Год

Антон встал с утра тяжело: ночное пробуждение оставило след на качестве сна, заставляя с трудом открывать глаза. Будильник гадко резал уши. Отключив предмет раздражения, парень встал. Холод окатил его тело, напоминая о ночном брождении. Уже с утра ему написал Попов и Ирина. Ира хотела встретиться с утра перед школой и напомнила о том, что сегодня они сидят вместе, ведь Дима и Оксана должны сесть вместе. А учитель сообщил новость, что первый урок у него, но к ним зайдет классный руководитель и лучше бы ему, Антону, не опаздывать. Кажется, прогуливать стало сложнее. Грустно, конечно, но Шаст справиться с этим. У парня десять минут, чтобы одеться, иначе ему глаза на жопу натянут все сегодня с утра. На сообщения он не ответил, чтобы не тратить время, а сразу пошёл умываться. Дима предупредил ещё вчера вечером, что если Тоша опоздает, то получит по лбу во всей красе. Во-первых, возможно ночью произошло что-то очень важное, чем Диме нужно срочно поделиться и похвастаться. Во-вторых, они уже зачастили с опозданиями, что бесит многих преподов и те специально спрашивают на уроках. Выбегая из квартиры Шаст забыл сменку, но возвращаться за ней уже не решился: опаздывал. На голове были взъерошены волосы, которые Антон проигнорировал с утра, ведь посмотреть в зеркало даже забыл. Дима уже стоял на месте и смотрел в телефон. Запыхавшийся Антон наконец перешёл на шаг, чтобы дойти до школы, а не помереть на полпути. Дима увидел своего друга и зло на него посмотрел, потому что тот опять опаздывал. Но за злобным взглядом скрывалась довольная улыбка, которая доказывала, что ночь прошла хорошо. — Ну, как? — Антон пристально посмотрел на друга. — Вижу, все хорошо прошло. — С чего ты так решил? — Да ладно тебе, я твою интимную ауру и без улыбки чувствую, — Стукнул Шаст друга в плечо. — Ишь ты, жопный, все он видит, как же, — Недовольно сказал Дима, разворачиваясь, чтобы пойти в школу. — Но да, ты прав. Антон хоть и не видел лица Позова, но был уверен, что тот улыбается. Эта фраза была сказана с улыбкой. Шастун догнал друга и начал расспрашивать о ночи, но тот сразу пресек его вопросы: — У нас была связь, но я не могу сказать, какая. Я вчера пообещал ей, что это останется между нами. Та, что, извиняй. — А, — продолжительно протянул Шастун, а потом улыбнулся. — Я рад за тебя. Главное, чтобы ты меня не задушил своей счастливой атмосферой. Дима улыбнулся и они начали говорить об обыденных вещах, не трогая ночь Позова. Правда от шутки в сторону друга Антон не смог сдержаться. Возможно появилась причина, почему он просыпался ночью сегодня. Дима посмеялся над шуткой, хоть и отрицал её. Мало ли какие факторы заставляют человека пробуждаться ночью. В школу они зашли со звонком и начали быстро переодеваться. В кабинете никакого из учителей не было и они победно вздохнули, усаживаясь на свои уже новые места. Антон скорее сел к Ире, пока Дима не до конца понимал, что тут происходит. Они всегда сидели с Шастом, а тут такая подстава. Но услышав стук женских каблуков парень быстро сел соседнее место с Оксаной. — Утро, — поздоровался Дима с девушкой, избегая с контакта с глазами. Позов не считал их ночь ошибкой, но смотреть в глаза было неловко. Алкоголя в организме сейчас не было и сердце волновалось за вчерашний вечер. Прошлое вчерашнего вечера было под небольшим количеством алкоголя, который предавал смелости юноши. Сейчас на трезвую голову не хватало такой смелости смотреть в глаза девушки. — Утро доброе, Дим, — голос девушки был тихий, немного уставший. Оксана сегодня с утра ушла куда раньше Димы, ведь та хотела зайти домой и переодеться. На желание Позова вызвать такси девушка возразила. Легкая пробежка с утра до дома хороший способ проснуться. Парень таких методов пробуждения не понимал, но насильно Оксану в такси сажать не стал. Стоит заметить, что Дима лег спать, после того, как Оксана ушла, а девушка успела многое сделать за это время. Парень действительно восхищается: встать рано с утра, чтобы переодеться, накраситься и выглядеть великолепно, приходя в школу. — Ты как? Все нормально? — Дима посмотрел в глаза соседки и заметил, что та улыбнулась. В это время в класс зашла классная руководительница. Класс встал и, по слову учителя, сел. — Доброе утро, класс, — произнесла женщина стабильную фразу для всех учителей. — На этой недели начинаются дополнительные занятия, поэтому прошу заполнить эту бумажку, кто, что будет сдавать. Лейсан Утяшева пустила по классу бумажку, которая спустя пару минут вернулась назад. — Так, — она пробежалась глазами по списку. — Матвиенко сдает литературу? — В голосе классного руководителя был шок. — Да, — спокойно ответил ученик — Поверить не могу, — Учительница была шокирована таким выбором своего ученика. — И на кого ты будешь поступать? — Решила поинтересоваться Лейсан. — А, ещё не знаю, — честно ответил юноша, разводя руками в разные стороны. -Понятно, — Тяжело вздохнула учительница и в класс зашел Арсений Попов. — Утро, Арсений. Класс повторил свои действия, когда заходила Лейсан — встали, поприветствовав учителя. Учитель посадил класс и поздоровался с классным руководителем. Он достал необходимые вещи для урока, а Утяшева продолжала вести диалог с учениками, расспрашивая их о выбранных предметах. — Дим, ты сдаешь биологию? — Дима кивнул головой, подтверждая слова Лейсан. Антон надеялся, что его не назовут в этом списке, хотя спрашивала она почти каждого. Он не понимал зачем, ведь люди сделали свой выбор, но нет, надо допрашивать, кто и куда поступает. — Антон, ты решил сдавать литературу? — Женщина посмотрела на юношу и тот кивнул головой. — И на кого будешь поступать? — Я ещё не до конца определился, просто знаю, что в большинство ВУЗов нужна литература, — Соврал Антон. Он уже определился, куда будет подавать заявки, но говорить на весь класс такое не хотел. Зачем лишним ушам об этом знать? — Определяйся поскорее, время идет, — посоветовала учительница и пошла дальше по классу. Ну, рано или поздно Попов все равно узнал бы, что Шаст сдает литру. Как никак, а на допы придется ходить именно к нему. Тяжелый вздох и сообщения от Арса. Антон решил, что не хочет отвечать на это сообщение. Попов смотрел на своего ученика, когда тот посмотрел в глаза старшему и отвернулся, показывая всем своим видом, что ему все равно. Повернулся он в сторону, где сидел Матвиенко с каким-то парнем и что-то обсуждал. Хвостик, в которые были собраны волосы, так и хотелось распустить. Он почти не замечал этого парня, ведь тот прогуливал похлеще самого Антона. Понятно, почему их руководитель удивилась предмету, который будет сдавать Сережа. Литература была сложным предметом, а тот учился-то не особо хорошо. Хотя Шаст не стал его осуждать, ведь не знает, может тот дома готовится к экзаменам, как и он сам. Сережа заметил взгляд своего одноклассница и повернулся на него, а