Я хочу видеть тебя

Экселла меряет шагами комнату в доме Беневиенто, кусая губу и вздыхая. Джионне была по уши влюблена в Донну, толком и не видя ее. Только портрет. По словам самой хозяйки, этому портрету уже далеко не один год. И даже не два. На деле, Экселле было не важно, как сейчас выглядит Донна. Ей была важна она сама. И Беневиенто была потрясающей девушкой, пускай и были некоторые проблемы. Про любовь к куклам Экс знала с первого дня и сначала, это пугало, но затем, она даже привыкла к этому. Донна сидела на стуле, за темной вуалью, что скрывала шрам на глазу. Нет, он не был огромным, но комплекс, что внушили бедной Донне в детстве, до сих пор остался. Девушка хотела открыться Эскелле, но боялась остаться одной. Куклы бы не смогли заполнить дыру в сердце, где так крепко засела Джионне. Беневиенто смотрит на подругу, качнув головой и мелодичным голосом выдает. — Экселла, дорогая, присядь, — она указала рукой на кресло рядом и немного отодвинув вуаль, делает глоток чая, облизывая губы. Надоедливые пряди лезли в лицо и Донна фыркает, морща нос. Если бы видела это Экс, она бы сама убрала эти пряди с лица и рассматривала бы кукольницу очень внимательно. Экс кивает, плюхаясь на кресло рядом и поправляет платье, вздыхая. — Донна, милая, для тебя наверное не секрет...что... — девушка замялась, отводя взгляд, ведь до этого, она смотрела на Донну. Донна наклонила голову на бок, наблюдая за Экселлой. Забавно наблюдать за тем, как такая сильная женщина, как Экс, сидит сейчас рядом с такой простой Донной и боится сказать слово. Если бы знала она, как самой Джионне страшно говорить об этом. Никогда не знаешь, как человек может отреагировать. — Что? Ну, Экселла, я не кусаюсь, что такое? — Донна похлопала ресницами, осматривая девушку. Экс выдохнула, мотнув головой и взяла Донну за руку, погладив. Похоже, Беневиенто не ожидала такого, ведь рука ее вздрогнула, а из приоткрытых губ послышался удивлённый вздох. — Ты нравишься мне. Я люблю тебя, Донна Беневиенто. Я не знаю, как тебе еще это сказать, — Экселла сжимает чужую руку, продолжая поглаживать. Экс волновалась, это было заметно. Донна почти всегда была спокойной и, она лишь поглаживает ее руку в ответ, переплетая пальцы. У кукольницы был аккуратный маникюр. Короткие ногти, покрашенные в темно-бордовый цвет, в отличие же от Джионне, которая любит длинные ногти, но насчет цвета не парилась. Экселла ждет ее ответа, считая каждую секунду и улавливая каждое движение кукольницы. Донна резко притянула ее к себе за руку, отчего Экселла чуть не упала на стол, упираясь свободной рукой в бедро Беневиенто. — Ты правда любишь меня? Но ведь...я неинтересная, — Все же, Донна сомневается и голос ее становится еще тише. Экс встала с места, взяв Донну за руку лучше и подняла ее с кресла, усаживая на диван и садится рядом, беря и вторую руку Беневиенто в свою. — Милая, моя милая Донна. Ты интересна и еще как. Прошу, если эти чувства взаимны, я хочу, чтобы ты доверяла мне...не боялась показать своих изъянов...— девушка поджала губы, поглаживая ее руки. Экселла действительно надеялась, что это взаимно и Донна не отвергнет Джионне. Лучше умереть, чем не видеть Беневиенто. Донна кусает губу, краснея и отводит взгляд, выдыхая. — Ты...правда хочешь видеть это? — Да, милая...если ты готова открыться мне, — Джионне кивает, наклонив голову и смотрит на Донну внимательно, будто боясь упустить что-то. Донна отстраняет руки от чужих и прикусив губу, медленно снимает вуаль с лица и все лишнее с себя, неловко убирая прядь с лица. Экселла распахнула глаза. Перед ней сидело что-то внеземное. Что-то слишком красивое для этого мира. Джионне осторожно коснулась рукой ее щеки, погладив и изучает Беневиенто. Лишь небольшой шрам был на правом глазу кукольницы. Экселле было не до этого. Она рассматривала мягкие черты лица Донны, поглаживала ее щеку, чувствовала на своих губах дыхание из чужих, манящих губ Беневиенто. И пристальный взгляд серо-зеленых глаз. На портрете цвет глаз был кофейным, но в жизни. В жизни было даже красивее. Нет, даже не так. В жизни было намного красивее. Экселла наконец поднимает свои голубые глаза к серо-зеленым, улыбнувшись. Щеки Донны тут же заливаются краской и кукольница хочет надеть вуаль обратно, но Экс осторожно шепчет. — Пожалуйста, не нужно, Донна. Ты понимаешь, что ты прекрасна? — Оу, нет, Экселла, нет. Это ты прекрасна, – Беневиенто мотнула головой, неловко беря щеки Джионне в руки, — ты невероятна красивая, дорогая. Будто состоишь из идеального. Знала бы ты, как я люблю засматриваться на твои глаза. Донна краснеет сильнее, прикусив губу и усмехается. Как же все-таки непривычно смотреть на Экселлу прямо. Без темной вуали, которая, конечно, затемняла все и теперь, глаза Джионне еще светлее. Еще красивее. Экселла хмыкнула, наклонив голову и поцеловала ладонь Беневиенто, потеревшись о ее руку. Донна похлопала ресницами, пожмурившись от прядки, что упала ей на глаза. Экс убрала ее прядь, проводя пальцами по щеке и задевает ногтями губы кукольницы. Девушка вздрогнула, краснея сильнее и притянула лицо Экселлы, неловко прижимаясь губами к чужим. Было смешно, оттого, что Донна не умела целоваться. Ей даже стало стыдно от этой мысли. Джионне хихикнула, проталкивая язык в ее рот и целует лучше. Донна стонет, переводя руки на талию и притягивает к себе ближе. Экселла улыбается, слабо засмеявшись и отстраняется, утыкаясь ей в плечо. Донна выгибает бровь, хлопая ресницами и не понимает ее. Что-то не так сделала? — Прости, милая, я просто не ожидала, что ты у нас такая смелая, — Экс посмотрела на нее, целуя в щеку и шепчет, — но мне это нравится. — Ну, я сама не ожидала от себя такого, — усмехается кукольница, поглаживая талию девушки. — Давай-ка лучше я. Донна не успевает сказать и слово, как Экселла мягко целует ее, кладя руку на шею и поглаживает. Беневиенто забывается в чувствах, прикрывая глаза и отвечает, целуя Экс так, будто она делает это первый и последний раз. Руки скользят по телу, поглаживая, слегка задирая одежду и холодными ладонями Донна водит по горячей коже Джионне. Сейчас уже не важно, как сильно Донна ненавидит свой шрам. Экселле все равно. Беневиенто прекрасна, как бы она не выглядела. И Джионне будет утверждать это каждый день, говорить хоть каждую секунду, лишь бы Донна поняла это. Поняла, насколько она красива.