Предначертано судьбой

            

***

      Алекс сидел на каком-то старом кухонном гарнитуре. Они уже довольно давно отшельничают и прячутся от властей.       Забавно каждое утро наблюдать, как Кейд заставляет Гримлока выплюнуть очередную машину, как Кроссхэйрз мешает Дрифту медитировать, постоянно сбивая того с волны. Но больше всего ему нравилось видеть Оптимуса. Он с утра пораньше принимал форму человека, чтобы, как он говорит, «Развеяться», но только Алекс знал, что этот бесстыдник делал.       Даже сейчас, мужчина вслушивался в тишину, надеясь услышать хоть шорох, который выдаст местоположение Прайма. Вот только он не успел ничего предпринять, как его верхнюю часть ноги обхватила властная рука. — Как ты… — он не успел ничего сказать, его заткнули поцелуем. Оптимус продолжил его целовать, слегка покусывая нижнюю губу. — Бесстыдник, говоришь команде, что гуляешь, а сам меня лапаешь? — сказал мужчина, когда рука переместилась на бедро. — Ты сейчас договоришься. — без какой-либо угрозы произнёс Оптимус. — И что же ты сделаешь? — Алекс вызывающие выгнул бровь и нагнулся к Прайму. Тот в свою очередь второй рукой раздвинул колени мужчины. Алекс опешил. — Я-я пошутил, Оптимус! Не надо! — Не кричи, — сразу же после этого Прайм снова поцеловал его, проникая языком в чужой рот и исследуя там каждый сантиметр, постепенно устраиваясь между раздвинутых ног. Алекс протестующе запищал, стараясь отпихнуть Оптимуса в сторону. — Так, если ты не прекратишь! — он замолчал, когда Прайм уткнулся ему в шею, не предпринимая новых попыток. Алекс ещё немного подумал, а потом обнял Прайма, начиная гладить по голове. — Нас команда потеряет. — шепотом сказал он. — Ещё минуту. — мужчина лишь улыбнулся. Он обожал такие моменты, когда они просто стояли, притянувшись друг к другу и молчали.       Кейд привёл какую-то девушку, а точнее девочку. Она представилась Изи. — То есть Изабелла. — уточнил Алекс, девушка молча кивнула. Кейд не хотел её оставлять, но ничего не вышло.

***

      Кейд, он и Оптимус шли к какому-то старому замку. С базы их выгнали десептиконы, поэтому они были здесь. Рядом с ними был человекоподобный робот, который их сопровождал. Видимо Прайм хотел быть в курсе событий, поэтому был в облике человека. Алексу было слегка непривычно, но он собрался с мыслями и следовал за Кейдом. Внезапно прогремел выстрел. Алекс немного присел и начал оглядываться по сторонам. Оптимус остановил его, чтобы тот совсем не упал на пол. Сработала привычка. Вдалеке они увидели пожилого мужчину, который что-то кричал. Алекс повернулся, чтобы посмотреть, кому он это говорит. Там он увидел ещё одного трансформера. Они подошли к мужчине. — Простите моего друга, он думает, что сейчас всё ещё 1916 или 1914, первая мировая война. — человекоподобный робот начал что-то показывать, но ребята не обращали на него внимания. — Мистер Кейд, — Просто Кейд. — поправил его мужчина. — Разрешите взглянуть, когда так долго хранишь тайну и знаешь, что это правда, но где-то внутри всё равно сомневаешься, а не потратил ли ты жизнь в пустую. У вас никогда такого не было? — У нас нет времени разгадывать загадки. — дерзко отрезал Кейд. — Но ведь вы хотите знать, зачем они прилетают сюда. — Алекс повернулся к Прайму. Его спокойное лицо давало понять, что всё в порядке. Послышался рёв мотора. Незнакомец обрадовался. Последовали звуки трансформации, а вместе с этим и крики девушки. — Это она так от похищения или первый раз его видит? — спросил Кейд. — И то и другое. — Кто вы такой? — наконец вмешался Алекс. — Меня зовут Эдмунд Бёртон, двенадцатый граф Фолган, последний, оставшийся в живых, член ордена Уитвиканцев.       Они сидели за столом, когда девушка зашла к ним. — Привет, — сдержанно сказал Кейд. Девушка заметила трансформера, что был в окне. — Ему обязательно там маячить? — тот начал говорить с французским акцентом. Девушка сначала не поняла о чём он. — Хот род. Ему просто нравится говорить с Французским акцентом. — за окном послышались протесты — Он что, француз? — Он солдат, мисс Вивиан, он дал вашему отцу клятву вас защищать.       Кейд что-то сказал, но Алекс перестал замечать их перепалку. После этого Эдмунд представил всех, когда время дошло до Прайма, всё замолкли. — Это Оптимус Прайм, автоботы смогли настроить один из артефактов и теперь они могут принимать обличие людей. — после этого между Вивиан и Кейдом случилась перепалка, в ходе которой Когман, тот самый человекоподобный робот, накинулся на Кейда. Алекс моментально встрепенулся и было хотел разнимать, но его остановила рука Прайма. — Не надо, он Хедмастер и с лёгкостью тебя прикончит. — сказал Прайм, дёргая парня назад. — Верно, очень редкая порода. Когман, успокойся, направь свою злость в другое русло. — тот вынуждено согласился и оставил Кейда в покое.

