и во все возможные стороны. Возможно всеми этими черными цветами он пытался перекрыть эти самые волосы, кто ж знает. – О, хорошая идея! – воскликнул рядом стоящий, а точнее уже прыгающий, Юджи. – Забирайте, – вздохнул Сукуна. – Рановато Вы так говорите, – смех в голосе Годжо был нескрываем. Стоящие рядом с ним люди переглядывались и даже потянулись с нему, когда он сделал шаг в сторону Сукуны, но тот без сомнений сократил расстояние с двадцати до двух метров. Людей и демонов сравнивали из покон веков, и ни для кого не секрет, что среднестатистический демон в сотни раз сильнее среднестатистического человека. Да, Годжо являлся одним из сильнейших представителей расы и Сукуна мог бы даже потратить на битву с ним некоторое время, но исход был бы очевиден. «Некоторое время» это время, пока Сатору не наскучит. Отпускать столь цельный экспонат на подобное задание было глупой идеей. Сукуна пришёл конечно, чтобы всё же заключить мирный договор, но если б он был настроен враждебно, то все полегли в первые секунды нахождения его там. Годжо понимал это лучше, чем любой другой, именно поэтому подошёл так близко. Тем не менее, никто не хочет рисковать своей жизнью, а отправить кого-то значимого надо. Вот и выбрали Годжо Сатору. И Сукуна был рад такому выбору. Лучше стоять рядом с сильным человеком, который несмотря на то, что может умереть в любой момент, будет также стоять прямо, чем с дрожащим не пойми чем. – Он у Вас хорошенький, такого и отдавать не захочется, – посмеивался Сатору. – Вот и надеюсь, что никому Вы его не отдадите, – запуская руки в рукава кимоно, сказал Сукуна. – Ты ж сказал, что будешь хорошим! – не унимался Юджи. – Где это проявляется!? – встав в боевую стойку, Юджи стал прыгать из стороны с сторону, показывая, что хочет уже начинать драку. – Это проявляется в том, что я ещё не вырвал тебе сердце, – как-то не весело усмехнулся Сукуна, доставая руку и легко оттолкнул мальчика от себя. Юджи ошеломленно посмотрел на отца, а после нахмурил брови и встал ровно. Конечно исчезновение сердца не убьет его, но как-либо передвигаться он перестанет до того времени, пока орган не вернётся на место. Сукуна считал этот способ самым действующим и удобным из возможных и сейчас был бы не против им воспользоваться, чтобы заткнуть Юджи хотя бы до момента передачи его в руки людям. Юджи этот способ ненавидел больше всего – за долю секунды он лишался любого шанса на движение и восприятие чего-либо. По сути становился куклой, которой и противопоставить было нечего. Люди, что уже подошли поближе, вновь отшатнулись, приняв реакцию мальчика за страх. От демонов можно ожидать многое, но станет ли родной отец вырывать сердце ребенку? Станет. – Тоже неплохо, – пожал мальчик плечами и стал пинать камни под ногами. О да, интересное занятие, на которое стоит тратить время. Сукуна перевел взгляд на Сатору, который в руке держал уже знакомые бумаги. Конечно подобный договор подписывать в отвратительных условиях никто не собирался. Примерно в ста метрах, около леса, виднелась площадка с довольно хорошо отделанным домом, по крайней мере для подобной местности. Сукуна сравнялся с Сатору, оставив Юджи пинать камни. Сатору в близи был лишь чуть ниже обличия Сукуны. Для своего возраста он выглядел довольно молодо, несмотря на уже обретенные четкие черты лица. Сукуна мог спокойно оставить Юджи ему, может хоть наберётся чего-нибудь стоящего и перестанет пинать камни от нечего делать. Юджи, кстати, скорее не заметил, что Сукуна ушел, нежели просто остался пинать камни и ветки. – Что же, они выделили деньги на обстройку здания, но получилось откровенная фигня, – пожал плечами Сатору. – Люди действительно думают, что демоны такие тупые? – усмехнулся Сукуна, двигаясь в сторону дома. – Они думают, что каждый тупее их, – ответил Сатору, показывая то, что сам к ним не относится. И Сукуна это знал, Годжо Сатору был поумнее многих министров внутренних дел, президентов и прочих. – Ну, они могли бы хотя бы сделать вид, будто уважают старших. Для людей же это важно, – улыбка напрочь отказывалась слезать с лица. Забавлял тот факт, что даже Юджи, должно быть, старше многих сидящих за столами парламента. – Они видят, что Вы похожи на тридцатилетнего человека – они будут считать, что Вам тридцать и разговаривать