Превосходство первородных

В небе раздался раскат грома. Гермиона, лёжа в кровати рядом с Джинни, вздрогнула. С самого детства её преследует страх грозы. Мама часто слышала крики из соседней комнаты и мчалась успокаивать свою любимую дочурку. Прошли годы, но страх все так же будоражит кровь. — Ох, Альбус… Говорят, в этом году будет плохая погода, — сказала Минерва, поедая лимонные дольки. — Только ли в этом году? — интригующим тоном ответил директор. — История повторяется, погода снова показывает будущее. — Будем надеяться, что всё обойдётся в нашу сторону. Война неизбежна? Дамблдор посмотрел женщине в глаза сквозь очки-половинки, и по этому взгляду было понятно, что грядёт что-то более, чем тёмное. — Да спасёт нас Мерлин.

***

— Рональд, где твои манеры? — негодующе произнесла гриффиндорка. — Посмотри на этот ужас — пол и сидение в крошках! — Да ладно тебе, один взмах палочки и ничего не будет, — ответил тот с набитым ртом. — Гарри, ну скажи ему! — Да, Гарри, скажи ей, что это легко убрать. Оба резко замолчали и уставились на друга. Тот сидел молча, глядя в окно и будто не обращал внимания на происходящее. Его мысли были заняты абсолютно другим. — Гарри Поттер, земля вызывает Гарри Поттера, — раздался в его мыслях смешной тон друга. — А? Что? — Гарри вздрогнул и наконец-то обратил внимание на сидящих рядом. — Чёрт, я просто задумался, простите. Что обсуждаете? — Обжорство Рона, посмотри на этот ужас на полу! — Гермиона в шутку указала на пол. — Зал, наверняка, скучает по нему. Друзья засмеялись, в то время как Рон покраснел и скорчил гримасу. — Схожу всё-таки к Джин, надеюсь, хоть у неё чисто, — сказала Гермиона и с улыбкой вышла из купе. Поезд должен был ехать ещё час, а значит было время, чтобы обсудить с Джинни её новые обязанности по школе. Гриффиндорка не была удивлена, узнав, что в этом году её назначили старостой школы. Ни одна девушка её года, да и всей школы, не могла сравниться с ней по знаниям и рвению учиться. С самого детства Герми поставила цель быть лучшей, потому до сих пор не появилась та, кто превзошла бы лучшую ведьму своего времени. Однако, девушке не давал покоя один вопрос. Кто будет старостой мальчиков? Изначально она представляла в этой должности Кормака. У него были хорошие показатели в учёбе и квиддиче. Однако, увидев его на платформе, гневного и чересчур агрессивного, эта мысль отпала сразу. Так что для ведьмы появилась новая головоломка. Зарывшись в размышлениях, Гермиона не заметила, как зашла чуть ли не в конец вагона. Внезапно из-под закрытой двери раздался стон и тихое шипение. Девушка опешила. Не хотелось бы привлекать лишнее внимание, но и допускать подобное в экспрессе казалось нарушением личных убеждений. Однако в следующую секунду она услышала голос Джинни и нарушение личных убеждения отошло на второй план. Только вот второй голос не был девушке знаком. — Тише, там кто-то ходит, — хихикая, сказала рыжая, — подожди секунду. Ну, Блейз… — Да ладно тебе, что они сделают? Нажалуются старостам? — Стоп, что? — Гермиона сказала это вслух, и дверь купе сразу же открылась. — Миона? Что ты здесь делаешь? — выглянула красная, запыхавшаяся Джинни. — Да, Миона, ты нас отвлекаешь, — насмешливым тоном произнёс мулат. — Я… тебя ищу, но я уже ухожу, встретимся на платформе, — быстро пролепетала Гермиона и скрылась быстрее ветра. Девушка вернулась к себе в купе, где парни во всю обсуждали квиддич, и, не понимая ни слова, села у окна с книгой Фрейда. Читая о психологии и мимолетом улавливая разговор друзей, она услышала оповещение о прибытии и стала собирать вещи. Как только она вышла на платформу, в нос ударил запах клёна, который рос прямо у