***

      Дальше события развивались максимально стремительно. И после всего этого, находясь на огромной подводной лодке, Алекс хотел одного — спать. Когман любезно показал ему его комнату. Где он сейчас и располагался. Дверь немного скрипнула, а потом под массой открылась. — Тебя не учили стучаться… — он уже понял, кто это, будучи стоя спиной к двери. — Я надеялся, что скрипа не будет. — послышались шаги, а потом его талию обвили властные руки. Алекс откинулся назад. — Ты хотел меня напугать? — он повернулся, заглядывая в ярко-голубые глаза, выискивая там намерения Прайма. — Я думал, что ты спишь. — Оптимус притянул его ещё сильнее. — Это не объясняет то, зачем ты пришёл. — игривая улыбка появилась на лице Алекса. — Ну мы же не будем хулиганить сейчас… Там ходит Когман. — Прайм уткнулся ему в шею. — Тогда давай спать. — тот лихо отпрянул и подняв одеяло, спрятался под него. Было слышно тяжёлый вздох, а потом он лёг рядом и закинул на него ногу.

***

— Оптимус, стой! — заорал Алекс. Он не понимал, почему тот начал себя так вести. Прайм вернулся в форму бота, потом пропал из поля зрения всего на пять минут, а когда вернулся, то начал нападать. Бамблби постарался образумить его, но ничего не получилось. Алекс перегородил собой Би — Оптимус, прошу тебя… — его взгляд… Алекс заметил фиолетовые глаза. — Это не ты. Очнись, слышишь меня?! Оптимус! — Глаза моментально стали голубые, а меч, что воткнулся рядом с Алексом минуту назад, валялся уже рядом. — Алекс… Прости меня. — начали подходить неизвестные ему мехи. К этому моменту Кейд присоединился к ним. — Квинтесса — завидная обманщица. — Прайм осунулся, он не пытался встать. Над ним занесли топор. — Оптимус, вставай, пожалуйста.  — он прикоснулся к не у ладонью. — Нет! — Алекс не успел среагировать, как топор опустился. Внезапно он увидел Кейда, в руках которого был меч. Он перегородил удар меха.       Рядом прозвучал выстрел, вокруг всё начало взрываться. Алекс перекатился на противоположную сторону от друзей. Он побежал. Внезапно Алекса что-то подняло в воздух. Электрические разряды были повсюду. Алекс начал дёргаться, а после и вовсе отключился.