Шастун резко отвернулся в другую сторону. Теперь он смотрел на Иру, которая в этот момент повернулась к соседу по парте и теперь их лица находились в критическо-близком расстоянии. Девушка слегла засмущалась, но отстраняться не стала. — Извини, — Неловко сказал Антон, отстраняясь от лица девушки. — Ничего страшного, мне нравится видеть твое лицо так близко к моему, — Девушка кокетливо улыбнулась и Шастун заробел. — Ты так мило смущаешься, Антош, — Ира аккуратно коснулась кисти своего соседа. Парень хотел убрать руку, но Кузнецова накрыла его руку своей. Попов пристально наблюдал за действиями Ирины и невольно нахмурился. Ему не нравилось, что к его Шасту липла девушка и так нагло его приставала. Он хотел возразить, да нечего было предъявить. Поэтому Арсений ехидно улыбнулся и решил отомстить заваливая на уроке вопросами. Но он не забыл и об Антоне, который тоже будет сдавать литературу и, естественно, его он тоже будет заваливать на уроках. — Все, спасибо, Арсений Сергеевич, — Поблагодарил классный руководитель за то, что отнял время с урока литературы. — Без проблем, — ответил Арсений и встал с места, когда учительница покинула класс. — А теперь, сделаю предупреждение: все, кто сдает литру будут жестко мучиться со мной, потому что отвечать вы будете каждый урок, — Учитель выделил звучанием голоса слово «Каждый день» и некоторые тяжело вздохнули. В группу «некоторых» входил и Антон, который привлек внимания Арса больше других. Он всегда привлекал его внимание пуще остальных. — Антон, не вздыхаем, а учимся, — Упрекнул его учитель. — И прекращаем болтать с Ирой, а то рассажу. Ира и Антон переглянулись, но слов вопреки сказать не решились. Шастун мог начать выяснять, когда это они с Ирой болтали, но к чему потом получать звездюлей от Арса, когда можно спокойно промолчать. Тактика «молчания» всегда хороша, если вас не задевают высказывания другого человека. Антон мог промолчать, когда это нужно было, но если начнут его оскорблять, то вряд ли Шаст будет думать о важности этого человека. Конечно, все зависит от разных ситуаций, но сути высказывания не меняет. «Если в споре сказать то, что нужно найти золотую середину, то все согласятся», — Вспоминал Антон слова матери. Урок проходил спокойно, сегодня Арсений почему-то дрюкал не его, а Иру. Соседка была раздраженной, ведь она не сдает литературу и не понимает, почему учитель её спрашивает. — Боже, какого хуя он до меня доебался? — Бесилась Ира, не понимая. — Скажи, чтобы отстал от меня, ты ведь там с ним общаешься, да? — Но он же наш препод, откуда мне знать, что у него в голове? — Несмотря на их хорошие отношения Антон не хотел пользоваться Арсом для заработка положительных оценок. — Да плевать мне уже, он столько раз меня сегодня спрашивал, что у меня ощущения, что литературу сдаю здесь я! — Шептала соседка злобно. Она хмурила брови и часто закатывала глаза. Шаста это даже забавляло. — Успокойся, может он просто перепутал? — Антон развел руки в стороны. — Мне вообще к нему на допы ходить и ЕГЭ сдавать. Бывали моменты, когда преподаватели путали какого-то, заставляя страдать другого ученика вместо первого. Неприятно, но пережить можно. — Не переживай, — Ира стукнула парня в плечо. ЕГЭ — эмоционально-сложное событие, которое нужно пережить многим в этой жизни. Оно большинство заставляло дрожать от нервов, недосыпа и страха. Это бесило и разочаровывало. Этот экзамен имеет слишком большую власть в мире. — Не переживу, — Забавно ответил Антон, за что Ира его опять стукнула. — Все ты переживешь, понятно? — Ира посмотрела в глаза Шастуна и парень ей ответил взглядом. Это была шутка, но реакция девушки вызывало приятные чувства. Так иногда Димка его ругал за то, что тот ночами не спит и занимается рисунками своими. Позов поддерживал Антона и гордится тем, что его друг так усердно занимается, но он не хочет, чтоб тот губил своё здоровье из-за таких неважных вещей. Шастун всегда что-то мямлил в ответ, но он понимал, что Дима прав. Лучше лечь спать и встать пораньше, чем сидеть всю ночь, но Антон всегда нарушал это. Такое простое дело было слишком сложным в исполнении. — Ира, Антон! — Громко позвал их Арсений, отвлекая пару от долгого взгляда друг на друга. — Я вас предупреждал, разве нет? — Извините, Арсен… — Шастун, взял свои вещи и сел за мой стол, — Голос учителя был строг, но парень все же не обошелся без вопросов: — А почему туда? — Антон видел, что была свободна первая парта третьего ряда — противоположное место столу Арсения. — Антон, ты юноша высокий и на первом ряду будешь смотреться очень не в тему, а вот Ира вполне хорошо. Поэтому с последнего ряда вы переходите на первый. Последняя парта молча переглянулись и встали, чтобы пересесть. Они почти не разговаривали, а их пересадили — не справедливо. Антон по-королевски занял место учителя, а Ира вдали от соседа за первым рядом. Соседи переглянулись и улыбнулись друг другу. Пока Арсений Сергеевич стоял к ним спиной они решили действовать: начали играть в камень-ножница-бумага. Каждый выигрыш и проигрыш сопровождался беззвучной эмоцией. Так они играли, пока не развернулся Арс, чтобы написать что-то на доске. Тетрадь Шастуна была закрыта, поэтому он сделал вид, что уже закончил писать слова учителя. Он слышал что учитель говорил про анализ какого-то произведения, но в подробности не вслушивался. Ему было интересно понять, как играет Ира, чтобы её выиграть. Антон знал, что даже в такой простой, детской и забавной игре, как «камень-ножницы-бумага» есть свои уловки. Когда-то давно он смотрел видео на эту тему, но содержание не помнит вообще. На ум приходили какие-то варианты, но никакой конкретики, которая могла бы помочь. Знает, что знает, но не помнит то, что помнит. Такие глупые фразы он мог произносить с умным видом, делая из бессмысленных фраз глубокие цитаты. Конечно, вникая во смысл понимаешь, что его нет, но мало кто это делает. Обычно люди реагируют «Что?» и смеются. Арсений ходил где-то поблизости парня и кого-то спрашивал. Учитель не смотрел на него, стоял рядом — максимум. Шастун был в его слепой зоне, поэтому парень решил лечь спать прям на парте Арсения Сергеевича, наигравшись с Ирой. Он сделал это незаметно. Антон открыл тетрадь с прошлой темой, которая делала вид, что он занимался на уроках. Он согнул левую руку и положил голову на неё, смотря в тетрадь. В таком положении он закрыл глаза. В правой руке лежала ручка, которая касалась тетради и в ситуации, когда учитель подошел бы к парню, то он сможет сделать вид, что ему просто удобно так лежать. Антон понимал, что с одной стороны ему ничего не будет, ведь он в хороших отношениях с преподом, но с другой — он может получить за это ещё больших люлей, чем в иных обстоятельствах. Ира посмотрела на Антона, который лежал на парте и дремал. Она записывала конспект, чтобы Антон потом у неё списал. Такие незначительные