Я никогда тебя не оставлю

      Шаг и.. Бескрайняя темнота, здесь нет ничего, здесь лишь ты и твои переживания. Иногда, тебе кажется, что они напрасны. Порой так и есть. Забудь всё, что было до, начни жить после, станет ли тебе легче? Это решать тебе самому, никому больше. Осознай, что в этом мире нет никого, кроме тебя, никого кроме тебя.. Капли воды раздражающе громко ударяются об асфальт, дождь не перестаёт бить по голове. Тёплое дыхание на лице, теплота рук. Почему приходится ощущать это, из-за этого не хочется.. чувствовать.       Никаких чувств. Нет-нет-нет.. я не хочу.. Удаляющаяся тёмная фигура, её нельзя покидать. Изо всех сил надо удержаться рядом с ним. Не хватает сил..       Остановись, я не.. остановись! Прошу тебя..! Резкое онемение рук и пропасть. Дышать становится невыносимо, кислород исчезает вместе с ним. Смысл жизни теряется, когда он уходит, догнать его невозможно. Внезапно появляется источник кислорода. Вместе с ним яркий свет где-то сверху. Се Лянь пытается пошевелиться, у него это получается. Приподнявшись с кровати, он видит перед собой усталого Ши Цинсюаня. Тот в свою очередь ничего не говорит, лишь спустя время приходит осознание. Будто нож, ударил по слуху скрип стула.       — Ты снова упал в обморок, Се Лянь, – вяло говорит Ши Цинсюань и пересаживается к тому на кровать, — Му Цин встретил тебя в магазине, сказал, что ты вёл себя очень странно, а после и вовсе отключился. Ещё ты все время что-то шептал про Хуа Чэна.. Ты меня до смерти испугал. Се Лянь вздрогнул. Вдруг стало так пусто на душе, холодно.. невыносимо. Молча повернув голову к окну, он заметил, что на улице дождь льёт как из ведра.       — Нет.. — хрипло ответил на это Се Лянь, — Цинсюань, — Он обнял свои колени и уткнулся в них, прижимая к себе хвост. В глазах, из-за сдерживаемых слёз, стало мутнеть, — Я так хочу домой, к Сань Лану. Тёплые ладони взяли за лицо и притянули к себе, в свои тёплые объятия, но даже они не смогли согреть душу.

