Обещания

      Меня зовут Учиха Сакура, бывшая Харуно. Я герой 4 мировой войны шиноби. Одна из легендарной 7 команды. Глава госпиталя Конохи. Ученица пятой Хокаге Сенджу Цунаде. Боевая подруга седьмого Хокаге, прославленного Узумаки Наруто. Жена не менее известного Учиха Саске. Мать, подающей большие надежды, наследницы великого клана.       Красиво звучит не правда ли? В действительности же все не так здорово. Война оставила глубокие шрамы как физические, так и душевные. По ночам я просыпаюсь от кошмаров, тихо всхлипывая, пытаясь не разбудить дочь. Просыпаюсь я, кстати, одна, ведь я не вижу мужа годами. Искалеченный жизнью, Саске не может позволить себе семейный покой. Порой мне кажется, что боясь новой боли, он давно зарыл свое сердце в таких глубинах, которые и вообразить трудно. Я так и не научилась понимать его. Натягивая фальшивую улыбку, я рассказываю своей дочери о том, как мы любим друг друга, приходится постоянно придумывать новые причины, почему ее отец не навещает семью. Удивительно то, что все верят в эту прекрасную «семью».       Я неплохо поднатаскала навык вранья. Сай больше не различает мои фальшивые улыбки. Какаши-сенсей не видит моих чувств. Теперь даже Наруто с легкостью верит мне. Я поняла, что обманывать его на самом деле, довольно просто. Весь секрет в том, что фундаментом должно быть что-то, вписывающееся в его картину мира. Он полагает, что я безоговорочно люблю Саске, для него это непоколебимая истина. После войны, используя именно это заблуждение, я и построила эту прекрасную, «лживую» оболочку, под названием счастливая семейная жизнь.       Стук в дверь вырывает из размышлений. Точно. Я и забыла, Наруто говорил, что зайдет сегодня в госпиталь, обсудить внедрение курса медицины в академии. — Заходи, Наруто, – бросила я небрежно, все ещё не привыкнув к официальному обращению для старого друга.       В дверном проеме начала показываться светловолосая голова. Чувствуя вину за грубость, я решила встать из-за стола для приветствия Хокаге. Пока я поднималась, мир вокруг будто перевернулся, подступила тошнота, голова закружилась, ноги подкосились. — Сакура-чан! - обеспокоено выкрикнув давно забытое обращение, Наруто, в следующую секунду оказался рядом, спасая меня от падения.       Он уже очень давно не называл меня так, кажется будто сейчас передо мной вновь оказался тот взбалмошный мальчишка. Даже боль сковывающая все тело, не смогла остановить улыбку расцветающую на лице от нахлынувших воспоминаний. — Я в порядке, Наруто, просто небольшое переутомление. Со мной все хорошо, – выдавила я, пытаясь придать голосу непринужденность. — Ты слишком много работаешь, давай перенесем обсуждение, а ты пойдешь домой и отдохнешь, – взволнованно предложил блондин. — Насчет обсуждения согласна, но пойти домой не могу, много дел. Обещаю что немного передохну, прежде чем приступить к работе, – попыталась заверить я друга.       Он пристально вгляделся в мои глаза, похоже эти слова не убедили его, хоть он и пытался это скрыть, в его глазах всё еще читалось беспокойство и что-то ещё... сожаление? Не может быть... — Решено! Я зайду за тобой в 5 часов, накормлю раменом в Ичираку, и не отстану пока не смогу убедиться, что ты пошла домой отдыхать. А дела обсудим, когда ты будешь хорошо себя чувствовать, Сакура-чан! – с лучезарной улыбкой протараторил он. — Хорошо, разве могу я спорить с самим Нанадайме-сама. Буду ждать тебя, Наруто, – ответила я с такой же улыбкой.       Еще раз бросив на меня обеспокоенный взгляд, Наруто развеял технику теневого клонирования. Когда я осталась одна, я наконец позволила вырваться из груди стону, от сдерживаемой боли.       Ещё одна ложь. Даже Цунаде-сама пока что не узнала правды. Правды о том что лучший медик не может даже себя излечить. Сколько мне осталось? Пару лет? Пару месяцев? Недель? Часов? А может минут. Я не знаю ответ. Это началось уже довольно давно. Мои органы один за другим, начали медленно разрушаться. Для поддержания жизни, я использую в пассивном режиме печать Бьякуго.       Иронично, что именно эта техника и послужила первопричиной моей болезни. Я использовала ее на войне и после её окончания для лечения раненных. Вскоре начали появляться первые симптомы болезни. Но я закрывала на них глаза, дальше используя печать для спасения пациентов при тяжелых операциях. Таким образом я оказалась заключена в непрерывный цикл разрушения и восстановления моего организма, с каждым вращением наносящим все больший урон. Техника печати Бьякуго ещё недостаточно изучена, вероятно, она действует на меня так из-за недостатка запасов моей собственной чакры...       Восстановив состояние до более менее удовлетворительного, я наконец приступила к рутинным делам, нужно закончить всё до прихода Наруто.       Легкий поток ветра оторвал от заполнения отчетов. На часах уже 16:50, пора собираться.       Вдруг резкая боль сковала все тело. Ну почему именно сейчас? Почему это должно было произойти именно сейчас?Наруто должен скоро прийти, сегодня я впервые за долгое время увидела проблески того старого Наруто, которого так давно знала и любила всем сердцем... он отвел бы меня в Ичираку, а потом проводил бы домой, подарил бы улыбку, и рассказал какую-нибудь неуместную шутку и залился заразительным смехом. Новая вспышка боли. И внезапно я вспомнила обещание которое когда-то дала....       Его сердце не бьется, он умирает. Отказываясь принять смерть дорогого человека я предприняла отчаянную попытку вернуть его к жизни и начала прямой массаж сердца, и все повторяла про себя: «Пожалуйста, пусть Наруто живет, если позволишь ему жить, я откажусь от своего счастья... Пожалуйста... Я откажусь от своего счастья...»       Лишь недавно я смогла осознать, что на самом деле значило то обещание. Отказ от своего счастья... Это не слишком большая цена за его жизнь, я готова её заплатить. Меня только беспокоит кое-что, почему за прошедшие годы я видела так много твоих грустных взглядов, Наруто? И видела так мало твоих улыбок. Я безмерно скучаю по твоей лучезарной улыбке, которая могла озарить любую тьму. Почему ты больше не улыбаешься так, Наруто? И почему сегодня, мне показалось, что твои глаза наполнились такой острой болью? И таким знакомым мне сожалением, которое я вижу каждое утро в отражении?       Может... может ли быть, что счастье, от которого я отказалась, было нашим общим?       И вот, в мыслях сами собой начали строиться моменты неосуществивщейся счастливой жизни...       Я наконец, признаюсь Наруто в любви, а он всё не верит, злится, топчет ногой, взводит вверх руки, он думает, что я шучу и тогда я просто целую его...       Вижу его улыбающееся лицо в окне кабинета и непроизвольно улыбаюсь в ответ...       Наруто так забавно смущается, когда папа крепко обнимает его после объявления о помолвке, что даже мама не выдерживает и громко хохочет...       Он стоит передо мной в свадебном хаори, говорит слова любви и улыбается так искреннее...       Маленький зеленоглазый мальчик ещё так неумело метает сюррикены, а розоволосая девочка ползает по траве, пытаясь поймать бабочку...       Мальчик задувает свечи на праздничном торте, кусочки торта летят прямо в лицо Наруто, когда тот пытается помочь сыну, и мы всей семьёй заливаемся смехом...       Наруто улыбается приложив ухо к округлившемуся животу, пока я смеюсь, чувствуя внутри легкие толчки крохотных ножек, а рядом бегает неугомонный блондин с маленькой голубоглазой красавицей на плечах...       Таким было бы наше счастье?       Я не хочу умирать! Почему я должна умереть? У меня прекрасная дочь, я не хочу, чтобы она осталось сиротой! Почему именно сейчас? Наруто вновь назвал меня Сакурой-чан, моё солнце снова начало дарить свои лучи! Почему?       Лежа на полу в неестественной позе, не в силах шевельнуться, я чувствую приближение родной чакры. Из уголков рта льется кровь, по щеке стекает одинокая слеза, а на губах застыла горькая улыбка. — Прости, Наруто, – из последних сил выдавливаю я извинение в пустоту, – я не смогу поесть с тобой рамен сегодня... Прости... – почему я не смогла сказать этого раньше, – Я люблю тебя, Наруто...