действия сближают людей. Она будет сидеть рядом, пока он будет переписывать конспект с её тетради, которую она так старательно и показательно красиво ведет. Специально для него. Антон же тетрадь свою никому не показывал, но у него она не менее уродлива. Кто увидит, не поверит, что это тетрадь парня. Все считают, если конспекты пишет не девушка, то это обязательно сплошной текст, который спасибо, если будет выделяться абзацами. Предметы, которые надо сдавать он особенно красиво оформлял. Допустим, на литературе Шаст красиво оформляет свою тетрадь, выделяя какие-то моментами разными прямоугольниками, которым он придавал объем благодаря текстовыделителем. Нежные, спокойные цвета приятно радовали глаз, когда Антон открыл свой конспект. Он быстро находил нужные ему темы, значения слов и другие вещи. Кузнецова же сладко думает о том, как она останется с юношей один на один. Вечером в школе было намного приятней находится, чем днем, когда это проклятое место кишит школьниками и шумом. В спокойной обстановке думается куда лучше, можно говорить тихо, не повышая голос и делая его специально немного интимным. Девушка медленно касается его плеча, когда Тоша медленно переписывает конспект с её тетради, прикусывая по привычке губу и хмуря брови, понимая, что писать ещё много, а душа школьника хочет домой, отдыхать. Чувствуя на плече чужую руку он повернется на неё и посмотрит в её глаза. Расширенные зрачки заставят парня нервно сглотнуть, в ожидании действий соседки. Ира улыбнется и её немного холодная рука упадет на шею Антона, который робко поддаваясь вперед поцелует ту, чтобы испытать ещё раз, то самое, заветное, чувство. — Кузнецова и Шастун, я вас рассадил, так вы решили устроить пьесу «Ромео и Джульетта» в современном мире? — Рявкнул Арсений, когда он повернулся, чтобы включить презентацию на проектор и увидел лежбище морских котиков на первых партах. Ира смотрела куда-то вперед, погрузившись в свои мысли и думая о Шастуне. Парень же, в свою очередь, дремал на столе. Громкий звук вытянул Иру из своих неприличных мыслей, а Антона из сна. Кузнецова выглядела прилично, в отличие от Шаста, который реально задремал и сейчас выглядел немного помято. Его волосы растрепались, потому что лежать долго в одном положении было сложно — рука затекала. Он менял свое положение, не думая о том, где он находится. Стол учителя оказался очень даже удобным для сна. Место удобное, правда, заметное сильно. Ира смотрела то на преподавателя, то на Шастуна, который все ещё не понимал, что происходит. Непонимающий взгляд скользнул по кабинету, разглядывая и сон пропал, когда он вспомнил, что спал на уроке литературы. — Я сказал, что буду дрючить тех, кто сдает литературу, верно? — Задал он риторический вопрос классу. Из уст учителя было странно слышать слово «дрючить», но никто высказать этого не посмел. — Так вот, Шастун, ты у нас сдаешь литературу, а потому у тебя, после уроков будут ещё мои уроки. — За что? — Воскликнул ученик, который не горел желанием оставаться в школе, после семи уроков ещё на литературу. — Ну, давай проанализирует твои действия сегодня на уроке: ты болтал с Кузнецовой, я вас сделал замечание раз, вы проигнорировали. Я вас пересадил и вы решили, видимо, что мой урок для вас неважен, а потому легли спать у меня на столе. Антон отвел глаза, он понимал, что преподаватель прав. — А ты пойдешь один, так как Ира не сдает литературу и ей простительно это, — Арс изучающе посмотрел на Иру и её тетрадь. — В отличие, от тебя у неё хотя бы конспект есть. — А у вас разве не пять уроков сегодня? — Арсений кивнул головой, отвечая на вопрос ученика согласием. — Вот, а у нас семь. Антон это сказал для того, чтобы Арс решил его отпустить, ведь зачем тому ждать его два часа ради какого-то наказания? У парня есть предположение, что учитель так делает на «показуху», чтобы не было лишних вопрос к тому, что к нему, Антону, какое-то другое отношение. — Ничего, Антон, ради того, чтобы проучить тебя я помучаюсь сам, — Хитро улыбнулся Попов. — Все понятно? — Да, Арсений Сергеевич, — Тяжело выдохнул юноша, закрывая глаза. Теперь ему придется здесь сидеть ещё несколько часов, после уроков. Антон так не хотел этого делать и мог запросто проигнорировать запрос учителя, но не хотелось портить отношения и получать ещё больше за прогул. Если сказать Арсению, что тому плохо, то тот, конечно, без вопросов сделает всё, чтобы его ученик почувствовал себя лучше. Но Шаст решил не говорить, если ему не станет хуже. Дима наблюдал за этой ситуацией и крутил головой. Оксана наблюдала за Ирой: та улыбалась, смотря на Антона. Шастун же глубоко и раздосадовано вздыхал, медленно собирая свои вещи в рюкзак. Хотя тут скорее сваливая вещи в рюкзак. Неудачно упавшая тетрадь задела лист скетчбука, подминая под себя и позже, заметив это Антон будет очень зол. То-ли на себя, то-ли на тетрадь, то-ли на ситуацию. Звонок прозвенел и школьники быстро покинули кабинет, но не Шастун. Его остановила рука Попова и он сказав друзьям, что подойдет попозже, остался в кабинете. Компания не удивилась, ведь все более-менее понимали, что происходит между этими двумя. — Антон, это че такое было? — Тон Арса был низкий, казалась, будто тот был не зол, а ревновал его к Ире. Прям как давний случай в машине. — Арсений Сергеевич, да я-то что? — Парень развел руками, но продолжать не стал, его перебил учитель: — Мне нравится слышать из твоих уст свое имя и отчество, но наедине ты можешь называть меня сокращенно. — Хорошо, Арс, — Антон почувствовал себя лучше: Попов сказал называть его по имени, значит, не зол. Юноша опять сел за парту учителя, кину рюкзак рядом и немного приказным тоном сказал: — Закрой дверь. Заметив удивленный взгляд учителя, который хотел уже что-то сказать, Шаст быстро добавил: — Пожалуйста. Арсений улыбнулся, ему польстило, что Антон его все ещё побаивается. И дело даже не в том, что он, Арсений Сергеевич, учитель, а в том, что они с Шастуном уже давно стали чем-то большим нежели учитель-ученик. Это было заметно в момент их первой встречи. Злой Антон, колкий Арс. Судьба сводила их и после первого сентября, будто намеренно. Постепенно они стали общаться более спокойно, переходя на личные темы. Арсений помогал — Шаст брался за эту палочку, падая в объятья своего учителя, ещё не понимая, что его ждет. Несмотря на не наивность юноши он не замечал, что Попов проделывает к нему мост из доверия. Он не рвался бежать, нет, он медленно, аккуратно собирал нужный материал, чтобы укрепить мост и потом дойти до нужной цели. Возможно, он тот, кто нужен Шастуну так сильно. Надежный, уверенный в себе человек, который сможет его спасти из той высокой и крепкой каменной стены, в которую он сам себя загнал. — И зачем я закрыл дверь? — Решил поинтересоваться Арс. — Я думал ты поговорить хочешь о чем-то, разве нет? — Ответил ученик