Виски с кофе

Было уже около четырёх утра, когда троица в лице Романа, Катерины и Полины возвращалась из бара. Четвертого они потеряли в неравной схватке с рыжеволосой бестией, которая уволокла не особо сопротивлявшегося Антона из заведения на встречу неведомым приключениям. Ребята даже догадывались каким. Удивительно, что даже такие циники, как Петров, отключали голову, когда дело касалось чего-то, выходившего за рамки их понимания – чувств. Либо же, он просто хотел ебаться, - промелькнуло в голове Кати. Девушка бросила уставший взгляд на Полину у которой уже начали сдавать нервы. Дело в том, что Пятифан немного не рассчитал сил своей раздолбанной ласточки и у той волшебным образом закончился бензин прямо тогда, когда машина не отъехала и пяти метров от бара. Денег на заправку, естественно, не осталось, после траты на удивительно дорогой для провинции алкоголь. К тому же, никто не рассчитывал на такое глупое стечение обстоятельств, поэтому троице ничего не оставалось, как по предложению Романа дойти до его знакомого Бяши, который как раз должен был Пятифану некоторую сумму. На столь неподходящее для взыскания денег время, и причиняемые его другу неудобства, парню было глубоко плевать. Смирнова усмехнулась, не веря, что вообще согласилась на эту глупую затею с деньгами: — Ты уверен, что он тебя вообще на порог пустит? — Уверен, — кивнул парень, его голос звучал, на удивление, флегматично, учитывая ситуацию, — Если не хочет ходить с разукрашенным ебалом. Равнодушный взгляд Пятифана был устремлен вдаль центральных улиц города, что выглядели в это время приличнее, чем днём. Уже начинало рассветать, однако парень предпочел бы и дальше идти в темноте, лишь бы не видеть недовольного лица своей девушки. Бывшей, - отчего то подумалось ему. Действительно, их грандиозная ссора в баре, когда у Морозовой развязался язык и накопленные за все долгое время претензии вырвались наружу, до сих пор отзывалась головной болью в черепной коробке. Парень невольно поморщился. — План, конечно, надёжный как швейцарские часы, но ты не думал, что у него может не оказаться этих денег. Насколько мне известно, он сейчас не работает, — Катерина закурила, откинув голову от наслаждения, — Если продажа нелегальных…приблуд может считаться работой. Роман вперил свой взгляд в безэмоциональное лицо девушки. — Если есть предложение получше, я весь во внимании. Насколько мне известно, зарплаты учителей не такие уж высокие, но мне хватит денег, если ты позволишь… — Нет, — Смирнова не оценила иронии парня, однако их диалог, очевидно, поднял ему настроение, — Мне проще уже дойти домой, чем переться вместе с тобой потом обратно до машины и ехать уже на ней. — Никого не держу. В любом случае, заправка совсем рядом с «Досками»*. Вместе с Бяшей дотолкаю. Полина кинула на него скептический взгляд, однако ничего не сказала. Злость отступила, как и алкогольное опьянение немного ослабило свою хватку. Девушке вдруг резко захотелось закурить, и она с огорчением вспомнила, что проебала свою hqd где-то в баре, когда убегала в туалет после ссоры с Пятифаном. Не ночь, а блядство. — Может я тоже пойду? Очевидно, ей, как и Смирновой, не хотелось ходить туда-сюда. К тому же, общество Романа, влезшего в пьяную драку, а после благополучно забывшего про её существование за очередной кружечкой тёмного нефильтрованного с теми, кому недавно бил ёбла, раздражало. Она была уверена, что это точка. Резкая, однако весьма предсказуемая. Полина была рада, что не пришлось ходить вокруг да около несколько месяцев, прежде чем она или Роман придумают причину по которой они должны будут разойтись. В глубине души она чувствовала, что парень это тоже понимает, однако ему не хватает смелости сделать шаг в этом направлении. Привычка порой является более серьезной причиной продолжения отношении, чем сама любовь. Девушке казалось, что после произошедшего, Пятифан, как и она сама, почувствовал облегчение. Гордиев узел был наконец разрублен глупой, пьяной ссорой. Оно и к лучшему, пока они окончательно не возненавидели друг друга. Оба этого не хотели, поэтому считали произошедшее удачным стечением обстоятельств. — Неизвестно сколько это продлиться, а мне ещё нужно успеть домой, иначе сам знаешь…моего деда. Парень