Хризантемы – символ дружбы

      Ханахаки... Это довольно странная болезнь. Никто не понял, как и откуда она появилась, не знал точного лекарства. Кто ж думал, что обычные японские мифы про растущие в лёгких цветочки и людей, блюющих этими цветами, вполне станет правдой? Хотя, если верить этим легендам, то можно понять причину и лекарства. Появляется из-за неразделённой любви или её ощущения, лечиться взаимными чувствами, операцией, в ходе которой вместе с цветами удаляют все чувства или смертью болеющего.       Ханахаки гуляет про миру уже третий год, а по нашей школе второй. Начиналось всё вполне нормально: какая-то девушка заболевала, после какого-то времени признавалась парню, в которого была влюблена, он отвечал взаимностью, болезнь исчезала, ну и наоборот. Но такая "идиллия" длилась недолго, до момента, когда одна девушка поняла, что ханахаки у неё не из-за парня, а из-за лучшей подруги. Это, кстати, происходило в нашем классе. Та девушка призналась, но чуть ли не в последний момент. Ей ответили взаимностью. С того момента ханахаки уже, видимо, решила нарушить все традиции. А через пару недель, в начале 9ого класса, к нам пришёл новенький, и недавно заболел уже я.       Меня, Сережу Ро́ло, ученика 10 класса угораздило влюбиться в своего одноклассника и друга Сергея Дре́я. Но ладно, влюбиться – это полбеды, у меня из-за этого парня теперь глупая и идиотская болезнь, которая будет являться причиной моей смерти. Почему я так решил? Я не признаюсь, не хочу получать и так очевидный отказ. А операцию делать не собираюсь, лучше проживу последние месяцы со всеми эмоциями, чем буду жить долго, но ничего не чувствуя.       Дреи – прекрасный парень. Он красивый, весёлый, умеет много чего делать. Серж заставляет меня ненавидеть каждый день в школе, но при этом ради него я прихожу сюда снова и снова. Я научился профессионально скрывать свой кашель, дожидаясь перемены. Научился не задыхаться, когда Дреи пытается во время урока что-то сказать мне, и его тихий голос пускает по мне кучу мурашек. Вот только жизнь меня не готовила к тому, что сегодня на перемене, пока я буду смотреть какое-то видео, Сергей сядет рядом со мной, заберёт один наушник и начнёт смотреть со мной, через какое-то время положив свою голову мне на плечо. Казалось бы, ничего странного, обычная дружба, девушки вообще спокойно друг на друге спать могут. Только вот... Мне становилось плохо. Тихое дыхание, волосы, щекочущие шею, если чуть посмотреть в сторону, то можно рассмотреть лицо, тёмно-карие глаза. Я невольно начал улыбаться. Боже, как же это приятно, приятно до боли, буквально. В горле опять проснулись кошки, дышать становилось тяжелее. По-хорошему, надо было бы уйти в туалет и выплюнуть эти чёртовы цветы, но мне не хотелось нарушать эту некую идиллию, поэтому я просто отвернулся и чуть откашлялся, чтобы хоть на время успокоить горло.       – Всё в порядке? – повернувшись, я увидел твоё немного заинтересованное и, что удивительно, обеспокоенное лицо.       – Д-да, просто в горле запершило, нормально, – я отвечал, пытаясь быть равнодушным к этим глазам напротив. Видимо у меня получилось, потому что ты хмыкнул и вернулся к просмотру видео. И хорошо, чем больше я молчу, тем больше сил держать эти цветы в себе.       Прозвенел звонок. Никогда не думал, что буду рад этому: можно уйти и выплюнуть всю это херь из лёгких. Теперь я снова стою перед этой раковиной. Она вся в крови и хризантемах. Если верить тому, что я нашёл, то жёлтые хризантемы – символ хрупкой любви или дружбы, а красные – глубокой любви. Иронично. Даже смешно. Я живу существую с этой болезнью где-то 6 месяцев, если не больше, а значение этих цветков узнал недавно... Хотя, какая от этого разница?       К счастью, кашель прекратился, дышать стало полегче. Хорошо, что этого кошмара в раковине никто не видел, я быстро всё убрал и хотел вернуться в класс. Только на выходе в коридор в кого-то врезался. Надо бы изви––       – О, Серый, а мы думали, что ты утонул, - произнес откуда-то сверху знакомый голос, прошёл в комнатку и уселся на подоконник.

Блять. Почему именно он? Почему я сейчас остался рядом с ним, а не ушёл в класс? Отсчёт пошёл...

      – Там, короче, опять фильм какой-то показывают.

Раз. Два.

       – Главное, ты так ушёл незаметно, я думал, что ты сбежал, хотел написать, но увидел телефон на парте и вещи рядом.

Три. Четыре.

      – Подумал, что ты в медпункт пошёл, ты ж кашляешь часто последнее время.

Пять. Шесть.

      – Только тебя там не оказалось.

Семь. Восемь.

      – Ты тут сидишь, отдыхаешь, понимаю, вроде только начало года, а уже хочется отдохнуть. Слушай, а с тобой точно всё в порядке? Ты весь бледный какой-то, глаза потухли. Сходил бы в медпункт, правда.

Девять. Десять.

      Я резко подбежал к раковине и снова начал кашлять. Только на этот раз меня будто выворачивало наизнанку, слишком много бутонов, появились листья. Это означало, что мне осталось недолго. Твою мать, лёгкие не успокаивались, с каждым мелким вдохом становилось всё сложнее и сложнее выплёвывать эти цветы, чёртовы хризантемы.       – Серый, что ты...– твой голос обеспокоен.– О боже, это ханахаки? Сережа, какого ты молчал вообще?! Ты знаешь кто это? – Я смог тебе кивнуть. – Ты говорил ей? – 'Ей'... Смешно, ты даже не близок к правде. Я лишь покачал головой. – Не говорил? Почему?! Ты должен ей признаться, иначе ты умрёшь. Или ты будешь делать операцию? Не будешь? Значит иди и признайся ей! Она в нашей школе? – я вновь кивнул. – Как её зовут? Я её приведу сейчас, скажи имя и класс. Только не молчи, пожалуйста, Сереж, это же для тебя нужно в первую очередь!       Чёрт, теперь кроме крови и цветов я чувствую слёзы. Я плачу? От боли в лёгких или от ощущения того, что после моих слов наша дружба в лучшем случае больше не будет прежней? В худшем же случае мы вовсе перестанет общаться. Даже думать не хочу о втором варианте... Кашель чуть утих, но вот слёзы шли сильнее.       – Прости меня,– поворачиваюсь на тебя и вижу напуганные и удивлённые глаза. Страшно, очень страшно – Этого человека зовут Сергей Дреи, 10 класс, можешь не приводить.       Как только я договорил, снова нагнулся над раковиной с приступом чёртовых цветов. Зажмурился, чтобы не видеть того, как ты уходишь. Только ты не ушёл. Ты прижал меня к себе, обнимая. Объятия из жалости? Хоть такие. Сдерживаю очередной позыв, уткнувшись лицом тебе в плечо. Теперь начинаю улавливать твой шёпот, который, кажется, только и повторяет одну фразу.       – Я тебя никому не дам в обиду, никогда не оставлю, всегда буду помогать, ты главное не скрывай такие вещи больше никогда, прошу.       – Ты не зол? – Тихий и такой глупый вопрос. Но от твоих слов ком в горле отступил       – Нет, я рад, я безумно счастлив, что мои чувства взаимны, Сереж.       Ком в горле исчез вовсе, вместо него появился тихий смех.