вопросом на вопрос. — А, то есть уже я поговорить хотел? — Попов ответил тем же: вопросом. — Если ты знаешь, что я хочу поговорить, то зачем закрывать дверь? У тебя есть то, что нельзя слышать другим? — Приближаясь к Антону, спросил учитель. Юноша молчал, смотря в глаза учителю, наблюдая, как его небесно-голубые зрачки расширяются. Если бы Антон знал, что Попов видит сейчас такую же картину, да с другим пейзажем в глазах. Не выдержав этого серьезного взгляда парень рассмеялся. Эта ситуация казалась ему забавной. — Are you okey? * — С забавой спросил Шастун. — Non, parce que je me noie dans tes yeux*, — Ответил Арс. Антон расширил глаза, удивляясь. — Это какой язык?! — Воскликнул юноша. — Французский что ли? Попов легонько кивнул головой, довольно улыбаясь: ему нравилось, что парень им восхищается, удивляется его умениям. — Может ты ещё какие-то языки знаешь? — Спрашивал Шаст, надеясь, что ещё раз услышит этот прекрасный язык. Хотя он Арсения готов слушать всегда, хоть на русском, хоть на французском. — Ja, meine Zunge kann überraschen. Ich wünschte, ich könnte es dir in Aktion zeigen*, — Развязно сказал преподаватель, радуясь тому, как широко открывается у Антона рот и глаза. — У тебя всё это время был разговорник?! — Шаст вскочил, повысив голос, ведь был в шоке, поэтому Попов аккуратно прикрыл рот своего ученика, чтобы тот не призвал всех учителей в этот кабинет. — Неужто так понравилось? — Тихо, все ещё держа свою ладонь на лице юноши, он ухмылялся. Ему нравилось, чувствовать это. Он хотел заставить Антона удивляться ещё сильнее, но нужно вести себя сдержаннее, чтобы не спугнуть мальчика, поэтому найдя в себе силы на такой поступок, он отпустил свою руку. — Арс, ты великолепно говоришь на французском и на немецком! — Антону очень понравился чужой голос на иностранных языках. Немецкий был грубый, низкий, возбуждающий, страстный. Французский был нежный, чувственный, будто дорожка поцелуев спускающихся вниз. Шастун не мог понять, какой язык ему нравится больше: оба звучит невероятно! Казалось, что даже поцелуй с Ирой не так сильно возбуждал, как то, что он сейчас слышал. Это вообще нормально возбуждаться на голос? — Кстати, а что ты мне сказал? — Резко спросил Антон, вспомнив об этом в своих мыслях. — Я тебе могу сказать всё что угодно, — Слукавил Попов, не отвечая на вопрос. — Жду, после уроков, если не хочешь получить от меня за прогул потом. — А ты поговоришь ещё на других языках? — С надеждой в голосе спросил Антон. — Für dich werde ich in allen Sprachen der Welt sprechen*, — Ответил на немецком Арсений и юноша расплылся в улыбке. На радостях Шаст обнял своего учителя. Попов не ожидал такой реакции, поэтому не успел среагировать на такой жест. Объятья были быстрые, легкие. Несмотря на то, что Арсений часто приглашал куда-то парня они не обнимались. Гуляли, разговаривали, но объятья казались чем-то другим, странным. Антон выхватил рюкзак и пошел к двери, которая была закрыта на ключ. Ему стало неловко от того, что он сделал, поэтому хотел уйти, чтобы не видеть сейчас Попова. Он дернул ручку, но та не открылась: заперто. Сзади послышался смех. — Не смешно! — Громко сказал Шастун с ноткой обиды. Ему и так неловко, а тут ещё и Попов со своим смехом над ним. — Забавно, — Спокойно сказал Арсений и подошел ближе к парню. Его рука потянулась к двери, закрывая путь напротив стоящему, заставляя прижиматься к стене. Ключи были в двери, когда Арсений приобнял своего ученика и тихо сказал: — Жду, после седьмого, — Ключи повернулись и дверь была открыта. — Хорошо, Арсений Сергеевич, — Кивнул головой Шаст, открывая дверь. Казалось, что его не смутило то, что Арс его обнял. Но на деле это действие засмущало Антона. Но он тут же подумал о Ире, ведь с ней он целовался и ничего! А тут, ишь, обнял он преподавателя и засмущался. Старшеклассник списал это все на их отношения учителя-ученика. Вопреки их положению и статусу они действительно начали дружить. Возможно Шастун просто не привык его представлять в роли друга, потому что Арс то учитель, то друг. Вот сегодня они обнялись, значит, стали ближе и скоро это войдет в норму. «С Димой они тоже не сразу начали обниматься, так что все в порядке!» — Думал Антон. — Ты где пропал там? — Крикнул Поз, когда на пороге показалась знакомая макушка. — Да Попов задержал, — Он чуть не сказал «Арс» из-за чего было бы сложнее оправдаться, хоть он и не обязан. Но с другой стороны сложно чего-то ему предъявить, ведь школьники как только не называют учителей: по имени, по фамилии, придуманное общими усилиями какое-то оскорбление или кличка. В общем, редко ученики говорят по имени и отчеству, когда преподавателей нет рядом. — И что же вы там делали? — С намеком спросила Ира, когда сосед сел за парту. — Трахались, конечно же, блять, — Саркастично ответил Антон. — А, ну понятно-о, — Протянул Дима. — Странно, что мы вас не слышали. — Ой, все, заткнитесь, — Махнул рукой Шаст и уткнулся в телефон Урок биологии прошел спокойно: старшеклассник сидел в телефоне и игнорировал учителя, лишь изредка делая вид, что он занят делом. . — Антон, она потом тетради будет собирать ж, напиши хоть что-то, — Посоветовала Ира, когда увидела, что её сосед по парте вообще ничего за урок не написал. — Я написал, — Шастун открыл тетрадь, где была написана лишь сегодняшняя дата. — Дурак что-ли? — Поднимая брови, спросила она. — А ты спрашиваешь? — С задней парты послышался голос Позова. Светловолосый юноша закатил глаза и продолжил сидеть в телефоне. Он читал там книгу, которую забыл дома. В целом, он не любит таскать с собой книги, ведь их жалко помять, но электронная версия чтения нравится ему меньше, нежели читать и перелистывать настоящие, бумажные книжки. Кажется, хлам — а сколько смысла. В книгах можно найти не только смысл, но и многие другие вещи. Антон считает, что те, кто не читает книги просто ещё не нашли «ту самую». Антон читал про девушку, которая была психоаналитиком и ей надо найти убийцу, который ведет себя очень странным образом. Книга интересная, увлекательная. Парню осталось читать не так много, поэтому он решил дочитать прям на уроке. Конец близок и тем интереснее. Под конец книги всегда становится все сложнее читать, будто ты умрешь, когда закроешь книгу. Но как только ты закрываешь книгу, так у тебя появляется радость за прочитанное чтиво. Ты начинаешь анализировать книгу, задумываясь о разных действиях. После такого Антон никогда не берет новую книгу в руки сразу же: ему нужно время, чтобы отойти от этой книги, а потом брать новую книгу. Это странно, но парня не смущало, его вполне устраивал такой расклад. А если перечитать спустя время ту книгу, которая стоит обычно далеко, вне взора, то можно открыть новые вещи для себя. Обсуждать книги с кем-то, кто тебя может поддержать всегда интересно, увлекательно и приятно, но, к сожалению, у Антона нет таких людей. 