***

      Алекс медленно открывал глаза. В голове был сплошной шум. Он увидел рядом обеспокоенное лицо Прайма. — …ак ты? — слух начал потихоньку возвращаться. — Что произошло… — кое-как выдавил из себя Алекс. — Что с тобой было? — Я наткнулся на Квинтессу. Она захватила мой разум, а потом, когда я пришёл в себя, она схватила тебя в качестве заложника. Нам удалось тебя спасти. — Алекс вскочил, но Прайм вовремя его словил, чтобы тот не навернулся с кушетки. — Где мы? — тяжело дыша спросил он. — Это военная база. Ты в лазарете. Мы больше не в розыске. — глаза мужчины начали блестеть, а потом по щеке сползла слеза. — Спокойно, всё наладилось. Мы в безопасности. — Алекс крепко обнял Прайма. Он не знал плакать ему или смеяться. — Прости меня, я тогда чуть не… — ему не дали договорить, оттолкнув и посмотрев в глаза, а после серьёзно заявив: — Я тебя люблю. — Оптимус заглянул ему в глаза, потом жадно поцеловал. Алекс моментально ответил и переместил свои руки к нему на талию. Прайм в свою очередь не уступал и начал снимать с Алекса грязную ветровку, которая полетела куда-то в сторону. Мужчина прервал поцелуй, чтобы отдышаться. — Ты сумасшедший… — дальше ему не позволили говорить, заткнув поцелуем. Оптимус осторожно помог ему лечь обратно на кушетку, а потом навис сверху. — Это ты сводишь меня с ума. — Прайм принялся целовать его шею и ключицу, когда не осталось и сухого места, то он начал лезть под футболку парня. Алекс оказал минутное сопротивление, но когда его руки прижали к кровати, то перестал мешать. — На этот раз тебе не уйти, паршивец.       Оптимус помог снять мужчине футболку. Он принялся делать засосы, а когда дошёл до сосков, то взял один в рот и начал покусывать. — Мфаха, я… Тебе заблокирую интернет… — последнее слово Алекс пропищал. Оптимус лишь хмыкнул и продолжил испытывать своего партнёра.       Когда дело дошло до штанов, то Алекс нервно сглотнул. Оптимус расстегнул ширинку и заметил уже довольно заметную эрекцию. Полностью освободив орган он наклонился к Алексу. — Скажи, если будет больно, хорошо? — он кивнул, нервно закусывая губу. Оптимус нежно провёл по набухшему члену, сначала вверх, а потом вниз. Алекс застонал, но потом закрыл себе рот рукой. Прайм довольно улыбнулся и продолжил движение, размазывая эякулят по всей длине. Алекс выгнулся навстречу движениям, что только раззадорило Прайма и он начал водить быстрее. Парень начал захлебываться в стонах и всё прекратилось. Он тяжело дышал. Оптимуса не было слышно, а открыть глаза он боялся. Внезапно к его анусу прикоснулись что-то мокрое, а после вошло внутрь. Он тихо крякнул, когда это началось двигаться. — Открой глаза. — послышался бархатистый голос. Алекс прокусил себе губу и ему в рот начала стекать кровь. Прайм это заметил и наклонился поцеловать его. В процессе всего этого он добавил второй палец и закинул одну ногу себе на бок. Алекс начал стонать прямо ему в губы. Поцелуй разорвался, а движение прекратилось. Из него вытащили пальцы. Только парень немного расслабился, как его пробила боль. Это было гораздо больше пальцев. Он распахнул глаза из которых хлынули слёзы. Оптимус немного подался вперёд. — Нет, стой! Не… Нет… Не надо, прошу… — истерил Алекс. Он попытался оттолкнуть Прайма, но тот взял его за плечо и намеренно держал. — Успокойся, сейчас всё пройдёт. — он попытался привести того в себя, но попытка оказалась тщетной. Прайм начал гладить партнёра, проводил по груди и медленно спускался вниз. Дыхание Алекса успокоилось. Он сам перестал брыкаться и пинать Оптимуса. — Ну как? — П-продолжай… Я нормально. — на лбу выступил пот, ноги обмякли. Оптимус продолжил толкаться вперёд, иногда выходя, чтобы вновь толкнуться глубже.       Алекс задерживал дыхание в такие моменты, но потом тяжело выдыхал и хватал ртом воздух. Оптимус нежил его шею, чтобы тому не было так больно. Алекс не заметил, как боль сменилась наслаждением. Он начал постанывать в такт движениям. Оптимус выпрямился, чтобы посмотреть на него. — Ты прекрасен, — на это Алекс покраснел и закрыл лицо руками. — Сейчас будет больно, потерпи.       Алекс моментально переместил руки по бокам от себя и сжал одеяло. Оптимус одним резким движением полностью вошёл внутрь. Алекс сдержал болезненный крик, но потом, когда Прайм начал двигаться, разомкнул губы и потянулся за поцелуем.       Оптимус наращивал темп, в какой-то момент Алекс взвизгнул. Прайм понял, что нашёл нужную точку и продолжил двигаться в таком положении. Алекс начал непристойно стонать и просить ещё больше, захлёбываясь от наслаждения. Оптимус понимал, что ни он, ни его партнёр не выдержит ни минуты. Он ещё ускорился, а когда услышал последний блаженный стон, то почувствовал, как его член начало сжимать внутри Алекса, после чего он не выдержал и кончил. — Ты… Ты… С… — начал Алекс, когда немного оклемался. — Я знаю, сумасшедший. — закончил Прайм — Нет, сука. Мне же было больно! — он повернулся к Оптимусу, что разлёгся рядом. — Ну я бы поспорил, что я сука, — тот загадочно поиграл бровями. — Зато потом ты пищал от удовольствия.       Щёки Алекса вспыхнули и он отвернулся от него. Оптимус довольно улыбнулся и прижался к нему со спины. — Тебе разве не надо идти? — спросил Алекс. — Уже прогоняешь? — Прайм уткнулся носом ему в спину. Парень развернулся и посмотрел в глаза Оптимусу. — Ты меня бесишь. — Алекс улыбнулся и поцеловал его, захватывая в цепкие объятия, не желая отпускать. — Люблю тебя. — А я тебя. — Прайм понежил его носиком, а потом замер, как Алекс начал сопеть.