***

      Се Лянь ходит не первый раз к психотерапевту, к сожалению или к счастью, об этом знает лишь Ши Цинсюань. Се Лянь и раньше к нему ходил, но сделал перерыв, когда Хуа Чэн погиб, видимо, зря. Сейчас он дожидается прихода психотерапевта, его имя Цзюнь У. Мужчина с чёрными волосами и одной белой прядью, которые доходят до плеч, он является альфой. Иногда его поведение на приёме ощущается странно, будто говоришь не с тем, но, скорее всего, это чувство возникает из-за нервов. На приём Се Ляня привёл Ши Цинсюань, ему до сих пор в некоторые места страшно отпускать его одного. За дверью звякнули ключи, после чего она открылась. Цзюнь У поприветствовал Се Ляня и прошёл вглубь кабинета. Он последовал за ним, закрывая за собой дверь, перед этим услышав пожелания удачи от Ши Цинсюаня. По телу прошла дрожь. В кабинете было весьма прохладно, чувствуется атмосфера кладбища, но даже в холоде зарождается комфорт. Се Лянь сел на небольшое мягкое кресло кремового цвета, ожидая, пока Цзюнь У сделает пометки в ноутбуке. Встав из-за стола Цзюнь У подошёл к Се Ляню, посмотрел на несколько секунд тому в глаза, видимо оценивая состояние и сел напротив его. Щёлкнула ручка, это привело Омегу снова в реальность. Он сглотнул слюну и поднял голову.       — Давно не виделись, Господин Се, – дружелюбно сказал Цзюнь У и указал кончиком ручки на Се Ляня, сам он в ответ кивнул, — Что ж, судя по тому, что мне написал Ваш друг, Ваше состояние было близко к пути восстановления... Всё, как всегда, одно и тоже и.. новые таблетки, старые уже не помогают. Проблемы со сном есть и у обычных подростков из-за учебы. У Се Ляня же в этом играет роль тревожное чувство, из-за чего он не может заснуть, это могло было быть из-за работы, но в итоге выяснилось, что у него болезнь, связанная с психикой. Это началось примерно на шестнадцатый год жизни, когда он потерял своих родителей, после чего многое свалилось на его плечи, на плечи подростка, который до этого не знал бед. Ещё тогда его психотерапевт поставил ему психопатологический симптом, а если точнее Деперсонализа́цию. Цзюнь У не пропускал слова Се Ляня о том, что тому кажется, будто он видит погибшего человека. Цзюнь У видит это как воспоминания об утрате, не больше, это нельзя охарактеризовать как шизофрению. Сеанс закончился примерно через час, может больше, может меньше, Омега потерял счёт времени, хотя он и не нужен в данный момент. После сеанса Се Лянь вышел из кабинета и посмотрел на мир по-новому, да, ему определённо помог этот поход к Цзюнь У. Но не полностью, ничего не делается за один раз, за один разговор ничего не решится, за один приём таблеток ничего не решится. Выходя из здания, Омега встретил Ши Цинсюаня, который бежал к тому с двумя булочками. Когда он добежал, то так затормозил, что чуть не потерял равновесие.       — А-Лянь! Как всё прошло? – спросил он, передавая Се Ляню булочку, — Вот.. я сходил в магазинчик недалеко отсюда, чтобы успокоиться, и заодно купил перекус, — Ушки Ши Цинсюаня зашевелились. Се Лянь вяло усмехнулся и аккуратно взял булочку, в отличии от его рук, она была горячая.       — Маньтоу? – в ответ кивок, — Спасибо, Повелитель Ветров, — в шутку сказал Се Лянь, назвав того никнеймом в твиттере.       — Смеёшься с меня, да, – слегка обиженно произнёс Ши Цинсюань и откусил кусочек маньтоу, — Сянь Лэ.       — Это кто ещё смеётся, – сказал в ответ Се Лянь и дёрнул хвост в сторону.

***

Настала ночь, время неизвестности. Се Лянь ненароком вспомнил время, когда гулял с Хуа Чэном, тогда они ещё и убегали от ночной темноты, ведь в ней иногда может что-то показаться. Пугает не темнота, пугает то, что в ней. Она может таить в себе много чего, может, человека, а может предмет.             Неизвестность и пустота. Не сказать, что Се Ляню нравится находить приключения на свою голову. Но именно в это время, в этот миг ему захотелось пойти погулять, а если точнее посидеть возле подъезда. Когда Ши Цинсюань заснул, омега от простой скуки решил выйти подышать свежим воздухом. Уже спускаясь, он открывает железную дверь подъезда и выходит. В лицо ударяет холодный, морозный ветер. А ведь скоро настанет зима, время, когда нужно веселиться и радоваться жизни.. Сев на ближайшую скамейку, Се Лянь сильнее укутался в шарф. Вокруг ещё ходили люди, горели фонари. Ничего угрозы не представляет, несмотря даже на то, каким является район. Внезапно кто-то сел возле омеги, вероятно альфа. Он решил не зацикливать на этом внимание, убирая хвост со скамьи и доставая телефон. Не долго думая, Се Лянь решил почитать какую-то зимнюю историю в интернете, все же так делают? Со временем, погрузившись в историю, он не заметил, что этот кто-то подсел ближе и стал смотреть в его телефон. Всё могло было быть и нормально, но Се Лянь это заметил.       — Можете, пожалуйста, не приближаться ко мне так близко? – Сказал Се Лянь и отодвинулся. Он спрятал телефон в карман и поднял взгляд на незнакомца. Как назло этот тоже был в капюшоне и он был лисом. Се Лянь вздохнул, понимая, что это скорее всего очередная галлюцинация или похожий человек. Незнакомец вскоре аккуратно снял капюшон и нагнулся вперёд, сначала показались темные глаза, а после и всё лицо.       Опять.. то же лицо, лицо Хуа Чэна. Се Лянь резко отворачивается и протирает глаза, он не верит в это. Это лишь его галлюцинации. Про себя он твердит «Успокойся, сейчас нужно пойти домой..» Но внезапно рука предположительно Хуа Чэна дёргает его за плечо. Он резко разворачивается и видит совсем другого.       — А..? – Недоуменно ахает Се Лянь, — Хэ Сюань?       Господи, это не лис, это кот..       — А кого ты ещё можешь встретить в такое время? – Хэ Сюань дёргает ушами и встаёт напротив Се Ляня, — Есть дело небольшое к тебе, сможешь сейчас пойти со мной в квартиру, — ему пришлось кашлянуть, чтобы аккуратнее преподнести, — Хуа Чэна..? У Се Ляня на секунду ушла земля из-под ног, он последний раз был там несколько месяцев назад.. или даже больше.       — Зачем? – голос слегка охрип и омега встал, холодно становится если сидеть без движения.

