Истина

       Когда до Лань Ванцзи дошли вести о том, что Вэй Усянь убил Цзинь Цзысюаня и часть клана Цзинь, то он сразу же отбыл на гору Луаньцзан.        Все это было слишком подозрительно: он давно уже перестал верить тому, что говорят об Вэй Ине другие.        Он долетел на мече до барьера, поднялся в гору, и, не обнаружив никого рядом, вошёл в пещеру: Вэй Ин лежал на «постели», словно в бреду, рядом стояла Вэнь Цин с братом.        — Хань Гуанцзюнь, — поприветствовала его целительница.        Лань Ванцзи поклонился.        — Как он?        — Его сердце охвачено огнем, — печально сказала она. — А сознание затемнено.        — Что произошло?        Вэнь Нин переглянулся с сестрой, та кивнула, и он приступил к рассказу.        -… если бы мы успели уйти, как хотел молодой господин, ничего бы этого не случилось, — закончил Вэнь Нин.        — Что вы планируете теперь предпринять?        — К нам приходили с заявлением люди Ланьлин. Сказали, что если мы сдадим последних членов клана Вэнь, то они простят Старейшину Илин.        Внезапно Вэй Ин издал стон и распахнул глаза, его взгляд зацепился за Призрачного генерала, глаза сузились, и он поднялся.        — Ты, — угрожающе произнес он, и Вэнь Нин опустился на колени. — Кого ты убил! — он неожиданно быстро подскочил к нему и схватил за шиворот. — Кого ты убил! Ты знаешь кого ты убил? Ты мог убить кого угодно, почему ты убил Цзинь Цзысюаня? Что теперь станет с шицзе? Что теперь станет с ее сыном?        — Простите. Это все моя вина, — залепетал Вэнь Нин.        Вэй Ин на несколько секунд замер.        — Нет, — он отпустил Призрачного генерала и попятился. — Это моя вина. Ты всего лишь орудие в моих руках. Это все я. Потерял контроль, — Вэй Ин закрыл руками лицо и заплакал. — Что мне теперь делать? Кто-нибудь скажите, что мне делать?        Лань Ванцзи никогда не видел его таким сломленным. Вэй Ин всегда был уверенным в себе, всегда знал, что делает, но сейчас…        Вэй Усянь согнулся пополам и закашлялся. Кровью.        — Вэй Ин, — Лань Ванцзи подхватил его.        Вэй Усянь выглядел ужасно: он побледнел, черты лица обострились, под глазами залегли тени.        — Что ты здесь делаешь? — смог прохрипеть Вэй Ин, наконец заметив его.        — Не трать силы на болтовню, — приказала ему Вэнь Цин.        — Что происходит? — спросил ее Лань Чжань.        — Это влияние темной энергии на его тело. Надо его уложить.        У Вэй Ина не осталось сил сопротивляться. Его лихорадило. Лань Ванцзи подхватил его и уложил, Вэнь Цинь куда-то вышла и вернулась с небольшим сосудом в руках.        — Приподними его, — попросила она; Лань Ванцзи приподнял его голову, и она влила лекарство в рот. — Подержи еще немного.        Лань Ванцзи держал его в своих руках, пока Вэнь Цинь совершала, понятные только ей, манипуляции с медицинскими иглами.        — На сколько все плохо?        — Ему нужно хорошее лечение, у меня не хватает трав, чтобы лечить его. Эта местность слишком скудна. К тому же, — она помедлила. — У него проблемы со сном, темная энергия пытается влиять на его разум, и это способствует ухудшению состояния.        Лань Ванцзи задумался.        — Вэнь Цин, — обратился он к целительнице. — Вы знаете почему он выбрал темный путь?        Целительница поджала губы.        — Прошу, расскажите мне, — он склонился в глубоком поклоне. — Я не смогу ему помочь, если не буду знать.        Вэнь Цинь отвернулась.        — Я знаю только половину, и не смогу рассказать все. Однажды Вэй Ин пришел ко мне с просьбой, — начала она…        Лань Ванцзи слушал внимательно и не перебивал. И хоть лицо его оставалось беспристрастным, но внутри он ощущал боль от того, что слышал: вот почему Вэй Ин так резко изменился, вот почему вёл себя так странно.        Лань Ванцзи корил себя за то, что правила клана затуманили его взор, не позволяя увидеть истинную причину.        — Я не могу сказать Вам кому пересадила ядро, я дала обещание Вэй Ину не рассказывать никому. Операция прошла успешно, и после пересадки он стал обычным человеком. Потом он ушел. О том, что было с ним дальше, он не говорил.        Не так давно я скинул его на Могильные холмы, вспомнил он слова Вэнь Чжао.        Могильные холмы. Избыток темной энергии. К тому же он потерял золотое ядро. Даже представить сложно, что ему пришлось пережить там!        Лань Ванцзи принял решение, — он должен был рискнуть. Ради него. И Лань Ванцзи отправил сообщение брату. Дорогой брат. Я не так часто прошу тебя о чем-то, но сейчас мне нужна твоя помощь. Мы давно следим за ситуацией с кланом Вэнь и молодым господином Вэйем, и до сих пор ничего не предпринимали, опасаясь подставить под удар наш клан. Уверен, что ты уже знаешь о произошедшем, и в этот раз я прошу поддержать меня, клан Вэнь и Вэй Ина.        Он не стал покидать гору Луаньцзан и остался рядом с Вэй Ином, передавая ему жизненную энергию.        — Это из-за нас он в таком положении. Нельзя больше заставлять его страдать, нужно сдаться, — решила Вэнь Цин.        — Нет. Нам нужно дождаться вестей от брата.