задержал взгляд на Морозовой, затем перевел его на ее платиноволосую подругу, которая показалась ему надёжной защитницей по пути домой, после чего равнодушно махнул рукой из которой тут же затянулся, что означало, что они могли валить на все четыре стороны. Не прощаясь, девушки перешли на другую сторону дороги, заговорив лишь тогда, когда Роман оказался на приличном от них расстоянии. За время их коротенького путешествия, уже достаточно рассвело, и они могли насладиться, не очевидным, однако все равно красивым видом в центре их провинциального городка. Уж что-что, а центр города и сам город с его окраинами, как правило, кардинально отличались. Как искусно сделанная маска на лице урода. За этой красивой маской центральной архитектуры скрывались отвратительные серые хрущевки в спальных районах, разъебанные пыльные дороги и недовольные люди, утратившие всякую надежду покинуть артхаусный ад. Часто Катя представляла, как переберётся в Москву, а затем и вовсе зарубеж, вспоминая о былых временах, как о чем-то ужасном, во что она никогда не хотела бы возвращаться. Несмотря на многолетнюю стагнацию в собственной жизни, замеревшей в своем развитии вместе с городом, описание которого можно встретить еще в гоголевских книжках, Смирнова не собиралась сдаваться. Хотя стоит признать, с каждым разом, ямы апатии в которые она периодически скатывалась, становились все глубже и выбираться из них становилось куда сложнее. Рано или поздно, уеду. Полина крепче прижалась к руке девушки, заливаясь смехом на практически пустующих улицах дремлющего города. Ссора с Пятифаном отошла на самые дальние закоулки памяти, обреченная быть забытой через пару минут. Со Смирновой становилось легче, свободнее что-ли…Эта девушка казалась Полине вне любых рамок и запретов, Катерина была той, которой было искренне наплевать на окружающее ее мнение. Часто за это её мать, школьная учительница, клеймила дочку эгоисткой, похожей на отца. В такие моменты, девушка криво улыбалась, давно похоронив собственную обиду глубоко внутри себя. Чтож, если это действительно было так и она всё же пошла в его породу, у людей, что решат связать с ней свою жизнь, огромные проблемы. Тот человек, которого Катерина в общем то никогда и не считала своим отцом и его важность оценивалась на уровне просто уличного незнакомца, являлся натуральным психопатом, который к счастью, не успел до конца разрушить жизни своей женщине и ребёнку. Девушка осознавала в себе его гены и с омерзением начала замечать в зеркале не своё, а его лицо. Поразительное сходство, лишний раз напоминавшее о том, кого Смирнова предпочла похоронить в собственной памяти. Полина знала о том, что отец подруги был слабым, опустившемся человеком и к счастью, подмечала, что Смирнова совершенно на него не похожа. Она была той, что вцеплялась в глотку тому, чего хотела и не отпускала до тех пор, пока не получала желаемое. Наверное, поэтому, Морозова чувствовала рядом с ней эту уверенность, закалённого, в какой-то мере, человека. Она хотела быть такой же сильной, однако не знала, как сильно Катерина боялась упасть, повторив судьбу нерадивого родителя. Стать конченной психопаткой, ломающей жизни близким, опуститься до уровня зависимой и уже никогда не всплыть. Впрочем, с возрастом, чувства постепенно притупились что-ли. Вернее, они практически исчезли, как и страхи, кроме базовых потребностей человеческого организма. Однако, рядом с Полиной она не чувствовала себя пустой, она вообще ни о чём не думала, ей просто было спокойно. Не пусто, как обычно, а именно удовлетворенно. Поначалу, это казалось странным. Смирновой хотелось забрать её с собой в поисках лучшей жизни, хотелось дарить ей дорогие подарки и возить в лучшие рестораны, после чего улетать на выходные в Милан или куда будет душе угодно. Она надеялась, что это поможет ей оживить саму себя и реабилитировать собственные чувства. Как минимум, для начала нужно было предупредить непосредственно Морозову о грандиозных планах девушки. Когда-нибудь. — Так вы расстались? Типо…окончательно? — Даже не знаю, Кать, — Полина не сдержала усмешки, — На что это, по-твоему, похоже? — Ну, зная тебя…Можно предположить, что это очередная ваша пауза, как вариант? — Не в этот раз. Не хочу мучить ни себя, ни его. Мы оба достойны счастья, просто...