***

— Кто ты? Где я нахожусь? – сразу же ледяным голосом потребовал ответа Хуа Чэн, хватка на руках усилилась. — Э-эй, полегче, не думал, что наша встреча спустя многие годы будет именно такая, – голос парня напротив был слегка напуганным и подозрительно знакомым.       — Кто. Ты. Такой, – По слогам потребовал Хуа Чэн, от незнакомца послышался усталый вздох.       — Я Инь Юй, — Хуа Чэн тут же отпустил, и к нему пришло озарение, — И я тут живу, отпусти, больно же. Инь Юй отошёл от стены и снизу вверх посмотрел на бывшего начальника. Хуа Чэн прикрыл на секунду глаза. Лисий хвост раздражённо завилял в разные стороны.       — Ты изменился, Инь Юй, – Помассировал виски Хуа Чэн от головной боли, открывая глаза и опуская свой взор на омегу, — Объясни мне, пожалуйста, что я здесь делаю и что это за место, я ни черта не понимаю. Инь Юй немного занервничал, не имея понятия, как обращаться к нему, но будь, что будет. Он поднял кошачьи уши к верху.       — Хуа Чэн, – начал он, как раньше, будто докладывая, — Я тебя нашёл на дороге, как бы странно это не звучало. И ты находишься в лесу, при тебе ничего не было, – ему не дали договорить.       — Так, стоп, в каком смысле на дороге? – Хуа Чэн отчётливо помнит, что он попал в аварию, которая произошла в городе, но никак не в лесу, — На какой? Инь Юй почесал затылок, будто рассуждая, и подошёл к кровати, кивая на неё. Хуа Чэн недоуменно посмотрел на того, из-за лисьих ушей это выглядело устрашающе и мило одновременно.       — Сядь или ложись, у тебя, возможно, сотрясение мозга, но я не уверен, — сказал Инь Юй, а после продолжил, — Если идти на север, то можно выйти к лесной полосе, она ведёт либо к посёлкам, либо к городу, там уж смотря в какую сторону ехать, ну, или идти, — Запнувшись, омега подошёл к окну, а после развернулся к Хуа Чэну, который уже сел на кровать.              — Я понятия не имею, что с тобой случилось, и как ты оказался на дороге, но выглядишь ты убито, будто с войны, кхм. Я обработал некоторые твои раны. И ещё, когда я тебя нашёл, возле тебя не было ничего, ты один лежал на дороге. Хуа Чэн прикрыл глаза и страдальчески выдохнул. В это время подошёл Инь Юй с чашкой, видимо, чая. Альфа поднял на него раздраженный взгляд, но чашку взял.       — Кто ж мне колёса подрезал, — глоток, — Я долго лежал в отключке?       — Ну, тут ты пролежал два месяца, а то, сколько прошло времени с начала твоего пребывания на асфальте, я, увы, не знаю, — Инь Юй облокотился о подоконник.       — Хорошо, давай по-другому, какой сейчас месяц? — Хуа Чэн потихоньку допивал чай, смотря прямо на Инь Юя, он моргнул, — Два месяца..?       Осознание резко ударило в голову.       — Да, сейчас октябрь, — вздохнул Инь Юй, — Я и не надеялся, что ты проснешься, уж долго ты лежал в отключке.       — Нихуя, я коматозник нахуй, — почти что прорычал Хуа Чэн, его это слегка разозлило, авария, которая испортила ему всю жизнь, — Мне надо к Се Ляню, хотя бы ему позвонить. Инь Юй удивился тому, что бывший начальник очень сильно переживает из-за кого-то, хотя, как он помнит, ему это несвойственно. Нет, он, конечно, знал, кто такой Се Лянь, но Хуа Чэн ничего о нём не говорил, только раз упомянул и всё.       — Сеть здесь ловит плохо, – застав Хуа Чэна в подавленном состоянии, Инь Юй решил говорить прямо, но он не успел договорить. Хуа Чэн схватился за голову и опустил её на ладонь.       — Блять, подожди, я не помню его номер, — У Хуа Чэна всегда было проблемы с запоминанием номеров, даже блокировка экрана на телефоне это не пароль, а рисунок.       — Инь Юй, какого черта ты вообще делаешь в лесу? Нет, я понимаю, что тут тише и комфортнее, но тут нет даже сети, — обречённый вздох, — Будто глушь. Каким образом можно попасть.. Хуа Чэн запнулся, вероятно, сейчас ему в городе будет опасно и скорее всего его считают мёртвым.       — Я не думал, что спрошу когда-нибудь такое, но какая у меня репутация в городе? — Хуа Чэн навострил уши, внимательно слушая.       — В новостях упоминали, что ты погиб, — почти сразу ответил омега и завилял хвостом, — мне кажется, тебе лучше не появляться в городе.       — Такого же мнения, поэтому.. у тебя остался номер телефона Хэ Сюаня? — решил действовать быстро и просто Хуа Чэн, — Если да, звони и давай трубку мне.       Инь Юй так и сделал.