***

       На следующий день пришло сообщение, и Лань Ванцзи соврал бы если бы сказал, что не волновался, получая его.        — Вэнь Цин, клан Гусу Лань готов предоставить вам убежище в своих стенах.        — Мы признательны за Ваше предложение, но не хотим навлекать на клан Лань неприятности.        — Нет. Мы все это время закрывали глаза. Вэй Ин был единственный, кто поступал как истинный заклинатель. Теперь и мы должны поступить правильно.

***

       Вэй Ин проснулся от неприятных ощущений в теле. Со стоном он открыл глаза и понял, что находится совсем не на горе Луанцзан.        Он был в Гусу. Он приподнялся на локтях, осматриваясь, и увидел рядом Лань Чжаня.        — Что я здесь делаю?        — Я забрал тебя.        — Зачем?        — Тебе нужно лечение.        — Лечение? — Вэй Ин истерично рассмеялся. — Какое теперь лечение? Ты же знаешь, что я сделал! Как мне теперь жить? Как смотреть в глаза шицзе? Знаешь, ты был прав. Темный путь разрушает тело, и знаешь мне не помочь! Я не смогу от него отказаться, как бы этого не хотел! У меня нет золотого ядра, я не могу больше следовать пути меча! — из глаз Вэй Усяня потекли слезы. — Знаешь, Лань Чжань, я так устал, от всего этого, лучше бы меня убили вместо него!        — Нет.        — Лучше бы я не рождался! Лучше бы умер тогда, в детстве! Лучше бы меня не находил глава клана! Мадам Юй была права! Я подвел всех!        — Нет. Ты всегда был справедливым, помогал слабым, держал свое обещание.        Вэй Усянь откинул одеяло и с трудом поднялся.        — Тебе нужно лежать.        — Нет. Клан Вэнь остался там один. Они не справятся без меня.        — Они сейчас приглашенные гости клана Гусу Лань.        — Что?! — Вэй Усянь сел обратно. — Но как?!        — Я попросил брата помочь.        — Но как же… как же другие кланы?        — Кланы пересмотрели свое решение. И клан Вэнь находится теперь под нашей протекцией.        — Протекцией, — поражённой выдохнул Вэй Усянь. — Но это же не касается меня? Верно? Что они хотят сделать со мной?        — Они будут тебя судить.        — Судить? Ха, какое они имеют право?! Хотя какая теперь разница? Я натворил столько всего, что если они вынесут смертный приговор это будет справедливо.        — Это не твоя вина.        — Моя.        — Нет.        — Зачем ты говоришь мне это? Ты же ненавидишь меня!        — Я никогда такого не говорил, — сказал Лань Чжань, чем ошарашил Вэй Ина.        — Но… я же нарушал правила! И твоё лицо, твоя реакция!        — У меня проблемы с общением, — признался Лань Ванцзи.        — Вэй Усянь! — в комнату вошла Вэнь Цинь. — Наконец-то ты очнулся!        В ее руках была пиала с каким-то отваром.        — О, нет, — простонал Вэй Усянь.        — Пей!        — Может не надо? — умоляющее попросил Вэй Ин.        Но Вэнь Цин сделала такое лицо, что ему пришлось выпить.        — Какая гадость, — он поморщился.        — Гадость — доводить себя до такого состояния. Теперь тебе нужно поспать. Хань Гуанцзюнь, — почтительно обратилась она к Лань Ванцзи, сложа руки, и поклонилась. Лань Чжань кивнул и она вышла.        — Что это было? — удивлённо спросил Вэй Усянь.        Вместо ответа Лань Ванцзи достал гуцинь.        — Тебе нужно спать, — он заиграл мелодию очищения.