на «Вы», только в политической сфере. – Кто тут ещё глупый. Дом имел два хорошо обустроенных этажа. Над декором они конечно поиздевались – на фоне белоснежных стен позолоченные окна смотрелись какими-то излишними. Два этажа сделаны для двух вещей: во-первых, один этаж выглядел бы убого и принять столь важного «гостя» в нём было бы стыдно. А во-вторых, это прикрытие для спецназовцев, что сидят на вторых этажах и думают, что никто их не видит. Сатору знает, что Сукуна знает всё, что происходит здесь, просто ни слова не говорит. – Что же, прошу. Сукуна проследил за склонившемся в пригласительном жесте Годжо и фыркнул. Фарса ради. Первым в дом зашёл Сукуна, что дало ему возможность оглядеться без лишних тел. Его встретил просторный холл, увешанный фотографиями, наверно, лидеров наций. Зачем? Чтобы видеть с кем Сукуна заключает договор? Чтобы Двуликий демон почувствовал всё то гостеприимство, что они заходили во все эти позолоченные окна? Какой бы посыл они не несли, Сукуна думал, что было бы лучше повесить картины какого-нибудь третьесортного художника, нежели заставлять гостя смотреть на трусливые лица не пойми кого. По боковым стенам были установлены лестницы, а между ними проход в зал. С него, наверное, можно попасть на кухню. Всё же дом был отделан под обычный особняк, где можно было бы жить. Сатору зашёл в дверь, что располагалась в левой стене, и Сукуна последовал за ним. За ней был коридор, освещенный светом из окон. Они довольно быстро пересекли его и Годжо вновь пропустил его первым в следующую комнату. На этот раз было получше: круглый стол посредине помещения и стулья окружающие его, выглядели более официально. Сукуна был уже готов к камину, но, благо, обошлось и в комнате был один несчастный цветок. Конечно, помимо этого там имелся глобус, книжный шкаф, книги в котором были выбраны Сатору, потому что чего-то определенного Сукуна найти не смог. – Начнём? – отодвигая стул и сразу присаживаясь, уточнил Годжо Сатору. *** Ненужные переговоры, которые были чистой формальностью. Уже через час Сукуна заметил уставший вид Сатору, который явно хотел покончить с этим поскорее. Поскорее не вышло – другим сидящим за столом было, что сказать. Много голосов, которые бывало перебивали друг друга, утомляли. За свою жизнь Сукуна пробовал различные способы самосовершенствования и медитация не была исключением. Для правителя было бы непростительно принять решение на эмоциях, поэтому он решил уйти на длительную медитацию, которая продлилась девяносто шесть лет, три месяца, восемнадцать часов и пятьдесят пять секунд. Демонам, в отличие от людей, пища не особо нужна, но без потребления живой энергии можно и засохнуть. Демоны могут умереть. Их тела взрослеют до определенного возраста и тогда демон считается масом. Масоми называли демонов, которые уже достигли своего лучшего возраста и если они не захотят, то останутся такими. Если же захотят подпортить себе жизнь, придётся отказаться от потребления живой энергии – это определенно изменит всю работу организма. Демон станет стареть и в конце концов умрёт. Когда Сукуна ушёл в медитацию, то был ещё юн и, помимо контроля над собой, его целью было стать масом. Тогда он ещё не знал, что для этого нужно проторчать в медитации больше, чем одна сотня лет, что уж говорить о девяноста шести годах. В общем, став масом он бы обрёл силу большую, нежели была у него. Народ не примет подростка в правители, а Сукуна стремился только на этот пост. Но результат был вполне неплох, он преодолел бесящую пору юности и довольно быстро стал завоёвывать определенные территории, продумывая лучшие ходы. И даже такое существо утомляли разговоры людей. Сейчас уход в медитацию был бы затруднителен, но желателен. – Ремён Сукуна? – щёлкнул пальцами Сатору, заметив, что Двуликий вроде как перестал слушать. Остальные присутствующие несмотря на это продолжали что-то тараторить, а когда Сатору проделал это движение, застыли на месте и не смели рта открыть. – Я слушаю, – кивнул король демонов. Хотя после пяти часов, из которых девяносто процентов надо говорить и лишь десять просматривать определённые бумаги, слушать совсем не хотелось. Особенно когда ощущаешь притаившийся людей на втором этаже и менее заметное присутствие за дверью. – Хорошо, я думаю, что самое важное