***

      — Зачем? Хэ Сюань подошёл к омеге и прошептал тому на ухо, чтобы никто кроме них не услышал:       — Давай я тебе лучше покажу, словами объяснить подобное сложно, — Хэ Сюань неопределенно повёл плечами и пошёл в сторону чёрной машины.       — А как же Ши Цинсюань? – остановил его Се Лянь, исчезать без причины - давать переживания другим.       Хэ Сюань обернулся.       — Я ему написал, что ты едешь со мной, — а после повернулся и продолжил идти. Се Лянь вздохнул и подошёл к тому, идя вместе с ним, но тут его кое-что стало тревожить.       — Подожди, каким образом ты узнал, что именно сейчас я выйду на улицу? – его это напрягало.       Хэ Сюань ответил чётко и ясно:       — Я не знал. Изначально я хотел тебя взять в поездку и раньше, но Ши Цинсюань сказал, что тебе было крайне плохо, — альфа решил не использовать маты, это могло обидеть, учитывая, что у Се Ляня психические отклонения.

***

      Ночь красивая, но в то же время ужасающая. Прошло уже тридцать минут, они до сих пор едут. Се Ляня это здорово насторожило, учитывая, что дом, в котором живёт Хуа Чэн, они уж точно проехали. И, как вишенка на торте, впереди виднелся густой лес, устрашающий. Се Лянь повернулся от окна к Хэ Сюаню.       — Куда мы едем? – твердо спросил омега, — Ты точно проехал район в котором, — Се Лянь поджал губы и уши, неуверенно продолжая, — жил Сань Лан.. Хэ Сюань некоторое время молчал, но даже его холодная натура не выдержала этого взгляда омеги. Мать его, омеги.       — Ты прав, – единственный ответ, больше ничего, лишь ожидание. Спустя ещё некоторое время они доехали, автомобиль остановился возле небольшой тропы, которая ведёт вглубь леса. Хэ Сюань заглушил мотор, и, открыв дверцу у Се Ляня и у себя, вышел из машины. За ним буквально вывалился Се Лянь. Оба практически одновременно закрыли двери.