***

       Когда Лань Сичэнь получил письмо брата, то тут же собрал Совет старейшин.        — Что! Приютить остатки кланов Вэнь!!!        — Именно.        — Но они же предатели!        — Нет. Они обычные люди, не участвующие в сражениях. Они лишь жертвы.        — Не думаю, что другие кланы одобрят.        — Я поговорю с ними. Мы должны были сделать это с самого начала. Разве мы не должны защищать невинных? Разве они сделали хоть что-то за последнее время, что нанесло кому-то вред? Среди них нет даже заклинателей. Они совершенно безопасны.        — Но что со старейшиной Илин?        — Да! Он же убил столько людей клана Цзинь.        — У меня есть информация, что это сделал не он, — ответил Лань Сичэнь.        — Но есть ли доказательства?        — Я предлагаю провести суд. Мы должны представить ему шанс, — Лань Хуань обвел старейшин взглядом.        Все замолчали.        — Хорошо, — сказал самый главный старейшина. — Временно мы возьмем его под своё наблюдение. Нужно собрать Совет кланов.        Лань Сичэнь кивнул. Приглашения были отправлены тут же.

***

       На совете Лань Сичэнь предоставил те же аргументы, что и старейшинам, и главы кланов согласились, даже клан Ланьлин Цзинь, хоть и с большим трудом.        — На повестке дня еще один вопрос: Старейшина Илин.        — Его надо казнить! — припечатал глава Цзинь. — Он убил моих родных, а также членов клана.        — Есть информация, что это была засада, и он просто защищался.        — Это же старейшина Илин! Только он мог так подло поступить.        — Мы обвиняем его во всех злодеяниях, но действительно ли это так? Я не хочу снимать с него все прегрешения, но я хочу разобраться. И, если вы не забыли, именно он оказал существенную помощь при Аннигиляции Солнца.        — К чему Вы ведете?        — Предлагаю провести суд. В последнее время это не практиковалось, но клан Гусу, как вы все знаете, хранит особую техникой под названием «Истина».*        — Не слышал о такой.        — Это правда, — поддержал глава Не. — Такая практика есть.        — Проясните.        — Эта техника позволяет узнать правду ли говорит человек или нет.        — С ним и так все ясно и без суда!        — Мы должны предоставить ему возможность, — высказался глава Юньмэн.        — Если же его вина будет доказана, ты мы сможем применить меры, — веско добавил Лань Сичэнь.        — Я согласен, — решил глава клана Юньмэн.        — Я тоже поддержу, — согласился глава клана Не.        — Раз большинство за, значит нужно связаться с главой клана Чису Чже**.