мы обсудили и можно подписывать контракт, – откидываясь на спинку стула, перебил Сатору какого-то человека, который вновь хотел начать что-то яро обсуждать. Сукуна тяжело вздохнул, притягивая к себе документы и надкусывая руку в районе запястья. – Стоп! – вскрикнул какой-то мужчина, со странной прической (собственно это было единственное, что выделяло его от других), хлопая по столу рукой. Словив на себе взгляд Сукуны, он замялся, но всё же, прочистив горло, продолжил: – Для заключения мирного договора нужно использовать ручки. – А? – поднял бровь Сукуна. – Правда что ли? Какой от этой бумаги прок тогда? Да, он являлся королём демонов, великой расы, что может покорить Землю, но не знал о подобном. Сколько бы он не жил, Земля всё же не являлась его домом, где он мог узнать всё. Конечно, он жил на Земле. Каждый могущественный демон когда-то жил на Земле для получения определенного опыта. Вот только когда Сукуна оставался на Земле больше, чем на один день, а если быть точнее, то на двадцать лет, люди использовали кровь для подписания подобных договоров. Что уж там, сами демоны использовали именно этот способ. Может, люди просто подхватили его? Либо же тогда они были умнее. Для демонов скреплённый кровью договор считался договором на всю их жизнь. Тогда действительно кажется, что люди воспринимали такой способ самым надёжным. Хоть человеческая кровь не несёт в себе столько же силы, сколько демоническая, подписывая кровью договор, люди знали ему цену. – Человечество давно перешагнуло на ступень, когда бумаги подписывают исключительно ручкой. – Раньше от бумаг чувствовалась верность, а тут… – Сукуна так и не продолжил предложение, прекращая поток крови и щёлкая пальцами. Кровь воспламенилась, огонь не переходил ни на что другое, уничтожая только кровь демона. Двуликий взял любезно протянутую ему ручку, когда услышал на стенами комнаты удивленный и приглушённый возглас: – Э? Ты что тут делаешь? – «Юджи всё-таки заметил, что я ушёл,» – печально усмехнулся Сукуна, поднося ручку к бумаге. Дверь с протяжным звуком треснула, а в следующую секунду осколки дерева разлетелись по комнате, падая на всё, до чего могли долететь. Небольшая фигура стремительно пролетела через комнату и врезалась в стену напротив двери, при чём явно оставляя в ней след от своего тела. Сукуна смотрел на эту картину выпучив глаза секунду. Он мельком огляделся: из стены вылезал пыльный и взбешённый Юджи, а в двери (точнее то, что он неё осталось) стоял мальчик, не уступающий в росте Юджи, а значит лет ему десять-одиннадцать. И пока кто-то отшатывался на своём стуле, Сукуна преодолел расстояние от своего стула до мальчика в двери, поднял его на одну руку, а другую чуть поднял. Оказавшийся рядом Юджи, готовый ударить точно в место, где находился мальчик, остановился в сантиметре от пальцев отца. Всего на секунду повисло молчание. Мальчик на руке отчаянно пытался не потерять равновесие и в итоге схватился за шиворот кимоно, «откуда ни возьмись» выбежали люди с пушками. Сукуна не двинулся, держа руку в том же положении, не давая шанса Юджи возомнить о себе навесь что. Видишь руку в сантиметре от твоей черепушки? Юджи знал, что двигаться в атаку тогда было определенно плохой идеей. Мальчик потупил взгляд и опустил кулак, выдохнув горячий воздух. Сукуна вторил и вздохнул, опуская руку. Есть демоны, которые приносят неудачи, но он точно к ним не относился, так почему же такое случается? Конечно, случайности случайны (как бы комично это не звучало, Сукуна относился к подобному факту серьёзно), но не тогда же, когда он хочет поскорее закончить подписывать документы, которые на не пойми зачем нужны людям даже без крови. Это издевательство! Стоящий позади него спецназ понимал, что выступил ложно и глупо. Сукуна с улыбкой обернулся на мужчин и помахал им свободной рукой: – Вы довольно быстро, но это был всего лишь мой сын. – Это… – хотел начать объясняться один из мужчин за столом, но Сатору остановил его жестом руки. Было бы неплохо, что бы сюрпризы закончились на этом, вот только Сукуна с удивлением ощутил концентрацию энергии рядом с собой. При этом собиралась она всего пару секунд и достигла своего пика, когда демон повернул голову к источнику. Синия энергия упёрлась в его голову, рука заклинателя схватила за