Fall

Шагнуть или нет? Тяжелые капли барабанили по окну маленькой квартирки в Кандонгу на окраине Сеула. Тэхен уже битый час сидел за своим рабочим столом в комнате, изучая обои на стене. Сегодня, в свой выходной, он специально встал пораньше, чтобы закончить проект, который взял в качестве подработки. Но вместо этого он, казалось, мог теперь воспроизвести каждую царапинку, каждую тень и каждый узор, изображенный на его обоях, даже с закрытыми глазами. К полудню он набрал лишь две строчки текста из двадцати необходимых страниц. Внимание просто не желало ни на чем фокусироваться, заставляя Тэхена в прострации таращиться на кремового цвета полотно бумаги на стене. В последние пару лет в такое состояние он впадал все чаще. И это было похоже на качели, которые постоянно взлетают и падают с разной скоростью. Вот ты проснулся прекрасным солнечным утром, полный сил и готовый к великим свершениям, а спустя час понимаешь, что внутренний аккумулятор просто разрядился. Так же быстро, как батарея в мобильнике на морозе. И что бы ты не делал, самостоятельно зарядить ее не получалось. А еще мысли в голове. Тэхен не знает точно, когда они стали появляться. Просто в один момент он поймал себя на том, что если вот сейчас по пути на работу его собьёт машина — он в общем то и не против. Или, переходя через мост над рекой, задумывался о том, какого это, стоять по ту сторону ограждения. Или, когда он шел по железнодорожным путям в кофейню, у него все чаще маячило в голове «а что будет, если шагнуть под несущийся на всех парах состав?». Эти мысли не появились внезапно одним февральским днем. Вовсе нет. Они созревали медленно, незаметно, будто бы цветок, прорастающий сквозь землю. Сначала едва маячили где-то на краю сознания, а потом становились громче и громче, будто надоедливый комар в ночи. Вообще, Тэхен думал, что такого рода мысли бывают у всех. Ну, знаете, небольшие такие депрессивные состояния? А потом оказалось, что у ментально здоровых людей их не бывает никогда. Забавно, но у Тэхена была одна странная мечта. Он хотел прыгнуть со ста тридцатиметровой тарзанки в Новой Зеландии. Что странного спросите вы? А то, что спрыгнуть он хотел не ради острых ощущений или прилива адреналина. А чтобы понять, что чувствуешь, когда летишь с крыши какого-нибудь высокого здания. На что похожи последние секунды свободного падения. И вроде бы все в жизни Тэхена было прекрасно. И образование, и работа. Со здоровьем никаких проблем. Любящая мать. Да, миссис Ким иногда перегибала палку, но Тэхен знал, что она пытается сделать, как лучше для сына. Пусть это «лучше» и было частенько сильно ошибочным. У него были хорошие отношения с коллегами. Даже друзья были, да и новые знакомства он заводил достаточно легко. Вот только он и не помнит уже, когда улыбался чему-то на по-настоящему искренне, находясь с друзьями на шумной гулянке. Настолько он привык натягивать на себя улыбчивую маску, что она будто бы приросла к лицу. И даже с друзьями Тэхен не мог обсудить то, что его беспокоит, так как знал — не поймут. Не поверят, что он, с виду абсолютно стабильный парень, который особо то и не волнуется никогда, на самом деле готов забиться в темный угол ото всех и не выходить оттуда до конца своих дней. Как показал опыт, алкоголь в этом деле не помощник. Сколько бы раз не пытался Тэхен влить в себя горячительное разного состава и количества — все, как в черную дыру проваливалось. Ни тебе нахлынувшего веселья, ни забытья, только голова на утро болела и сушняк дико мучил. Он даже, признаться честно, хотел попробовать что-то пожестче — может, травы какой? Но вот беда, вращался он далеко не в таких кругах, где такие штуки распространялись. А на Naver такое искать не пойдешь. А еще у Тэхена было излюбленное место, где он мог побыть наедине со своими мыслями. Старая скамейка в дальней части набережной, откуда открывался вид на реку и гуляющих вдали людей. Он часто встречал тут закаты, сидя с кофе и наслаждаясь свежим воздухом. В один из таких декабрьских вечеров он и встретил свой маленький лучик надежды во всем этом темном царстве его души. Чон Чонгук. Этот беспардонный парень совершенно нагло уселся на его любимую скамейку, хотя она была далеко не единственной свободной на набережной. Уселся и начал болтать, да так, что Тэхену уже шесть месяцев не удавалось его заткнуть. Он ворвался в его жизнь подобно солнцу, пробившемуся в темный подвал через окно, которого там раньше и не было. Чонгук был полной его противоположностью. Он всегда говорил то, что думал, всегда был открыт ко всему новому. А улыбался он так по-настоящему, что любой бы автоматически начал улыбаться в ответ. Первые месяцы, надо признать, Тэхен уж подумал, что нашел свое лекарство. Они проводили вместе каждый день, каждую свободную минуту, а когда не могли увидеться — зависали в мессенджере часами. Но эйфория долго не продлилась. Нет, отношения у них были прекрасными, они любили друг друга безумно, но те жуткие мысли снова начали возникать в мозгу Тэхена. Чонгуку о них он никогда не говорил — боялся расстроить. Знал, что тот будет переживать, а сделать с этим все равно ничего не сможет. И Тэхен свой лучик не хотел затаскивать в эту тьму внутри него. Вдруг, тоже погаснет? Временами жизнь облегчала музыка. У Тэхена даже был специально подобранный плейлист для тех моментов, когда качели настроения были в самом низу. Он даже назвал его «Fall into depression». И ведь, дурак, даже песню выбрал, под которую, по его мнению, было бы идеально сигануть с какой-нибудь высокой горы. Боялся только, что наушники в процессе выпадут. Хотя, будет ли это волновать в тот момент? Вряд ли. Тэхен давно понял, что смерти он не боится. Если составить список страхов, то «смерть» будет где-то в самом конце, даже ниже по списку, чем боязнь поседеть раньше тридцати. Почти всегда его останавливали лишь мысли о том, что будет делать мать, если его не станет. И Чонгук, конечно. Так подвести его Тэхен не мог. Но он с ужасом и одновременно с каким-то облегчением ждал момента, когда даже на последние преграды станет плевать. Когда он вновь будет идти вдоль железной дороги и наконец-то найдет ответ на свой извечный вопрос. Шагнуть или нет?