Пустой азарт. Часть 1

      Марек Дракул мчался на драконе в свое поместье в Ранваре.       — Быстрее! — не выдержал герцог. Его крик затерялся в воздушном пространстве, но Регул прекрасно считывал эмоции.       «Если я буду лететь быстрее, то тебя разорвет сопротивлением воздуха»       Старый воин сжал зубы — впервые за много лет ощущал свое физическое бессилие.       В битве с ангелом, чтобы выиграть преимущество, Марек попытался взять под контроль неподвластные ему силы. Тем самым выторговал перемирие — время для подготовки к новой войне. Но цена была крайне раздражающей — временная потеря возможности использовать большую часть собственных сил.       Душа — это тончайший энергетический конструкт, который представлял собой универсальный механизм, позволяющий распознавать и генерировать ману. И, как у каждого механизма, у нее есть пределы использования. Если их превысить, душа начнет разрушаться, теряя свои функции — возможность использовать и чувствовать магию. Процесс восстановления происходит пассивно и занимает несколько месяцев. Это дело может ускорить специализирующийся на душах маг, но не в случае Марека, ибо его душа несколько отличалась от человеческой. Регул мог помочь, но ему и самому требовалосьвосстановиться от битвы.       После битвы на Равнине Исхода прошло два месяца. Душа герцога только недавно начала подавать отклик. Если бы ангелы снова напали, то он был бы беспомощен. Ему повезло, что Культ придерживался политики умеренной экспансии.       Он ненавидел надеяться на удачу.       Показное миролюбие культистов давало ему время собраться с силами, но, с другой стороны, они тем самым повышали лояльность к себе в глазах северян. Мареку приходилось тратить много времени на убеждение союзников в том, что Культ — это угроза, с которой необходимо бороться, иначе они потеряют свою независимость.       Ситуацию ухудшало и то, что союзники услышали тот разговор с ангелом в момент слабости. Падал его авторитет.       Было множество дел. Узрев силу, которой располагал Культ, Марек осознал плачевность текущего положения Севера. Срочно требовалось объединиться, задействовать все имеющиеся силы и искать новые. Нужно было забыть о междоусобных конфликтах и набегах норманнов, ибо все это пустяки.       Проблема была даже не в самом Культе, а в слабости Севера, неорганизованности и, пожалуй, неразвитости. В северных землях имелись воины, способные сравниться с ангелами, но они принадлежали к разным, конкурирующим между собой фракциям. Всех их легко одолеют по одиночке.       Север никогда не был лакомым кусочком для южных захватчиков. Более суровый климат и менее плодородные земли лишали смысла полномасштабное вторжение. Для них это место являлось дырой, где прятались беженцы и преступники. Поэтому ничего не мешало северным королям жить в свое удовольствие, воюя, в основном, только с соседями.       Прошло время, и интересы на политической арене континента изменились. Появились две внушительные силы — Культ Светлого Владыки и Империя Титанов. Марек начал понимать, что своего влияния они добились не цепляясь за плодородные земли, как местные феодалы, а ставя в приоритет людские ресурсы. Именно поэтому они начинали обращать внимание на север континента. Чтобы выстоять перед ними, королевствам требовались реформы…       Глобальные реформы…       Убедить в этом ближайших королей не составляло труда. Марекимел огромное влияние на них. Хоть официально он считался вассалом арелийского короля, по факту все важные решения в этих землях зависели от одобрения главы Ордена Красного Дракона. Однако все остальные короли были не столь сговорчивы. Потребуется время на переговоры. Возможно, придется применить силу…       Предстоит много работы, но прежде он должен разобраться с личным делом.       