ступеней. Этот запах она не могла не спутать ни с чем. — Гарри, Рон, Гермиона! — раздался голос лесничего. — Рад вас видеть! — Хагрид, возмужал, — в шутку сказал Рон. — А то, Клювокрыла сам уже подниму. Великан и рыжий засмеялись. Эта парочка ещё с пятого курса всё время друг над другом подшучивала. Что там говорить, по Рону было видно, что он брат близнецов. Компания двинулась к каретам, чтобы поскорее попасть в замок. Хоть на улице и стояла хорошая погода, отдохнуть хотелось сильнее, чем гулять. Вскоре они достигли школы. — Гермиона, ты уже видела свою новую комнату? — раздался рядом голос Луны Лавгуд. — Нет, я только что приехала. — А разве старосты не приезжают на день раньше обычно? — прозвучало в голосе блондинки недоумение. — Мисс Грейнджер, вот вы где! Что произошло, почему вы не приехали вчера?! — услышала компания разгневанный голос декана. — В письме было указано явиться в Хогсмид ещё вчера утром! — Что? Утром? Вчера? Я прочитала письмо полностью, там не было такой информации, — попыталась оправдаться девушка. — Нет времени разбираться, следуйте за мной! Профессор рывком потянула Гермиону за собой. Такую агрессию девушка никак не могла понять. Однако сама жутко гневалась на себя. — Немыслимо! До того немыслимо, мисс Грейнджер! Я ждала вас вчера, чтобы разъяснить всю ситуацию, объяснить ваши обязанности! Но в итоге прибыл только мистер Малфой! Вы так меня подвели! — говорила декан с обидой. — Профессор, я получила лишь одно письмо, в котором не было указано явиться за день до начала учебного года. Мне правда очень жаль, — пыталась оправдаться девушка. Наконец они пришли к кабинету директора. Минерва поговорила с портретом, и тот отодвинулся. — Дамы, рад вас видеть, — сказал Дамблдор, оторвавшись от Пророка. — Присаживайтесь. Чувства стыда и гнева понемногу утихли в душе Гермионы и девушка постаралась прийти в себя. Присев в самое уютное кресло в своей жизни, она ждала указаний от директора. Макгонагалл была похожа на осину, сидя с ровной спиной, она уставилась вперёд, будто и забыв, что произошло несколько минут назад. В мыслях Гермионы проскочило: «Это поведение так несвойственно ей. Что такого произошло, что она так на всё реагирует?» — Как прошла поездка? — начал разговор директор. — Без проблем, всё прошло отлично. Правда устала сильно, но, думаю, сон всё исправит. — Сон является лучшим человеческим лекарством. Ни одно заклинание не поможет от усталости лучше, чем сон. Я так люблю вздремнуть днём, старость всё-таки… — Альбус? — перебила его Макгонагалл. — Что-то я немного от темы отошёл. Итак, Мисс Грейнджер, как вам уже известно. — Дамблдор по-доброму усмехнулся, — в этом и следующем году вы будете представлять девушек в роли старосты школы. Всем известно, что эта должность является очень серьёзной. В ваши обязанности входит не только патруль по школе, но и организация мероприятий. Все мы любим праздники. — Он снова усмехнулся. — Помимо этого вы контролируете использование магии в стенах школы, следите за отношениями между учениками. Вы имеете право снимать с учеников баллы за нарушение правил. Как староста школы, вы должны поддерживать статус примерной ученицы, с чем, думаю, проблем не возникнет. — Казалось бы он закончил перечислять то, что Гермиона давно знает, но будто резко что-то вспомнил. — Ах да, совсем забыл! Жить вы будете в башне старост, несомненно почётном месте, с мистером Малфоем по соседству, но, думаю, об этом вы уже знаете. «Точно, Минерва же сказала, что Малфой прибыл ещё вчера. Всё таки с ним придётся жить целых два года. Мерлин, помоги!» Глаза Гермионы, до этого горевшие от чувства ответственности и нового опыта, потухли. Одно дело сидеть с