подбородок и Сукуна заметил, что была она не особо большой. Это скорее ладошка. Энергия обогнула лицо Сукуны и через несколько секунд угасла. – Этого не достаточно, чтобы заставить меня шевелиться, – хохотнул он, убирая чужую руку от лица и поднимая взгляд на мальчика. Тот в свою очередь выглядел ошарашенным, но в то же время отчаиваться не собирался и уже готовил новый заряд, когда рядом появился Сатору и остановил его, схватив за руку. – Малыш Фушигуро, не доставляй нашему гостю неудобств. Слова возымели эффект и мальчик вроде как успокоился. Сатору отпустил его руку и взглянул на Сукуну, мол «вот такой вот он экспонат». Сукуна понимал это даже без слов и глаз Годжо. Однако долго спокойствие мальчика не продлилось и он вновь поднял руку, чтобы положить её прям на щеку Сукуны и начать изо всех сил пытаться отодвинуться, при этом кривясь настолько, настолько вообще может это позволить его детская мимика. – Пусть отпустит меня, – он даже не к Сукуне обращался. Двуликий на подобное неуважение к своей значимой персоне никак не отреагировал, хотя можно было бы сломать ноги этому мальчишке, прижав в себе руку, на которой он неплохо так устроился. Он наклонился и поставил «Малыша Фушигуро» на пол. Тот, вновь потеряв равновесие от движений руки, вцепился в кимоно демона, но оказавшись на ногах резво решил ретироваться в угол комнаты. Кто ж знал, что сделать это ему не дадут? Сукуна, уже держащий в одной руке Юджи, схватил черноволосого мальчика и со словами: – Поиграйте где-нибудь, пока взрослые говорят, мальчики, – вышвырнул их за дверь, которую в принципе и смысла закрывать не было. В свой тон Сукуна вложил достаточно, чтобы никто не ослушался его и вышел из коридора в холл. – Это за него мне надо оставить вам своего сына? – вскинул бровь Двуликий, присаживаясь на своё место, забирая ручку у кого-то из присутствующих (свою он успешно оставил на столе, а та потом скатилась на пол), и начиная подписывать бумаги. – Ага. Первый сын Главы. – О, – протянул Сукуна, выглядя при этом так, будто не верит, – даже так. На самом деле в то, что этот мальчик мог бы быть сыном всеми любимого, но никому неизвестному Главы, можно было поверить. Но всегда, когда Сукуна верил кому-то, он тут же добавлял в своей голове: «Это не я». Доверять можно только себе, потому что остальным было на тебя плевать. Возможно жестоко, но для Сукуны настолько обыденно, что перестало быть «жестоко». Поэтому прибавляя в голове «Это не я», Сукуна начал мыслить дальше. Этот мальчик может быть сыном главы, даже старшим, но что-то точно было не так. Возможно, у него были какие-то проблемы со здоровьем, вот и решили отдать его. Или мать была не королевских кровей, но принять его надо было, а сейчас можно было избавиться. Может, был непослушным. Подобный тип, который сует руки к лицу Короля демонов, наверняка ещё более неуёмный, чем кажется. – Ага, – вздохнул Сатору, подтверждая догадки Сукуны. – Фушигуро Мегуми, одиннадцать лет. Начал заниматься у меня не так давно, если сравнивать с другими, то уже может переплюнуть своих ровесников, которые занимаются с раннего детства, – не обращая внимания на косо смотрящих «коллег», продолжил мужчина. – Да у него талант, – хмыкнул Сукуна. Годжо был хорош, он выдал неплохую информацию, против которой и сказать ничего нельзя было, – восприняли за ненужную наблюдательность, – при этом дав понять Сукуне, что ребенок он талантливый, и проблема состоит в чем-то другом. – Думаю на том и порешили, – вставая из-за стола и поднимая своими словами остальных, сказал Сукуна. Мужчины быстро разобрали бумаги, поместили в прозрачные файлы, а после положили в кейсы. Путь им предстоял далёкий, поэтому подобное решение Сукуна даже одобрил: людям бы не хотелось вновь звать его на подобную встречу, да и сам он не хотел вновь произносить те же слова и слушать очередные вопросы, ведь на этот случай пришлют других рабочих. Мужчины исчезли из комнаты, а Сатору и Сукуна перекинулись взглядами. Здесь говорить в любом случае было бы глупо. Поэтому они благополучно вышли на крыльцо здания, выглядывая в пятистах метрах дальше бегающих мальчишек, которые вызывали у Сукуны на лице улыбку, а у земли грохот и потери. Мужчина и демон двинулись в одном направлении. – Да, он талантлив, поэтому надеюсь Вы его