***

      Самый страшный кошмар стал явью. Я держу в руках холодеющее тело. Тело той, что любил больше жизни. Прижимаю ближе к себе, беспрерывно повторяю ее имя, прошу очнуться, но все бессмысленно. Время будто остановилось вместе с её сердцем, растягивая момент разрушительной боли. Я больше не чувствую её чакру, такую родную, такую теплую.       Почему это произошло? Этого просто не может быть. Ведь когда-то давно я дал обещание...       Я просил, я умолял, я обещал.... « Я видел слишком много смертей, я видел слишком много боли. Боже, пожалуйста, пусть мои товарищи живут. Позволь всем им выжить. Саске теперь с нами. Сакура сможет стать счастливой. Если ты позволишь им жить, я... я откажусь от своего счастья...»       Я думал, что отказался от своего счастья, позволив Саске вновь уйти, я думал, что отказался от своего счастья похоронив свои чувства к Сакуре далеко-далеко внутри...       В конце концов, я всё делал неправильно, я пытался сделать счастливой Хинату. Но так ничего и не вышло. Мы будто увядали с каждым днем, проведенным вместе. Я не мог дать Хинате ту любовь, что она хотела, и ту, что она действительно заслуживала, а её любовь я так и не смог до конца принять, как бы ни старался. Я не смог стать хорошим отцом. Я так боялся стать счастливым, что даже семью до конца не впускал в свое сердце.       Я отказался от своего счастья. Так думал я все эти годы, но на самом деле это не так. Ведь мое счастье было всегда где-то неподалеку. Трудилось днем и ночью в госпитале. Приходило с рабочими вопросами в резиденцию, изредка дарило теплую улыбку, пробуждая давно усыплённые чувства. Жизнь Сакуры и была моим истинным счастьем.       Какая хитрая ловушка, похоже в тот день я дал обещание самому дьяволу. А сегодня он пришел за расплатой...