ним в одном кабинете, видеть его заносчивое лицо в коридорах и Большом Зале, и абсолютно другое жить в одной башне. Девушка уже представляла его голос, пропитанный отвращением в разговорах. — Вам всё понятно, мисс? — Дамблдор с интересом наблюдал за ней через очки-половинки. — Да, профессор, я могу идти? — Разумеется, отдыхайте, завтра предстоит тяжёлый день. Минерва, проводите мисс Грейнджер к башне, — обратился он к декану. — В этом нет нужды, я знаю дорогу, спасибо. — Пароль к башне: «Белоснежная ночь», — ожидая такого ответа, сказала Макгонагалл. — Благодарю, спокойной ночи, — обратилась к двум сразу Гермиона. Гермиона вышла из кабинета и двинулись в сторону башни. Её терзало непривычное чувство страха, не то, что она испытывала в первый год здесь За время разговора все разошлись по комнатам. Коридоры встретили её пустотой. Со стен за ней с интересом наблюдали портреты. Было непривычно идти по коридору одной в столь поздний час, но Гермиона понимала, что в этом её вина. Как же она не заметила предложения о том, что необходимо было прибыть на день раньше? Копаясь в себе, она достигла башни. Девушку встретил портрет с женщиной, сильно похожей на Полную Даму, которая защищает башню Гриффиндора, её родную обитель. — Вы наконец-то прибыли, рада вас видеть, — сказала женщина. — я Доминик, ваш пароль? — Белоснежная ночь, — произнесла Гермиона, и портрет отодвинулся, открывая вход в башню. Башня старост встретила девушку теплом. В углу горел камин, стоял запах свежести и лаванды. Стены были украшены разного вида картинами. На окнах висели шторы цвета нежного кардамона. Сама гостиная была оформлена в пастельных тонах. Посередине стояли кресла, большой диван и деревянный стол. В одном из кресел сидел староста мальчиков. Драко Малфой собственной персоной, который будто и не заметил только что прибывшую Гермиону. — Ты так и будешь стоять или, может, зайдёшь? Понимаю, на меня можно смотреть вечность, но только не тебе, — прозвучал его грубый голос, который сильно сломался, если сравнивать с прошлым годом. — И тебе привет, Малфой, — обозленно сказала уставшая Гермиона. — Ой, кто-то не в духе? Я слышу язву в твоём голосе? — поднял на неё глаза парень. — Не знаю, что ты там услышал, но я безумно устала и не хочу с тобой разговаривать сейчас, — закатив глаза, произнесла та. Этот жест не ускользнул от Малфоя, и на его лице заходили желваки. Он резко поднялся с кресла и оказался рядом с девушкой. — Не понимаю, как можно назначить старостой школы грязнокровку. Ты не заслуживаешь занимать эту должность, — плюясь желчью, сказал парень. — Мерлин, оставь меня в покое хотя бы сегодня, — устало произнесла гриффиндорка. — Увидимся утром, грязнокровка, — бросил тот напоследок и скрылся в собственной спальне. Гермиона ещё раз бросила взгляд на гостиную, которая теперь станет для неё адским местом, и пошла в сторону своей спальни. Зайдя в комнату, она открыла рот и просто уставилась на неё. Спальня старосты девушек была настоящей сказкой. В честь Гриффиндора она была обставлена красным цветом. На красных шторах и других тканях красовалась эмблема факультета. Кровать была огромной, с балдахином, выглядела мягкой и безумно уютной. Вдоль стены стояли книжный и платяной шкафы, у окна был туалетный и рабочий столики. Надалеко от входной двери была дверь в ванную. Ванная комната была такого же цвета, как и гостиная. В ней не было ничего примечательного, кроме ещё одной двери, которая, по предположению девушки, вела в спальню Малфоя. Быстро разложив вещи по нынешним местам, Гермиона приняла душ и наконец-то легла в мягкую постель. Усталость взяла своё и девушка сразу уснула, с мыслями о завтрашнем дне.