When I wake up I'm afraid, somebody else might end up being me.

Они молча шли по сырой земле, вокруг лежали листья разных цветов, будто ковром они опали. Через листья деревьев просочилась луна, такая яркая, что может осветить собой весь путь. И лишь в далеке виден дом небольшой, окна горят, быть может, там кто-то живёт?

Being me and only me.

Feeling scared to breathe.

Дойдя до дома, Се Лянь вздохнул, он не слышал голосов. Хэ Сюань постучал в дверь, за ней послышались копошения. Дверь открыл Инь Юй.

If you leave me then I'll be afraid of everything.

Се Лянь помнит, что Хуа Чэн не раз в первое время знакомства упоминал Инь Юя. Инь Юй кивнул и ушёл вглубь дома. Хэ Сюань прошёл в дом и поманил за собой Се Ляня.       — Заходи, сейчас узнаешь, зачем ты тут, — отстранённо сказал он. Се Лянь кивнул и зашёл.

That makes me anxious, gives me patience, calms me down.

Разувшись и сняв куртку, Се Лянь повесил её на крючок, рядом с курткой Хэ Сюаня. Тот в свою очередь уже прошёл туда же, куда и Инь Юй. Немедля, омега выпрямился и прошагал в комнату. Он почувствовал знакомый запах, запах, от которого колени подгибались.

Lets me face this, let me sleep, and when I wake up.

В конце комнаты на диване сидели Хэ Сюань и Инь Юй, когда Се Лянь зашёл они молча встали и подошли к нему. Хэ Сюань молчал. Инь Юй положил на плечо руку.       — Не оборачивайся и не смотри назад, – произнёс он. Оба удалились из комнаты, оставляя за собой пустоту и тишину. Се Лянь стоял и ждал.

Let me breathe.

Внезапно, пара тёплых рук обняла сзади. Се Лянь судорожно вдохнул, он определённо знает этот запах, он знает, кто это. Картинка перед глазами стала размыта из-за слёз, слёз радости. Омега развернулся и прижался к Хуа Чэну. Он тихо всхлипывал.       — Пожалуйста.. не плачь, Гэгэ, – Хуа Чэн, поглаживая того по спине, уткнулся носом тому в макушку, — Я здесь. Се Лянь больше не может терпеть, поэтому, вытирая слезы, он делает глоток воздуха и..       — Сань Лан, я люблю тебя! – говорит Се Лянь шёпотом, но в тишине звучит громко. Будто гром среди бела дня звучат его слова. Следует тишина, удушающая. Минута.. две.. Неожиданно гаснет свет. Се Лянь впервые за всё своё время начинает чувствовать. Хуа Чэн целует его, просто, без слов. Хотя слова им и не нужны. Сейчас для них важны только они, то, кем они приходятся друг другу, то, что они чувствуют друг к другу. И ничего не помешает им. У Се Ляня подгибаются ноги и он обнимает альфу за шею, чтобы удержать равновесие. Его поцелуй слаще чая, его поцелуй успокаивает лучше, чем таблетки. Хуа Чэн прижимает омегу к себе за талию. За время их дружбы, он не думал, что когда-то их отношения перейдут во что-то более интимное. Се Лянь заставил поверить, что он ему нужен. А сам Се Лянь нужен Хуа Чэну. •−•• ••−− −••• •• ••• • −••• •−•− •• ••• •−− −−− ••−− •−•• ••−− −••• −−− •−− −••− ••••••