Приключение

Вот Тургон стоит на улице и дожидается своего лучшего друга, ну и по совместительству брата, — Финрода. Стояла солнечная ясная погода — просто отлично для путишествия! Такой шанс упускать нельзя: решили Финрод с Тургоном. Вот наконец к Тургону подъехал Финрод на белом коне и они отправились. Путь был долгим, но вот они добрались до Дориата, привязали там своих лошадей и отправились вниз по Сириону пешком, взяв с собой всё самое необходимое. Тургон про себя отметил, что Финрод стал каким-то привлекательным и соблазнительным: длинные золотистые и белые волосы; хрупкая стройная фигурка, сам он худенький; очень обоятельная улыбка с белоснежными, ровными зубами и, как казалась Тургону, сочными, красными губами; стройные и тонкие ножки; нежная нормального белого цвета кожа; розовые щёчки, остренькие ушки, голубые красивые глаза; длинный розовый язычок иногда выглядывал изо рта. В общем почему-то только сейчас он это заметил. Сам Тургон был немного выше Финрода на 10 сантиметров в росте и был широкоплеч, в отличие от Финрода с его хрупкой фигуркой. Финрод шёл впереди, но Тургон сзади — это решил сам Тургон, чтобы во время пути осматривать аппетитную фигурку своего братика. Изредка он всё-таки оборачивался, чтобы что-нибудь спросить, предложить, поинтересоваться или же просто посмотреть идёт ли он там за ним или нет. Попутно они разговаривали о всяких событиях, давали им свою оценку, рассказывали, как бы поступили они в той или иной ситуации, ну и конечно же традиционно обсуждали, что бы они сделали с Морготом будь он у них, и как бы они хотели с ним расправиться, чтобы за всех отомстить. Как же там, на берегах Сириона, было красиво: тут и там попадались рощи; росли красочные цветы на обоих берегах; изредка попадались животные, в основном птицы, но и зайцы; плескалась рыба в самом Сирионе; ночью сверкали белые звёзды. Вот Тургон взял на руки 1-го такого зайца. — Финрод, у меня для тебя подарок! — проговорил он с улыбкой на лице. — Вот это да! — открыл рот Финрод от изумления и улыбнулся, протягивая руки к Тургону — Какой он большой и красивый! Спасибо! Он и правда был большой и красивый: рыжий пушистый мех и длинные прямые ушки. Финрод взял его к себе на руки и стал гладить его, улыбнувшись. "Это очень мило!" — думал Тургон, смотря на эту умиляющую картину. Вот Финрод закончил гладить его, аккуратно и медленно спустил его со своих рук, отставив попу на Тургона. Тургон даже прикрыл глаза и закусил нижнюю губу от нахлынувшего желания. Но он же ведь не мальчишка, верно? Пока что да. — Что с тобой? — поинтересовался Финрод. Тургон мигом очнулся и с радостью сказал: — Комар больно укусил, вот прикусил губу просто. — Дай-ка я тебя посмотрю, может это и не комар был? — Улыбнулся он и направился к Тургону. Тургон поднял рубашку оголяя поясницу и часть спины. Финрод погладил их и подытожил: — Всё хорошо, ничего серьёзного. Видел бы он щас Тургона, у которого глаза закатывались от его прикосновений, может быть и заподозрил что-то интересное, но он же стоял сзади Тургона и ощупывал его спину.       Так они и продолжили путь, пока Финрод не предложил: — Может быть нам следует устроить привал и отдохнуть здесь? — повернулся он к Тургону и приятно улыбнулся. Такой улыбке он перечить не мог и сказал: — Да, конечно, что-то я тоже устал, давай вон там. Тургон указал на небольшую лощинку с берёзовой рощей на ней, и они направились туда. Далее, пока Финрод возился и разбивал лагерь на ночлег, Тургон пошёл на небольшой луг, где росли разные цветы. Он выбрал самые большие одуванчики и свил из них головной венок для Финдарато. Он подошёл к нему со спины и аккуратно воздвиг ему его на голову. Он же обернулся и улыбнулся ему. — Красиво, Тургон, и одуванчики большие, как я люблю, спасибо! — радостно сказал он ему.       Дальше Тургон размотал удочку и пошёл к берегу Сириона, о который бились совсем небольшие волны. Потом к нему подошёл Финрод. Он аккуратно снял сапоги и засучил штанины, а потом окунул свои ноги в воду, сидя при этом на берегу. Он улыбнулся и нежно спросил: — Клюёт? Тургон онемел от этого процесса и засмотрелся на его нежные белые ножки. А потом опомнился и сказал: — Да, клюёт, несколько плотвичек поймал. Тургон указал на место где дёргались 2-е приличных размеров плотвы. Потом, спустя минут 40, там появились ещё 2-е чуть побольше. Финрод же всё это время сидел в думах и восхищался братом каждый раз, когда он вылавливал новую рыбу. Это очень сильно льстило Тургону и он отмахивался, говоря, что Финрод и сам может выловить ещё и не хуже.       