10:02 Арсений Попов Я поеду в магазин, когда у меня закончатся уроки. Тебе что-нибудь купить там? Или не было? Антон улыбнулся и попросил Арса купить молочный напиток. Юноша ещё не до конца привык, что Попов ему может что-то покупать, но раз бесплатно, то к чему вопросы, собственно? Предлагают — бери. Следующие уроки проходили спокойно. На многих уроках Антон присутствовал только телом, то и дело засыпая на задних партах. Но стоило ему зайти в кабинет истории, как на пороге его встретил довольный и ехидный Воля. — Ну, что, Шастун, историю сдаешь, да? — Радостно протянул Павел и юноша тяжело вздохнул. Понимает: теперь и здесь его будут поебывать. — Да, Павел Алексеевич, сдаю. — Отлично, — Мужчина встал и вышел из кабинета. Видимо, дал время, чтобы Антона оплакали. Старшеклассник лег на парту и сдал издавать странные и непонятные звуки. Дима мягко улыбнулся, смотря на это. Ему было приятно видеть, как Ира нежно поглаживала его друга по спине, успокаивая. История была последним уроком, после которого нужно будет идти к Попову. Там хоть договориться можно с преподавателем, а тут фигушки. Паша приятный человек и учитель, но дрочить будет посильнее Арса. Антон знает, он уверен в этом. Ровно со звонком Павел вернулся в класс. Школьники втали, чтобы поприветствовать учителя. — Садитесь, — Сказал он, присаживаясь на стул. — Поднимите руки те, кто сдает историю. Антон поднял неуверенно руку вверх и оглядел класс: ещё два человека подняли руку. Уверенности от этого, конечно, не прибавилось, но теперь было не так страшно. — Угу-м, — Протянул учитель. — Хорошо. Он стал что-то перебирать на столе и напрягись все: от сдавающих до обычных, просто сидячих. Некоторые люди спали, им было все на историю и, если честно, Антон понимал их. Он любил историю больше, чем математику, но изучать ни то, ни другое не хотелось. Математика слишком непонятна! Нет, ну что такое «Стереометрия»? Из всего этого предмета Шаст умеет только фигуры чертить. А формулы, а какие-то неясные вычисления? Зачем они нужны, если тебе не нужна математика? Неужто эти знания когда-то пригодятся в жизни? Неужто кто-то подойдет на улице и спросит: «Здравствуйте, а вы умеете решать задачи по стереометрии?» А он ответит: «Да, конечно!» Из саркастичных мыслей его выдернул голос преподавателя: тот звал его, чтобы Антон ответил на вопрос. — Начало княжение Рюрика? — Спросил учитель — Восемьсот шестьдесят второй, — Проговорил Антон, немного боясь, что ошибся. — Год крещения Руси? — Девятьсот восемьдесят восьмой, — Ответил резво: эту дату парень знал точно и был в ней уверен. — Ладно, последний вопрос, — Воля задумался, но сложное что-то решил не задавать. — Бородинское сражение? — Тысяча восемьсот двенадцатого. Паша утвердительно кивнул, показывая, что мальчик справился с задачей. Такие вопросы он задавал всем сдающим, просто начать решил со своего любимого мальчика — Антона. Вопросы были легкие, особенно, если ты сдаешь историю. Ну, или должны были быть такими. Когда кто-то ошибался, то Воля вскидывал брови и пристально смотрел, ожидая правильного ответа. Это было моральное давление, которые не все могли спокойно перенести. Кто-то начинал даже запинаться. Для Шастуна урок прошел спокойно, после первого опроса Паша поставил какой-то исторический фильм. Соответственно, включили фильм = дали одеяло и подушку. Именно по этой причине Антон проспал весь фильм. — Тош, звонок был, вставай, — Толкнула Ира в плечо парня Тот нехотя, но встал. Было бы хуже, узнай Павел Алексеевич, что его сдавающий ученик спит на уроке. — Ты к Попову? — Спросил Дима, наблюдающий, как Антон лениво собирает свои вещи в рюкзак. — Угу, — Он накинул рюкзак на плечо и со всеми попрощался. Пока друзья идут вниз, он идет к учителю, чтобы отбыть наказание. Конечно, он знает, что Арсений не будет его заставлять что-то делать, ведь они в хороших отношениях, но все равно идти, после седьмого к нему не хотелось. Была мысль уйти, но понимание того, что потом ещё хуже будет останавливало. Вот он минус друзей-преподов — уебут и не посмотрят, ведь вы друзья. — Арсений Сергеевич, — Устало сказал Антон, заходя в пустой кабинет. — Да, я тебя понял, — Говорил Арс по телефону и показал Шасту, чтобы тот сел за стол. Парень послушался и сел. Арсений договорил и положил телефон на стол, поправляя волосы. — Ну, расскажи, какой по истории фильм смотрел? — Да там. — Замолчал Шаст, пытаясь что-то выдумать. — Типичные фильмы про историю. Арсений развел руки в жесте «Да ладно?» и улыбнулся: — А, теперь понятно, — Он покачал головой. — То-то мне Павел Алексеевич говорит, как ты у него сладко спал на уроке. — Я просто не выспался, — Антон сам не знал правда это или нет, ведь спал он хорошо по сути, но вот с утра вставал еле-еле. — Ночью спал? — Задал очевидный вопрос учитель. Парень ответил положительным кивком. — Кошмары или что-то такое было? — Да нет, вроде — Да нет, вроде, — Процитировал слова младшего Попов. — Ладно, фиг с тобой, не буду отчитывать. Антон улыбнулся, радуясь своей небольшой победе, но учитель его предупредил: — Однако, если это будет повторяться, то я тебя накажу. Hast du mich verstanden? — Задал на немецком вопрос, хотя и понимал, что тот его не сможет перевести. — Господи, какое произношение, — Сказал Антон, закатывая глаза. — Великолепно просто Арсений улыбнулся, ему нравилась реакция мальчика. Он достал из-под стола пакет с продуктами и протянул Шастуну молочный коктейль. — Ты так закупился, будто у нас не отбывание моего наказания сейчас, — С упреком сказал ученик — Ах, вот как? — Воскликнул Арс. — Значит, сейчас будешь отбывать его серьезнее других. — Ну, Арсений, это шутка, не надо, — Жалобно сказал юноша, делая щенячьи глазки. Попов хитро поднял уголок губ. — Не знаю, — Он постучал пальцами по столу. — Поумоляй меня ещё, а я подумаю. Ученик не воспринял эту фразу как-то пошло, а потому дал Арсу то, чего он хочет. Шаст посмотрел в глаза Попову, потом в другу сторону, начал крутить кольца на пальцах, как бы волнуясь. — Арсений Сергеевич, — Тихо сказал Антон, поднимая глаза на своего учителя. — Пожалуйста. Попов изначально хотел поиздеваться и удовлетворить свою фантазию, если мальчик на это согласится, но все пошло не так, как он рассчитывал. Шастун действительно сделал это. Он умолял Арсения! Так горько, будто сейчас заплачет. Губы тихонько подрагивали и учитель на них засмотрелся, преодолевая неприличное желание. Да, Господи, сделай так ещё раз! — Ладно, — Тяжело выдохнул старший, стараясь не думать о чем-то пошлом. — Твоя взяла. Попов дальше начал разбирать пакет, делая вид, что это нормально. Но он изначально знал, что им с Шастом не быть друзьями. По крайней мере, с его стороны. Это ещё случилось первого сентября, а потом столкновение в школе, их недалекое общение, пьяный разговор и их прогулки. Да, они точно не друзья. Юноша