—девушка опустила глаза, подбирая верные слова. Все это время Смирнова не спускала с неё внимательного взгляда, — Не друг с другом. Не хочу его тормозить. И себя. — У тебя уже есть кто-то на примете? — Окстись, женщина, мы расстались пару часов назад. — Удивительно много времени, а ты ещё никого не нашла. Полина не уловила, едва скрываемый сарказм в её голосе и подтолкнула Катерину в сторону, однако та не растерявшись, увлекла её за собой. — Да пошла ты. Девушки рассмеялись, чуть не упав на асфальт. Со стороны могло показаться, что они пьяны, однако это было бы правдой лишь отчасти. Смирнова вообще редко пьянела, чего нельзя было сказать о Полине, которая в таком состоянии становилась, удивительно, дружелюбной и разговорчивой даже с незнакомцами, к которым в трезвости даже боялась подходить, предпочитая следовать собственной интуиции, когда ей надо было узнать местонахождение какого-либо объекта. Обе девушки не хотели домой, в особенности Морозова. Сказание про злого деда было безусловной правдой, однако страх перед ним отошел на второй план и на русское «авось, прокатит». В конце концов, уже сегодня был выходной, так то можно было не боятся столь раннего пробуждения одного из родителей девушек. Ещё сероватое, однако уже розовое, с примесью золота небо, предвещало окончательный рассвет. Без людей, скопления машин, гул и гама, воздух был наполнен утренней свежестью, которую даже не портил запах ментоловых сигарет Смирновой, наоборот придавая атмосфере нотки сладости. Полина вдруг вручила девушке свой айрподс, чтобы та как можно скорее оценила новый трек любимой певицы Морозовой, который вышел относительно недавно. Ей повезло, что у них был практически схожий музыкальный вкус, иначе Катерина бы и слушать не стала, отбрыкавшись от её уговоров. — Ахуенно, скажи? Сладкий голос Doja Cat проникал в самое сознание, вынуждая Смирнову согласно кивнуть. — Как называется? — «You right», это из нового альбома, — Морозова вдруг вздохнула, буквально повисая на руке девушки, — Жалко, что мне так и не позволили выбирать музыку на выпускной. Вообще, блять, никому не дали, хотя это наш праздник…ну и где справедливость? — Ты пойдёшь? — Если ты пойдешь. — Отчего то, мне кажется, что это пройдет далеко не в стиле американских выпускных, —Катя хрипло рассмеялась, глядя на подругу, — Я считаю, что это пустая трата времени и лучше собраться после вручения аттестатов и отметить самим. Со своей музыкой… — Блэкджеком и шлюхами, я поняла. — Ну шлюхи у меня уже есть, — девушка хитро скосила взгляд, уже морально готовая уворачиваться от ударов Морозовой, — По крайней мере, одна точно… — Так! — С чего ты взяла, что я о тебе? Антон же наверняка припрётся со своей…Алисой. — Ты ей не доверяешь? — Не знаю, она какая то мутная. Мне кажется, она запудрила мозги Антону, что не так сложно в его возрасте, когда работает не голова, а сама знаешь, что. — Я думаю, вы похожи, поэтому она тебе не нравится. Как по мне, она ничего. Смирнова вдруг остановилась, окинув девушку странным взглядом от которого у той прошли лёгкие мурашки. — Ну я то лучше. — Конечно, — растерявшись, выпалила Полина, вперив взгляд в подругу, которая вновь сменилась в лице, словно и не было этого хладнокровного тона и глаз. Порой ей казалось, что безупречное лицо Катерины лишь маска, за которой та прятала другую личность, что порой проявляла себя в садистической ухмылке или потемневшем, пустом взгляде. Не то чтобы это пугало. В конце концов, внутри каждого из нас скрывалось своё чудовище. Просто у некоторых людей были слишком тонкие цепи, что удерживали зверя и не позволяли ему сместить истинную человеческую личность. Полина была с этим не понаслышке знакома. Когда песня закончилась, Смирнова расслабилась и попросила включить её еще и раз. Не особо вдумываясь, девушка выполнила её просьбу, невольно улыбнувшись, когда Катерина начала плавно водить плечами в такт музыке. Часто, в её танцах, Полина отмечала невероятную змеиную гибкость в теле девушки. Смирнова даже ходила на «Go-Go» в далеком девятом классе, накануне экзаменов, однако быстрые танцы других стилей ей давались с трудом. В её компетенции было что-нибудь плавное, сексуальное, завораживающее. Это