***

       Если спросить Вэй Ина, что он делал находясь под стражей клана Гусу Лань, то он бы сказал, что спал, ел, пил лекарства и разговаривал с Лань Чжанем. А если не разговаривал, то смотрел. Смотрел на него и думал, почему Ванцзи заботился о нем?        Если подумать Лань Чжань часто помогал ему: на озере Билин, в пещере Черепахи Губительницы, при Аннигиляции Солнца, когда Вэнь Нин вырвался из-под контроля на горе Луаньцзан, сейчас.        Он столько всего наворотил, но Лань Ванцзи все равно был рядом. Может ли быть, что Лань Чжань что-то к нему испытывает?        Вэй Ин чувствовал, что внутри него разгорается что-то новое к этому человеку. Если подумать он постоянно пытался привлечь его внимание, хотел заставить его улыбнуться, хотел… прикоснуться.        Лань Ванцзи расчесывал его волосы; он иногда так делал, когда считал, что волосы Вэй Усяня слишком спутались. Вэй Ин был ещё слаб, поэтому не особо сопротивлялся такому вниманию с его стороны.        — Лань Чжань, — позвал он.        — Ммм.        — Я тут вспомнил. Что означает ваша лента?        Лань Чжань замер, а затем продолжил расчёсывание.        — Она означает «держи себя в узде».        — Так вот значит почему ваш клан настолько дисциплинирован, — не смог сдержать смешка Вэй Ин.        — Лента относится к личный предметам, который напоминает нам о целомудрии. Основатель клана наставлял, что можно забыть о всех правилах лишь с тем, кто предназначен тебе Небесами. Лента — как сердце, обращаться с ней нужно бережно и аккуратно.        Вэй Ин вспомнил, как бесцеремонно он обращался с лентой Ванцзи.        Вспомнил состязание лучников, вспомнил, как перевязывал ею рану, вспомнил ту осторожность, с которой относились к ленте адепты клана. И ему стало так неловко.        — Лань Чжань, я ведь не знал! Прости меня, Лань Чжань.        — Это уже не так важно.        — Почему?        Но Лань Ванцзи не ответил.

***

       Лань Ванцзи закончил игру на гуцине: он часто играл ему, это помогало стабилизировать его состояние.        — Вэй Ин, — обратился он.        — Да.        — Если тебя оправдают, что будешь делать?        — Не знаю, — задумался Вэй Усянь. — Если честно… мне страшно. Вдруг такое повторится? Что если я снова выйду из-под контроля? Вдруг кто-то снова пострадает?        — Не хочешь отправиться со мной в Гусу?        — Ты уверен, что твой клан будет рад мне? — хмыкнул Вэй Усянь.        — Тебе буду рад я.        — Почему? Почему все это время ты помогаешь мне? — Вэй Ин пристально посмотрел на него.        Лань Чжань опустил взгляд, он не мог соврать.        — Я люблю тебя.        И хоть Вэй Ин догадывался, но сердце екнуло от этих слов.        — Лань Чжань, — Вэй Ин накрыл его руку своей. — Меня не за что любить. Я не тот человек, которого стоит любить.        — Нет, — Лань Чжань вскинул голову, взгляд его был рассерженным.        — Не губи свою судьбу. Уверен ты сможешь полюбить кого-то другого. Того, кто тебе подходит.        — Я не смогу! Я считал, что вообще не способен на такие чувства, но ты! Перевернул все! Я пытался справиться с этим, пытался избавиться, пытался держаться от тебя дальше, но я не могу не думать о тебе, не могу не хотеть быть рядом, не могу не хотеть коснуться! Это выше меня.        Вэй Ин слушал эту исповедь и не мог поверить: Лань Чжань оказывается был таким пылким внутри. Теперь понятно, почему он так реагировал на его поддразнивания.        — Лань Чжань…        — И это я поцеловал тебя тогда.        — Ты?!        Вот это поворот!        — Но почему, когда я нашёл тебя, ты был таким рассерженным?        — Потому что не смог сдержать свои желания.        Зная Лань Чжаня это было логично. Как же долго он хранил в себе эти чувства?! Благовоспитанные люди действительно пугают: он бы так не смог.        — Я не могу заставить тебя полюбить меня, но я просто хочу быть рядом.        — Лань Чжань, — ласково позвал он, затем придвинулся поближе. — Знаешь, я пока еще не до конца разобрался, но ты мне тоже нравишься, — и Вэй Ин крепко обнял его. — Спасибо, что сказал.