Диктаторы

      После того как Путин смог расслабиться, он улыбнулся и начал свой монолог: «Знаешь… я давно хотел уже поговорить о твоём поведении. Я понимаю что ты управляешь именно своей страной, но тебе нужно понимать то, что если ты не остановишься в своей грубости к гражданам, тебе это выйдет в огромные проблемы… Ты крайне глупо принимаешь решения, однако как диктатор ты очень хорош, но всё же слишком груб, а это не самое лучшее в поведении президента любой страны. Я бы с радостью объяснил тебе как нужно «правильно» управлять страной и не… скажем так, «спалиться», но мне это слишком быстро наскучит, ведь не факт что ты меня поймёшь…» Путин приостановил монолог, глянул на Лукашенко и увидел крайнюю степень обескураженности своего коллеги на лице. Он ухмыльнулся и спросил: «Ну как тебе Сочи сегодня?». Помедлив, Лукашенко ответил: «Гм… Владимир Владимирович, очень красиво, но для чего вы мне всё это сказали?» Президент Беларуси чувствует как его подтрясывает, как обстановка перерастает во что-то более странное и непонятное для него. На лице у Владимира продолжала «стоять» улыбка, но во взгляде появилась «пряная» лукавость.       В этот момент Путин встал, подошёл к «другу», прошептав: «это всё для того, чтобы ты наконец то понял, что тебе пора остановить в своих действиях агрессию и я покажу тебе, как чувствуют себя твои граждане…» После сказанного, президент России подошёл к двери и закрыл её на замок, а после прикрыл и балкон.       Подойдя к Лукашенко, он приблизился к его лицу и отвлекая внимание от обстановки быстро надел на руки коллеги наручники. Заметив это, Александр попытался встать, но Владимир резко толкнул его в грудь и собеседник поскользнувшись, упал на пол, ударившись головой о мраморный пол, вскрикнул. В эту минуту, Путин, встал рядом и поставил свою ногу на грудь «друга», постояв так немного он сказал: «Если посмеешь встать, очень пожелаешь…» Самого Лукашенко в этот момент очень и очень трясло, он не понимал что ему делать и что хочет сам российский коллега от него. Пока Александр лежал, Владимир подошёл к шкафчику и вытащил оттуда верёвку, которая была специально подготовлена для сегодняшнего дня… Далее он подошёл к лежащему человеку, опустился и перевязал верёвкой ему ноги.       А позже продолжил свой монолог: «Знаешь, я так давно не занимался тем, чем так хочу сейчас… ведь люди априори не поймут, если я им это предложу, а обыкновенный секс мне уже совершенно наскучил и совсем недавно я подумал, что ты бы стал неплохой игрушкой с которой я могу делать всё что угодно, ведь ты даже ничего не сможешь сделать, ты слишком уязвим и именно это мне в тебе и нравится… а если ты кому то расскажешь, тебе, Сашенька, никто не поверит, ведь я по мнению большинства хороший человек, который даже ударить кого-то не можешь… меня любят, а вот тебя, не думаю.» После сказанного Путин очень заразительно засмеялся, во весь голос, но больше это было похоже на смех психопата, а не полностью психически здорового человека.        Через некоторое время, после того как Владимир успокоился, он достал из шкафчика уже подготовленные «инструменты для пыток». Подойдя к своему «многоуважаемому другу» он достал красивый элегантный ножик, ручка которого состояла из красного дерева которое с лаком отдавало в рыжий оттенок. Само лезвие было украшено блестящими золотыми вставками животных. Сняв с лезвия его крышку, он поднёс его к солнцу и некоторое время смотрел как поблёскивают блики солнца на самом клинке. Позже поднеся лезвие к рубашке президента Беларуси, он легко прошёлся по ней, наблюдая как лёгкая ткань разрывается под нажимом острого ножичка. В секунду как лёгкая рубашка упала на пол, он увидел мягкое пузико коллеги и почувствовал как в его теле начинает закипать садистское желание. Он прикоснулся кончиком лезвия к прямой мышце живота и легко, практически не касаясь провёл линию, но даже это лёгкое прикосновение смогло разрезать слой эпидермиса. Из раны тонкой струйкой потекла кровь и Владимир спросил у Лукашенко: «ты ведь ничем не болен, да?» Сам Александр хныкая от очень неприятного ощущения и сильной дрожи, заикаясь ответил: «не… не-ет…» После этого ответа, Путин «слизал» лезвием кровь и поднёс кончик ко рту и аккуратно облизнул его, пытаясь не порезаться. На вкус кровь отдавала обычным металлом и Владимир даже огорчился, что он не какой нибудь Ганнибал Лектор, и не может определить возможную болезнь человека по его запаху.       