Потом же, нехитро поужинав, они расстелили плащи на земле и легли спать у не потухшего ещё костра. Финрод как раз разделся, то есть оставил на себе только штаны, рубаху и нижнее бельё всё остальное аккуратно положил рядом с собой. У Тургона появилось желание прижать к себе его и он пошёл к реке. Там он окунул руки в холодную реку, подержал их там, а потом вернулся. — Артафиндэ! — окликнул его Тургон. — Что случилось? — поднялся на локтях Финрод, потирая сонные глаза. — Можно я лягу к тебе? А то как-то холодно, и я немного замёрз. — жалобно попросил его Тургон — Пожалуйста! В качестве доказательств он дотронулся холодными руками до него. Добрый и отзывчивый Финрод естественно согласился и впустил его в свою полевую постель: — Конечно, ложись рядом со мной! Даже не спрашивай такого больше! — улыбнулся ему Финрод и проговорил это заботливым голосом. Тургон не ожидал, что его первым обнимет Финрод. И растянувшись в улыбке, он лёг рядом с ним, прижав его к себе тоже. Потом Тургон запустил свои руки под рубашку Финрода и прижал к себе его маленькое тельце. Финрод же недоумённо вскинул бровь, но Тургон сказал: — Можно? Так мне теплее. — Можно-можно. — сказал он. И Финрод успокоился, а вскоре и засопел. Руки Тургона оглаживали его спину и поясницу. А Финрод же в это время беззаботно спал. Потом он аккуратно, чтобы он не проснулся, подтянул его голову, положил на локоть к себе и наслаждался запахом его волос — они пахли сладковатой сиренью. К тому же от Финрода веяло приятным теплом. Вот Тургон как бы случайно прикоснулся к его губам своими — Финрод не проснулся, а лишь поудобнее устроился на его локте, поёрзав на нём. Тургон притянул его к себе сильнее — снова спит. Вот он начал вводить свой язык ему в нежный рот, облизывая красные губы и розовые щёчки. Финрод сонно открыл глаза и недоумённо посмотрел на Тургона — его как-то смущал чужой язык у него во рту, который ещё иногда облизывал его щёчки. — Что ты делаешь? — спросил недоумённый Финрод. — Финрод, я хотел давно сказать, что я тебя люблю, но как это сказать я не знал и не знаю... — признался Тургон ему в глаза, даже не покраснев. Финрод же покраснел, вскочил и заметался взглядом, явно смущённый и растерянно сказал: — Что ж, это приятно конечно, но не до такого же? Я тоже тебя люблю конечно, как друга, как брата, но не так. Давай мы это оставим в секрете: и ты никому не расскажешь, и я. И вообще просто забудем это. Тургон согласился бы — Финрод был порядочным эльфом и сдержал бы своё слово —, однако останавливаться на достигнутом он явно не хотел и не собирался. Он улыбнулся и встал. — А может быть, ммм, продолжим прямо здесь? — игриво сказал он, пятящемуся назад брату. — Давай не будем, пожалуйста! — у Финрода появились тревога и паника. Вот он упёрся спиной в дерево, и Тургон схватил его за талию, притянув к себе. — Какой же ты мягкий, Финдарато! — сказал он ему на ушко, прикусив его. — Не надо, зачем тебе это? — со страхом спросил его Финрод. — Я же говорил тебе, что я тебя люблю, Финрод, а вот почему ты не взаимен для меня остаётся загадкой. — серьёзным голосом сказал Тургон, краснеющему Финроду. Финрод было хотел вырвался и убежать, но следующие слова заставили его повернуть обратно. — А Тингол и Мелиан знают зачем ты приходишь в Дориат, а? Может быть сказать папе с мамой с кем проводит свободное время её дочь? Да, так и сделаю! — ехидно сказал он Финроду вслед. Тот замер, побледнел, округлил глаза, обернулся и пошёл назад — к Тургону. — Ну Тургон! Откуда ты знаешь!? — подскочил на ватных ногах он к нему. — В лесу вас видел, гуляющими за руку, но думаю, что что-то было и серьёзнее этого, но Тинголу хватит и этой прогулки. Или нет, как думаешь? — улыбнулся он, глядя Финроду прямо в глаза. — Не рассказывай никому, прошу тебя! — с надеждой заглянул он к Тургону в глаза. — Услуга за услугу, мой сладкий! — прошептал Тургон ему на ушко и куснул его. — Тургон, это подло! — недовольно сказал Финрод. Тургон удивился, а потом сказал: — А оставлять, любящего тебя эльфа, без должного внимания, это не подло!? — Хорошо, что мне делать? — смирился Финрод и решил выполнить его условия. — Для начала