хихикнул и стал пить молочный коктейль, который был с бананом и шоколадом. — Вкусно, — Наслаждаясь напитком, сказал Антон. — Хочешь попробовать? — Молочный коктейль? — Учитель удивился. — Мне-то только молочные коктейли и пить. — Пф, как хоч, — Поднял плечи ученик и снова принялся поглощать шоколадный напиток. — Дай попробую, — Он забрал у парня коктейль. — Вдруг какую-то хрень пьешь, а я тебе её ещё покупаю. Арс несколько секунд смотрел на трубку. Эту трубочку Антон держал у себя во рту, обхватывая губами и медленно вбирая в горло молочный напиток. Наконец, решился и отпил. Приятный напиток был теплый и не противный. Типичный детский коктейль. — Ну, на отраву не похоже, — Он отдал напиток обратно ученику. Антон улыбнулся и продолжил пить. Попов из пакета достал ещё два вида сока и пару молочных коктейлей с шоколадкой. С таким скромным набором они беседуют о книгах и о ЕГЭ. Последняя тема не очень радует Шастуна, ведь подготовка к экзаменам забирает много сил. Сначала он рассказал о книге, которую недавно прочел и говорил о ней резво, жива. Книга ему понравилась, ведь это был его любимый писатель — Стивен Кинг. Антон боялся ужасов, но у книг другая атмосфера. Как только тема сменилась на ЕГЭ, парень, кажется, потух. Он отвечал нехотя, ему не хотелось делится своими переживаниями об этом. На самом деле он боится. Он знает, что у него прекрасные друзья, лучшая мама и даже Арс — его личный учитель и друг. Однако, к сожалению, переживания в ученике это не убивает, он продолжает бояться. — Ты сдашь, не бойся, — Успокаивал младшего Попов, когда увидел, что Шаст начал переживать. Антон положил голову на плечо учителя и вздохнул. «Как же это все выматывает. Я устал.» — Думал парень, но говорить пока не решился. Но говорить даже и не нужно — Арсений все понимает без слов. — Хочешь в кафе пойдем? Закажем что-нибудь вкусное и будем сидеть, наслаждаться, — Попов говорил тихо, нежно. Сейчас не хотелось портить момент. Не хотелось никуда идти. Хотелось просто находится рядом с учителем, молча, не говоря ни слова. Да и к чему слова, если тебя итак понимают? *** Дима и Оксана проводили Кузнецову до дома и пошли гулять в парк. Несмотря на то, что происходило ночью совершать какие-то нежные действия было неловко. Алкоголь не развязывал язык, а тишина не заставляла идти на какие-то действия. Сейчас будний день, шум на улице был неприятен слуху. Вопреки этому парень взял руку Оксаны в свою собственную. Ладонь девушки была нежной, мягкой, её хотелось гладить, но Дима воздержался от этого. Они тоже беседовали на тему экзаменов, но не так как Шаст с учителем. В отличие, от тех Поз и Окси нормально на это реагировали. Оксана вообще не боялась, а вот Позов немного переживал. — К чему переживания? — Рассуждала Оксана, как философ. — Ничто и никогда не обещает тебе успех и гарантию того, что ты сдашь. Может, ты купишь ответы или будешь списывать, но это не даёт тебе гарантию на правильность ответов. Да, не сдам и что? Жалко будет два года учебы, которые я проучилась, получается, зря, но с другой стороны. А не насрать ли? Дима улыбнулся на эти слова. Ему было приятно это слышать. Зная, сколько людей страдают от тревог, стресса и сколько школьников убивают себя из-за каких-то несчастных не набранных баллов. Статистика ужасна и страшна — не иначе. Всё сваливают на интернет, проблемы в семье или ещё какие бредни, но это не так. Да, есть проблемы в семье и результаты экзаменов делают жизнь для таких детей ещё хуже, но не стоит забывать, что главная проблема не в этом. От чертового экзамена люди убивают себя! — Дима? — Оксана потянула друга за рукав. — Ты в порядке? — Спросила она, видя задумчивость друга. — Да думаю над этим всем, — Тихо ответил он. — Не думай об этом, не стоит переживать, — Она нежно поцеловала его в щёку и они зашли в магазин. *** — Арс! — Громко крикнул Антон, когда тот стал его щекотать. — Прекрати! — Ву-ха-ха, — Ненатурально смеялся Арсений Сергеевич. — Арсений, ну хватит уже! — Голос парня срывался, но учителя это не останавливало. Шастун закрывался руками от старшего и бегал по классу, как свинья на расстрел. Высокий юноша был неловкий: то ногой ударится о стул, то костяшкой заденет парту. Арсений смеялся над этой глупой особенностью старшеклассника. Парень продолжать что-то кричать и бегать по классу, защищаясь стульями и партами от учителя. Они будто малышня на детской площадке. — Всё, отстань от меня! — Антон загородился за стульями и угрожающе смотрел на Арсения. Тот медленно, словно рысь, подходил ближе. — Антош, ну ты что, боишься меня? — Голос был высоким, учитель сделал это специально — он играл роль. Резкий рывок в сторону юноши и тот попятился назад, запрыгивая на парту с ногами и усаживаясь подальше. Учитель откинув стулья, схватился за длинные ноги старшеклассника и потянул их на себя. — Бл, Попов! — Громко крикнул Шастун отрывок мата, когда он спиной упал на парту. — Что ты сказал? — К нему наклонился учитель, смотря в глаза. — Ничего, — Юноша смотрел на поток, лежа на спине. Он не понимал, за что его хотят отчитать. — Ты назвал меня «Попов»? — Он отпустил чужие ноги и начал щекотать мальчишку по-новому. — А-арс, — Громко на выдохе произнес Антон и звук получился даже каким-то пошлым. Конечно, все может быть пошлым, если думать в том направлении, но учителю не послышалось. Он слышал это четко и ясно. Возбуждение к Арсению Сергеевичу стало накатывать новой волной. Он не хотел валить мальчика сейчас, тот ещё не готов. Антон, кажется, и не совсем понял, что он сделал с учителем. Он старался защитить свои ребра руками, держа то руки Попова, то обороняясь руками, как щитом. — Ладно, отпущу тебя на этот раз, — Сделал поблажку Арс. Он знал, что если эта игра продолжится, то будет хуже. Он подал руку юноше, помогая встать с парты. — Как лежалось? — Великолепно, — Сказал он, вставая. — Будто по мне тысяча слонов прошлось. — Я рад, что тебе понравилось, — Звонко ответил учитель и шлепнул Шастуна чуть ниже ягодиц. — Приходите к нам ещё. Антон что-то сказал на Попова, но тот отмахнулся рукой и начал расставлять парты и стулья в классе, приводя его в порядок. Когда Шаст хотел встать и помочь учителю, то Арс сказал ему сидеть на месте и ещё что-то добавил на немецком. Перевода Антон, конечно, не знает, но звучало страстно и красиво. Убравшись в классе Попов сел рядом со своим учеником и начал что-то расспрашивать о Ире. Юноша напрягся: зачем он хочет что-то узнать о ней? Заинтересовался? Но потом в голову пришла вполне адекватная мысль, которая затмевала раздражение. Они с Арсом друзья, а с каких пор друзьям запрещено что-то расспрашивать? — Да хрен знает, я не могу разобрать собственные чувства, — Признался Антон, положив голову на парту. — Ты думал с ней о чем-то большем? У вас же изначально что-то намечалось. — Сказал Попов, вспоминая события первых