Лория — гений

      — Как думаешь, Эдди? Папа справится? — спросила Оля у троллейбуса.       — Там вообще-то не только твой папа, там целых три троллейбуса! — топорно заметил Эд.       — Да, но Мудариус бросил вызов папуле! Так что меня интересует папуля!!! — рассердилась девочка.       — Вообще, он велел нам оставаться как можно дальше, чтобы Тварьсариус не достал нас! — напомнил 55-ый.       — Но мы должны найти Николь! И сразу к папе! — уверенно сказала будущий дизайнер.       — Да почему ты заладила со своим папулей?! Достала уже! Этот мудак заставлял тебя целовать ему ноги! Да и вообще бьёт тебя! — начал возмущаться Соловецких.       Но "дочка" топнула ногой по нему.       — Ты ничего не понимаешь, дурень! Да, папочка жесток, властен, НО! По крайней мере, он любит меня, старается... а что было у меня в детдоме? Меня били, посылали за пивом, а когда я возвращалась, не дай бог, с пустыми руками, об меня прижигали сигарету... Подруг у меня не было, бывало даже насиловали, но я как-то привыкла... Кормили херово... я даже попрошайничала нормальную еду... А с папулей всегда весело, я забыла о горестях и лишениях, ни в чём себе не отказываю. Приключения теперь всегда есть. Друзья появились. И ТОЛЬКО, БЛЯТЬ, СКАЖИ, ЧТО ВЕНОМ НЕ ХОРОШИЙ ПАПА!!!       Эд замолчал. Такого ответа он не ожидал...       — Стой, Эд, я что-то вижу! — вскрикнула Оля, указывая в сторону Измайлово.       55-ый пригляделся и заметил, что несколько человек тащат троллейбус...       — ЭТО НИКОЛЬ! ЭДДИ, ВЫПУСТИ-КА МЕНЯ, Я С НИМИ ПОГОВОРЮ! — потребовала рассвирепевшая девочка.       Троллейбус открыл дверь и "дочь" Венома вышла на разборки, доставая серебристую зубочистку...       Дело в том, что недавно, Веном и Оля обнаружили у "Иззи" довольно полезную функцию – в любой момент копьё могло превратиться в зубочистку.       — Оля, такую громоздкую хрень неудобно таскать с собой! — заметил наследный принц.       — Иззи не гмордосская! Она красивая! — заспорила девочка.       — Да я и не спорю, — развёл руками красноглазый, — но не будешь же ты с ней таскаться!       — Ну да... — огорчилась "дочь".       — Маскировка! — резко крикнул Веном, и к удивлению обоих, копьё уменьшилось и превратилось в красивую зубочистку.       — Ого! — удивились отец и дочь.       — Теперь мы решили нашу проблему, — улыбнулся энергополианец.       Но теперь будущий дизайнер была настроена решительно...       — Эй, вы! — заорала она, — отпустите её!       И тут выяснилось, что тащили 45-ую культисты...       Эрниго, а это был он, выступил вперёд, остальные культисты пошли за ним и выстроились в шеренгу за помощником Берсариуса.       — А не то что? — вызывающе осведомился Эрниго.       — Или я вас... типа... прикончу! — уже не так уверенно сказала Оля.       — Взять её! — устало приказал Зам-архиепископа.       Адепты Культа бросились в атаку, а девочка активировала копьё, слегка нажав на острие "зубочистки". Когда же "Иззи" приняла свой истинный облик, Оля ринулась в бой.       — Получайте уроды!       Она махнула копьём пронзив культиста копьём, второй подкрался было сзади, но "Иззи" шарахнула его лучом насквозь, двое подбежали с кинжалами, но девочка извернулась и разрубила их своим копьём.       — Используйте, метательное! — громогласно подсказал Эрниго.       Культисты тут же вооружились метательными ножами и прицелились...       — Ох, ебать, — выдохнула дизайнер, приготовившись отбивать снаряды.       Приспешники Берсариуса начали швырять в Олю ножи, а та с неимоверной ловкостью начала их отбивать, благо Веном немного научил её этому. Вот же умный блондин! Как знал, что пригодится!       Когда козыри Культа закончились, у его членов вдруг появилось осознание того, что дальнейшая схватка бессмыслена...       Эрниго думал сам вступить в бой, но затем решил, что лучше не рисковать.       — Отступаем! — крикнул помощник Берсариуса. И культисты все разбежались...       — Николь, как ты? — спросила "дочка" Венома, подключив 45-ую к контактной сети.       — Нормально, а где все? — спросила в свою очередь Будённая.       — Поехали во второй троллейбусный парк!       — Тогда нельзя терять ни минуты!