раздеться, а потом приступим к главному. — сказал он Финроду — А знаешь, я тебе помогу это сделать. С этими словами он направился к нему и начал стягивать с него одежду. Финрод очень сильно смущался и даже в свете догорающего костра было видно насколько он красный. Потом же Тургон разделся сам, и начал покрывать нагого Финрода своими поцелуями. Сначала он глубоко поцеловал его в рот — нутро его было мягким и нежным. Бедному Финроду это было до невозможности неприятно, причем в 3-не: во-первых, его целовал мужчина; во-вторых, его собственный брат, пусть и двоюродный; в третьих, Финрод не знал, что можно целоваться вот так — ввести в рот язык и возить им по его нутру. Но кстати, 2-ой факт был спорным: пусть лучше это делает его брат, чем какой-нибудь чужой ему эльф. Потом Тургон закончил, и начал лизать и целовать его щёчки и остренькие ушки. Всё это время он крепко обнимал его за спину и гладил его мягкий животик. — Слушай, можешь ли ты тереться об мой язычок своим, а, Финрод? — сказал Тургон и повторил процедуру поцелуя в губы. Финрод хотел возразить, но поцелуй настиг его быстрее, чем он это сделал. И ему пришлось выполнить просьбу его брата: пока Тургон вылизывал его рот, Финрод тёрся об его язычок и даже нашёл в этом что-то приятное! После этого Тургон начал целовать и покусывать его в районе шеи, втягивая в рот нежную мягкую кожу розового цвета. Финроду же пришлось держаться за голову и спину Тургона, чтобы не упасть. Вот уже Тургон начал спускаться ниже. Он вылизывает соски Финрода, при этом смотря тому в стыдливые и испуганные глаза. Вот он уже целует и вылизывает живот и в особенности пупок. А потом он встал и проговорил ему: — Пора бы начинать что-нибудь посерьёзнее, ты как думаешь, Финрод? Какое у тебя, однако, красивое имя, мне бы такое... — потискал он его щёчку в руке. — Что например? — осторожно и испуганно спросил Финрод. — Например, ммм, — тут Тургон задумался какой из множеств вариантов ему сперва выбрать? —Минетик, согласен? — улыбнулся и предложил ему Тургон. Финрод округлил глаза и стал мотать головой. — Да ладно, по глазам вижу, что согласен, а по симу начинай! — улыбнулся и сказал он Финроду. — Но... — только и успел сказать он. — Не бойся, Тингол не узнает, честное слово! — издевательски сказал он ему. Финрод сел на колени, в то время как Тургон возвышался над ним. Тургон стал возить возбудившимся естеством по его губам и щёчкам, а Финрод посмотрел на него гневно и как на предателя, но ничего не сказал ему — не в том положении. Тургон положил ему свою руку на затылок и, потрепав его волосы, улыбнулся улыбкой предвкушения. — Ну же, чего ты медлишь? — спросил он недоумённо у красного Финрода. Он небрежно уткнул его в свой пах и повозил членом по его лицу. Финрод всё понял и высунул свой длинный язык наружу полностью. Затем он стал водить им по всей длине члена сверху вниз, уделяя особое внимание головке и мошонке. Он лизал его усердно, хорошо лизал головку, раздражая её своими быстрыми движениями розового язычка. Тургон же поднял голову вверх, закатил глаза и, открыв рот, издавал неровные вздохи. Финрод приносил ему непередаваемое удовольствие, своим нежным ротиком и в особенности язычком. В эти минуты бедный Финрод был как никогда беден, но то была плата за удовольствие другого. — Переходи к более масштабным действиям... — блаженно проговорил Тургон. Это был намёк взять его в рот полностью, и Финрод это понял. Он, раздражавший до этого мошонку, принялся вводить его естество в рот. Дальше он возил головой вперёд и назад, медленно и размеренно, и самое главное для Тургона это было приятно, пусть и опыта у него ещё не было. От самого факта того, что он добился своего, и теперь его наслаждает его же теперь любимый эльф, ему было не менее приятно, чем от головных движений Финрода. Потом Тургон начал сначала медленно, затем ускоряясь подаваться на встречу рту Финрода. Финрод к слову присосался достаточно сильно, и Тургону приходилось делать усилия во время своих телодвижений. Вот Финрод уже практически не двигался — за него это делал Тургон. Он пропихивал естество глубоко, и доставал глотку Финрода. Тот отпрянул закашлявшись, но откашлявшись быстро взялся за старое. И вот наконец, Тургон излился ему в рот. Немало попало также на губы и щёчки. — Слизывай... — блаженно сказал ему Тургон добрым голосом, быстро дыша. Он повозил