чему-нибудь научите, – продолжил Сатору с того места, где они остановились. – Взаимно. После некоторого молчания, Сатору сказал: – Жизнь демона и человека разная не только по длительности. У людей она может оборваться в любой момент, да Вы и сами это знаете, поэтому надо брать от неё всё. Весь этот мирный договор… Думаю, не стоит даже говорить об этом, мы оба всё понимаем, хотя и на разном уровне. Сукуна понимал Сатору, а Сатору в чем-то понимал Сукуну. Это было хорошо – Сукуне нравилось. – Ему выпала возможность жить в Кранесе, под присмотром Короля демонов. Это уникальный шанс! – Не слишком ли открыто Вы говорите о том, что он ваш шпион, который будет узнавать у меня все секреты демонов? – усмехнулся Двуликий. – Думаю, нормально, – кивнул маг. – Слышал?! Я ж сказал! Нормально всё, всё из-за того, что ты сделал это слишком неожиданно! – кричал Юджи, вдруг оказавшись перед Сукуной спиной. – Ты бы мог заметить мои движения, если бы был на моём уровне! – рыкнул мальчик, стоя в паре метров впереди. – Уровень? Это ты про свои несчастные сто тридцать восемь сантиметров? – хохотнул Юджи. Сукуна переместил свой взгляд на Фушигуро Мегуми и решил всё же получше оглядеть его. Мальчик стоял с опорой на правую ногу, скрестив руки перед глазами, прикрывал себя, но при этом он всё ещё мог видеть своё окружение. Он уступал Юджи всего в одном несчастном сантиметре, а тот пользовался этим, раздражая парня. Мегуми имел совсем уж детское лицо: большиватые глаза, несколько пухлые щеки (скулы у него были ещё не особо чёткие, но при его комплекции создавали хороший профиль), чуть пухлые губы. Он был одет в ту же форму, что и Сатору, видимо, она относит их к определённой школе. Больше всего необычно выглядела его причёска, которая делала его похожим на ёжика. А с хмурым выражениям лица, это вообще полное перевоплощение. – Я не о том, придурок! – с этими словами мальчик-ёжик махнул руками вниз, создавая небольшой барьер-защиту на ладонях и двигаясь на Юджи. Сукуна вздохнул, кладя руки на плечи сына и отшвыривая (по земле, разумеется) его в сторону Сатору, который перехватывает его и ставит в более устойчивое положение. Юджи непонимающе поднимает взгляд и натыкаясь на улыбку седого типа, как-то рефлекторно улыбается у ответ. Сукуна же отходит от атакующего мальчика в сторону и тот, потеряв цель, попытался остановить равновесие, но в итоге попрыгал на одной ноге пару раз, а после чуть не ударился о землю, только Сукуна подхватил на шиворот быстрее, чем она настигла Мегуми. – Что ж, мы пойдем, – помахал Сатору Сукуна, подтягивая мальчика и давая ему секунду, чтобы тот встал на ноги. После демон отпустил Мегуми, а встал он или нет – уже не его проблема. К счастью, успел. Сукуна в это время направился с сторону леса и Мегуми, раздираемый желанием попрощаться с учителем и шансом не успеть за демоном, замотал головой в двух направлениях. Чертыхнувшись (и получив от Сатору строгое: «Не выражайся!»), мальчик поклонился учителю и поспешил на Сукуной. – Ты будешь открывать портал? Зачем отходить так далеко? – замедляясь и восстанавливая дыхание, спросил Фушигуро. Сукуна вздернул бровь. Казалось, что подобное должен знать каждый (по крайней мере маг на любой стадии – точно), а этот «талантливый мальчик, сын Главы» не знал. – Будет ударная волна, – коротко сказал он, без сопротивления протыкая ногтем прямой вход в Кранес, и ведя рукой вниз, делая проход больше. Мегуми стоит рядом, затаив дыхание и смотря на портал блестящими глазами. – Готово, – Сукуна повернулся к мальчику и протянул руку. Тот тут же посмотрел на него хмурым взглядом: – Что? – Мне-то ничего, а вот ты можешь умереть, если не возьмёшь меня за руку. – Как-то не верится… – Знаешь же, что это такое физика? – уточнил Сукуна и получив кивок, продолжил: – В общем есть такой термин: давление. Ты не не думаешь, что проход между мирами может быть таким простым? Это самое давление сплющит тебя. – И зачем мне брать тебя за руку?... – недоверчиво уточнил Мегуми – Я сделаю так, чтобы тебя не расплющило. Буду поддерживать тебя. Несколько секунд сомневаясь (чисто из детской вредности, ей богу), Мегуми всё же положил свою ладошку в руку Сукуны, а тот быстро сжал её и потянул на себя. По коже Мегуми прошли мурашки и он, закрыв глаза, погрузился в портал.