был определенно её стиль. Морозова так не умела, однако каждый раз любовалась тем, как делает это она. В принципе, так девушка и осознала свою бисексуальность. Стоило всего раз посмотреть на свою горячую подругу, чтобы понять, что хочешь не крепкой девичьей дружбы. А просто хочешь. Это было так странно, но и так естественно, когда ты просто наслаждаешься красотой человека вне зависимости от пола. Смирнова вдруг подхватила девушку за талию, делая вид, что собирается закружить её в танце, однако по итогу, они действительно остановились посреди улицы, протанцевав до самого конца песни. Со стороны это выглядело так, будто две тиктокерши остановились, чтобы записать свое коротенькое, не имевшее смысловой нагрузки видео. Наверное, это было именно то, о чем пелось в старенькой песне про вечно молодых и пьяных. У обеих было предчувствие, что сегодня, что-то поменялось. Может быть в этот раз, придя домой взамен пустоты и зияющей дыры в груди, придет нечто другое, лёгкое и радостное? По крайней мере, одна из них, это точно чувствовала. Морозова была невероятно счастлива. — От меня сильно пахнет сигаретами? — уже остановившись у Полининой многоэтажки, спросила та, побуждая девушку проверить. Стоило Смирновой чуть наклониться, как тонкие пальцы с длинными ноготками обхватили её шею, притягивая ближе, позволяя Полине впиться в красные губы с особой жадностью. Ей это казалось очередной пьяной выходкой, которую Катерина ей непременно простит, однако она удивилась тому, что взамен того, чтобы растеряться или оттолкнуть её, Полина ощутила на своих губах усмешку. Былая храбрость моментально улетучилась, когда не позволив ей отстраниться, Смирнова схватила её за шею, притягивая ещё ближе и не давая опомниться. Нагло и нетерпеливо свободная рука скользнула вниз по бедру, вцепившись ногтями в нежную кожу Морозовой, вынуждая ту ахнуть, что судя по всему, ещё больше развеселило и удовлетворило садистический характер девушки. Не ожидая такой силы в ней, Полина вдруг осознала, оказавшись прижатой к кирпичной стене, что даже Роман не позволял себе нечто подобного, хотя это непременно было бы в его стиле. Но в отличии от него, Смирнова не сдерживалась и делала так, как хотела, особо не вслушиваясь в желания своей жертвы, однако брюнетка почувствовала себя конченной мазохистской, когда поняла, что позволила бы ей воспользоваться собой прямо здесь, плевав на случайных прохожих, которых в такую рань, благо не было. И все же, случайное громкое уведомление спасло её от ненужных свидетелей, вынуждая девушку отстраниться. Первой мыслью было, что это дед, увидевший из окна, чем занимается его внучка, вместо того, чтобы спать в кровати, однако это оказался лишь Роман, что оповестил в сообщении, что благополучно дотащил машину до заправки не без помощи Бяши. Заметив это, Смирнова еле слышно прорычала. Даже сейчас, блять, умудряешься все испортить. Однако, следующее заявление Морозовой заставило её внутренне рассмеяться, моментально позабыв о злобе. — Блять, я не знаю, что на меня нашло, прости… Чуть не раздела её я, а извиняется она. Замечательно. Девушка вдруг обратила пристальный взгляд на Полину, вынуждая ту покраснеть. — Но… — Но? — Я хотела этого. Правда. — Чего именно? — словно издеваясь протянула Катерина, довольствуясь ее смущенным личиком. Брюнетка закатила глаза, отталкивая смеющуюся девушку подальше от себя от греха подальше, чтобы пройти к домофону. Однако, её рука так и застыла с ключами в воздухе, когда цепкие руки Смирновой обвились вокруг её тела, а хрипловатый от сигарет голос окутал сознание: — Если ты действительно этого хотела, тогда не бегай от меня, как от своих мужиков, ладно? — Про мужиков могла бы и не упоминать, — чувствовать, как на лице еще больше расползается жар, было невыносимо, однако Полина надеялась, что длинные волосы скрывают факт её красноты, — Я…и не собиралась убегать. — Надеюсь, что так, — промурчала девушка, явно довольствуясь сложившейся ситуацией, — В любом случае, у тебя не получилось бы...так что теперь, ты моя. — Размечталась, — Морозова успела извернуться в руках Смирновой и проскочить в подъезд, ощущая себя полной дурой, когда с лица так и не сошла глупая ухмылка. Я, блять, не сплю или мне кажется?