ему по губам своим членом, который был весь в семени, как щёчки и губки у Финрода. Финрод вздохнул и начал слизывать семя с члена и себя. Он слизывал его по всей длине, потом он облизал собственные пальчики, щёчки и губки. Тургон сказал: — Можем приступать к следующей части!.. Он хитро улыбнулся и сел рядом со своим ушастиком. Потом он обнял и, также как и всегда, глубоко поцеловал его. Финроду было так мерзко и так неуютно, что ему хотелось сорваться с места и убежать куда угодно. Да даже, наверное, он согласился бы добровольно пойти в Ангбанд, чем делать это! Но он пошёл — поворачивать уже было поздно. — На-ка оближи их. — сказал он Артафиндэ. Он подставил к влажным губам Финрода 3-и пальца. Финрод задумался. — Думаешь, что лучше, я или Тингол? — насмешливо с улыбкой спросил Тургон. — Нет... — проговорил Финрод несмелым голосом и принялся лизать пальцы. Он лёг на плащ животом и приподнялся на локтях, чтобы вылизывать его пальцы. Потом он взял руку Тургона за кисть и поднёс ко рту пальцы. Ну а дальше стал вылизывать их, смотря при этом в глаза Тургону. Тургону нравился вид Финрода в этом положении и он шлёпнул его свободной рукой по мягким ягодицам, сминая их в руке. Финрод же упорно продолжал вылизывать их, и пот выступил у него на лбу, от напряжения и стыда. Вот уже Финрод закончил это дело, и Тургон сказал лечь на плащ вдоль. После же этого он сам сел рядом с ним и начал вводить пальцы по 1-у, по мере растяжения. Финрод издал сначала рваный вдох, а потом с негромким стоном выдохнул. Он быстро закусил нижнюю губу и прикрыл глаза, заливаясь краской. — Я вижу ты и сам постепенно входишь во вкус, нравится? Тогда мы можем и потом с тобой повторять подобное, ещё и лучше! — с восторгом воскликнул Тургон, притянул Финрода за подбородок к себе и нежно поцеловал его. Финрод залился краской и уголки его глаз стали влажными: неужели это будет не 1-ин раз? Тем временем Тургон закончил с подготовкой и лёг сверху на Финрода. Потом он ввёл своё естество во внутрь своего двоюродного братика и начал медленно двигаться, постепенно ускоряясь. Финрод же облокотился на локти и, почувствовав, что в него ввели нечто большое, начал сдерживать свои стоны, но у него это плохо получалось, и он чаще стонал, чем сдерживался. Глаза его слезились от обиды и беспомощности, ведь он фактически теперь раб Тургона, и он сделает всё, что он скажет ему, и всё из-за Лютиэн и его невнимательности. Тургон же не разделял его судьбу и быстро двигался вверх-вниз, пока под ним выгибался и стонал Финдарато. Этот стон так понравился Тургону, что он целовал его в горячие щёчки и ушки, прямо во время процесса. Потом Артафиндэ начал ощущать какую-то приятную нотку во всех движениях Тургона и даже на время начал поддаваться ему на встречу, уже испытывая не нотку, а полноценное чувство удовольствия. Вот так и продолжался их ночной отдых ещё очень долго. Финрод совсем уже охрип и издавал низкие стоны к тому моменту, и Тургон наконец-то излился в него. Обессиленный Финрод давно уже просто лежал под ним и плохо соображал, что происходит, ему просто было приятно, и он блаженно улыбался. С востока вставало утреннее солнце, озаряя дальние леса и луга. Сирион поблёскивал золотом от этого. Восток озарился розовым, как щёчки у Финрода, цветом. Дальше они пошли к Сириону, чтобы искупнуться в нём и смыть с себя семя, лишнюю слюну и пот. Ну как пошли... Финрода например Тургон взял на руки и понёс к берегу Сириона сам. Финрод же уткнулся в грудь Тургона, вдыхая её запах. Вот они уже стоят в воде — Тургон прижимает к себе Финрода и моет его. А потом вдруг Тургон опомнился: — А ведь с тобой же мы не закончили! Он перехватил естество Финрода в руку и стал двигать его вверх-вниз. Финрод открыл рот и закрыл глаза. Излился он довольно быстро и, с протяжным стоном, обмяк на руках Тургона. Он же лишь улыбнулся и, притянув Финрода за подбородок, горячо и глубоко поцеловал его. Далее они вышли на берег, обсохли и оделись. Весь день они сидели на плаще, любуясь луговыми цветами, Сирионом и вечерним закатом, целовались, обнимались, Финрод краснел, но теперь рабом себя не считал. — Я люблю тебя! — сказал Тургон на острое ушко. Финрод положил свою голову ему на колени и, прикрыв свои голубые глаза, сказал: — Я тебя тоже! С этим они заснули, а на следующий день, не сказав о своих снах ничего, отправились дальше.