В тот момент как Владимир пытался понять оттенки вкуса крови, Лукашенко прилагал неимоверные усилия мозга для того, чтобы понять что ему делать. Он связан и практически не может двигаться, кричать было бесполезно, ведь все двери закрыты, а стены звуконепроницаемые и это морально его убивало. Если бы ему когда нибудь сказали что, что то подобное может случиться, он казнил этого человека у всех на виду, но сейчас происходит именно это.       Когда Путин понял что вкус крови совершенно обычный, его это по какой то причине очень разозлило и он, импульсивно и резко провёл ещё раз лезвием по коже коллеги. От неожиданности Александр вскрикнул и сам не замечая начал просить прощение, хотя за что… непонятно. Наблюдая за этим, Владимир чувствовал возбуждение и неимоверное желание сделать ещё больше, ещё хуже и ещё сильнее наслаждаться этими мольбами. От огромного спектра ощущение он не осознавая надел на Лукашенко кляп, который уже лежал около него вместе с «приборами для пыток», перевернув коллегу он спустил с него штаны, взял немного смазки на пальцы и начал входить в анальное отверстие, разминая его. Пока в отверстие Лукашенко входили и выходили пальцы, он стонал, хныкал и плакал как девчонка при первом неудачном сексе. Ему было мерзко от самого себя, мерзко что сейчас, его может изнасиловать мужчина. Его внутренняя гомофобия просто неимоверно заставляла ненавидеть всего себя ещё больше.       После того, как его задний проход был полностью готов, Владимир снял штаны, налил в руку ещё немного смазки, протёр ей очелло* коллеги, свой член и начал медленно вставлять его в задний проход. Немного подождав он начал двигаться, но не ускоряя темп, чтобы его партнёр привык к ощущениям. Так продолжалось около 5 минут и после прошедшего времени, Владимир начал ускоряться. Лукашенко жалобно стонал и шептал что-то неразборчивое. Путин взял свой ножичек и показав его вначале Александру, начал медленно проводить остриём по спине, наблюдая как на ней остаются тонкие красные полоски. Позже на холодном мраморном полу он, в состоянии аффекта схватил «друга» за шею и начал в неровном быстром темпе вбиваться в большое и мягкое тело. В этот момент сам президент соседней державы чувствовал сильное возбуждение, он возненавидел за это себя всеми тембрами собственной души, ведь знал, что сам не является гомосексуалистом, но ничего не мог с собой поделать и только делал что стонал и языком тела просил ещё… Так продолжалось около 10 минут, почувствовав что скоро кончит, Путин приостановился и вытащил член из прохода Александра, перевернул его на спину, вытащил кляп и не спеша начал водить рукой по собственному члену, около лица партнёра. В ту минуту Лукашенко открыл рот что-бы назвать Владимира последней гнидой, но помешала ему струя, которая прилетела ему на щёку, а вскоре и на всё лицо. Когда Владимир закончил, он встал и спросил смотря на член коллеги: «тебе помочь?» Недолго думая, партнёр согласился и отдался в руки Володи. Путину хватило провести пару раз по всей длине, как Саша уже кончил, при этом с перерывами простонал имя самого президента. Во время когда вся эта вакханалия закончилась, было темно и прошло несколько часов с начала встречи. Владимир встал, начал надевать свою одежду и в это время произнёс: «Я тебя отпущу, но помни что завтра у нас ещё одна встреча на море. И да, надеюсь ты и сам прекрасно понимаешь то, что тебе следует молчать об этом, хотя в любом случае тебе не поверят.» Лукашенко кивнул в знак согласия и попытался встать. Попытка была неудачной и он снова приземлился на холодный, кровавый пол. Увидев это, Владимир уже практически одетый, подошёл, развязал «другу» ноги и выпустил руки. Когда они оба были одеты, то молча вышли и пошли на улицу, где уже стояла государственная машина. Они попрощались, но пообещали встретиться друг с другом вновь завтра.