встреч. — Да, конечно. Но на ум, честно, ничего не приходит, — Шастун выдержал паузу и продолжил: — Я не думаю, что хочу с ней отношений. Я не уверен, но разве ты не должен быть уверен в этот момент? — На самом деле не всегда так, — Арсений погладил школьника по голове, расслабляя его. Они слишком быстро перескочили с одного занятия на другое. Учитель слушал своего ученика, ведь тема важная, но возбуждение долго не проходило. Эти кадры, где Антон на лежит на столе и умоляет Арса остановиться. Что может быть лучше? — Арс, я устал, — Жалобно сказал Антон, поднимая глаза на своего друга. — Подкинешь до дома? — Разве у меня есть выбор? — Слабо улыбнулся Арсений, наблюдая за Шастуном. Парень действительно выглядел бледным и уставшим. Попов хотел узнать, что стало причиной по которой Антон так себя чувствует, но решил повременить с этим. Скоро для одиннадцатого класса будет итоговое сочинение и это может послужить причиной плохого самочувствия многих школьников. Правда, многие школьники Арсения Сергеевича и не интересовали. Его волновал только один рядом сидящий. — Я спросил ради приличия, — Антон встал и достал телефон, посмотрев на время. — Почти пятый час уже. — Задержал сонного виновника сегодня, — Пожал плечами учитель и взяв свои вещи и Антона под локоть, закрыл кабинет. — Постарайся сегодня выспаться, чтобы на уроках не спать. Знаешь ли, у меня не со всеми учителями здесь хорошие отношения. Я не всемогущ все же. — Но вы и не ветер, — Сделал ученик отсылку на стихотворение А. С. Пушкина и Арсений её сразу отгадал. За сообразительность старший похвалил Антона и тот довольно улыбнулся. Кажется, даже цвет лица получше стал. В машине было прохладно и ученик слегла поёжился. Попов быстро включил обогрев и в салоне стал подниматься градус. Антон молча прилег на стекло и прикрыл глаза. Руки скрестил на груди, как бы обнимая сам себя. Брови были слегла нахмурены. Наверное, из-за немного дурного самочувствия. Арсений спокойно поехал, чтобы не разбудить спящую принцессу у него в машине. Сейчас конец ноября и холода бьют по лицу и рукам. Не хотелось бы холодную зиму. Доехали они быстро и, действительно, спокойно. Попов остановился у подъезда и посмотрел на Антона. Младший немного сопел, все так же обнимая себя. Темные ресницы дрогнули и Шаст медленно открыл глаза. — Антош, мы приехали, — Сказал тихо водитель машины, следя за тем, как просыпается его ученик. — Быстро мы, — Антон зевнул, прикрыв рот рукой и потер глаза. — Спасибо, что подкинул. Шаст медленно потянулся к Арсу, чтобы того как бы обнять. Ленивыми движениями парень вышел из машины и услышал, как ему крикнули вслед: — Напиши мне, как зайдешь в квартиру, — Голос не был приказным, но ослушаться Антон, в любом случае, не решился бы. — Я будто девица какая-то, — Бубнил себе под нос парень, заходя в подъезд. Однако, несмотря на бубнеж ему нравилась забота Арса. Мама уже была в квартире и Антон поздоровался с ней, коротко рассказав про свой день и поинтересовался её днем. Закончив легкую беседу он сказал, что устал и пойдет отдыхать. В комнате он сначала написал Арсению, а потом принялся переодеваться. Парень просто надел футболку, оставшись с голым торсом и улегся под плед. Ему пришло уведомление и он даже удивился: неужто Арсений Сергеевич печатает за рулем? Посмотрев в телефон наступило разочарование. Это была никто иная, как Ира Кузнецова. Она решила спросить, пришёл ли Антон домой и как прошла беседа с Поповым. Конечно, беседа прошла хорошо, они ведь друзья. Она прошла даже лучше, чем он мог себе представить. Вспоминая события сегодняшнего дня с Арсом было немного неловко. Антон чувствует себя смущающее из-за их действий. Ему даже стыдно признаться, но действия Арсения Сергеевича ему понравились. В голове у Шаста всплыли воспоминания их разговора с Димой, когда Антон сказал, что его Арсений Сергеевич подкинул. «Да успокойся, он просто прикольный препод, знаешь же. А ещё, он будет у меня вести курсы и он умный, понимаешь?» Даже тогда он делал комплименты Арсению, не замечая этого. «Я же не ебусь с ним, а общаюсь, так что это нормально. Да и вообще, тогда он в очень хорошей форме, если ему за тридцать.» Ну, в целом, даже сейчас юноша считает, что Попов выглядит безупречно: одет всегда стильно, красиво. Изящный ум и превосходная манера речи. Шасту даже интересно, что у этого человека в голове. Он совершенно другой, будто не с этой планеты. Размышляя о своем учителе, Антон уснул. Проснулся парень спустя пару часов. За окном уже было темно, в комнате похолодало и из-под теплого одеяло вылезать совершенно не хотелось. Шаст ненавидел те моменты, когда не хотел ничего делать. Ему постоянно хочется быть занятым своими делами. Он понимает, что это плохо, отдыха нет, но как решить проблему ещё не до конца понимает. Тянущая боль в мышцах заставляла остаться в кровати, встать не было сил. Ну, или казалось, что их нет. Больной взял телефон в руки и включил его. Он удивился тому, что ещё даже восьми на часах нет. Циферблат вот-вот переключит свои цифры и тогда начнется половина восьмого. Шаст залез в социальные сети, отвечая на сообщения и потирая уставшие глаза. Его тянуло в сон, но он хотел сегодня ещё порисовать, почитать и переписать конспект по литературе. Он ответил Ире, написал Диме и Арсу. Ира скинула конспект, Дима рассказал про гулянку и другие сегодняшние дела, а Арс спросил у Антона самочувствие, когда тот уже спал. Естественно, Арсений Сергеевич ответил почти моментально. Казалось, что на Шастуна у него особая чуйка и оповещение сообщений. Юноша же пошел попить воды, его горло першило, а губы засохли. Эти ощущения были неприятны и иногда он думает, что если не попьет сейчас воды, то потом и вовсе не сможет этого сделать больше ни-ко-г-да. Антон вернулся в комнату и сразу залез в телефон. Иконка ВК показала красный кружочек с цифрой внутри, означавшая что ему пришло уведомление. Он зашел в приложение и увидел, что ему ответили два человека: Арсений и Ира. Недолго думая, он зашел в переписку с Арсением. «Ира может и подождать» — Пронеслось в голове у Антона. 19: 36 Арсений Попов Ты че, заболел? 19:36 Антон Шастун Нет, просто слабость небольшая Ничего серьезного. Старший выпытывал из младшего информацию о его самочувствии. А потом твердо написал (именно с такой интонацией прочитал это Шастун): 19:43 Арсений Попов Сейчас заеду в магазин и приеду Одевайся Антон, естественно, начал говорить Арсу, что не надо никуда ехать, что он сейчас лучше побудет дома, но того было не переубедить. Школьник начал медленно, неспешно натягивать свободные шаровары-джинсы и толстовку. Потом он подошел к матери и сказал, что пойдет чуток прогуляется. Мама, конечно, не была против. Она лишь поинтересовалась состоянием сына, ведь тот выглядел уставшим. Юноша ждал сообщения Попова с нетерпением. Он ходил, места себе найти не мог. То сюда зайдет — посмотрит, то туда — походит. Время тянулось долго. Антон даже хотел сдаться и пойти дальше спать, но тут наконец-то написал Арс. Шаст наспех надел обувь и верхнюю одежду. Застегивать куртку он не стал. На нем толстовка, куртка, так и он ещё в машине будет. Правда, на улице парень понял, что даже в толстовке холодно. Ветер был сильный, проникающий под толстовку и заставляя покрываться тело мурашками. Он быстро юркнул в теплую машину и закрыл за собой дверь.  — Я вижу, Антох, давно по жопе не получал? — Голос преподавателя был строгим.  — Арс, я в машине. Я на улице даже минуты не был. — Начал оправдываться Шастун.  — Антон, если ты заболеешь, то я лично возьмусь за твое лечение, — Голос стал мягче. — И тебе же будет хуже потом. Понял? Школьник виновато кивнул головой и поднял на Арсения щенячий взгляд, желая покончить с этим разговором. Водитель тронул машину и припарковался рядом с подъездом. Антон заметил пакет на заднем сиденье и переместился туда. Арс последовал за ним. Ехать они никуда не собираются, поэтому сидеть за рулем незачем. На задних сиденьях было больше места для соприкосновений. Антон нашел в пакете еду и был доволен. Он хотел улечься, но это было сложно из-за высокого роста парня. Шаст все никак не мог найти себе нужное положение, чем уже начал надоедать Арсению. Попов, уставший за этим наблюдать, уложил его голову к себе на колени, тем самым успокоив парня. Шасту стало немного неловко, учитывая его недавние размышления о своем учителе. Он медленно ел шоколадные изделия, которые купил ему Арсений и думал о том, как бы начать диалог. В итоге, он не заметил как начал закрывать глаза и засыпать на чужих коленях. «Рядом с ним так спокойно и тепло, так и хочется обнять» — Подумал каждый из них. Попов наблюдал за дремлющим Антоном и вспоминал их первые встречи, испытывая полнейший крах и стыд. Он перебирал светлые, напоминающие пшено цветом, волосы и продолжал думать о своих чувствах к этому парню. Он испытал их впервые первого сентября. Чувства тогда были смешанные, но вскоре стали теплыми. Учитель и сам не заметил, как начал испытывать к Шасту нечто большее. Возможно, мальчик к этому не готов. Арсений точно не был уверен. Он раньше встречался со своими ровесниками, где все было чуть проще, чем сейчас. Естественно, что он примет любые чувства от Шастуна и не будет заставлять или давить на него, но сердце хотело услышать согласие, чтобы их чувства были взаимны. Спящий проснулся спустя минут двадцать, потому что нога затекла. Из размышлений в мыслях Попова вытянул болезненное мычание и шевеление внизу. — Сука, ногу свело, — Тихо проговорил Шастун, стараясь не двигать ногой, так как боль была сильной. В последнее время у парня часто сводит ногу, что уже надоедает. Хотя тут дело в том, как он все время рисует. Сидит, как старик, над златом чахнет. Арсений аккуратно помог ученику сесть и начал расспрашивать, как сильно затекла и где. — Спокойно, Антош, спокойно, — Голос Арсения был нежным и успокавающим. Преподаватель снял обувь с ног Шастуна и стал медленно разогревать ногу, потирая, делая легкие массажные движения. Парень тихо постанывал, цеплясь за Попова, как за подушку. — А-арс, — Уже громче застонал Антон, когда его носок потянули на себя и в обратную сторону. Боль была двойственна: покалывания, которые вызывают и боль, и некую щекотку. Это ощущение было в какой-то степени приятно, оно перекрывало боль. Попов усердно разминал мышцы Шастуна, стараясь не думать о пошлом. «Он стонет, потому что ему больно», — Проносились мысли в голове старшего. Спустя пару минут ногу стало отпускать и Антон облегчено вздохнул. — Чуть не сдох, чертова нога, — Стал гневаться юноша, продолжая уже самостоятельно разминать её. Он поблагодарил Арсения и извинился за то, что уснул. — Да все нормально, — Голос Попова был спокойным, хотя в мыслях крутилось что-то неприличное. — Ты пойдешь или ещё побудешь? На часах было половина девятого. Юноша подумал, что уходить не хочет. Он хотел ещё побыть с Арсением Сергеевичем, насладиться его компанией, шутками, спокойным, но строгим и властным голосом. — Посижу ещё, — Антон достал телефон и зашел на ютуб. — Посмотрим, может, что-нибудь? — Немного робко спросил парень и улыбнулся, когда Арс кивнул ему в знак согласия. Он долго выбирал, рассматривая все возможные варианты, которые можно посмотреть. Хотелось глянуть что-то не особо долгое, но на уме было пусто. Арсений же был готов посмотреть все, что угодно младшему, лишь бы остаться с ним подольше. — Я не знаю, — Обреченно сказал Шастун, облокачиваясь на Попова. — Есть пожелания? — Я не против посмотреть то, что тебе интересно, — Ответил Арсений и прижался чуть ближе к парню. Положение было не самым удобным, но Попова все устраивало. Он был рад тому, что может быть рядом с Антоном. Голова ученика лежала на груди Арса, а ноги в этот раз он решил расположить поудобнее. Сам же Арсений сидел полубоком, положив одну свою руку так, что та лежала чуть ниже груди юноши. — Хоть мультфильм, ей богу. В этот момент в голову Шастуна пришло озарение. Он зашел в поиск и стал быстро набирать там название первого мультика, который пришел ему в голове. Арсений, наблюдавший за этой картиной, тихо усмехнулся. — Будем смотреть Скуби-Ду! — Радостно оповестил друга Антон. Он включил первую серию, которая попалась ему на глаза и прибавил звук, поставив почти на максимум. Антон радостно что-то комментировал и смеялся, пока учитель тихо-мирно наблюдал за ним. Его сердце билось быстрее обычного и он надеялся, что Шастун этого не замечает. В каких-то моментах Арсений тоже смеялся, заразившись смехом младшего. Так они просмотрели две серии. Когда второй эпизод закончился, Попов даже расстроился тем, что придется отпустить Антона. Однако, он был рад тому, как они провели это время. Спокойно, радуясь и наслаждаясь друг другом. — Ладно, Арс, я пойду, — Шаст обнял Попова и открыл дверь машины, чуть не забыв про пакет. — Застегнись, — Сказал Арсений, заметив, что его ученик опять хочет пойти расстегнутым. За это время на улице стало ещё холоднее, открытая дверь резко снизила высокую температуру в машине, заставляя поежиться. Антон молча кивнул и сделал то, что сказал Арсений. — Все, придешь ложись спать. кивнул и вышел. Попов тоже вы Шастун молча шел из машины, но чтобы пересесть за рулем. Смотря на удаляющеюся фигуру во мраке, громко сказал: — Gute Nacht, Антон. Он видел, как фигура повернулся и чувствовал, что Антон улыбнулся, благодаря его. Эта фраза была схожа с английской, поэтому Шаст догадывался, что ему сказал Арсений. Придя домой юноша принял теплый душ, а после залез в незаправленную постель и уснул. — С тобой все в порядке? — Нет, потому что я тону в твоих глазах — Да, мой язык может удивить. Хотел бы я показать тебе это в действии — Для тебя я буду говорить на всех языках мира — Спокойной ночи