Его дочь…       Он так старался забыть о ней. Так надеялся, что больше никогда не услышит о ее существовании…       Марек стыдился подобных мыслей — они делали его ничтожеством. Зная, каким он стал, его возлюбленная никогда бы не простила его.       Ее мать, Мелина, была всем. Она была красивой женщиной, верным соратником, идеальной женой. Он любил ее больше жизни.       Они встретились на поле брани. Женщина-воительница почти убила его. Марек взял ее в плен, хотел сделать своей рабыней, трофеем. Но жизнь повернулась иначе. Она была сильна не только боем, но и своими речами. Уверенная, независимая, бесстрашная, хладнокровная — не такая, как остальные женщины. Вскоре он снял с нее оковы, предложив стать своим соратником. Вместе они прошли через множество битв и испытаний. Женившись на ней, Марек осознал, что сам стал ее рабом.       А потом она умерла при родах Селины…       Казалось, они были так мало вместе. Их ждала долгая совместная жизнь.       Ему было трудно осознать, что конкретно заставляло его ненавидеть дочь. То, что ее появление на свет ознаменовало смерть его жены? Или то, что она, когда подросла, стала ее вылитой копией? Внешность, характер, сила… Даже то, что она возглавила банду разбойников,было похоже на путь ее матери.       Все в ней напоминало ту, кого он потерял.       Если бы… если бы она родила ему сына…       Вопреки желаниям, ему пришлось жениться еще раз — предать память о ней. Род нуждался в наследнике.       Марек понимал, что несправедливо винить свою дочь во все этом, но был бессилен перед своими чувствами. Каждый раз, когда ее видел, его разум захватывала ярость.       Он поступал с ней жестоко. Но ничего не мог с этим поделать. Эта беспомощность порождала новые поводы для ненависти.       В день, когда она сбежала, Марек, к своему стыду, вздохнул с облегчением. Он пытался скрыть свои чувства, поддерживать образ отца, отправляя на ее поиски людей, но никогда не предпринимал действительно серьезных мер.       Регул долго не мог простить ему это…       «До сих пор не могу»       — Я просил не делать так больше! Не лезь мне в голову!       «Ты сам меня туда пускаешь. Своей слабостью…»       — Я… я хочу все исправить…       «Думаю, несколько поздно для этого. Вдобавок хоть ты и не намеривался, но твои действия привели к смерти близких ей людей — она ненавидит тебя»       — Это неважно! Важен долг! Если наемник говорил правду о ее силах, я заставлю ее подчиниться!       «В таком случае, я встану на ее сторону»       Марек вздрогнул — Регул был рядом с самого рождения. Он просто не мог представить себе день, когда придется сражаться с ним.       — Ты… ты действительно так поступишь?       «Если ты будешь действовать необдуманно, то да. Ты обязан деликатно подойти к этому вопросу»       Марек и сам понимал это…       Его ненависть к дочери — слабость. Он всю ее жизнь пытался избежать решения этого вопроса, но сейчас пришло время столкнуться с собственными страхами.       Чувства к дочери обуславливались чувствами к ее матери. Она была всем, но умерла. Марек так и не смог отпустить ее. Горечь потери заставляла ненавидеть дочь. Нападки на нее заставляли его чувствовать себя ничтожеством. Он стыдился, винил себя, но от этого еще больше ненавидел Селину.       «Ты должен смириться с ее смертью… и простить самого себя!»       Простить себя? Он не мог.       «Вспомни, что поставлено на кон!»       Регул прав. Сейчас как никогда актуален вопрос наращивания боевой мощи. Какой смысл в вербовке различных пешек, если он откажется от потенциально самой сильной фигуры, которая у него под рукой?       Его отношение к дочери в высшей степени безответственно. Он должен собраться, если не ради себя, то ради долга!       

***

      Рассветало. Они подлетали к родовому поместью Дракул — месту, где он родился и вырос. Вид с высоты птичьего полета открывал внушительную площадь равнинных земель, окруженных по всему периметру высокими каменными стенами. В центре возвышалось величественное здание, созданное руками сотни умелых мастеров. По бокам поместья расположились здания для прислуги и стражи. Напротив — широкий двор, специально приспособленный для приземления дракона.Окружали все это бесчисленные сады из различных ярких растений и готических скульптур. В отдалении, у границ, располагались конюшня, ипподром, арена для тренировочных боеви огромная нора в небольшом холмике, которую себе вырыл Регул. За стенами располагались большая деревня, пастбища и бесконечные пахотные поля.       Регул издал рев, возвещая о своем прибытии, и аккуратно приземлился во дворе. У самой земли Марек не выдержал и спрыгнул. Быстрым шагом он направился навстречу спешащей к нему прислуги. За прислугой выбежал его сын, Яреслав.       — Приветствую, отец! — радостно вскрикнул мальчик. Высокий, с короткими черными волосами и с большими, выражающими радость глазами. Из-под его одежды выглядывал внушительный рельеф. Марек не видел его год, но тот уже значительно прибавил в росте и мышечной массе за это время. В свои четырнадцать уже казался взрослым мужчиной. Почти точная копия отца в том же возрасте. Его душа обзавелась внушительным запасом маны, что говорило о том, что малецс пользой провел этот год.       Марек хотел было обнять сына, но почуял куда более развитую родственную душу внутри поместья.       — Выведи сюда Селину! Быстро!       — Эм… Будет сделано! — сказал Яреслав и помчался внутрь, не дожидаясь прислуги. Марек успел заметить в его взгляде некоторую обиду.       Они пришли спустя несколько минут. Сын грубо выволок сестру на середину двора. Она была одета в белую пижаму. Волосы растрепаны. На шее был манатитовый ошейник, подавлявший ее способности.       Селина, ничуть не смутившись, встала прямо перед Мареком и впервые посмотрела ему в глаза. То был взгляд, полный абсолютного презрения.       Сердце герцога екнуло, вызвав в его памяти точно такой же образ Мелины, когда он одолел ее и пытался поработить. Теперь, когда его дочь стала взрослой, он больше не мог найти в ней отличия от ее матери. То же телосложение. Те же огненно-рыжие волосы. Те же карие глаза. То же узкое овальное лицо с полными губами и вздернутым носом.       Это выше его сил.       — Сними ошейник!       — Но отец! — запаниковал Яреслав.       — Немедленно!       Сын подчинился и, достав ключ,расщелкнул крепление, снял ошейник с сестры. Мана тут же заструилась по ее телу, поднимая температуру воздуха.       — Все, прочь отсюда! Иначе не ручаюсь за ваши жизни! — скомандовал герцог прислуге. — Яре, ты тоже!       — Отец!       — Ты еще слишком слаб, выметайся отсюда! У нас твоей сестрой будет серьезный разговор.       Двор быстро опустел. Регул держался позади, не собираясь улетать.       Они стояли друг напротив друга. Она молчала. Марек хотел что-то сказать, но не мог подобрать слова. Горечь захлестнула его рассудок. Голову заполнили те же трусливые мысли. Он хотел убить ее. Он хотел убежать. Он хотел взорвать все в округе.       «Я тебе не позволю! Ты должен побороть в себе это!»       — Я просто попытаюсь убедиться в ее способностях… — пробормотал себе под нос герцог.       Тела отца и дочери стали усиливаться и воспламеняться. Ониготовились атаковать друг друга. Но внезапно душа Селины начала приобретать очертания души дракона. Прямо как у Марека.       Герцог застыл, найдя в образе дочери его собственное отражение — отражение всего рода Дракул.       Она— его дочь! Она не копия матери. Она не виновата в ее смерти. Она несчастный ребенок, которого затравил собственный отец.       Вина сковала его тело. Он не мог простить себя.       Селина, видя, что отец не собирался атаковать, сконцентрировала в одной точке всю ману, которой располагала.       Взрыв.       Мощная взрывная волна направила дочь на огромной скорости прямо на Марека. Его родное поместье разнесло в щепки.       Марек, наблюдая все в ускоренном восприятии, поразился — она использовала его излюбленный прием. Он не смог бы увернуться или обратиться в огонь, так как не восстановил все свои силы.       Он и не хотел…       Для себя Марек решил, что простит себя, если она простит его. По-другому быть не может.       Селина врезалась в Марека, пробив рукой его грудную клетку. Далее Регул создал мощные воздушные потоки, гасящие взрыв и инерцию движения тел отца и дочери.       Марек упал на спину, над ним склонилась Селина, не вынимая руку из груди, сжигая его внутренности.       — Прости за все… — сумел только прохрипеть великий воин.       

***

      — Прости? — недоумевая,вопросила Селина. — Прости?       В ее представлении этот человек никогда бы не смог произнести нечто подобное. Непоколебимый тиран, отравлявший ее существование! Монстр, выступив против которого, она надеялась умереть. Но он произнес это, перед смертью одарив ее виноватым взглядом.       Дракон, тяжело двигаясь, возвысил свою голову над ней. А потом опустил шею, уткнувшись в тлеющее тело отца и издав протяжный скорбный стон.       — Он заслужил это! Ты же знаешь! — закричала Селина, отползая подальше.       «Да, заслужил… Но он рос на моих глазах. Вместе мы через многое прошли»       — Мне плевать! Я имела правопосле всего, что он со мной делал!       «Твой отец не был таким плохим, как ты думаешь… Марек, как и весь ваш род, был полон противоречий. Он сильно любил твою мать. И эта любовь помешала смириться с ее смертью из-за твоего рождения»       — Он, что, все это время винил меня в ее смерти?       «И да, и нет. Марек сошел с ума, не выдержав горя утраты. Он не мог выносить твой вид, потому что ты полностью унаследовала внешность Мелины»       Сошел с ума… В этом все объяснение?       — Ха-ха-ха! А я-то думала, что все дело в том, что он бесчувственный мудак! Что во всем этом былкакой-то холодный расчет. Но на самом деле все гораздо тупее! Ха-ха-ха! — Селина нервно захохотала. — Ты хочешь сказать, что он, великий Марек Дракул, просто не мог вынести вида собственной дочурки? Ха-ха-ха!       «Угомонись!»       Регул угрожающе двинулся в ее сторону.       Селина встала, подняла голову, закрыв глаза и раскинув руки. Она так долго культивировала в себе ненависть к отцу, пытаясь внести значимость в пережитые события, но все это разрешилось так просто…       Больше не было вещей, на которые она могла бы переключиться…       — Что, хочешь убить меня? Дерзай! Все равно во всей этой жизни нет смысла!       «Хо-хо-хо! Ошибаешься, дитя!»       Дракон приблизил свою голову вплотную к ней, оскалив пасть.       «Ты теперь новый глава рода Дракул!»       — Что-что? Ты бредишь?       «Марек заключил множество сделок и союзов. Он столько всего всем наобещал… Он был символом и защитником. Убив его, ты подставила не только род, Арелию и Орден, но и весь Север. Теперь твой смысл в том, чтобы продолжить его дело!»       — Это абсурдно! Я не смогу!       «Не пытайся обмануть меня, дитя! Я вижу тебя насквозь! Ты хочешь этого!»       — Но как же остальные претенденты? Меня не признают!       «Они признают того, кого признаю я! А я признаю тебя… Или, может быть, его?»       Регул повернул голову в сторону движущейся к ним фигуры.       — Отец! Где он? —крикнул Яреслав, ее сводный брат. Подбежав ближе,он наконец заметил дымящееся тело своего родителя. — Нет! Ты не могла!       Ее брат мгновенно воспламенился и бросился к ней на огромной скорости.       Мир замедлился.       Селина равнодушно смотрела на приближающегося к ней брата. Он не казался ей проблемой.       Когда она стала такой сильной?       С тех пор как ее передали в поместье, она сидела взаперти. Все это время за неимением других вариантов она пыталась преодолеть подавляющий магию эффект манатитового ошейника, но ничего не получалось. Однако, когда его с нее сняли, процессы, текущие в душе, стали такими четкими.       «Манатит не подавляет магию, он создает помехи, мешающие формировать магические формулы. Некоторые маги с помощью него пытаются улучшить навыки контроля маны»       Взрыв.       Она повторила прием, которым убила своего отца, но в более слабой вариации. Селина врезалась в него правым плечом, откинув его тело на несколько метров.       Ко двору сбежались стражники и слуги.       Девушка подошла к брату. Тот лежал, жадно хватая ртом воздух. Она наступила ему на грудь.       — Отныне я —глава рода.       Регул пронзительно взревел. Воздух буквально зазвенел.       — Марек Дракул мертв. Я, Регул, бессмертный хранитель рода Дракул, признаю Селину Дракул законной наследницей всех титулов ее отца. Обязуюсь служить ей до тех пор, пока она не умрет или пока будет верна своему роду, — громкий голос, создаваемый колебаниями воздуха, разнесся по всей округе.       «Похоже, все в итоге потакает твоим амбициям» — мелькнул в разуме Селины надоедливый голос покойного Совия.